Go to audiobook
Смириться с неизбежным – не значит проявить слабость. Слабость – это когда ты отказываешься принимать реальность и пытаешься заменить ее иллюзиями. Слабость – это когда ты боишься сказать себе: «Оно так» и вместо этого ищешь, на кого бы указать пальцем с криком: «Вот кто виноват!» Признать свою ошибку, свою недостаточность, свое поражение, остановиться и отступить – это не слабость. Это сила. Сила в том, чтобы принять случившееся и нести свое горе достойно, то есть не разрушать отношения и другие жизни. Принятие и смирение – самые трудные вещи на свете, и тот, кто смог, кто сумел, тот по-настоящему силен. Смелость – это не отсутствие страха. Смелость – это преодоление страха. Если страха нет, то поступок, в конечном счете, стоит не много, потому что дается легко, усилия не приложены.
Антону вдруг стало грустно. И снова появились тревожные мысли о сыне. Как помочь? Как поддержать? Как защитить, уберечь? Как, если невозможно понять, о чем он думает и что чувствует? Они другие, совсем-совсем другие. С Васькой вроде бы получилось, девочка выросла ответственной, без глупостей в голове, но такая удача два раза подряд в одной семье не выпадает.
Почитайте «Переломы» Тилье, в следующий раз обсудим
в судах теперь нормально прокатывают даже обвинительные заключения, в которых написано: в неустановленное время в неустановленном месте. Прикинь: человека обвиняют по статье, по которой предусмотрен немалый срок лишения свободы, то есть дело-то серьезное, не фуфло какое-нибудь, а в обвиниловке написано вот такое. Дескать, не знаем, где, не знаем, когда, но что-то такое было. Если не знают, где и когда, значит, и свидетелей нет. Доказательств нет. А суд принимает и отправляет на зону. Если к обвинительным
встрепенулся Роман. – Вот почему он так поторопился с Литвиновичем. Увидел, что результата нет, и начал форсировать события. Кузьмич… – Ша! Зарубин поморщился
Настя Каменская не знала и не могла знать тогда, во второй половине февраля 2020 года, что хорошо не будет. Не будет ни серебряной свадьбы, не шестидесятилетия, ни шашлыков на природе. Вместо них будут пандемия, карантин, болезни и смерти.
Вот кто виноват!» Признать свою ошибку, свою недостаточность, свое поражение, остановиться и отступить – это не слабость. Это сила. Сила в том, чтобы принять случившееся и нести свое горе достойно, то есть не разрушать отношения и другие жизни. Принятие и смирение – самые трудные вещи на свете, и тот, кто смог, кто сумел, тот по-настоящему силен. Смелость – это не отсутствие страха. Смелость – это преодоление страха. Если страха нет, то поступок, в конечном счете, стоит не много, потому что дается легко, усилия не приложены.
Признать свою ошибку, свою недостаточность, свое поражение, остановиться и отступить – это не слабость. Это сила. Сила в том, чтобы принять случившееся и нести свое горе достойно, то есть не разрушать отношения и другие жизни. Принятие и смирение – самые трудные вещи на свете, и тот, кто смог, кто сумел, тот по-настоящему силен. Смелость – это не отсутствие страха. Смелость – это преодоление страха. Если страха нет, то поступок, в конечном счете, стоит не много, потому что дается легко, усилия не приложены.
– Ладно, неважно, что мне казалось. Теперь я понимаю, что так нельзя. Я виновата перед тобой. Очень виновата. Прости меня, пожалуйста. Посидела еще несколько минут, сняла перчатку, погладила фотографию и ушла. Забралась в машину, достала из сумки визитку и позвонила Антону Сташису.
Для современного полицейского самым трудным является достижение баланса между полной отстраненностью и искренним сопереживанием. Отдашь предпочтение отстраненности – и все станет безразлично, на уме одно лишь бабло и возможности. Будешь искренне сопереживать каждому пострадавшему – быстро сойдешь с ума от того количества горя, боли, ужаса, вранья и