Reviews of the book «Дети в гараже моего папы», 28 reviews

книга не понравилась: ни слог, ни повествование, ни мораль. я ожидала книгу о подростке, который переживает и пытается справиться с тем фактом, что его отец – маньяк-убийца, а получила книгу-метафору о коллективной ответственности.. писательница переносит ситуацию с семьей на политический конфликт последних лет, но выходит максимально нелепо. создалось впечатление, что писательнице сложно принять факт: семья маньяка – такая же жертва, как и семьи погибших, а не сообщники, которые должны были что-то увидеть/предсказать и остановить, но тема достаточно хайповая, поэтому понятно почему была выбрана. не рекомендую.

Не покупайте!

Решил прочитать книгу после подкаста и рекомендации Фауста. Настолько разочарован, что возникает вопрос как он мог подобное рекомендовать.

Книга читается до середины, дальше полный провал. Присутствуют опечатки. Диалоги не оформлены. В ходе повествования встречаются моменты никак не раскрытые по сюжету, да и ничем с ним не связанные. Просто выберите другую книгу.

Вообще ничего не получила от данного произведения. Читала с мыслью «ну вот сейчас…» Но чуда не случилось. Если кто-то понял задумку книги, напишите, пожалуйста, мне.

На одном дыхании. Сильно, хлестко, в сердце. Так сказать об актуальном - большой талант и мое уважение. Спасибо за книгу.

Нескучное чтение, интересно, что честно показаны переживания героя, который ни в чем не был виноват, но был обозлен на всех, кроме отца, и при этом боялся стать им. Но книга завершилась так внезапно, что мне показалось, будто вышла ошибка.

Тема выбрана крайне чувствительная. И уникальная, подобной в современной отечественной литературе я не встречал. Чем живёт семья серийного убийцы-педофила после его разоблачения? И можно ли назвать это жизнью? Его сын-подросток, дочь, жена - безусловно тоже жертвы, как и родные убитых детишек. Семья маньяка не желает поверить в обрушившуюся на них правду, ведь от своего отца (мужа) они видели только хорошее.

Главный герой Егор, препарируя прошлое, обнаруживает в нём сомнительные моменты. Но они казались совсем незначительными. Их можно было списать на странности отца. С учётом того, что жизненного опыта у мальчика ещё совсем мало.

Интересный характер выписан у Егора. Он умный, стойкий, в меру юных силёнок не позволяет третировать себя. Анастасия Максимова точно передала настроение, чувства современного юноши, его язык, привычки.

Правдоподобно описана реакция окружающих - от брезгливости до животной ненависти. Причём, это не родственники потерпевших, это просто толпа, которая рада предлогу безнаказанно обидеть, унизить тех, в отношении кого возник повод, пусть и совершенно надуманный. Самозваные «судьи» мажут экскрементами дверь, поджигают её, травят Егора, затем жестоко избивают. Их, увы, никто не останавливает и даже не осуждает.

У Егора хватило сил не сломаться. Понятно его бегство, желание начать новую жизнь. Встреча с братом одного из убитых – мужественный поступок. Повзрослев, Егор оценил ситуацию трезво. Финал книги мне не показался оборванным. Егор вышел на качественно новый уровень. Возможно, его отец (которого он теперь именует исключительно в третьем лице и по фамилии, как совершенно чужого), выйдет на свободу условно-досрочно. Но Егор теперь голову прятать в песок не станет, больше не побежит. Конец этой истории. Дальше будет другая.

Книга не полицейский процедурал, но эпизоды, где Егор контактирует с СК и УФСИНом вполне правдоподобны.

Интересен нестандартный приём передачи прямой речи. Он убыстряет повествование. Получается взгляд со стороны. Экономия на эмоциях работает на выбранный жанр.

Подписался на Анастасию Максимову. Буду ждать от неё новинок такого же серьёзного уровня под своей фамилией.

Я книгой осталась довольна. Да, это не детектив, нет тут никаких загадок и тайн, кровавых подробностей, нет особой любовной линии или мотивационных посылов… Эта книга о другом… о том что все субьективно, о том что даже самых близких людей с кем живем под одной крышей мы порой не замечаем, ничего о них не знаем, не интересуемся, живем параллельно, воспринимаем присутствие как должное… как страшно когда привычное ломается, когда исправить невозможно, можно только переосмыслить, принять и жить в изменившемся мире.

Соглашусь с большинством комментаторов. Первую часть книги даже можно назвать интересной, переживания мальчика авторка передала очень хорошо. Но после того, как прошли годы и он стал взрослым, начинается какая-то скучная ерунда. Еще и военная и иммигрантская тематика откуда-то пришла. Понимаю, что актуалочка, но это сильно увело от изначальной тематики и привело к какому-то бессмысленному финалу. Хорошо хоть, что книга короткая и я потратила на нее только пару часов. На троечку, не советую.

Печалька за тех, кто задонатил за этот мини-роман, ведь мне в своё время это «творение» попало в руки на халяву, но вынесло мозг конкретно. Правда, совсем не так, как хотел автор. Анастасия Максимова вроде подняла тему про жизнь с клеймом родственника маньяка, затронув стигматизацию, но на выходе, выражаясь языком того самого 2012-го, получился эпик фейл и унылое г. В 2012 году я была той самой школотой из провинции, поэтому сейчас включу режим Кэпа и поясню за реалии тех лет. Они с книжным Егором не совпадают вообще, так как автор пытается втереть нам, что Егор — обычный пацан из 2012-го, но почему-то наделяет его ментальностью ванильки из 2024-го, перечитавшего пабликов про травмы и личные границы.

В книге Егор, едва завидев людей в форме, чуть ли не кирпичей откладывает, думая, что это за ним из-за «белой ленты», и начинает гнать про честные выборы и «кровавый режим». Но нам, реальным пацанам и девчонкам 2012-го, было фиолетово на свободу слова, нас никто не троллил и рот не затыкал. На московские митинги нам было пофиг, Москва для нас была как другая планета, и никому бы в голову не пришло идти вязать ленточки — это для хомячков. Мы были заняты тем, что собирались с друзьями и пели под гитару, а вечером думали не о «судьбах России», а о том, как не спалиться с Ягой перед патрулём.

Образ полиции у Максимовой — это жесть и лол, ведь мы боялись ментов только после десяти вечера, чтобы не влетело за комендантский час. Но если что — бежали к ним, потому что для нас они были как Дукалис из «Улиц разбитых фонарей» — четкие мужики, которые разрулят. Да и ОМОН в Москве и наши местные ППСники — это две большие разницы; они были своими, понятными дядьками, а не машиной репрессий.

Книжный Егор — это какой-то упоротый комок рефлексии, который боится каждого шороха и использует слово «кринж». Какой, в рот мне ноги, «кринж» в 2012-м? Мы таких слов не знали, это рукалицо. У нас не было понятия рефлексии или мыслей пойти к мозгоправу — это для мажоров. Если было плохо, мы не ныли про выгорание и депрессию, а пахали, занимаясь делами, огородом и скотиной, труд лечил любую печальку. А про страх звонков — это вообще взрыв мозга, потому что это сейчас все в мессенджерах сидят, а мы висели на телефоне часами, могли ляпнуть глупость родителям друга — и это была жиза, а не повод для паники.

В провинции 15-летняя школота не думала о политике, мы жили в «сытые нулевые», когда появились первые айфоны, безлимитка и Макс +100500. Политика была уделом гиков или взрослых у телека. Мысль, что батю могут «повязать» за лайк — это бред сивой кобылы, тогда вязали за криминал. Егор в книге обсуждает феминизм из-за тюльпана на 8 Марта — это просто космос, в 2012-м на такое посмотрели бы как на неадеквата. Наши головы были забиты реальными отношениями, а не заумной хренью про «токсичность».

Максимова пытается убедить, что в мае 2012-го в провинции была атмосфера 37-го года. Но любой, кто жил тогда, скажет: автор, выпей йаду, это неправда. Медведев только ушёл, всё казалось норм, не было ощущения безысходности. Автор просто натянула свои страхи из 2024-го на прошлое, но это не работает. В 2012-м мы боялись ЕГЭ и гопников, а не посадок за мысли. Максимова написала героя нашего времени и переодела его в старые шмотки, но забыла сменить прошивку. Из-за этого политизация школьника выглядит картонно и вызывает лютый баттхёрт, превращая книгу в фальшивку. КГ/АМ, короче.

Это была миниатюра «сленг 2012 года в действии».

Читать этот текст физически тяжело, и дело даже не в самой истории, а в том, как демонстративно автор игнорирует базовые правила оформления прямой речи и диалогов, превращая повествование в неструктурированную кашу. Из-за отсутствия привычных тире и абзацев реплики персонажей сливаются с внутренними монологами героя и описаниями действий, заставляя читателя постоянно спотыкаться и перечитывать предложения, чтобы понять, кто именно сейчас говорит и говорит ли вообще.

Это техническое несовершенство убивает ритм и мешает погружению, но ещё большую проблему создаёт совершенно гипертрофированная драма, которая из-за своей чрезмерности перестаёт работать на сопереживание. Автор пытается нагнетать трагедию в каждом абзаце, заставляя героя непрерывно задыхаться от ужаса, потеть, дрожать и паниковать даже от незначительных триггеров, но из-за того, что эмоциональный регистр постоянно выкручен на максимум, происходящее начинает казаться фальшивым и искусственным. Когда истерика становится единственным состоянием персонажа, а мир вокруг рисуется исключительно чёрной краской без полутонов, то перестаёшь верить в реальность этой боли, и вместо сочувствия возникает ощущение, что тобой грубо манипулируют, пытаясь выдавить слезу картонными декорациями беспросветного ада.

К техническим и драматургическим проблемам добавляется абсолютная фальшь в изображении общественной атмосферы, так как автор механически переносит свой травматичный опыт и паранойю 2024 года на реалии 2012-го, совершенно не чувствуя контекста той эпохи. Ирония ситуации двенадцатилетней давности заключалась как раз в том, что тогда гайки только начинали закручивать, а репрессивный аппарат действовал ещё точечно и осторожно, не вызывая у школьников животного ужаса перед системой. Мы тогда напоминали лягушек, которых посадили в кастрюлю с прохладной водой и начали очень медленно нагревать, из-за чего многие даже не ощущали угрозы, однако автор игнорирует эту историческую правду и швыряет своего героя сразу в крутой кипяток тоталитарного страха, заставляя его мыслить категориями сегодняшнего дня, что окончательно разрушает доверие к тексту и превращает его в неуклюжую подделку под ретроспективу.

Есть произведения, которые трудно назвать "хорошее". Хорош ли фильм "Груз 200"?

Это книга о том, как разрушителен опыт насилия для всех: для жертв и для людей, которым довелось быть родственником автора насилия. И о том, как преступно отсутствие рефлексии. И как упорно, с истинно бараньим упрямством многие люди изо всех сил закрывают глаза на очевидное и тем самым ломают жизни и себе, и своим детям. И продолжают эту проклятую цепочку передачи мрака дальше, дальше, дальше. Делают это бездумно - рефлексия и самоанализ же никому не нужны.

Если вам под силу понять мой текст выше - читайте эту книгу. Если нет - проходите мимо, она не для вас.