Read the book: «Цена твоих желаний»

Глава

Анастасия Вертинская

ЦЕНА ТВОИХ ЖЕЛАНИЙ

2025 год.

Книга первая.

КОГДА ТЫ ВСТРЕТИШЬ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СВОЕГО ЧЕЛОВЕКА,

ЧТО ТЫ СМОЖЕШЬ ОТДАТЬ ВЗАМЕН?

ОН ПРИДЕТ К ТЕБЕ И ОБЯЗАТЕЛЬНО ПОПРОСИТ СВОЮ ПЛАТУ …

1 ГЛАВА

«У меня сейчас та самая,

Идеальная жизнь, о которой я мечтала»

- сказала она и запила

антидепрессанты водкой.

С просторов интернета

- Мамуль, а ты расскажешь мне снова эту красивую старую легенду? – малышка лежала на кровати в ворохе подушек, соорудив из огромного одеяла кокон.

- Алис, а чем тебе так понравилась эта старая история? – легко играясь пальцами в золотых колечках кудрявых волос дочери, удивленно спросила Ника.

- В ней есть что-то сказочное, вселяющее надежду, – неожиданно, совершенно по-взрослому ответила дочь

- Ну хорошо, тогда у меня одно условие - ты слушаешь ее с закрытыми глазами, – притворно-строгим голосом сдалась Ника.

- Обещаю, мамочка, – черные, словно обсидиан, глаза дочери хитро сверкнули.

- Тогда слушай. Есть старое поверье, которое пришло к нам от далеких предков. Оно гласит, что, на самом деле, луна - это прекрасная душа мужчины, заключенная в небесном светиле. Он был абсолютно равнодушен ко всем жителям Земли, пока однажды не заметил потрясающую девушку, чья красота заворожила его. Она стояла прямо на краю утеса и загадывала желания на каждое полнолуние. Как ни старался, он не мог понять, о чем девушка украдкой просила. Луна пообещал себе обязательно найти ее и с нетерпением ждал встречи. Однажды девушка перестала приходить. Больше его любовь никогда не появлялась перед ним, он не видел и не слышал ее. Тогда он призвал на помощь волков, ветра, океаны и моря, чтобы они искали ее в каждом уголке земли и на каждом побережье. Но никогда больше им не удалось встретиться. С тех самых пор, бытует мнение, что прошли уже века и эры, каждое полнолуние воют волки и бушуют шторма - так животные и природа извиняются перед своим господином, говоря ему: «прости, мы так и не нашли ее…»

Услышав мерное сопение в подушках, Ника моргнула и вернулась в реальность. По ее щеке текла горячая слезинка, оставляя за собой соленый след. Тыльной стороной ладони, вытерев влагу с подбородка и переведя взгляд на мирно спящего ребенка, Ника тихо выбралась из кровати своей малышки и придирчиво осмотрела детскую. Черничная ночь уже вовсю вступила в свои права, за окном мерно трещали цикады, звездное небо как обычно, казалось таким низким, что до него можно было дотянуться рукой. Мерное пламя свечей в детской убаюкивало и придавало комнате слегка сказочный вид. Решив не тушить сегодня все свечи, еще раз убедившись, что ее дочь крепко спит, Ника на цыпочках вышла из комнаты, неплотно закрыв дверь.

В коридоре девушка довольно потянулась, совершенно по-кошачьи, выгнув спину и глубоко вздохнула. День выдался слишком ленивым - всего пара раскладов таро и одно зелье на удачу, Вероника устала гораздо меньше, чем рассчитывала. Спать совершенно не хотелось, да и какая черная ведьма, на самом пике своих сил, ложится спать в 21.00? Ухмыльнувшись собственным мыслям, Ника прошлепала босыми ногами в ванную. Включив горячую воду, чтобы ванна наполнялась, и немного повозившись с музыкальной колонкой, из которой непринужденно заиграл новый альбом Asgeir, девушка направилась на кухню за травяным настоем. Она решила попробовать еще раз. Этих попыток были уже сотни, она знала, что снова поплатится за свои поступки, но сделать ничего с собой не могла. Желание узнать правду душило ее – наконец, найти его и постараться все объяснить, на крайний случай, просто увидеть и доказать самой себе, что все произошедшее с ней - не плод ее воображения.

Вынырнув из собственных размышлений и тут же вспомнив про ванну, Ника чертыхнулась и легкой поступью побежала туда. Благо, она успела вовремя, вода еще не успела перелиться. Стерев пар с тяжелого винтажного зеркала и скинув легкое домашнее кимоно, Ника придирчиво осмотрела себя. Рыжие кудрявые волосы, мягким водопадом струились по спине, зеленые, как изумруд, глаза, прозрачная, фарфоровая кожа, спортивная, упругая фигура. Россыпь татуировок по всему телу, витиеватая плеяда родинок. Все было, как всегда. Нике было 32 года, но выглядела она максимум на 27. Оставшись удовлетворенной увиденным, она кинула в горячую воду несколько специальных ароматических солей и, глубоко вздохнув, полезла в ванну. Ей предстояло очередное путешествие по закоулкам собственной памяти. Умом она прекрасно понимала причинно-следственную связь событий и интуитивно понимала, что и в этот раз ничего не получится. Однако, надежда, живущая в ее сердце, всегда заставляла двигаться вперед, изучать все новые гримуары, полученные в дар при восхождении ее силы, от предков. Оккультные трактаты, наполненные вековым опытом старых колдунов, чернокнижников, сатанистов, знахарей и целителей открывали новые горизонты для практики и усиливали веру в успех в беспокойном сердце девушки. Вот и сейчас открыв одну из ветхих книг и глубоко вздохнув, Ника начала неспешно читать заклинание на латыни, одновременно погружаясь в воду с головой.

***

Вероника Грейц, наследница магистра темного культа, достойная дочь своей матери, имела сложные отношения с жителями своего села. Ведьма обожала эту деревушку. Небольшое, село укромно расположенное в центральной части России, смогло сохранить свою первобытность и советский стиль, несмотря на стремительно развивающиеся города, в окружении которых оно находилось. Вероника не особо помнила, как ее предки смогли заполучить себе роскошную усадьбу, стоящую на отшибе этой деревушки. Когда-то, очень давно, в ней жили ее бабушка и дедушка, но после их кончины, усадьба не пользовалась популярностью у членов ее семьи, а местные предпочитали обходить стороной это место. Большое количество небылиц и сплетен создали ореол таинственности, щедро подкрепляемый страхом и предрассудками односельчан. Время беспощадно и, постепенно, с течением лет, усадьба потеряла свое былое величие и лоск. Много воды утекло с момента последнего визита Ники в это место. Однако, ее всегда манил этот дом, было в нем нечто особенное. Что именно так сильно привлекало, ей самой было неизвестно. В одном Вероника была абсолютно уверена, наступит день, когда она обязательно вернется в эту усадьбу и возродит ее былое величие. Наконец, ее цель была достигнута. Пережив страшную аварию, беременная, пролежавшая не один месяц в больнице, Вероника переступила порог холодной, мрачной усадьбы.

- Я смогу вернуть тебе утерянное великолепие, обещаю, – уверенно пообещала она, в пустоту стен.

Односельчане были в ужасе. Поместье, что пугало всех жителей деревни, вдруг показало своего владельца. Слухи молниеносно разлетелись по всей округе. Старые предрассудки и легенды, связанные с усадьбой, приобрели вторую жизнь и новые подробности. Всем жителям было любопытно и страшно: что за красотка приехала туда и будет ли она колдовать, как и ее предки, жившие здесь несколько десятков лет назад?

Высокая, статная, стройная, как лань, но высокомерная, как истинная леди, она никого не оставляла равнодушным. Многие из старожилов открыто ненавидели ее, подозревая в колдовстве. Местный фермер, бывший председатель колхоза, в 90е ставший эффективным собственником, старик, чье лицо давно исполосовали морщины, тело было дряблым, а волосы покрыла глубокая седина, брызжа слюной, во всеуслышание орал на главной площади, что Сатане и его приспешникам тут не место, указывая на покосившуюся церквушку на отшибе, искренне надеясь, что местный батюшка обязательно поддержит богоугодные намерения и святые цели председателя. Однако, его кровожадным мечтам о сожжении ведьмы на священном костре не суждено было сбыться. Услышав план выжившего из ума старика, священник вытаращил глаза и оторопело пробормотал, что данное мероприятие точно не по душе ни ему, ни Отцу небесному, а значит и участвовать в этом ни лично он, ни церковь не собирается - тот факт, что девушка является ведьмой, никем не доказан. Да и не было у нас на Руси инквизиции, аналогичной европейской. Так что, какой бы красотой или характером не обладала Вероника Грейц, предъявить ей было абсолютно нечего. Это очень огорчало Петра Ильича, так звали председателя, но было вполне ожидаемо – молодой священник только что был рукоположен в сан, и был хлюпиком, как считал старик.

На бывшего председателя работали в основном, местные маргиналы, так как на зарплате он предпочитал экономить. Сколотив добровольно-принудительно небольшое ополчение из семи своих сотрудников, пообещав каждому бутылку в качестве премии, Петр Ильич начал подготовку к нападению на злополучную усадьбу, желая искоренить зло из своих земель.

Мотивированные соответствующим образом, вооружившись факелами и вилами, как раньше в кино показывали, деревенские маргиналы двинулись нестройной колонной в направлении дома Вероники. Она ждала их - нужно было решить этот вопрос раз и навсегда. Лучше хорошенько напугать и отбить все желание связываться с ней единожды, чем постоянно оправдываться и сгорать под косыми взглядами. Одиночества Вероника никогда не боялась, а вот пристальное внимание, пересуды и сплетни нередко выводили ее из себя, нервируя своей нелепицей. Она тоже подготовилась к встрече с горе-ополченцами - это будет интересный опыт, который не оставит их равнодушными. Вероника плотоядно улыбнулась.

У председателя подкашивались ноги от волнения и страха, ему хотелось убежать обратно в свой дом, в какой-то момент он поймал себя на мысли, что все произошедшее сегодня ему явно не понравится. Осмотрев свое мини-войско, старик почувствовал, что ничем хорошим его мероприятие не закончится, но отказаться было уже невозможно. Страх потерять свой авторитет и личное эго заставляли послушно передвигать ногами, освещая себе путь факелом. Господи, зачем эту вонючую, горящую палку с собой взял? Откуда вообще мысль взять с собой вилы, топоры и прочую ерундистику? Петр Ильич все еще пытался подбодрить послушно трусивших за ним работников, но уже без особого энтузиазма. Все же очень сильно хотелось домой, страх липким потом напоминал о себе, заставлял рубашку прилипнуть к телу. Так, погруженный в свои мысли, он неспешно добрел до ворот поместья,

«Лишь бы он были закрыты, - подумал председатель, - мы не сможем их открыть и просто уйдем отсюда, попытка будет засчитана, авторитет не пострадает, а эта ведьма пусть делает, что ей вздумается! Сильно зажмурившись и сделав глубокий вздох, он впился взглядом в калитку, которая была гостеприимно распахнута, ожидая визит непрошеных гостей. «Нам всем сегодня придет конец!» - с такой мыслью он вошел на территорию поместья.

- Хозяйка, ты дома? – голос председателя дрожал сильнее, чем он думал. Как назло, открыта была еще и входная дверь, других вариантов не было, пришлось зайти и в нее. Оказавшись в просторном холле, мрак которого развеивался только светом огня от свечей, он ощутил холод, пронзивший его от макушки до пяток. Следом за ним, гуськом зашла и группа поддержки, жадно осматривая интерьер и завистливо присвистывая.

- А у Вас обычай такой, приходить в дом к незнакомой одинокой девушке с вилами и факелами? Скажу честно, мне больше по душе тортики и полевые цветы, но это так, на будущее, – с металлом и презрением в голосе проговорила Вероника откуда-то из глубины дома. Гулкое эхо в полумраке не позволяло определить местоположение хозяйки.

- Ты ведьма и сатанистка, и должна покинуть эти места, – голос председателя покинули остатки былой уверенности, он был едва слышим.

- Кто Вам это сказал? Откуда Вы так уверены, что я ведьма? – стали и презрения стало больше, весь этот цирк начал утомлять Нику, но она не спешила выходить из тени колонны, за которой прекрасно видела, все, что происходит.

- Раньше в этом доме происходила всякая чертовщина, тут жила знахарка. А муж ее черным ведьмаком слыл, я маленький совсем был, а люди про них чудеса рассказывали, – оправдываясь, проблеял председатель. Группа поддержки молча топталась где-то на заднем плане, не желая вступать в диалог.

- Я правильно сейчас понимаю, что Евдокия и Аскольд, которые приходились мне родными бабушкой и дедушкой, прожившие всю свою совместную жизнь в этом поместье, занимались тут черной магией, знахарством, и еще черт знает чем??? И у вас есть неопровержимые доказательства этого факта? Подумайте хорошенько, ведь, как вы утверждаете, вы были совсем ребенком, а у детей, как мне известно, очень богатая фантазия, – не сумев сдержать смех, Ника вышла из своего укрытия и позволила горе-инквизиторам увидеть себя.

- Мне кажется, да, – впившись взглядом в девушку, тихо промямлил староста. Она была очень красива. Молодое, упругое тело, тонущее в волнах черного шелкового платья, распущенные рыжие волосы, кроваво-красная помада на пухлых губах и острый взгляд изумрудных глаз, не предвещавший ничего хорошего. В который раз за этот вечер по телу председателя прокатилась волна страха. Он в ее власти, они все в ее власти, это поместье полностью в ее власти. Она слишком сильна и безжалостна, пора бежать домой.

- Между тем, что кажется и тем, что знаешь наверняка, есть огромная разница, я думаю, Вы понимаете, о чем я говорю? – ехидство сочилось с ее губ, она наслаждалась страхом толпы, что ощущался в пространстве физически.

- Да, я знаю, что в вашей семье одни чернокнижники и оккультисты. Вы все слуги Сатаны!!! – голос председателя сорвался на визг.

- Откуда Вы берете эту чушь? У Вас все в порядке с душевным здоровьем? Вы очень вспотели, у Вас трясутся руки, дрожит голос, взгляд совершенно дикий, Вы хорошо себя чувствуете? Может, принести водички или хотите чаю? – голос Ники стал приторно вежливым. В этот момент мужчина в строгом костюме, что был изображен на огромном портрете позади ее спины, вдруг участливо подмигнул старосте.

Все, это было последней каплей, он больше не мог находиться в этом странном доме, желание оказаться в собственной кровати около теплого тела своей сопящей супруги наступило на горло гордыне и размазало по остаткам разума драгоценный авторитет. С диким визгом председатель бросил факел на мраморный пол и выбежал из дома со всех ног.

- Ну, раз Ваш главарь покинул наши дебаты, а Вы проделали сюда долгий путь таким поздним вечером, может, перед уходом, все-таки, чаю? – бархатный голос Ники гипнотизировал оставшихся воителей за справедливость. Все семеро, как по команде, вскинули головы и увидели за спиной ведьмы огромную тень с рогами, что неспешно, царапая неестественно длинными когтями, стену подбиралась к ним. Разом, заорав во все глотки, горе-мстители бросились врассыпную прочь из ужасного дома, к которому больше ни один из них не имел ни малейшего желания приближаться.

Вероника довольно хохотнула и, крепко заперев все двери и калитку, умиротворенная, пошла спать. День был хлопотный, но вечер явно стоил всех затрат. С легкой улыбкой девушка блаженно заснула.

***

Вероника вынырнула из остывшей ванны и глубоко вдохнула. Ее подсознание в очередной раз издевалось над ней, подкидывая абсолютно ненужные сейчас воспоминания. Она тихо взвыла и, укутываясь в теплый халат, вышла из ванной комнаты. Договориться со своим бессознательным оказалось сложнее, чем она думала. Ника хотела вспомнить внешность или хотя бы имя того, кто так бессовестно покинул ее, она совершенно не помнила о нем ничего, только запах его тела, приятный пряный мужской аромат мускуса, кожи и хорошего табака навечно врезались в ее память. Девушка совершенно ничего не помнила о своем избраннике, кроме фамилии, которую она носила, но четко понимала, что легко найдет его по запаху, даже из тысячной толпы прохожих. Он исчез из ее жизни, как будто никогда и не встречался с ней, оставив в награду дочь, которую Ника безмерно любила. Неспешно закурив сигарету Вероника погрузилась в воспоминания, стараясь в мельчайших деталях вспомнить хронологию того злополучного вечера.

На момент тех событий ей было всего 25. Она только недавно вышла замуж, с гордостью взяв фамилию своего мужа. Грейц – звучит статно и пафосно, шутила Ника. Девушка безмерно любила своего супруга и, хотя ее семья относилась к нему скептически, так как он к магии не имел ни малейшего отношения, все же они приняли ее выбор, стали воспринимать его нейтрально. Не говоря ничего хорошего, но и не принижая его честь и достоинство. В период их брака, Ника решила переехать в родовое поместье в глушь, подальше от посторонних глаз. Она планировала заниматься целительством, вести домашний быт, воспитывать их совместного ребенка, а лучше двух и обрести простое женское счастье. Магия никуда от нее не денется, сила была лишь частью девушки, но далеко не единственным, что наполняло Веронику. Супруг полностью поддержал ее решение скрыться от общества в загородном доме. Чем он занимался, она, к сожалению, не помнила. В голове у Ники был идеальный план: забеременеть в городе, провести некоторое время под наблюдением врачей, а как она удостоверится, что все в порядке, можно смело переезжать. Они пытались, они долго старались завести ребенка, но все их попытки были тщетны. Спустя год, в течение которого множественные анализы, консультации, врачи не дали никаких результатов, у Ники опустились руки. Вероника и ее супруг были полностью здоровы, никаких отклонений у них не наблюдалось, специалисты лишь разводили руками. Когда терпение окончательно подошло к концу, Ника, под предлогом семейного визита поехала к матери и, как на духу, рассказала ей все. Веронике казалось, что ее мудрая, взрослая мама обязательно сможет помочь. Не было ни единой ситуации, с которой ее мать не смогла бы справиться. Для Ники это был самый последний шанс. Она верила, что сможет найти ответ на вопрос, мучивший ее на протяжении всего последнего года.

Адриана Валентиновна встретила дочь прямо на пороге дома. Женщина всегда очень остро чувствовала свою дочь, и сейчас, только взглянув на Веронику, она сразу поняла - ее дитя не в порядке. Слишком жалкой и безжизненной выглядела Ника. Девушка уткнулась носом в длинную шею матери и разрыдалась в голос, совершенно по-детски хлюпая носом и размазывая сопли по рукаву своей водолазки .

- Нууу, моя звездочка, что у тебя случилось? Почему ты плачешь? Кто так сильно обидел мою девочку? – мягко проталкивая дочь в гостиную и усаживая ее около себя, параллельно накрывая пледом, мягким голосом поинтересовалась Адриана

- Мам, я что, не могу иметь детей? – постепенно успокаиваясь и еще изредка горько вздыхая, прогундосила Вероника

- Кто тебе сказал такую глупость ? – моментально напрягшись, но не показывая вида, мать старалась сохранить непринужденный тон.

- Мы уже год пытаемся завести ребенка, у нас ничего не выходит, просто не получается. Врачи в недоумении, анализы все идеальные и у него, и у меня. А толку от этого нет. Я хочу быть матерью, как ты. Такой же женственной и мудрой, хочу, чтобы по нашему дому топали маленькие ножки, хочу плести косички и заботиться о ней, как о сокровище. Мам, я очень хочу девочку, чтобы, когда она вырастет, также передать ей свою силу. Как ты в свое время передала мне. Муж не против, но сколько мы ни стараемся, не получается, я уже и на мальчика согласна, пусть будет сын. Главное, чтобы он был. Но с каждым днем отчаянье накрывает все больше. Из-за этого, мы стали ссориться чаще, кажется, что супруг чувствует себя виноватым. А от того, что он корит себя, становится неловко мне. Мам, что мне делать? – глаза, совсем высохшие от слез, были наполнены грустью и болью от несбывшихся надежд.

- Малышка, может, еще не время? – Адриана, продолжала держать себя в руках, не зная, как сказать своему единственному ребенку правду. Ту самую горькую истину, которая окончательно вышибет Нику из колеи. В этот момент мать была готова сделать все, что угодно, лишь бы гребанный закон рода в этот раз дал сбой. Но правила тонкого мира работают без исключений. Впервые этот факт заставил Адриану пожалеть о всех своих решениях.

- Мам, а когда придет время? Когда я состарюсь и умру в одиночестве? Я уже думала взять ребенка из приюта, совсем крохотного, и воспитать, как своего, но Артур категорически против. Я в отчаянии. Есть такое чувство, что мне не суждено стать матерью, никогда, совсем. Это сводит с ума, – Ника была похожа на ребенка, чье самое заветное желание только что разбилось о суровые скалы реальности.

- Мое солнышко, я думаю, ты слишком зациклилась на своем желании. Оно стало для тебя маниакальным. От этого ты слишком остро воспринимаешь происходящее, Ник, дай вам еще немного времени, – Адриана не могла сказать правду, что встала в горле липким комом, сотканным из горечи и жалости, а также ненависти к себе.

- Мамуль, ты же у меня великая ведьма, скажи, ты же видишь, что со мной не так? – Вероника задрала кверху водолазку, оголяя женственный живот, с надеждой смотря матери в глаза.

- Все с тобой так, как должно идти, я же тебе говорю, ты слишком зациклена на своем желании - в этом вся проблема, – Адриана заставила себя улыбнуться, получилось вполне естественно, как ей показалось.

- Думаешь? - не скрывая волнения в голосе , воодушевилась ее дочь, озаряя комнату самой счастливой улыбкой

- Конечно, моя дорогая, тебе просто нужно время и результат не заставит себя ждать, – Адриана захотела выпить смертельный яд или отбить себе память, так много она еще никогда не лгала своей дочери.

- Тогда предлагаю пить чай с пирожками, ну теми самыми, которые твои фирменные, ты же напекла их к моему приезду? – Ника довольно потирала ладони, превращаясь повадками в хитрую кошку

- Конечно, малышка, пойдем, угощу тебя твоими любимыми вкусняшками, а то опять на своих диетах исхудала, одни кожа да кости торчат - бесцветным голосом поддержала Адриана, размышляя о фразе «Ложь во спасение». А кого она в их ситуации спасает? На секунду матери показалось, что эта самая чертова ложь убьет их обеих, если уж не физически, то морально – однозначно.

Невесело усмехнувшись своим мыслям, она, взяв под локоть свою дочь, величественной походкой направилась на кухню. «Чтобы ни случилось в твоей жизни, всегда держи голову прямо и не давай осанке сгорбиться, как хлипкой осине», - так некстати вспомнились слова бабушки в голове Адрианы. В любом случае, все уже было сделано. Ей оставалось лишь ждать последствий сегодняшнего дня.

Окончательно успокоив Веронику и убедившись, что дочь пришла в свое обычное позитивно-боевое настроение, мать решила перестать беспокоиться о возможных вариантах развития событий и просто довериться судьбе. Предугадывать, переживать, строить планы было слишком утомительно и безрассудно. Одно Адриана знала наверняка - рано или поздно жуткая правда все равно выползет наружу, что непременно приведет к грандиозному скандалу и явно перевернет ее привычный уклад жизни ко всем чертям. Она смирилась с этим и покорно ждала этого события. Решив принять на себя весь удар, каким бы болезненным для нее он ни был.

***

Ника с легкой брезгливостью выкинула окурок в пепельницу, он уже давно погас в ее пальцах и противно смердел. Она устало потерла лицо. Месяцы работы с памятью и подсознанием не давали результатов, на нее снова мягкими волнами накатывало отчаянье, как и тогда, 6 лет назад. Если бы мать не струсила в тот злополучный день, а нашла в себе силы сказать правду, что бы сейчас было с ней самой и ее семьей? Поступила бы она точно также? В целом Вероника была довольна своей жизнью. У нее есть огромный загородный дом, ребенок, который совершенно не дает ей скучать, целительство и полная свобода действий. Но цена за сегодняшний комфорт иногда казалась ей огромной. Картинка идеального будущего, которую она украдкой от всех рисовала в своей голове, довольно стремительно стала явью, только вот душевная боль, настигающая Нику каждую гребанную ночь, заставляла задуматься об истинной цене ее желаний. Почувствовав неприятное першение в горле и легкое пощипывание в глазах, Вероника решила, что никотина на сегодня однозначно хватит. Затушив в пепельнице энную за вечер сигарету, девушка погасила ночник и отправилась в свою спальню. Сна не было ни в одном глазу, но, мельком глянув на часы, Ника прикинула, что Алиса скоро проснется, а, значит, и ей самой необходимо вздремнуть хотя бы пару часов.

Приоткрыв окна и впустив в комнату мягкую ночную прохладу, Вероника наконец погрузилась в легкий тревожный сон, под мерное стрекотание цикад.

***

- Вы видите все строчки? – голос показался Нике смутно знакомым.

- Да, – немного удивленно ответила она.

- Закройте правый глаз и читайте верхнюю строчку!

- Ш, Б, М, Н, К, – автоматически отчитывалась Ника.

- А теперь закрывайте левый и читайте строчку ниже!

- Ы, М, Б, Ш, – Ника повторяла послушно выполнять просьбы неизвестно кого. Она была в кабинете офтальмолога, только вот, что Вероника там делала, и в каком мире она вообще находится, понять не могла. Картинка была слишком реалистичной, а, значит, это не сон - для осознанного сновидения предметы и речь врача были слишком естественными и правильными. Материальная реальность быть тоже не могла - она отчетливо помнила, как засыпала в своей спальне.

- Отлично, никаких нарушений нет, сейчас еще проверим глазное дно и думаю, смогу отпустить Вас на этом, – силуэт вышел из-за ширмы, но яркий солнечный свет мешал разглядеть врача.

- Спасибо, доктор, ээээ, как я могу к Вам обращаться? – Ника все еще судорожно соображала, где она находится.

- Зовите меня Артур, доктор Артур Грейц, – отозвался голос где-то рядом.

От неожиданности Вероника вскрикнула и подскочила на кровати. Вот оно! неужели ее подсознание сжалилось над ней и вознаградило маленькой крупицей ценной информации. От волнения и возбуждения руки девушки дрожали, и в горле моментально пересохло, но она не обращала на это внимания. На часах было 6 утра, топот маленьких ножек гулким эхом отразился от стен коридора.

- Мам, почему ты кричишь? – голос Алисы был испуганным.

- Все в порядке, моя сладкая, я напугала тебя?– схватив на руки свою малышку, Ника со счастливым смехом завалилась обратно на кровать.

Глаза ребенка раскрылись в удивлении, уже давно она не видела маму в таком хорошем настроении ранним утром.

- Мам, а давай еще поспим? Вместе? на твоей кроватке?

- Конечно, давай, золото мое, - укладывая на руку Алису, которая уже свернувшись клубочком начинала засыпать, тихо отозвалась Ника.

Слегка поглаживая дочь по телу, и невесомо целуя в макушку, Вероника вдруг испытала прилив неконтролируемой нежности и блаженства. Жизнь начала меняться в лучшую сторону. Она наконец вспомнила имя своего мужа. Артур. Его звали Артур Грейц. А это было уже немало.

Все еще нежась в лучах утреннего солнца и благодаря все высшие силы, которым она поклонялась, Вероника уснула, крепко сжимая дочь в своих объятиях.

***

- Почему ты не сказала ей правду??? Она имеет право знать, Ника сильнее всех женщин в нашем роду и непонятно, что она сможет учудить в угоду своим желаниям, – глаза отца Вероники полыхали яростью

- Я не смогла, Давид, она моя единственная дочь, и я желаю ей только добра, – нервно комкая в руках бумажную салфетку и утирая слезы отозвалась Адриана.

- Вот именно, она НАША ЕДИНСТВЕННАЯ ДОЧЬ, ты не сможешь скрывать от нее истину вечно, – гнев в голосе Давида поутих, уступая место обреченности.

- Я не могу так с ней поступить, мы и так обошлись с ней слишком жестоко, узнав правду, Ника возненавидит нас. Давай не будем ей говорить, как можно дольше.

- Это неправильно, Адриана, она имеет право знать, завтра сам поеду к ней и расскажу все, - на лице отца отразилась гримаса боли и отчаяния.

- Я умоляю тебя, не надо, пожалуйста, я успокоила ее, сказав, что пока не время, дай нам самим время подготовиться к этому разговору, – мать перешла на откровенные рыдания, зная, что ее крокодильи слезы всегда делали безоружным Давида. Это была низкая манипуляция, но по другому она не могла его уговорить. Адриана не могла сейчас потерять все доверие своей дочери, только не сейчас, для матери было страшно осознание, что ее дочь совсем выросла и теперь строит уже свою семью. Глубоко внутри себя, она все прекрасно знала, но не хотела принимать.

- Я дам тебе ровно один календарный месяц. Всего один, по истечении этого срока ты расскажешь Нике правду или это сделаю я, – голос Давида был властен. Как маг, он был сильнее Адрианы, а, значит, его слово - закон. В этом доме и в их совместной жизни. Он редко пользовался этим правом, его сердце обливалось кровью, Давид знал, что, возможно, правда, которую они откроют своей дочери, навсегда разрушит их семью. Однако, какие бы последствия не ждали их впереди, Вероника должна знать всю истину о происхождении своей силы.

***

Солнце уже вовсю заливало своим желтым светом спальню, где мирно спали Вероника с Алисой. Дневной зной безжалостно прогревал землю и всю атмосферу вокруг, от чего на лбу у Ники появилась легкая испарина, она начала просыпаться, чувствуя, что Алиса отдавила своим весом ее руку. Легко, стараясь не разбудить мирно спящего ребенка-кабаненка, девушка на цыпочках вышла из комнаты, слегка прикрывая дверь и накидывая на ночную сорочку шелковое кимоно. Направившись в кухню, Ника начала возиться с завтраком, она была чертовски голодна. Настроение было приподнятым и позитивно-задорным с самого утра. Теперь можно немного отдохнуть от магии и постоянного самокопания, действовать следовало самыми обычными способами. Придется играть в Шерлока Холмса, ну и ладно, зато точно будет не скучно. Итак, Ника живет в этом поселке уже более 4 лет, никаких Артуров, тем более, с фамилией Грейц, тут никогда не было, значит, искать нужно в окрестностях. Он офтальмолог, возможно, работает где-то в больницах соседних городков, благо, их не так много. Особенно, если учесть редкие имя и фамилию, можно с уверенностью сказать, что найти его будет легко. Улыбаясь собственным мыслям и слегка пританцовывая с деревянной лопаткой в руке, Вероника не заметила, как на кухню зашла ее дочь.

- Урааааа! Блинчики, мои любимые, - заголосила Алиса, учуяв сладкий аромат.

- Да, зайкин, решила побаловать тебя, – усаживая дочь на кухонный стол около себя, Ника подставила щеку, для поцелуя от дочери.

- Мам, а чем мы сегодня займемся? – болтая в воздухе ногой, поинтересовалась Алиса.

- Будем играть в сыщиков, прямо как в том мультике, про Бременских Музыкантов.

- А кого мы будем искать? – глаза Алисы округлились от предвкушения.

- Это пока тоже тайна, – заговорщически подмигнула ей Ника.

- Мамочка, я очень люблю тайны, – восторженно прошептала Алиса.

- Я знаю, вся в мать, – подмигнув дочери, Ника включила кофе-машину.

День обещал быть суматошным, но девочки были в предвкушении приключений, а легкая ночная зацепка придавала веры в успех плана Вероники. «Итак, что мы имеем? У нас есть имя, фамилия и запах. Не густо, но и не пусто», - размышляла Ника, легко управляя огромным внедорожником.

Алиса на заднем сидении закидывала ноги на потолок машины и рассматривала свои пальцы сквозь падающие на них лучи солнца. Вероника обожала за это свою дочь. Алиса была тем ребенком, что легко соглашалась на любой план матери и никогда не капризничала. Они часто путешествовали вдвоем. В распоряжении Алисы было все заднее сидение машины, где постоянно валялись игрушки, были раскиданы конфеты, фантики, упаковки от сока и воды и во всем этом бардаке, ее дочь чувствовала себя максимально комфортно. Она напевала песни, рисовала жирафов и давала странные названия деревьям и животным, что встречались у них на пути. Вероника любила такие совместные поездки, девушке казалось, что они вдвоем -идеальная команда, что сможет добраться куда угодно. Весь мир был у их ног, точнее, у колес. Так, за шутками и рассказами, они неспешно заехали на территорию небольшого городка, что располагался всего в 40 километрах от их поселка. Найдя в поисковике адреса всех офтальмологических клиник, Вероника глубоко вздохнула и надавила на педаль газа. Если объезжать в день по городу, с интенсивностью через день, один день искать, а другой работать, то уже через пару недель либо мы что-то найдем, либо придет время придумать новый план.

***

- Ты обещала сегодня все рассказать Веронике, ты помнишь? – тон Давида не терпел возражений.

- Да, я сделаю это сегодня, мы договорились, что я навещу ее, – еле слышно, бесцветным голосом отозвалась Адриана.

- Я жду тебя вечером и, наверное, куплю виски, сегодня будет слишком непростой день, – сжалился Давид над своей женой.

- Буду очень признательна, – съежившись под его взглядом, проговорила мать Вероники.

Неспешно накинув на плечи тонкий плащ, она вышла на крыльцо, где ее уже ждала машина с водителем. Адриане казалось, что она идет на собственную казнь. Однако время, что дал ей Давид, истекло, а маги всегда держат свое слово. Украдкой смахнув слезу и попытавшись унять дрожь в руках, она села в машину.

- Мамуль, у Вас что-то случилось? С папой все хорошо? – Вероника хлопотала вокруг матери, помогая той снять плащ.

- Да солнышко мое, у нас все хорошо, – наверное, с таким же видом приговоренный к смертной казни узник идет к гильотине, только вот в отличии от смертников, у Адрианы не было последнего желания.

- Тогда что случилось? – Ника не понимала, что происходит и от этого волновалась еще сильней.

- Помнишь ту коллекционную бутылку вина, что мы дарили тебе на восхождение силы?

- Да, конечно, Скачидьяволи еще стоит в нашем баре, – ошарашенно отозвалась Ника.

- Доставай, открывай, наливай на двоих, – прикуривая сигарету, мертвым голосом отчеканила мать.

- Да, конечно, – как робот, отреагировала Вероника.

Немного повозившись на кухне и найдя остатки сыра, крекеров и паштета, а также наполнив бокалы, Ника вернулась в комнату.

- А теперь садись и слушай меня, не перебивая. То, что я расскажу тебе, повергнет в шок, так что смело налегай на вино, я только за, – Адриана затушила сигарету в тяжелой антикварной пепельнице и, помедлив пару секунд, начала свой грустный рассказ.

- В нашем роду по женской линии далеко не все имеют силу. Все мальчики, что появлялись в нашей семье, совершенно независимо, от мага или обычного человека, уже рождались с мистическим даром или специфической силой, что дарована нам Вечной Тьмой. В отличие от девочек, которым повезло гораздо меньше. Девочки, наделенные силой, рождаются в нашей семье через поколение. Ты же сама прекрасно знаешь, на одних гримуарах, без должных способностей, далеко не уедешь. Так вот, у меня сила была с рождения, а это значило только одно. У тебя этой силы быть не должно. Да, чисто технически, она может проявиться, но максимум ее хватит на лечение мигрени и не более того. Я очень хотела мальчика, сына, которому дар будет предопределен по половому признаку, но селяви, родилась ты. Я была обескуражена - столько опыта, навыков, знаний, умений абсолютно впустую. Мне некому их передать, и, как назло, ты с самого раннего детства начала видеть знаки, общаться с животными, проявлять удивительные качества интуиции и яснознания, ты видела этот мир совершенно не как обычная девочка. Осознание того, что в тебе великий потенциал, который никогда не раскроется, сводило меня с ума. Ты верила в свое восхождение, как темная ведьма, и я не знала, как тебе сказать, что этого никогда не произойдет. Тебе уготована жизнь обычного человека. Да, ты можешь быть счастлива и как простая смертная, а если сможешь родить сына, то всю мощь рода мы передадим ему. Но ни у кого не было никакой уверенности, что ты вообще захочешь завести детей. И тогда наша ветвь рода оборвется на твоей жизни. Ведь я так и не смогла больше родить ребенка. Хотя мы с твоим отцом старались зачать мальчика, дабы переложить на него бремя магии. Однако, все наши попытки оказались тщетны.

Одним поздним вечером за полгода до предполагаемого твоего восхождения я копалась в старых книгах и совершено случайно нашла заговор на призыв темного представителя, который может исполнить лишь одно желание. В моей голове созрел молниеносный план, как подарить тебе, все, что ты хочешь и обещанное восхождение в том числе. Я сразу побежала к отцу и он, недолго думая, согласился. Дождавшись определенного времени, мы призвали его. Он с интересом отнесся к нашей просьбе, только, как и в любой сделке, у нашего желания была своя цена. В твоем случае, ты становилась одной из самых могущественных представительниц нашего рода, которая сможет передать свои знания дальше, окропив каплей своей крови на восхождении любого из наших потомков, независимо от пола ребенка. Но взамен, ты никогда не можешь иметь детей. В тот момент, когда темный попросил об этом, нам с твоим отцом показалось такое условие сущей мелочью, тебе не было и 18 лет, ты любила саму жизнь, дразнила мальчишек и кричала, что никогда не будешь иметь детей. Мы были уверены, что так будет всегда и, поэтому, с легкостью скрепили сделку рукопожатием. Демон выполнил все условия своей части контракта, ты получила неограниченную силу, прошла так долго желанное тобою восхождение, дар целительства, классическую ведьминскую красоту и невероятную силу, тобой гордится весь наш род. Я и забыла про эту сделку, пока ты не пришла ко мне в слезах с откровением, что хочешь детей и никак не можешь их иметь, – Адриана закончила рассказ и внезапно начала рыдать навзрыд.

- Так, значит, я не могу иметь детей вследствие сделки? – утирая слезы ошарашенно протянула Вероника.

- Да, прости нас, мы только сейчас поняли, что сделали на самом деле. Цена нашего желания сделать тебя счастливой оказалась слишком высокой.

- Давай отменим сделку? – с надеждой попросила Ника

- Нет, мы пытались с твоим отцом месяц назад, ее невозможно отыграть назад, иначе ты умрешь, мы не можем убить собственного ребенка, – в глазах матери ни отражалась ничего, она была похожа на красивый, изящный манекен.

- Да вы уже убили меня 9 лет назад, когда сами без моего ведома решились на эту чертову сделку, кто дал Вам право решать все за меня??? Мой брак на грани распада, мой муж верит, что с ним что-то не так, а это просто вы решили сделать меня гордостью рода! – у Вероники началась жуткая истерика, слезы градом лились из глаз, щеки налились нездоровым румянцем, глаза сумасшедше блестели.

- Прости, мы сами не ведали, что творили, – голос матери перешел на мольбу.

- Да как вас простить то?? Как вообще такое в голову могло прийти, кто Вам дал право распоряжаться моей жизнью? - Ника швыряла в стену вазы с цветами, декоративные кашпо и все, что попадалось под руку, лишь бы не смотреть на мать, лишь бы сдержаться и не ударить ее сейчас.

- Зайка, мы не ….

- Пошла отсюда вон! – яростный хрип Вероники не предвещал ничего хорошего.

- Ник, пожалуйста

- Я сказала, вон!!!! – истерика накрыла Нику с новой силой. По гостиной, где они сидели, начали парить стулья, а в камине само по себе загорелось пламя.

Все. Теперь все кончено, еще раз посмотрев на Веронику наполненными болью и жалостью глазами, Адриана, сгорбившись, как побитая собака, молча натянула плащ и, не оборачиваясь, пошла в прихожую. В квартире, из которой она выходила, слышался зловещий смех, рыдания, звон разбитого стекла. Она старалась не обращать на это внимания, все, сказка кончилась, больше у них с Давидом нет ребенка. Их дочь отреклась от них. Что ж, этого следовало ожидать, - она обернулась на входную дверь квартиры, навсегда скрывшей ее самое драгоценное сокровище и постаралась запечатлеть в памяти каждый сантиметр, каждую деталь. Глубоко вздохнув и закрыв глаза, Адриана вышла из подъезда и села в машину.

- Несмотря на все, что произошло, постарайся быть счастливой, моя девочка и знай, что я всегда люблю тебя, – тихо прошептала Адриана вслед.

***

Вероника не знала, сколько она прорыдала, свернувшись клубочком на полу собственной квартиры. Гостиная выглядела так, словно еще сегодня с утра в ней проходило Мамаево побоище. Повсюду валялись осколки разбитых стекол и зеркал, щепки от сломанной мебели, земля из-под разломанных горшков, с домашними растениями. Ника лежала вся в грязи и мелких царапинах и тихонечко скулила, в таком положении ее и нашел муж. Зайдя в квартиру, он оторопел, затем, найдя свою супругу в невменяемом состоянии, обработал ей раны, отвел в горячую ванну, где она, посмотрев на него совершенно чужими стеклянными глазами, призналась, что ничего страшного не произошло, а между ней и мамой вышел небольшой инцидент, а разбомбленная гостиная это маленькое последствие их разногласий. Артур знал, что черные ведьмы могут многое, но такое он видел впервые. Совершенно обезумевшая Ника вселяла в него ужас. Прекрасно зная, что в такие моменты ее лучше оставить одну, он поспешно ретировался из ванной комнаты готовить ужин.

- Я хочу стейк средней прожарки с кровью и бутылку красного вина, - вдруг, совершенно спокойным тоном произнесла Ника, посмотрев на него очень странным взглядом, - кстати, сегодня ночью я буду занята, не пугайся, если услышишь странные звуки. Надо сделать одну штуку. Она не терпит отлагательств.

- Да конечно, солнышко, я тебя понял, как будешь готова, приходи на кухню. Жду тебя со стейком и вином, – резкая перемена в голосе и этот зловещий взгляд не предвещали ничего хорошего, но Артур был слишком напуган, чтобы сейчас спорить с женой, когда она в таком состоянии.

Как только за супругом закрылась дверь ванной комнаты, Ника с головой окунулась в обжигающе-горячую воду. План уже созрел в ее голове, дело оставалось за малым. Найти тот самый гримуар.

***

Нужная книга заклинаний выпала в руки Веронике самостоятельно очень быстро. Решимость девушки физически ощущалась в атмосфере гулкого коридора, находящегося на пересечении 4 дверей. Абсолютно все двери были плотно закрыты, кроме входной. Зеркала завешаны плотной тканью, муж крепко спал в их спальне, накануне за ужином, для достоверности Ника подмешала ему сильное снотворное в вино. Никто не должен ей помешать сегодняшней ночью. Времени откладывать план на потом, уже не было. Она всеми силами хотела спасти свой брак и, наконец, стать счастливой матерью.

Сейчас, рисуя на полу сигил призыва, Вероника даже не сомневалась в успехе своего мероприятия. Зайдя в центр защитного круга и глубоко вздохнув, она неспешно начала читать на латыни текст специального заговора.

- А ты сильно выросла с момента нашей последней встречи, – мужской голос был глубоким и грудным, вселяющим животный страх.

- Я приветствую тебя, – Вероника подавила волны накатывающей паники, она прекрасно знала, стоит страху завладеть тобой и все, твоя песенка будет спета.

- Ты стала настоящей красавицей, твой род может гордиться тобой, зачем ты звала меня, дочь моя? – черные, как обсидиан глаза смотрели на Веронику изучающе, на губах играла лукавая ухмылка. Он уже знал цель ее призыва, но жаждал услышать от нее.

- Я не сомневаюсь в словах моей матери, Вы заключили сделку, чтобы наградить меня силой, о которой я мечтала, но сейчас я хочу разорвать ее, – глаза Ники блестели в отражении пламени свечей

- Нет, дочь моя, сделка не может быть аннулирована, кроме того случая, если ты умрешь, – плотоядно ухмыльнувшись парировал демон

- Хорошо, тогда я хочу еще одну сделку, – Ника возбужденно облизала губы, реализация ее мечты, казалось, уже покалывала кончики пальцев

- Какую? – плотоядный смех демона, прогнал табун мурашек по телу Вероники.

- Я рожу ребенка, не важно, какого пола, а ты взамен заберешь одного из родителей.

- Ты слишком жестока, такие как раз в моем вкусе, – демон приблизил к ней свое лицо

- Так мы заключаем контракт? – голос Ники дрожал от нетерпения

- Чисто технически первую сделку совершала не ты, а для тебя, а, значит, твой лимит еще не исчерпан. В таком случае, не вижу никаких препятствий, для заключения контракта, – вслух размышлял демон, наслаждаясь нетерпением Вероники.

- Так скрепим же ее рукопожатием! – голос Ники был ужасающе спокойным.

- Скрепим, - хитро ухмыляясь и протягивая руку, согласился демон.

Ника пожала, горячую, как пламя ладонь и на ее запястье появилась маленькая тату, означающая успешное завершение контракта.

- Запомни, дочь моя, сделка необратима, и больше никогда не беспокой меня по пустякам, – демон неслышно растворился в атмосфере полумрака.

Призывной сигил растворился, превратившись в кучку пепла на полу, это означало, полное завершение ритуала. Ника заворожено посмотрела на крошечное тату на руке, оно еще немного саднило кожу. Она смогла, она сделала, она исполнила свое самое заветное желание. Теперь все будет, по – другому. Вдруг, резкая боль, пронзила низ живота, Вероника скрючилась от боли на холодном мраморном полу, спазм был настолько резкий, что девушка не могла дышать. Спустя несколько мгновений боль закончилась также быстро, как и началась. Ника встала с пола, отдышалась, прибралась в коридоре, скрывая следы проведенного ритуала и тихо пошла в спальню. Уже в ближайшее время внутри нее будет развиваться новая жизнь. Совсем скоро мечты и планы станут явью. С любовью потрепав мужа по макушке, она уткнулась ему в шею и крепко заснула спокойным сном.

***

- Девушка, скажите, я была у Вас на приеме несколько лет назад, мне очень понравился врач, который меня осматривал, его звали Артур Грейц. Могу я попасть к нему на прием? Я хотела записаться онлайн, но не нашла к нему записи, да и вообще в списках ваших врачей на сайте я его найти не смогла, решила попытать удачу, – невинно хлопая глазами, пропела Вероника администратору офтальмологической клиники.

- У нас нет такого врача, – растерянно пробормотала администратор

- Ой, а он что, уволился? А не знаете, куда он пошел работать? Мне очень надо знать, лучше него специалиста я еще не встречала, – Ника продолжала строить из себя непроходимую дуру.

- Мы открыты всего полгода, у нас никогда и не работал врач с таким именем и фамилией, – администратор начинала терять самообладание.

- Возможно, я перепутала клиники, последнее время, я такая рассеянная, – образ тупицы никогда не подводил Веронику.

- Думаю, Вам стоит поискать в других клиниках нашего города, – отчеканила администратор, щеки которой начинали наливаться багровым цветом.

- Да, конечно, простите, что отвлекла от работы, – пропела Вероника и выразительно посмотрела на монитор рабочего компьютера девушки, где была открыта вкладка сайта знакомств.

- До свидания, и Вам хорошего дня, – прошипела администратор Нике во след.

Кирпич вдогонку в макушку не кинула, и на том спасибо, подумала Вероника упругой походкой выходя из здания клиники. Открыв дверцу машины, она услышала ритмичное сопение, Алиса, утомленная жарой и дорогой, сладко спала в обнимку с толстой плюшевой пандой. Пока ребенок спал, Ника успела объехать еще пару офтальмологических центров, где, к ее огромному сожалению, об Артуре Грейце никто ничего не знал. Частные клиники, на сайтах которых легко можно найти фото всех сотрудников, закончились, а значит, пора переходить к государственным учреждениям, где легенда про сказочно-ловкого врача, скорее всего, не прокатит, а вот старая добрая лесть, приправленная шоколадом, легко поможет разболтать уставший от людей персонал. Она решила начать с самого болезненного для нее. Вероника никогда не разрешала себе вспоминать события той ночи, чтобы не делать себе еще больней. Однако, пока она парковала машину перед воротами клиники, обрывки произошедшего тогда калейдоскопом пронеслись перед глазами. Крепко зажмурившись и сжав руки в кулаки с такой силой, что ногти впились в тонкую кожу, оставляя после себя кровавые лунки, Ника сделала глубокий вдох. Она ненавидела оставлять все самое сложное на потом, предпочитая решать самые трудные задачи самыми первыми. Обернувшись и проверив, что Алиса все еще находится во власти Морфея, девушка решительно направилась к центральному входу в больницу.

За стойкой администрации сидела поджарая, энергичная бабулька лет шестидесяти, которая бойко объясняла амебообразным пациентам, как найти процедурный кабинет. Вероника шумно втянула носом больничный запах и сильно тряхнула головой, отгоняя от себя воспоминания той треклятой ночи.

- Здравствуйте, чем могу Вам помочь? – бабулечка-администратор бодро подтрусила к ней.

- Добрый день, у Вас работает офтальмолог по имени Артур Грейц? – сил строить из себя дуру уже не было, Нику раздирали воспоминания, которые как наваждение нападали на нее с новой силой.

- Нет, врача такого нет, а вот фамилия очень знакомая, – поклацав по клавиатуре, задумчиво произнесла бабулька.

- О, точно, вспомнила, был у нас один случай примерно семь лет назад. К нам в больницу поступила очень странная пациентка. Молодая, красивая девушка, которая чудом выжила в страшной автомобильной аварии. Знаете, самое странное, что дамочка эта оказалась беременна, так вот, и она и ребенок в ее утробе выжили, хотя сама она испытала жуткий стресс. Все наши врачи боялись выкидыша, но нет, плод крепенький оказался. Однако была там чертовщина - когда машину нашли, водительское кресло пустым было, кровь повсюду, на пассажирском девушка эта без сознания и вся в крови, а водителя нет, как в воздухе растворился, ей-богу, как такое возможно? Бесовщина, не иначе! Так вот, помню, фамилия у той пациентки Грейц была. Слишком редкая, от этого и запомнила, я как раз тогда только устроилась сюда администратором, одна из первых смен была и такая жуткая авария: машина в мясо, беременная в тяжелом состоянии без сознания, а водителя нет. Девушка, Вам что, плохо??? – затараторила администратор где-то вдали от сознания Ники.

Вероника еще слышала голос бабульки, воспоминания с утроенной силой вонзились в сознание. Она схватилась за стойку, перед глазами начали плыть темные круги, голос администратора отзывался эхом все дальше и дальше. Внезапно в ушах зашумело, в горле пересохло, сейчас она упадет в обморок, Ника прекрасно помнила такое предобморочное состояние. Вдруг, в нос ударил резкий запах нашатырного спирта, а в рот, кто-то грубо запихнул леденец. Поморгав несколько секунд, Ника поняла, что лежит на кушетке в кабинете незнакомого ей врача.

- Как Вы себя чувствуете? Шум в ушах присутствует? – поинтересовался приятный мягкий женский голос.

- Нет, все хорошо, я сейчас пару минут полежу и пойду, ребенок в машине, наверно, уже проснулся, – пробормотала она, все еще приходя в себя.

- Вероника, так все-таки Вы смогли родить ? – изумленный возглас раздался откуда-то сбоку. Ника начала ориентироваться в пространстве.

- Откуда вы меня знаете? – настороженно поинтересовалась она.

- За все прошедшие годы Вы совсем не изменились. Простите меня за такие слова, но я думала, что плод не сможет выкарабкаться, – извиняющийся тон принадлежал очень аккуратной женщине-врачу, что, смущаясь, заглянула за ширму к Веронике.

- Плод зовут Алисой, ей 6 лет, и сейчас она спит на заднем сидении в обнимку с пандой, хотите на нее посмотреть? – ответ вышел резким, но Нике некогда было думать о правилах приличия.

- Если можно, я бы не отказалась, редко встречаешь таких людей. По всем статистикам и правилам медицины, шансов сохранить беременность было мало. Я прошу прощения, что я так бестактна. Но, с точки зрения медицины, это реально чудо.

- Все в порядке, не извиняйтесь. Черный Кадиллак Эскалэйд припаркован у ворот больницы, чудо спит в нем, – слегка улыбнувшись и потягиваясь ответила Ника.

- Приходите в себя, я буду ждать Вас у машины.

- Да, я буду через пару минут, - Ника устало потерла лицо. Ее сильно напугала собственная реакция на воспоминания той ночи, на сегодняшний день ей хватило приключений, Вероника хотел поскорей уехать домой.

Подходя к машине, она заметила ту самую миниатюрную женщину-врача, которая в этот момент переминалась с ноги на ногу, стоя недалеко от задней двери Кадиллака. Тихо открыв дверь водителя, и юркнув в салон, Вероника отметила, что Алиса уже проснулась и упоенно рисовала очередного жирафа.

- Мамуль, я есть хочу, – заметив мать, Алиса отвлеклась от рисунка.

- Конечно, сейчас покажем тебя одной моей знакомой тете и поедем есть в наш любимый ресторанчик, – Ника пригладила растрепавшиеся завитки на голове дочери.

- Она красивая, словно принцесса, особенно эти огромные черные глаза, - доктор в изумлении рассматривала Алису, что сидела на руках у Вероники.

- Да, спасибо! Она смущается, когда на нее смотрят с таким восхищением, – пряча довольную улыбку в уголках губ и открывая больше шеи, чтобы ее ребенок, мог как обычно уткнуться, ответила Ника.

-А ее глаза, они словно… – доктор щелкала пальцами, пытаясь подобрать нужное сравнение.

- Обсидиан, – подсказала Вероника и горько усмехнулась.

- Точно!!!!! Она полностью здорова? - уточнила врач.

- Да, самый обычный ребенок, никаких отклонений.

- Это же чудо, самое настоящее чудо, – врач захлопала в ладоши от восторга

- Возможно, Вы правы, – уклончиво отозвалась Вероника.

- А как Вы все это пережили? Я не видела Вас с момента выписки из больницы.

- Я нормально, как видите, живее всех живых, а Вы ничего не знаете о человеке по имени Артур Грейц? – задумчиво протянула Вероника.

- Нет, никогда о нем не слышала, это Ваш муж, да? – больше утверждая, чем спрашивая, осведомилась врач.

- Да, это он был на водительском сидении, Артур управлял машиной, когда мы попали в аварию. Все, что я помню; джаз, снег, визг тормозов и потом темнота, а очнулась я уже в больнице.

- Вы поступили в отделение одна, на месте аварии никого, кроме Вас обнаружено не было, вы были в критическом состоянии из-за шока, так как беременность была на раннем сроке, то без тестов мы не опознали у Вас ребенка на первых порах. Я прекрасно помню эту ночь, одна из самых странных ночей в этой больнице. Наверно, поэтому я и запомнила Вас так отчетливо. А потом Вы пришли в себя и плод оказался в целости и сохранности, теперь это самая красивая девочка из всех, что я видела, – завороженно произнесла врач.

- Нам уже пора, красивая девочка проголодалась да и времени много, пора домой, – украдкой смахнув слезу, ответила Ника.

- Да, конечно, я все понимаю, надеюсь, однажды Вы сможете его найти, – доктор искренне обняла Веронику и Алису и пошла обратно в больницу.

Сидя в своем кабинете, доктор все думала: «как это могло случиться? Как получилось, что еле живая Вероника, что поступила к ним в критическом состоянии, смогла родить абсолютно здорового ребенка? Почему Ника совершенно не помнит своего мужа? Если бы она знала, где отец ребенка, то не пришла бы так просто в больницу». - картина той ночи и раскуроченного автомобиля еще жила в голове врача. Она могла поклясться чем угодно - водителя автомобиля на месте аварии не было, как и в ее окрестностях. Он не мог не пострадать от такого жуткого ДТП, просто физически не мог. Тогда куда он делся, возможно, с травмами несовместимыми с жизнью? Все в этой ситуации выглядело странно и запутанно. Реальная картина была совсем иной, чем казалась на первый взгляд. Только кто знал об этой самой реальной картине? Вероятнее всего, Вероника или догадывалась, или знала наверняка, что произошло, но решила сохранить это в тайне, тогда что именно она скрывала от всех???

- Люд, ты чего сегодня такая задумчивая, смена уже давным-давно закончилась, ты домой то сегодня идешь вообще? – легкий сарказм в голосе ее мужа, резко выдернул Людмилу Алексеевну из раздумий.

- Да, конечно, давай вина домой возьмем, я сегодня видела свою пациентку-призрака. Она оказалась живее всех живых, да еще ребенка родила.

- Это та самая, что после адской аварии выжила? – помогая надеть пальто, поинтересовался муж.

- Ага, она самая, не бери в голову, пойдем домой, – выключив настольную лампу и закрыв дверь кабинета, Людмила Алексеевна тряхнула головой, выкидывая из головы события произошедшего дня, и уставшей походкой направилась в машину к мужу.

***

- Артур!!! У нас получилось! - с лосиным топотом выбегая из ванной Ника орала во всю глотку, желая, чтобы муж непременно ее услышал, даже если в этот момент он находился на другой планете.

- Получилось что? – уронив от неожиданности чашку, осведомился Артур.

- Смотри! – Ника всучила ему в руки свой тест на беременность, словно это самый ценный ее трофей.

- Я стану папой? – протирая глаза, желая удостовериться, что все происходящее - не сон, переспросил он.

- Да, мой хороший, у нас, наконец, все получилось, ты будешь отцом, а я стану мамой, – утирая слезы счастья, ответила Ника

- А у нас будет мальчик или девочка?

- Еще слишком рано об этом говорить, – смеясь, ответила Ника.

- Но ты же могущественная ведьма, разве ты не можешь узнать? - негодовал Артур.

- Нет, не хочу и не буду, пусть это будет сюрприз.

- Ладно, как скажешь. Когда мы переезжаем? – сдался Артур

- Я буду наблюдаться у врачей первый триместр, если никаких отклонений не будет, то на весну можем планировать обустройство нового семейного гнездышка, – Ника улыбалась, как довольная кошка.

- Я люблю тебя больше жизни! – Артур звонко чмокнул жену в щеку и насвистывая песенку, пошел собираться на работу.

- Все Ваши анализы полностью в порядке, плод развивается идеально, а свежий воздух и атмосфера тишины и спокойствия еще ни одной будущей мамочке не мешала. Поэтому можете смело переезжать, только помните никаких физических нагрузок и переутомлений. Вы обещаете? - шутливо-строгим тоном произнесла врач, закончив осматривать Веронику.

- Слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа, – поддержала Ника .

- Ну раз так, то жду Вас на следующем приеме, берите с собой мужа, будем пол ребенка узнавать, – искренне улыбнулась врач.

- Договорились, в следующий раз мы вдвоем придем! – бодро пообещала Вероника.

Зимнее холодное солнце стояло в своем зените. Январские праздники закончились, народ только начинал приходить в обычный послепраздничный режим. Снег искрился на солнце всеми красками радуги, мороз приятно щипал кожу, напоминая о своей власти. Ника неспешно шла вперед, пиная небольшие холмики сугробов, заставляя рыхлый снег разлетаться в разные стороны, чей блеск не уступал сиянию бриллиантов. Нашарив рукой в кармане мобильный телефон, она позвонила мужу. Ее отпустили на переезд, с ребенком все хорошо, а, значит, пора перебираться в новый дом и устраиваться там, готовясь к такому долгожданному рождению их малыша. Артур был, как на иголках в последние несколько дней, он хотел сделать все по высшему разряду. Чтобы у их крохи было все самое лучшее.

- Привет, ну все, меня официально отпустили в свободное плаванье, теперь визиты к врачам станут реже, плод развивается хорошо, мы можем переезжать. Кстати, мой следующий поход к врачу будет с тобой, так как мы, наконец, узнаем пол ребенка, – щебетала в трубку довольная Ника.

- Отлично, тогда предлагаю не затягивать с переездом. Как ты себя чувствуешь? - обеспокоенно осведомился Артур

- Да все пучком, я иду домой, начну паковать вещи, заказывай грузчиков, я хочу уехать отсюда, как можно быстрее. На природе, среди лесов и тишины, в моем родовом поместье, мне будет еще лучше, – закрыв глаза, откровенно призналась Ника.

- Хорошо, моя любовь, я сделаю, как ты хочешь, – мягко отозвался в трубке голос Артура.

- Я тоже тебя люблю, – промурлыкав в трубку, Вероника отключилась.

Спустя пару дней, все вещи были запакованы, Ника прощалась с квартирой, понимая, что никогда сюда не вернется. Вспоминая все хорошее и плохое, что произошло здесь, она благодарно улыбнулась и смахнула слезу. Ввиду беременности, Вероника стала очень сентиментальной. Этот факт нисколько не тревожил девушку. Она наоборот была благодарна себе, что может испытывать такие глубокие чувства, считая их настоящим даром.

- Ты готова, мы можем ехать? – рука ее мужа опустилась прямо на живот, легко поглаживая.

- Да, конечно, пойдем, нам уже пора, – Ника блаженно закрыла глаза

- Я жду тебя в машине, – легкий поцелуй за ухо, облако его парфюма в закатных лучах солнца.

- Спасибо за все, пожелай мне удачи – тихо прошептала Ника и вышла из квартиры, закрывая ее на ключ.

Январский холод сопровождался непроглядной тьмой, освещаемой лишь фарами дальнего света и редкими фонарями уличного освещения, но в машине было очень тепло. Легкий ирландский джаз, запах дорогой кожи автомобиля, невысокая скорость, Артур был очень аккуратным и вежливым водителем. Веронику разморила вся окружающая обстановка, она погрузилась в легкий сон. Полностью расслабленная, она видела прекрасный сон, где была около своей дочери. Красивой энергичной девочки с озорными кудряшками и черными глазами, что напоминали обсидиан. Резкий визг тормозов, жуткий грохот, боль, пронзающая все тело разом, как будто ее пронзило миллионом мелких стеклянных осколков. Последнее, что она помнила, крик о помощи, вырывающийся из ее горла, а также холод ночи, сковывающий все тело и не дающий шанс сделать хоть что-то. Лишь бы моя дочь не пострадала, уплывающим сознанием думала она. В том, что внутри нее живет дочь, Ника уже не сомневалась.

***

- Как ты, моя девочка? Мы за тебя очень переживали, – мать вытирала слезы, держа за руку Нику.

- Нормально, не кричи, голова раскалывается, где я? Как я сюда попала? – Ника еле разлепила веки, приходя в себя, в нос резко ударил запах больницы и отчаянья.

- Ты попала в жуткую аварию, не справилась с управлением машины на обледенелой трассе, сейчас ты в больнице, не переживай, с тобой все будет в порядке, главное, что ты пришла в себя, значит ты поправишься и вернешься в свою квартиру, – причитала мать, утирая слезы.

- Что с моим ребенком? - безумно хотелось пить, и чтобы писк приборов прекратился, он действовал на нервы, заставляя сжиматься все тело, при каждом звуке, Ника облизала пересохшие губы.

- Каким ребенком, ты что беременна? Но это же невозможно, – оторопела мать .

- Мам, что с моим ребенком, позови врача, и где отец? – Ника соображала более туго, чем надеялась .

- У тебя, наверное, галлюцинации, я позову доктора, – мать все еще была в шоке от слов дочери.

- Хорошо, давай доктора, - согласилась Ника и снова отключилась.

Прошло несколько дней, прежде чем она окончательно пришла в себя. Все это время родители Ники были около нее. Для них оставалось загадкой, как их дочь смогла забеременеть. А главное, от кого? Кто вел машину? С кем она поехала в поместье? Спрашивать у нее сейчас они не решались, ее психическое состояние было еще слишком нестабильно. Любые потрясения могли снова спровоцировать шок. Им оставалось только ждать, пока она сама все расскажет.

- Вероника Давидовна, вы помните, кто был за рулем Вашей машины? - грузный полицейский уныло задавал свои еще более унылые вопросы.

- Нет, я не помню совершенно, главное, что с моей дочерью все хорошо, остальное все не так уж важно, – бесцветным голосом отзывалась Ника.

- Часть Ваших документов была утеряна при переезде, мы обнаружили Вас на пассажирском сидении, значит, за рулем сидели не Вы, тогда кто? – дотошный полицейский продолжал свой нудный допрос, называя это «беседой».

- Да откуда я знаю, я спала и ничего не помню, я устала, давайте продолжим в другой раз, – раздраженно бросила Вероника.

- Хорошо, я приду на днях, и мы продолжим, – безучастно отозвался оперуполномоченный и вышел за дверь.

Вероника отчасти не врала, она прекрасно понимала, что кто-то вел ее машину, однако, сама не знала, кто это был. Девушка не помнила ни лица, ни имени, ни кем он ей приходился. Миллионы раз восстанавливая в памяти тот вечер, Ника никак не могла вспомнить ни имени, ни внешности этого человека, все, что у нее было, только аромат его тела. А в остальном – пусто. Белый лист. Судя по разговорам с родителями, они тоже его не знали. Для них огромным сюрпризом стал факт беременности. В одну из ночей ей вспомнился фрагмент, когда она заключала контракт с демоном. Тогда все встало на свои места. Она отдала взамен беременности родителя, только не своего, а ребенка, а так как она стать жертвой не могла, то демон забрал отца девочки. Так вот кого он решил забрать взамен ее ребенка! Того, кого она больше всего любила, кого считала идеалом, кто был для нее всем. Скорее всего, Вероника слишком его ценила, раз решилась родить от него новую жизнь. Это объясняло, почему у нее в груди постоянно щемило и, казалось, что кого-то не хватает. Потеря родного человека образовывала странную дыру в ее душе, Ника бесилась от собственной беспомощности. Сейчас Вероника даже не помнила имени этого человека и жив ли он? Что с ним случилось после этой аварии? Эти вопросы мучали ее, она пыталась вспомнить о нем, хоть что-то. Но все ее попытки были напрасны. Ничего. Она не помнила абсолютно ничего, но в одном демон остался честным - ее ребенок развивался идеально, несмотря на пережитый стресс и аварию, ее девочка была в полном порядке.