Read the book: «Старые боги на новых улицах. Книга 1»

Font::
книга 1. "пробуждение"
Благодарность
В первую очередь спасибо моей маме — женщине, которая однажды сказала: «Пиши, я верю в тебя». Спасибо моему мужу и близким друзьям, которые с огромным терпением выслушивали мою историю, перечитывали черновики и давали обратную связь, подсказывая, как сделать эту историю ещё лучше. Отдельное спасибо им за волшебные пендали, когда у меня опускались руки. И спасибо вам, мои читатели, что открыли эту книгу. Надеюсь, она увлечёт вас в мой мир, который родился ещё в далёком 2010 году.
Все события и персонажи этой истории являются художественным вымыслом. Однако в основе мира лежат реальные исторические факты и мифологические образы, переосмысленные и изменённые в рамках авторской интерпретации.

1. Вернер Элени

Раздался удар. Стекло треснуло рядом с Элени – и она не успела опомниться, как булыжник глухо ударил её в висок. Мир на мгновение поплыл. Резкая боль пронзила голову с такой силой, что летящие осколки, впившиеся в щёку и шею, практически не ощущались, но рассыпались по полу вместе с реальностью.

Она не услышала крики студентов, которые тут же подорвались со своих мест, снося стулья и столы с грохотом. Но и его не услышала. Не увидела, как преподаватель – мистер Тамери — смотрел на неё взглядом, в котором страх больше не находил укрытия. Боль взяла вверх, и Элени рухнула на пол, инстинктивно прикрыв лицо руками.

Висок пронзала тупая и обжигающая боль, будто булыжник вновь и вновь наносил жестокий удар, желая проделать в ней дыру насквозь. Трясущимися руками Элени коснулась раны — под пальцами почувствовала тёплую влагу, а в голове осталась лишь одна мысль: «Чёрт, опять я привлекаю внимание… как же больно…сука…»

— Элени! — послышался голос со стороны. Еле слышный, словно уши заложили ватой и вдобавок притаптывали ногой. Но когда тёплые ладони аккуратно убрали её руки от лица, образ мистера Тамери стал чётким, тогда, когда всё вокруг распарывалось, как сквозь воду. Лишь золотая и прямоугольная оправа очков поблескивали, как редкие искорки на солнце.

А радужку глубоких карих глаз припорошили золотой пыльцой. Странно, а так вообще бывает?

— Элени, посмотрите на меня. Вы как?!

Эл лишь кивнула. Что— то сказать не получалось – языка будто и вовсе не было, а губы были сухими, чужими и не слушались. Слабость накрыла тело, и если бы не преподаватель, она бы снова рухнула на пол. Но руки мистера Тамери держали цепко, а глубокие карие глаза, обрамлённые густыми и длинными бровями, смотрели чересчур проницательно, отчего Эл вновь стало неловко.

«Неловко мне… словно этот камень я бросила…»

— Спокойно, Элени, спокойно. Дыши медленно и глубоко через нос, не давай панике накрыть тебя. — Тамери говорил тихо, почти шёпотом, но странно успокаивающе. Голос действовал, как колыбель на ребёнка. Сделала, как сказал. Вдох… затем выдох, даже не стеснялась смотреть только него. Преподаватель и его слова стали якорем во время бури. Элени вцепилась в них, не желая утонуть в панике.

— Живо в медпункт. – Тамери смотрел на Элени, однако слова были обращены куда— то в сторону окруживших их студентов. Сказал строго, но приглушённо, чтобы не спугнуть девушку. — Вызовите Розу и Иннет, пусть вызывают полицию. Великие боги… такое у нас впервые… Элени… сесть можешь?

Он снова посмотрел на Эл, уже иначе – внимательнее и успокаивающе.

«Почему он так странно выражается? Обычно говорят: «О господи» или «Боже!» или матом кроют всё вокруг… хотя нет, он же преподаватель. Какой мат?» — подумала Элени, но ответила лишь очередным кивком.

Мистер Тамери помог сесть, и в этот момент Элени, наконец, смогла разглядеть студентов вокруг. Больше дюжины пар глаз с волнением и тревогой были устремлены на девушку. Что— то говорили, перешёптывались, глухо и невнятно, но острая боль и нахлынувшая тошнота, заглушили всё.

Элени вновь смотрела на преподавателя, желая вернуть тот якорь спокойствия, когда вокруг всё кипело и пугало до чёртиков. Хм, помогло.

«Он словно маг какой— то…»

Рядом с Тамери каким— то чудом оказалась аптечка. Наверно принёс кто— то, а она даже не заметила. Лишь наблюдала, как длинные, как у пианиста, пальцы с ловкостью открыли небольшую бутылочку и вылили прозрачную жидкость на ватку.

Когда та коснулась виска, боли Эл почти не почувствовала. Движения мистера Тамери были мягкими и трепетными и… исцеляющими. Прохлада разлилась по коже, и Элени громко выдохнула. Вроде лучше. Если он и маг, то ей очень повезло, что Тамери оказался рядом.

Реальность постепенно склеивала свои осколки. Пока преподаватель обрабатывал рану, Эл огляделась. Так. Просторный и светлый кабинет истории, увешанный картами, портретами исторических лиц и фотографиями. Свет выключен. На экране маячили кадры документального фильма о правлении династии Мин в Китае. Осколки разбитого окна у её стола разбросаны по полу… и булыжник, который рассматривали двое студентов.

— Мистер Тамери, камень здесь! – Позвал громко один из парней, указывая на орудие преступления. – Них… себе! Вот это булыжник!

— Не трогать, и следи за словами. – Приказал мужчина холодным и властным тоном. – Там могут быть отпечатки… Элени… ты как?

— Нормально. – Пробормотала девушка, а преподаватель в ответ лишь кивнул. Он продолжал монотонно и аккуратно обрабатывать раны на щеке и шее.

Эл опустила взгляд и увидела, как несколько мелких осколков торчали из её предплечья, прорвав белую рубашку, которая окрасилась в ярко— красный.

«Чёрт… форма— то новая. Первый раз надела. Вот же… повезло… и зацепило только меня… везучая…» — вновь подумала девушка и вдруг… усмехнулась. Глаза мистера Тамери тут же взметнулись на неё, но ничего не спросил.

Рядом оказалась студентка с длинными золотыми волосами и, глядя на Элени беспокойным взглядом голубых глаз, протянула стаканчик с водой.

— Вот, выпей. – Сказала она с сочувственной улыбкой. – Холодненькая, станет легче.

— Спасибо.

Элени взяла стакан и осушила до последней капли. И, правда, стало легче. Голова перестала кружиться, боль в виске ещё ныла и неприятно пульсировала, но не орала, как сирена на улице.

— Вы... заботливый… — Прошептала Элени, глядя, как преподаватель сосредоточенностью обрабатывает ранку на её кисти, но тут же сжала губы, испугавшись сказанного. С чего это она вообще ляпнула такое незнакомому мужчине? Эл понадеялась, что не услышал.

Тамери ничего не ответил — только уголок рта едва дёрнулся, а длинные пальцы поправили сползающие очки на переносице.

«А он и, правда, красивый… такие аристократичные черты лица. Только нос длинный, как у птицы. И эта чёрная прядь у лица. Интересно, он специально вытаскивает её из хвоста для пущего эффекта?.. Впервые вижу преподавателя с длинными волосами… чёрт, его часы и очки стоят целое состояние! Это вообще законно?» — Элени рассматривала преподавателя, без зазрения совести. Ничего, спишет на шоковое состояние. Но любопытство, так и сводило с ума ноющую голову.

«Как такой человек может работать преподавателем?!» От него веяло тихой силой – такой, что даже снести голову он мог бы с аристократизмом. А одежда?! Преподаватели разве не носят всё на размер больше, словно нарочно подчёркивая нелепость? Даже без пиджака он выглядел слишком правильно: чёрная рубашка, с закатанными рукавами до локтей, брюки и до блеска начищенные дорогие туфли.

«Так, Вернер, ты явно чувствуешь себя лучше, раз таращишься на преподавателя как полоумная!»

В кабинет чуть ли не влетела молодая женщина в белом халате — красивая, как из сказки, светловолосая, с живыми голубыми глазами. Видимо, это та самая Роза. Она бегло оглядела место происшествия, а затем подбежала к Элени и мистеру Тамери.

— Спасибо, Роза. — Облегчённо выдохнул преподаватель, уступая место медсестре. — Рад, что ты ещё не уехала.

— Без меня вы никуда. — Усмехнулась она, надевая перчатки. Быстро осмотрела Элени, подняла подбородок тонкими пальцами и уставилась на рану на виске. — Ну— ка, дай посмотрю. Ох! Не хило… как тебя зовут?

— Элени Вернер. Я… новенькая. — Пробормотала Эл, чувствуя, как прохладные пальчики девушки аккуратно придерживали лицо, на котором залился смущённый румянец.

_ Ох, милая… с почином.

«И что это значит? Всех новеньких камнями обкидывают, как какой— то обряд посвящения? Лучше бы заставили поймать белку…» — Но Эл не решила объявить мысль, лишь кивнула.

Через несколько минут о происшествии узнали все в университете. То и дело в кабинет заглядывали любопытные студенты, которых мистер Тамери выгонял будто по велению мысли. Стоило лишь резануть острым как нож, взглядом, как любопытные лица тут же скрывались за дверью. Пару раз даже его невидимое оружие попадало на преподавателей, от чего мистер Тамери глухо извинялся.

Скорая помощь и полиция примчались спустя десять минут. Пока врачи и Роза с ювелирной аккуратностью вытаскивали осколки стекла из руки Элени и обрабатывали рану на виске, мистер Тамери разговаривал с Иннет – главным секретарём университета, а некоторых однокурсников допрашивали полицейские.

С Элени тоже говорили — спрашивали, не видела ли кого— нибудь возле окна или не заметила ли чего— то подозрительного. Но девушка лишь неоднократно говорила: «Нет... нет… не видела...»

Когда в кабинет вбежали старшие братья Элени – близнецы Филипп и Никита — они не дали сказать младшей сестре ни слова. Крякали, как чайки, до тех пор, пока Иннет не выпроводила их из кабинета, пригрозив выговором за опоздание следующую лекцию.

«Мы это так не оставим, я позвоню отцу, Эл!» — Прокричал напоследок Ник и еле успел спасти нос от хлопнувшей двери.

Элени же закатила глаза. Отлично. Бедный университет… папа это так не оставит. У него чувство справедливости на уровне стихийного бедствия.

Шумиха не утихала почти час. Элени не стали мучить расспросами и отправили в медкабинет Розы. Там ещё её долго осматривали врачи: провели осмотр, проверили реакции и обработали раны. Эл была безумна рада, что они исключили сотрясение и не стали увозить в больницу. Дали рекомендации под чутким присмотром Иннет и велели, чтобы дома за ней присмотрели родные, и сразу вызвали врача, если станет хуже.

— Элени, побудьте здесь пока. – Обратилась секретарь. – Я потом вызову машину, и вас отвезут домой.

— Спасибо, но не стоит. Я хочу остаться, если можно, – смущённо ответила девушка. – Покоя дома мне не видать. Видели реакцию братьев? Это мини— копии отца. Репетиция перед апокалипсисом.

— Настолько тревожный?

— Более чем. Это наследственное.

Что ж, я подготовлюсь, — Иннет улыбнулась и, поправив очки на носу, добавила: — оставайтесь пока, если хотите, но рекомендую всё же поехать домой. Если что, мой кабинет на первом этаже, слева от выхода.

Элени недолго удалось насладиться уединением. Едва получилось успокоить мешанину чувств и эмоций, как в кабинет зашли две девушки, в которых Эл узнала студенток с лекции мистера Тамери. Правда, они сидели ближе всех к преподавателю, поэтому в памяти остались лишь образы и затылки.

Рыжеволосая — с копной ярких завитков и насыщенными зелёными глазами. На личико симпатичная, озорной вид придавала россыпь веснушек на лице, но без наивности во взгляде. Незнакомка смотрела внимательно и по— взрослому. Невысокая, с фигурой песочных часов, которую идеально подчёркивала студенческая форма.

Рядом стояла высокая золотоволосая красавица — та самая, что принесла воду Элени. Будто сошедшая с обложки модного журнала, блондинка с длинными ногами вызывала у Эл противоречивые чувства. С такими она не любила общаться в прежнем городе, но сейчас неприязни к девушке не испытывала. Большие голубые глаза блондинки смотрели на Эл с искренним беспокойством.

— Элени, — обратилась рыжая, — мы принесли твою сумку с книгами и тетрадями. Телефон там же.

— Ох! Спасибо! – Выдохнула от радости девушка, когда рыжая положила сумку рядом. – Из головы вылетело!

— Благо не мозги, — попыталась пошутить блондинка, от чего получила локтём в бок от рыжей.

«Надеюсь, никто не видел дневник…» — вспыхнула мысль, но Элени не рискнула проверять сумку, чтобы не показаться параноиком. Плевать на телефон — дневник важнее.

— Я бы и имя собственное забыла, случись со мной подобное. – Вновь усмехнулась блондинка и взмахнула прядями. Она явно не ценитель длительного молчания. – Не лучшее время для знакомства, но раз уже представилась возможность… я – Кира, а эта рыжая бестия – Мариам. Решили навестить тебя, а то не на шутку испугались.

— Приятно познакомиться, девочки. – С улыбкой ответила Элени и медленно слезла с кушетки. Короткий отдых выровнял состояние, и боль в виске практически не ощущалась. Голова кружилась немного, но не критично.

Эл посмотрела на улыбчивых девушек и ощутила странное тепло на душе. За всё свои восемнадцать лет у неё не было подруг, а сейчас вдруг мелькнула мысль: а может, это возможно здесь? Девочки довольно милые, и столько теплоты Элени видела в глазах, что даже представить было трудно, как те искренне переживали за человека, которого видели впервые в жизни. Ну, либо удар был настолько сильным, что она сейчас бредит…

— Почему тебя не отправили домой? – Спросила Кира.

— Отправили, но не хочу… здесь спокойнее. Дома меня будет ждать шквал вопросов от мамы и следственный комитет от папы, как только они узнают о случившемся.

— Может, тогда хочешь перекусить или выпить кофе? – Спросила Мариам с лёгким смущением. Даже веснушки будто стали ярче. – Мы можем прогуляться по территории, расскажем тебе, как тут у нас живётся когда…

— Когда никто не кидает камни в окно? – Усмехнулась Эл. – Я с удовольствием.

Когда Кира галопом вылетела из кафетерия, держа в руках подстаканник с кофе и большой пакет с выпечкой, Эл была счастлива, как ребёнок. Голод пением кита отозвался в желудке, стоило почувствовать манящий аромат свежеиспечённых булочек с корицей.

— Пойдём на улицу, — предложила Кира, направляясь к выходу, — на солнышке погреемся. Эл, ты уверена, что тебе не стоит домой?

— Точно. Хочу оттянуть этот момент насколько возможно. — Ответила Элени, проверяя телефон. Ни одного звонка от родителей, хотя близнецы наверняка уже им сообщили… или попытались дозвониться. Ничего удивительного – родители завалены работой, как и последние пятнадцать лет.

— Тем более идём, — подмигнула Мариам. — Солнце греет мягче, чем мамины допросы.

Тёплое солнце приятно ласкало лицо Элени, пока они шли по территории университета — огромного трёхэтажного здания в стиле модерн, с витражными стёклами, плавными линиями фасадов, массивной синей крышей и стеклянными переходами между корпусами с кованными растительными деталями.

Ветер взъерошил волосы, как непоседа, под пластырями на виске и руке всё ещё ныло, но это не мешало любоваться красивой и облагороженной территорией учебного заведения.

Вокруг — идеально подстриженные газоны и кусты растений; по периметру тянулись ели и платаны, словно строгие стражники. Аккуратные деревянные скамейки пустовали под тяжёлыми ветками дубов, разбросанных по территории. Все учащиеся находились на лекциях, поэтому супником девушек был лишь молчаливый садовник, собиравший опавшую листву.

Девушки свернули с гравийной тропинки и прошли к зданию — одноэтажному длинному строению из тёмного дерева с большими витражными окнами, рядом с которым красовалось баскетбольное поле с мягким покрытием.

— Это спортзал, — пояснила Мариам, указывая на здание, — помимо занятий, здесь часто проходят мероприятия и праздники. Балы у нас — явление частое, так что готовь вечерние платья. Если нет... у Киры запас на сто лет вперёд. А студентам только дай повод потанцевать и... выпить.

— У вас разрешён алкоголь? — Удивилась Элени, когда они пошли в сторону баскетбольного поля.

—Нет. Но... это никому не мешает. — Кира выразительно повела бровями.

—В принципе, всё, как и везде, — добавила Мар, — только больше пафоса, учитывая сколько денег вбухивают. У нас много секций, кружков, дополнительных занятий. На любой вкус и цвет. Благо, ходить на них нас не обязывают. Студенты между собой не особо общаются, но это не мешает им обжиматься по углам, особенно во время балов.

Элени улыбнулась. Внутри поселилась лёгкость. Здесь не так уж и страшно, как казалось утром.

Девочки присели на широкую лавочку, достали вкусности из пакета и с наслаждением стали попивать кофе. Эл отметила про себя, что кофе здесь отменный, в отличие от прежнего места учёбы.

— Хочу заметить, что теперь в группе мгновенно изменилось о тебе мнение, — жуя булочку, сказала Кира, —теперь ты храбрая мученица, благодаря которой отменили лекцию. Пусть и лекцию душки мистера Тамери.

— Элени, познакомься: Кира — девочка, у которой язык опередит мчащийся поезд. — Хмыкнула Мариам. Осуждающе, но не злобно.

— А это Мар — моя вторая мама. Хорошо, что хотя бы не лезет в домашку.

— Потому что ты всё списываешь у меня. — Лучики задорно играли с огненными кудряшками смеющейся Мариам. Эл отметила вздёрнутый носик, усыпанный веснушками, а большие зелёные глазки с пышными, как у коровы, ресницами, выглядели неестественно сочными, как зелень вокруг.

А вот Кира оправдывала цвет волос — от этой мысли Эл тут же себя одёрнула. Но поведение девушки говорило само за себя: кокетка, модница, с дорогой сумочкой на плече и браслетом от Тиффани на запястье. Большие голубые глаза озорно поглядывали то на Элени, то на Мариам. Возник ещё один вопрос, почему она дружит с Мариам? «Наверняка с детства» — подумала Эл, глядя, как эти две задорно пихают друг друга локтями.

Настроение у троих было хорошее, будто котята, добравшиеся до сметаны. Эл же и вовсе позабыла о неприятном инциденте. С удовольствие съела булочку с корицей, мелкими глотками попивала кофе и поглядывала на девушек.

— На каких факультетах вы учитесь? – Спросила Элени.

— Я на курсе иностранных языков. – Тут же ответила Мариам. – Хочу стать переводчиком.

— Я там же! – Поддержала Кира. – Но, выбрала наобум, потому что другие специальности не привлекали. Родители мечтают, чтобы я пошла по их стопам – они у меня стоматологи. Но, меня не прельщает копаться в чьих— то ртах, как землеройка.

Элени тихо рассмеялась от слов Киры. Да, она не представляла себе эту длинноногую красотку в халате и перепачканных кровью и слюнями перчатках.

— А ты какую специализацию выбрала? – Сразу же поинтересовалась Кира.

— Исторический. Мечтаю стать историком— археологом.

— Вау! – Одновременно выдохнули девочки от восторга.

— Удивила! Тогда будем чаще встречаться. У нас есть совместные лекции на первом курсе, помимо истории. – Начала Мариам. – География, физическая подготовка, культурология и вроде ещё парочка. Кстати, нам безумно повезло с мистером Тамери! У второкурсников отвратительно скучный преподаватель, и у него вечно воняет изо рта! Ха— ха— ха!

«Повезло Шнуркам, — подумала Элени с усмешкой, — предвкушаю их рассказы».

— Элени. — Неожиданно послышался голос со стороны. К ним подошёл мистер Тамери.

Девочки чуть не вскочили, но он жестом попросил их не вставать. Присел на корточки рядом с Элени и протянул лист бумаги.

— Как вы? — Спросил преподаватель мягким бархатным голосом. Он с нескрываемым беспокойством поглядывал на девушку. "Почему он такой добрый?" — подумала та, чувствуя, как краснеют щёки.

— Спасибо, мистер Тамери. Намного лучше. — Смущённо улыбнулась Элени, разглядывая дорогущие чёрные туфли преподавателя, начищенные до блеска. Мельком оценила и чёрный костюм, в который он был одет.

«Боже, он будто из ателье вышел пять минут назад… элитный преподаватель?»

— Печально, что ваш первый учебный день запомнится таким инцидентом. Полиция обещала разобраться в скором времени. Главное – отдыхайте и выздоравливайте. Вот список литературы и докладов на ближайшее полугодие.

Элени взяла лист, снова ощущая тепло от его присутствия, когда Тамери улыбнулся. Такой обаятельный – будто сошёл со страниц дамского романа. Девушке всё ещё трудно было поверить, что преподаватели могут быть такими учтивыми и… красивыми.

Но мужчина не успел уйти, как поле раздались шум и смех. Небольшая группа студентов в спортивной форме появилась на горизонте. Их появление сопровождалось громкими криками и хохотом — особенно от двоих.

Парни смеялись и в шутку начали драться друг с другом: пихали локтями, подставляли подножки, совсем как дети. Двухметровые дети...

Тамери недовольно посмотрел в их сторону и решительно зашагал на поле. Заметив приближение преподавателя, парни тут же осеклись и виновато опустили головы — несмотря на то, что один из них, черноволосый, был выше мистера Тамери почти на голову.

«Красивые, блин… интересно, здесь все такие? Или эта троица исключение из правил?»

— Ох, — театрально пролепетала Кира, прижимая ладони к сердцу, — шикарная троица братьев Тамери. Любоваться ими одно — удовольствие!

— Братья? — Удивилась Элени, глядя на парней и преподавателя, который продолжал что— то строго говорить собеседникам.

— Ага. — Подтвердила Мариам. И в её глазках появились искорки неподдельного восхищения, даже щёки покраснели, как яблочки на солнце, — Мистер Дориан Тамери — ударение на «е», кстати. Он старший. Черноволосый и самый высокий – Кристиан, средний брат. Младший – Габриэль.

— Дориан, Кристиан и Габриэль Тамери. — Пробормотала Элени, не отрывая взгляда от братьев. – Они не отсюда?

— Никто точно не знает. – Пожала плечами Мариам. — Но что известно наверняка — они чертовски сексуальные! Пользуются большой популярностью у девушек, да и не только. Говорят, пару наших молоденьких преподавательниц давно пытаются завладеть вниманием кого— то из братьев. И... вроде им это удалось.

Мариам и Кира захихикали, а беспокойство и ещё какое— то странное чувство нахлынули на Элени, когда взглянула на тех, кого называли братьями Тамери. Сердце Эл вдруг выполнило пируэт и заскакало галопом, как лошадь. Это что— то новенькое.

Но взгляд сразу же задержался на одном из них — на среднем брате, Кристиане. Именно он стал причиной странного притяжения, которое разлилось в груди приятной, тёплой волной. И… тревоги.

В голове Эл вдруг вспыхнула картинка далёкой и потрясающей Венеции, где каждый год проходит волшебный карнавал. Элени представила венецианскую маску, чья ослепительная красота и идеальные черты поражают до самого сердца, до самой глубины души. Без единого изъяна. Совершенная, словно вырезанная из мрамора. Желание разглядывать её может длиться часами, днями… но она — холодная, застывшая, без единой эмоции.

Вот именно так выглядел Кристиан Тамери, когда они с Элени случайно встретились взглядами. Прошел мимо всего в нескольких метрах и посмотрел на девушку, как смотрят на случайного прохожего. Карие глаза, тёплые внешне, выражали лишь холод и полное равнодушие.

Но назвать его просто симпатичным — значило безнадёжно упростить. Кристиан был из тех, на кого смотришь и ловишь себя на ощущении, будто стиснули в липкие объятия – не вырваться. Высокий, собранный, каждое движение будто выверено заранее. Широкие плечи и мускулистые руки не демонстрировали мощь нарочито — она чувствовалась, давила на лопатки одним присутствием. Кожа с лёгким бронзовым оттенком, будто напитана солнцем, а чёрные, как воронье перо, волосы упрямо рушили порядок: сколько ни зачёсывал их Кристиан, чёлка упрямо падала на хищно изогнутые брови и глубокую складку между ними.

И несмотря на притягательную внешность, в груди у Элени поднималась тревога, липкая, настойчивая, а сердце билось, словно искало выход из грудной клетки. Контраст ощущений сбивал с толку – как ходить с петлёй на шее, делая вид, что это всего лишь тень.

Элени поймала себя на том, что следит за его движениями слишком внимательно – за тем, как перекатываются мышцы под формой, как он чуть наклоняет голову, слушая брата, как смотрит. Не на неё — сквозь. И именно это задело сильнее всего, выбив воздух из груди.

Её притягивало не лицо и не тело, а ощущение опасной близости: рядом с этим человеком контроль соскальзывал, а петля на шее, наоборот — затягивалась. Мысль пугала… но притягивала сильнее. В груди разливалось тепло – не возбуждение и не восторг, а что— то иное, чуждое и незнакомое.

— На каком курсе они учатся? – наконец, спросила Элени у девушек, вдохнув прохладного воздуха полной грудью.

— На последнем. Кристиан и Габриэль – погодки. – Ответила Мариам. – Учатся вместе на правовом. У них там одни процессы, разборы и бесконечные доклады. Самые серьёзные, самые эффектные. Их все обожают, даже парни. Так и вьются рядом с Тамери, желая заслужить их расположение. Но самый ярый поклонник женского пола – Габриэль, так что, смотри Эл, не попадись на удочку! Ха— ха!

Девушка усмехнулась и перевела взгляд на третьего брата. Младший Тамери бегал по полю с баскетбольным мячом и ловко перекидывал другим студентам. Он был чуть ниже братьев, но в красоте не уступал. Мускулистое тело, кожа с тем же лёгким бронзовым оттенком, а молодое, почти наивное лицо с копной волнистых русых волос, делало похожим на восемнадцатилетнего парнишку. Карие глаза юрко следили за игрой, а ехидная, белоснежная ухмылка не сходила с красивого лица.

Но всё же взгляд Элени непроизвольно возвращался к Кристиану. Он неспешно шёл по полю, о чём— то разговаривая со однокурсниками. И вновь внутри поднималась волна странных, противоречивых чувств. Тревожных – прежде всего.

Но к этой тревожности хотелось прикоснуться. Как и к сильным рукам, что ловко перекручивали мяч. Странно, но взгляд упорно возвращался именно к ним. Почему?

Но в этих ладонях было нечто неотвратимое — сила мёртвой хватки, из которой невозможно вырваться, даже если очень хочется.

Да, она и не стала бы пытаться.

«Чёрт, только этого не хватало!» — Подумала Элени, разглядывая идеальную форму губ Кристиана. Но оторваться было невозможно. Петля на шее затягивалась, тянула к нему.

— Эл! – Окликнул вдруг знакомый голос. Девушка вздрогнула от неожиданности, странное наваждение спало, и она увидела, как к ним направляются её старшие братья.

Близнецы Филипп и Никита – высокие, темноволосые, идеально сложенные, и… что греха таить, красавцы! Спасибо родителям за генетику. Но, несмотря на поразительную схожесть, братья с пятнадцати лет подчёркивали свою индивидуальность, так что окружающим с трудом удавалось их различить.

Никита, например, отращивал волосы, которые сейчас были чуть ниже мочек ушей, и всегда носил тёмную одежду по фигуре. Умён, сдержан в манерах, воспитан, почти интеллигент, и всегда думает, прежде чем что— то сказать. Он смотрел внимательно, оценивающе, не торопясь вмешиваться, будто сначала собирал факты, а уже потом выводы.

Даже сейчас, заметив повязки и пластырь у сестры, он не рванулся вперёд — лишь сильнее сжал челюсть, и это выдавало куда больше, чем любые слова.

А вот Филипп – полная противоположность брата: короткие волосы вечно взъерошены, одежду носил светлую и просторную, а характер бойкий, как у задиры. Вот он уже через секунду оказался рядом с сестрой, обогнав брата. Взгляд бегло прошёлся по Элени, задержался на виске, на руке – в нём тут же вспыхнуло возмущение.

— Эл! Ну, угораздило, а?! – Тараторил брат. – Не нашла другого способа привлечь внимание, сестрёнка?! Как ты? Голова не болит?! И какого чёрта, ты здесь?! Домой надо! Врачи разве не сказали?!

— Всё было хорошо, до вашего прихода. – Буркнула Элени, выбив ладонью руку брата. – Познакомьтесь, Мариам и Кира – мои однокурсницы.

— О, милые дамы! – Со смешком и улыбкой отозвался Никита и галантно наклонившись, поцеловал каждой девушке руку, от чего те вспыхнули новой порцией румянца. – Приятно познакомиться. Я — Ник, а этот оборванец – мой брат близнец – Фил.

Девушки захихикали, и даже не обратили внимания на второго брата, который напрочь проигнорировал их присутствие.

— Вернер! – Раздался крик с поля. Все резко обернулись на голос, и к удивлению Элени, обращался Кристиан, мать его, Тамери. Чего?

— Я жду реванш! – Рассмеялся он, указывая на близнецов, и тут уже пришла очередь Элени краснеть. С улыбкой он был ещё привлекательнее — настолько, что можно было замурлыкать от удовольствия.

«Да какого хрена?» — мысленно возмутилась Элени, но вслух спросила:

— Вы знакомы?

— Ещё бы! – Одновременно ответили братья и направились на поле.

Age restriction:
18+
Release date on Litres:
31 March 2026
Writing date:
2026
Volume:
410 p.
Copyright Holder::
Автор
Download format:

Similar books