© Анатолий Николаевич Самоваров, 2024
ISBN 978-5-0062-6207-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Пока горит свеча
Нас как будто свела не судьба, а нечистая сила,
Пропитав и тебя и меня дикой страстью насквозь.
Где ж нелёгкая нас слишком долго по свету носила?!
Нам и вместе никак, а ещё тяжелее нам врозь.
Про таких говорят, что однажды отбились от стаи
И для нас на земле нет, отмеченных Богом, границ.
Только будут искать, по ночам на Луну завывая,
Одинокие волки забытых, голодных волчиц.
Кто придумал для нас далеко незавидную долю?!
Видно, места нам нет ни в раю, ни в кромешном аду.
И бежим мы навстречу друг другу по минному полю,
Уповая, что кто-то зажжёт в небе нашу звезду.
Как бы ни было там, что бы ни было здесь,
Но долой кривотолки!
В книге нашей судьбы не хватает так много страниц.
Будут бредить мечтой о любви одинокие волки,
Будут биться с надеждой и верой
Сердца одиноких волчиц!
Как будто горечь приворотных трав,
С моей тоской создав густую примесь,
В земли и неба полуночный сплав
Невидимым потоком устремилась.
Ветра заныли, но какой с них спрос?!
Меж тучами Луна полоской света.
И мучает сознание вопрос
И нет, как прежде, на него ответа.
Прощай! Но помни, где бы ни был я,
Душе моей не знать уже покоя,
Ведь нас теперь на свете стало двое-
Я и со мной печаль моя.
Мне не расстаться с мыслью в этот час,
Что мы живём всего лишь раз на свете,
И будет мир совсем другим без нас
И мы с тобой за этот мир в ответе.
За песни соловья, за свет Луны.
А стоит ли искать слова участья?
Мы будем даже горя лишены,
Коль не найдём потерянное счастье.
Прощай! Но знай же, я в твой сон явлюсь,
Как наяву, возьму тебя за руки
И нам уже не перенесть разлуки,
Со мной любовь придёт, я в том клянусь!
Готов твоим поверить заклинаньям,
Сто раз умру, воскресну столько ж раз,
Чтоб ты была живым воспоминаньем,
Чтоб видеть наяву блеск твоих глаз.
Опять ищу и не найду ответа,
Хоть расшибись о стену головой:
Как на границе темноты и света
Из добрых снов возник вдруг образ твой?!
Знакомые до умопомраченья
Лица неповторимые черты,
И сердцу лишь понятные значенья,
Кем для меня на свете стала ты.
Как будто я проснулся звёздной ночью
От страха непонятной мне вины
И не во сне, а наяву, воочью,
Облитый светом золотой Луны,
Вторичностью моих переживаний
Возник твой образ, сотканный из грёз,
Без лишних жестов, слов и заклинаний,
Как отблеск первых в этой жизни слёз.
И ночь не кажется уже такою длинной
И жаждет сердце близкого родства,
Боясь услышать окрик петушиный,
Желает продолженья волшебства.
И ты опять весёлая такая,
Похожая на солнце в летний день.
И снова книгу памяти листая,
В саду притихшем вижу я сирень.
Ссутулилась рябина виновато,
Застыл в молчанье строгом старый дом.
Вот здесь жила моя любовь когда-то,
Но кажется теперь всё это сном.
Чует сердце, она меня больше не ждёт,
Вновь холодная ночь будет душу терзать.
Даже мысли мои превращаются в лёд,
Только что этим можно теперь доказать.
Всё хорошее в мире известно давно,
Остальное не стоит промчавшихся снов.
Только я, несмотря ни на что, всё равно
Жду, надеюсь и всё ещё верю в любовь.
Чует сердце, она этой ночью с другим.
Не согреет мне душу Луны бледный свет.
Превращаются мысли мои в горький дым
От истлевших в дрожащей руке сигарет.
Где же ты затерялся, любви моей конь?
Холодна и темна ты, разлуки река.
Превращаются мысли в жестокий огонь,
В нём сгорает любовь, остаётся тоска.
Я тебе не скажу о любви,
Потеряли слова теперь цену,
Но пойду за тобой-позови!
Сквозь цветущей черёмухи пену.
Сквозь осенних дождей канитель,
Сквозь январскую злую стужу.
Не страшна мне шальная метель,
Лишь бы знать, что тебе я нужен.
Лишь стучали б сердца в унисон,
Я не буду обманут судьбою,
Только знать бы, что это не сон,
Что навеян ночною волшбою.
Наша жизнь на земле-суета,
Не изменишь того, что уж было.
Не забыть, как твоя красота
Мне глаза до озноба слепила.
Прошлых дней нам никто не вернёт,
Время мчится горячею пулей.
Счастлив тем я, что пил этот мёд,
Что дарил мне Божественный улей.
И теперь в моих жилах, в крови
Не иссякнет огонь этой страсти,
Я пойду за тобой-позови!
В ясный полдень пусть или в ненастье.