© Андрей Григорьев, 2019
ISBN 978-5-0050-8621-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
В деревне жил Марат с сестрой и мамой,
Когда фашисты к Минску прорвались,
Из школы, немцы сделали казарму,
Враг лютовал и портил местным, жизнь.
Марата маму, немцы утащили,
За связь с «подпольем» заточив в тюрьму,
Марат с сестрой, бежать тогда решили,
В лес, к партизанам, чтобы мстить врагу.
В Станьковский лес, где партизаны были,
Пришли они и стали воевать,
Марат с разведкой, немчуру давили,
Сестра пошла на кухню помогать.
Разведчиком он был хорошим, дерзким,
И подрывник был Классный из него,
Всегда в атаку шёл он самым первым,
Пятнадцать лет парнишке то, всего.
Последний бой, фашисты наступают,
Боеприпасы кончились, почти,
Гранату, лишь в руке Марат сжимает,
И ждёт, чтоб немцы ближе подошли.
А немцы «хенде хох» кричат Марату,
Окопчик парня, густо окружив,
Марат бросает под ноги гранату,
По лесу отдаётся эхом взрыв.
Марат Казей, пятнадцать лет проживший,
За Родину, геройски принял смерть,
С собою, жизней вражеских, лишивший,
Вечным Огнём и в памяти, гореть.
26.02.2016г. Андрей Григорьев
Война застала Ленинградку Зину,
У бабушки, на станции Оболь,
Она не стала там «тянуть резину»,
А объявила немцам смертный бой.
Создали с молодёжью из посёлка,
Команду «Юных мстителей» врагу,
Готовились, печатали листовки,
Вели для партизан разведку всю.
Холодной ночью, декабрём морозным,
Предатель Зину выдал немчуре,
Таким вот оказался «другом» подлым,
Схватили, утащили бить, к себе.
Но Зинаида духом не упала,
Молчала на допросах у «СС»,
На муки издевательств отвечала,
Презренным взглядом, обещая месть.
И как-то на допрос её приводят,
Замешкался немецкий офицер,
Фашисту Зина в лоб уже наводит,
Ствол пистолета, рядом, что висел.
В упор стреляла, забежал охранник,
В него ушёл ещё один патрон,
Схватила Зина, там висевший, ватник,
И побежала, быстренько во двор.
А там Гестапо, человек пятнадцать,
Бой был неравный, выбили наган,
И стали над девчонкой издеваться,
Мужик от пыток вряд-ли устоял.
Замучили до смерти оккупанты,
Но Зина не сказала ни чего,
Лишь ненависть, презренье к этой банде,
Выказывало девичье лицо.
Звезду Героя получила Зина,
Посмертно, за Бессмертие своё,
Оставшись среди нас, непобедимой,
Богиней Никой, ты взойдёшь ещё.
26.02.2016г. Андрей Григорьев
Мечтал о небе с детства, с малых лет,
Отец был лётчик и Герой Союза,
Челюскинцев спасал отец от бед,
Не побоялся сесть на лёд, на «пузо».
Аркадий, очень часто при отце,
Просился в небо, на простор широкий,
«Ты мал ещё», – ему твердили все,
«И до педалей не достанут ноги».
Как началась Великая война,
Пошёл он на завод Авиационный,
В Аэродром пустили пацана,
Заметив нрав его, неугомонный.
Бывало «Асы» несколько минут,
Давали пилотировать ребёнку,
Аркадий знал и карты и маршрут,
Всё знал в кабине, каждую защёлку.
Однажды был такой же там, полёт,
Попало пулей вражеской в кабину,
Был лётчик этой вспышкой ослеплён,
Аркадий сам домой увёл машину.
После того, летать он начал сам,
Вступать в бои, разведкой заниматься,
И спуску не давал, боец, врагам,
Хоть было лет ему, всего пятнадцать.
Однажды он увидел с высоты,
Подбитый самолёт красноармейца,
Пилот живой, но весь в своей крови,
И у Аркаши ёкнуло под сердцем.
Под миномётным, вражеским огнём,
Он приземлился рядом от пилота,
За раненным он быстренько дошёл,
И на руках донёс до самолёта.
Взлетевши с поля, полетел «домой»,
Неслись вдогонку мины «супостата»,
Но главное, что лётчик был живой,
Была Аркаше лучшая награда.
Аркадий до конца войны летал,
Стал «Асом» в лётном деле и в военном,
О небе с детства, сильно так мечтал,
Но покорил и жить стал этим небом.
26.02.2016г. Андрей Григорьев
Пять классов он окончил в сорок первом,
Когда фашист Хмелёвку захватил,
Решил пацан бороться до победы,
С полей боёв оружие носил.
Передавал находки партизанам,
В сорок втором, разведчик штатный стал,
Взрывал объектов вражеских немало,
И сведенья фашистов узнавал.
Им приказали, главного жандарма,
Убить, чтоб не мешал нам, месть творить,
Не долго, немцам музыка играла,
С друзьями, Валя, всех смогли убить.
Взорвали на дороге две машины,
В одной из них и ехал тот жандарм,
Его и окружение убили,
Но это не последний Подвиг стал.
Год сорок третий, Валя в партизанах,
Разведчик и знаток лесных дорог,
Уже взорвал врага, – шесть эшелонов,
И от разгрома, свой отряд сберёг.
Гестаповцы устроили облаву,
А Валя на посту стоял в ту ночь,
Он пулю в лоб отправил генералу,
Чтоб партизанам спрятаться помочь.
А генерал, – карателей начальник,
Во лбу с дырой, не смог отдать приказ,
А без приказа фрицы, – аморальны,
Не знают, что им делать в этот час.
Подняв тревогу, Валя спас собратьев,
Бой приняли, карателей побив,
Ни кто не смог тогда предугадать бы,
Увидеть немцев у домов своих.
За город Изяслав последний бой был,
В неравной схватке Валя воевал,
Фашистов много он в тот день угробил,
Но всё-таки от пуль не устоял.
Смертельно раненый, в руке сжимал гранату,
Но силы улетали в никуда,
Стремленье жить и биться, было Свято,
Твой Подвиг, будет жить для нас всегда.
27.02.2016г. Андрей Григорьев
Немцы мать арестовали,
Лёня в лес от них сбежал,
В партизаны парня взяли,
«Сын полка» – для местных стал.
На дороге, среди леса,
Что вела к бойцам в отряд,
Встретил он колонну немцев,
Роту вражеских солдат.
Рядом там была землянка,
Пулемёт, запас гранат,
Пробежал через полянку,
Немцы вслед ему палят.
Локоть, ногу прострелили,
Но забрался Лёня в схрон,
Где боезапас хранили,
С немцем битву начал он.
Из «Максима» по фашистам,
Из землянки он стрелял,
Не могли пробраться близко,
Лёня встать им не давал.
«Пионеры не сдаются»,
Лёня снова повторял,
«Пионеры не сдаются»,
И стрелял, стрелял, стрелял.
Но закончились патроны,
Немцы вновь пошли вперёд,
Он гранатами из схрона,
По фашистам снова бьёт.
Вот последняя граната,
Лёня выскочил к врагу,
И когда те были рядом,
Взял и выдернул чеку.
Взрыв раздался на полесье,
Бой закончился на том,
Наш юнец с врагами вместе,
На тот свет, чуть не ушёл.
Благо, наши партизаны,
Помогать ему пришли,
И на краешке поляны,
Лёню с немцами нашли.
Он был ранен очень сильно,
Но живой, дышал пацан,
Пульс у парня был стабильный,
Значит жил, не умирал.
В госпиталь забрали Лёню,
Там сто двадцать дней лежал,
И с ранениями, с болью,
Совладал и в строй вновь встал.
Десять лет парнишке было,
Леонид прошёл войну,
Это парню послужило,
Как найти свою судьбу.
Стал он лётчик-истребитель,
После тех военных лет,
И детей войны, учитель,
Жаль, в живых его уж нет.
10.10.2017г. Андрей Григорьев
The free excerpt has ended.