Quotes from 'Отдел 15-К. Отзвуки времен'

Я старая, мне можно. – Уборщица открыла дверь. – У меня маразм прогрессирует, потому ответственность за сказанное отсутствует полностью, равно как и моральные обоснования чего угодно

Там, где есть власть, всегда поблизости угнездятся деньги, ложь, кровь и смерть. Они порознь не ходят.

нынче вечером совершиться на одном из подмосковных мусорных полигонов. Да и те, кто выступили сторонами этой самой операции

Кострома дочь Купальницы и Семаргла

вымотал за эти дни до предела, начал стихать. – Тетя Паша вчера отыскала – снова глянула на дверь Женька – Просто

вне себя от гнева. Тит Титыча никто не вязал, более того, его произошедшее вообще никак не коснулось. Он все это время знай ахал над лежащей на полу оглушенной Валентиной и возмущался временами да нравами. Что до тети Паши, да, она видела ту самую таинственную незнакомку, которая, предположительно, являлась покупателем запрещенных ингредиентов для зелий и сбежала от Нифонтова. Но и она ничего эдакого никомутрона

вытащить из воды утопленника, если тому все же удастся перехитрить тех, кто наверху. А еще всех удивила тетя Паша, которая сказала, что ей предыдущей суетливой ночи хватило, что не в ее возрасте беготней заниматься следует, и что сегодня она никуда не пойдет. И не пошла, осталась в отделе, чем, как показалось Николаю, изрядно озадачила Ровнина. Время шло, проходил час за часом. Как и накануне, сначала схлынул поток машин, сменившись одинокими такси, после и прохожих стало совсем немного. Пробежит человек раз в десять минут, подняв воротник, и снова тишина и пустота. – Замерз? – спросил у Николая подошедший Ровнин, который, разумеется, тоже присутствовал на мосту. – Нормально – потоптался на месте тот – Вчера хуже было. – Вчера в это время все уже случилось – заметил Олег Георгиевич, глянув на наручные часы – А нынче тишина. Знаешь, Коля, у меня есть нехорошее ощущение, что мы не увидели чего-то очевидного, такого, что под самым нашим носом находится. Тревожно мне. Поеду-ка я, пожалуй…

много чего. Плюс у него действительно отменная шаурма. Другой такой в столице и области нет. А может, и в стране. Так что, пусть это все останется

она расходилась, что мост снесла, а я по нему как раз бежала за… Неважно за кем. Артак, а налей-ка моему внучку арцаха, он продрог. Не ровен час, еще заболеет. – Конечно, джана, – водитель достал откуда-то плоскую бутылку в светлом шнурованном чехле, наполнил из нее серебряную стопку и протянул ее Николаю. – Угощайся, уважаемый. Арцах оказался подобием водки

Мы с тобой это дело как консервную банку еще до ночи вскроем. – Ага, счас, – хмыкнул