Read the book: «Лиловый Босфор»

Эту заметку можно было бы попросту назвать "Прогулка в Стамбуле", если бы не моя привычка не только лицезреть верхушку событий, но и принимать те тайные послания, что зашифрованы далёким временем, представлять их хозяев, мотивы поступков и представлять нормы прекрасного. Для каждого из нас эти послания свои, иначе мир не был бы так многообразен и ни один человек не прислушивался к тайному голосу окружающих вещей. А что, если каждая вещь видела и сохранила смысл, тайный код, понесла на себе отпечаток?

У творца этой красоты свои причуды: если посуда, то резная, если свеча, то с каплей душистого масла, если залив, то "Золотой рог". А ещё аромат каштанов, чайки и желтоглазые коты, аромат рыжего лукума, старый минарет, венчающий полотна кирпично-серой простыни домов. Если все смешать, получится один цвет, но у всех он будет разным. Какого цвета Босфор для Вас?

Справляется ли человек с задачей сохранить все те богатства, что подарила ему природа и тщательно ли оберегает великое наследие предков? Возможно, он равномерно поглощает данные ему возможности и не посягает на большее или познав один раз доступ к сокровищу, пытается наесться сполна.

Стамбульские опытные казначеи позавидовали бы и сегодня богатству особняков на берегу. Может быть тот самый очевидец, кому досталось все это видеть раньше в суровые красивые времена не смог бы устоять от обилия великолепия и сегодня. Это единственное возможное наивысшее объяснение того, что многие реликвии не дожили до наших дней, сделав мир чуточку проще, чем он мог быть и слегка таинственнее. Также не все истории пашей и простых людей стали раскрыты, хотя влияли на имена их последователей-потомков своими случайными поступками, изменяя судьбы. Или не были они такими уж случайными?

Да и вообще вряд ли кто-то поспорит, что у каждого города своя душа, иначе не срывался бы наш ум в дальние путешествия и не тревожил бы сны каждого в возрасте от 8 до 100 лет. В снах проще управлять событиями, могущество вырастает стократно и порхать над мостами Стамбула не доставит трудности никому, разве только тому, кто не видит снов и вовсе.

Если ответ приходит во заветном сне, это лучшее, что может случиться, т.к. в случае его отсутствия придется искать трактовки знаков свыше у самых почитаемых мудрецов.

Цвета смешиваются и превращаются в одну лиловую палитру, заволакивающую дворцы, воды самого Босфора, солнечный отблеск, рябь фасадов и купола мечетей. Босфор был виден всем одинаково. Как богачам и бедным, так продавцам и зодчим. Песни и движения кистей восточных красавиц образовали фон осознанного чувства накопления великого наследия, богатства культуры и историю, живущую в звуке таблы.

Босфор мог многое: похитить и забыть, завоевать и наказать, накормить и умаслить. Жители могут избежать гибели и обстоятельств, если будут внимательны и расторопны в безумном ритме. Никто больше не подстерегает у фасада дворца. Некогда склонный к вспышкам гнева правитель не смотрит колким взглядом, но внимательность не повредит в шумном Стамбуле. Он хозяин всех страстей и бурь и по сей день. Хоть его правнуки уже не так похожи на смелых рискованных предков, все же чуть громче говорят и чуть больше прислушиваются. Дороги империи хранят частицы пыли и звуки конниц, настроение пощады и смелость наказаний. Будь на то воля, дороги стали бы судьями, если бы кто оценил их опыт, мог взвесить свидетельствование происходящего и доверился их безропотной тяжести.

Дворец Топкапы

По облику судят настроение в городе. Часть облика найдется в одежде туземцев. От чего невозможно глаз оторвать – это платья, головные уборы – для каждого случая свой. Стамбульские фески носили и придворные, и простые жители города, а разнообразие ткани и узора затмевало все возможные модные замыслы. Особенно сияла богатая госпожа. Кто она – загадочная хатун? Приходит на прогулку вдоль овощных рядов или следит за знатным пашой? От ее образа сходят с ума и современные барышни. В вопросах стиля все было определенно, стандартам не было замены, их диктовали свыше.

Каждый видел здесь бабуши (кожаная обувь без задников из тисненого сафьяна). Местные портные по-прежнему активно трудятся, перенося древнюю традицию в наши дни. Без изменения не остались мужские бальгхи, которые нередко можно встретить не только в кожаном исполнении, но и в джинсовом, и в цветном велюре с украшением в виде позолоченных нитей.

Соединить жемчужную нить воспоминаний помогут значимые точки тщательной экскурсионной программы и собственные увиденные заметки в городе ислама.

Современный облик лавочек, Собор Святой Софии, очереди и группы людей возле магистралей, керамические плитки голубой мечети, веселые фонтаны.

Мечеть Айя-София

А хлебная лавка?

Идёшь и слышишь голоса:

– "От кого и правда один вред, так это от душного продавца, что не пропёк хлеб до середины."

– "Повезло ему на этот раз, никто не стал перечить."

– "Позовите Яшара, вот он то уж покажет самые лучшие места, где поменьше людей, да побольше пространства осталось".

– "Вон там за углом самый выгодный турецкий лимонный чай, всего 2 коробки порошка и не думаешь о напитке весь год. Угостишь племянников, когда приедут на следующее лето".

– "А здесь гуляла Софие. Пойдем к Дениз, там уже пироги готовы. А ещё гезлеме (местные лепешки с сыром) и сютлач (десерт из яично-молочного крема с рисом). Все попробуешь. Но сначала балык экмек у Галатского моста."

Хоть рыбаки и до сих пор продают свой свежий улов, все чаще превращают его в местный фастфуд – это и есть тот самый экмек (булка с филе рыбы и овощами). (Прим.)

– "Остановись на рынке: и розовый перец нужен, и соль. Даю себе обещание вновь начать готовить. Как смотрю сюда, так сразу и желание появляется".

Надо сказать, мне помогло, как только вижу горы перемолотого разными способами перца – так аппетит и разгорается, а за ним и тайный голос с посланием "добудь себе еду во что бы то ни стало".

Но надо следить за размахом крыльев гастрономических и потребительских аппетитов, а то всю дорогу придется волочить упаковки и жаловаться, что телеги с колёсиками под рукой не нашлось.

– "Здесь лучшие сушеные мандарины и сочные гранаты для сиропа. Времени на чаепитие больше нет, ещё нужно найти посуду для орехов и выпечки, чтоб закрывалась крышкой."

– "Цветные подушки с узором стопкой, деревянных тарелок на полку, сундук для хранения белья и лампы с цветными стеклами."

Дааа, эти лампы с чарующим светом. Они особенно мне нравятся. А ещё тажин для риса с курагой.

Кто не слышал о турецком кофе?

Турецкие кофейные наборы так и норовят с прилавка прыгнуть в сетчатую сумку туриста. Мягкий вкус не даёт забыть впечатления от встречи солнца под крик чаек с чашкой ароматного кофейного варева. Густой тянущийся напиток заполняет небольшую чашку с узором пока вдохновение посещает любого бродячего творческого туриста. Ведь за такой чашкой можно осмелиться поменять то, о чем не задумывался простой клерк, поскольку начал ценить время, которого не замечал и видеть то, чем хотел бы наслаждаться всю жизнь. Закуски из лукума и фиников оттеняют вкус кофе, а от его текстуры приятно сводит рот.

Специя и сласть – отдельная идея для идеальных подарков. Вместе с ними приносятся великолепные вкусы заморских обычаев. Хоть мы привыкли к восточным популярным блюдам, местный подчерк кулинарных шедевров остро щекочет вкусовые рецепторы всякого приезжего гостя, проносящегося на катере. Более опытные паломники же избалованы местами попроще, где нужно открытия искать самому, оставлять их результаты в открытках и блокнотах, после заботливо и мудро собирать как коллекцию самого драгоценного – воспоминаний.

Кто хозяин этого волшебного места?

Тот, кто годами соревновался за право называть его своим домом.

Начать нужно там, где все начиналось сотни лет назад.

Новый Рим, Константинополь, Византий.

Трудно представить город, который был бы настолько пропитан важностью происходящего. Его история с момента завоевания османскими турками была длительной и богатой событиями. Завоевание Мехмедом || сделало Константинополь столицей Византийской империи и ключевым центром Востока и Запада.

Султан переименовал город в Стамбул и превратил его в новую столицу, где каждый ощутил дыхание Османской империи. В следующие века Земля раскинулась от Венгрии до Аравийского полуострова и от Северной Африки до Кавказа.

За время своего существования, Стамбул претерпел столько изменений. Здесь нашли свое пристанище величественные дворцы, мечети, мосты и другие архитектурные шедевры, которые до сих пор впечатляют посетителей города.

Немного усмирились амбициозные желания современных стамбульцев, перенаправлены на создание семейного счастья, хозяйственного блага и теплых разговоров, что служат отдыхом для туземцев и ценятся более всего. В этом их секрет счастья.

Стакан наполнился янтарным сладким чаем. Пожилой стамбулец мостится на табурете. Выкладывает апельсины и думает о вечерней трапезе со своими детьми, кто купит эти три апельсина? Он неосознанно положит их в пакет, небрежно припорошит душистыми травами, явно не задумается, что на его появление сегодня рассчитывали. А прочем, если нет – завтра принесем других фруктов – оранжевых, покрупнее.

Дело не терпит медлительности, когда касается торговли. Торговцы сдабривают витрины шерстяных пледов с аппликациями из яблок задорными историями с пикантными подробностями, громко хохочут, поглаживая затылки.

Торговля – кровь жизни. Кипящие от солнца сладости, булькающие масла, ковры с любой длиной ворса и закуски на любой вкус. Пока тень не ляжет на рынок, голоса активных болтунов не стихают. Босфор – жизнь, но его богатство не всегда горит ярким пламенем в душах местных красавиц. Местные перестают замечать, все становится рутинным: и ажурная красота фасадов и щедрый улов на пристани. Ко всему привыкает человеческая душа: и к изяществу, и к искусству.

А приезжему все ярко и диковинно, особенно если лимон подвезут к его дому, где он остановился. Ведь впереди долгие часы ходьбы в желании посмотреть все и сразу, набрать больше впечатлений, чем планировалось, чтобы потом доставать их вовремя выходного за чаем.

Во время прошлой прогулки зелёный узел пыльных дорог завел меня в такие усадьбы, где звон монет застыл в воздухе, крики придворных навечно украсили стены дворцов, а серебряная и золотая утварь стала бессменной гравюрой молчаливого правления, где каждому строго и беспощадно воздавалось за любые дела: и хорошие, и опасно-сомнительные. У этой дороги была еще одна жемчужина…

Обласканная вниманием на зелёном холме Чамлыджа никогда не спит. Всякий, кто приходит сюда не замечает, как проведет весь день, любуясь красотой высокого купола. У огромной мечети собирается молодежь, поговорить, обсудить происшествия, вскоре они станут рутиной, но сейчас они важны как никогда.

На лавке у самого парка те, кто постарше, семьи, веселые детские крики. Но как только заходишь внутрь – все замолкает, как будто кто-то смог так искусно разделить пространство и предначертать его функции. Все сосредоточилось вокруг этого места, уступают дорогу и пытливому туристу, и местному имаму. Величественна Чамлыджа…

Усатые наглецы на лавке ловят грёзы. Их глаза, словно зеркала мудрости, отражают тайны истории, вековую истину и без спроса проникают в души людей. Стамбульские коты – хранители времени, свидетели прошлого, наследники древних богов.

Здесь им особый почёт. Для них строят отдельные парки, где можно спрятаться от жаркого солнца, перекусить и лениво следить за юркими рыбками в искусственном городском пруду. Маленький рай для полосатых хозяев восточного края. Здесь можно прилечь между прохладными стеблями цветов, заботливо поливаемых местными жителями. Каждый может позаботиться об этой прекрасной оранжерее и принести корм пушистым авантюристам.

Под луной Босфор превращается в ленту лиловых отблесков, отражающихся в его гладкой поверхности. Освещенные лампами дворцы и мечети приобретают загадочное сияние, словно принадлежат другому миру. Путешественники, прогуливающиеся по ночным улицам, окутываются волшебной атмосферой, словно стали частью сказки.

Эх, умеешь ты создавать незабываемые моменты. Твоя архитектура, запахи и вкусы, звуки и цвета сливаются в единое целое, окутывая каждого путника своим магическим обаянием. Здесь каждый может найти свое место и свое настроение. Можно размышлять, впитывая пульс города и вдыхая его жизнь. Можно погрузиться в историю и насладиться величием прошлого.

Мечеть Ортакёй

Зрение каждого человека способно видеть новизну и мораль по-разному. Мечты любого туриста, чтобы глаза никогда не уставали от красоты и не переставали восхищаться открытиями, заполняя согласием сердце.

Нужно ли пристально прищуривать глаза, чтобы увидеть Стамбул в лиловом цвете? Мой ответ – нет.

Ночью взыграет оттенок потемнее, днём – проявит свои светлые отблески. И все сделает за меня сам – отправит нужные мысли. Мне останется только запомнить.

Смотровая площадка у мечети Чамлыджа