Read the book: «Последний Аккорд»

Психологический криминальный триллер.

Глава первая. Человек, который не умел молчать

Дождь начался ровно в тот момент, когда Артём Волков вышел из бара.

Он поднял воротник чёрной кожаной куртки, посмотрел на небо и выругался.

— Отлично. Ещё и погода решила меня добить.

Было без четверти три ночи.

На противоположной стороне улицы мигала вывеска круглосуточного магазина. По мокрому асфальту тянулись красные отражения автомобильных фонарей. Город казался вымершим, хотя Артём знал: в таких городах никогда не бывает по-настоящему тихо. Просто иногда люди перестают издавать звуки.

Он достал сигарету, прикурил и поморщился.

В свои сорок два Артём выглядел старше. Длинные тёмные волосы с проседью, недельная щетина, тяжёлый взгляд человека, которому давно надоело просыпаться по утрам. На правой брови белел старый шрам. На костяшках пальцев — свежие ссадины.

Последние появились сегодня вечером.

Какой-то идиот в баре решил, что имеет право рассуждать о его музыке.

Артём объяснил ему обратное.

Довольно доходчиво.

Телефон завибрировал.

Неизвестный номер.

Артём посмотрел на экран и сбросил вызов.

Телефон завибрировал снова.

— Да пошёл ты, — пробормотал он.

На третий раз он ответил.

— Если это очередной организатор концертов, то я уже сказал: нет.

Молчание.

— Алло?

На другом конце послышалось тяжёлое дыхание.

Затем мужской голос:

— Волков?

Артём затянулся.

— Допустим.

— Это Серов.

Сигарета замерла у губ.

Дмитрий Серов.

Бывший бас-гитарист группы «Чёрный июль».

Человек, которого Артём не видел почти девять лет.

— Ты ошибся номером, Дима.

— Нет. Я искал именно тебя.

— Поздравляю. Нашёл. Теперь можешь лечь спать.

— Тём, послушай…

— Не называй меня так.

Снова молчание.

Потом Серов произнёс:

— Лёха мёртв.

Артём медленно выдохнул дым.

— Какой Лёха?

— Климов.

Он посмотрел на мокрую мостовую.

Алексей Климов. Ударник. Лучший барабанщик, с которым Артёму доводилось работать. Человек, который мог напиться до беспамятства, проспать репетицию, проиграть последние деньги в карты, но никогда не ошибался в ритме.

Два года назад они виделись в последний раз.

Климов тогда сказал ему:

«Когда-нибудь ты поймёшь, что не всё в этой жизни можно заглушить гитарой».

Артём послал его к чёрту.

Как обычно.

— Когда? — спросил он.

— Сегодня утром.

— Сердце?

— Нет.

В голосе Серова появилось что-то странное.

Страх.

— Его нашли в квартире. Дверь была заперта изнутри. Полиция говорит, что самоубийство.

Артём усмехнулся.

— Ну, Лёха всегда любил драматические выходы.

— Тём, он не мог этого сделать.

— Ты теперь специалист по чужим самоубийствам?

— Он оставил записку.

— И?

— Там твоё имя.

Дождь усилился.

Артём медленно опустил сигарету.

— Что?

— Твоё имя, Волков. И ещё одна фраза.

— Какая?

Серов помолчал.

— «Он знает, что произошло в ноябре».

Артём перестал дышать на несколько секунд.

Ноябрь.

Он прекрасно помнил тот ноябрь.

Каждую его минуту.

Особенно одну ночь.

— Дима, — тихо произнёс он. — Слушай меня внимательно. Ты никому не звонил?

— Нет.

— Полиция знает, что ты мне звонил?

— Нет.

— Хорошо. Теперь забудь мой номер.

— Ты не понимаешь…

— Я сказал, забудь!

Он ударил кулаком по металлической урне. Боль прострелила руку.

— Тём…

— Всё. Разговор окончен.

Артём сбросил вызов.

Несколько секунд он стоял неподвижно.

Потом набрал другой номер.

Трубку сняли почти сразу.

— Да?

Женский голос. Сонный, хрипловатый.

— Настя.

— Волков? Ты вообще знаешь, сколько времени?

— Мне нужно, чтобы ты кое-что проверила.

— Нет.

— Ты даже не знаешь, что именно.

— Знаю. Когда ты звонишь в три ночи, ничего хорошего не происходит.

Артём закрыл глаза.

Анастасия Белова.

Когда-то его жена.

Когда-то единственный человек, которому он доверял.

Теперь — адвокат, которая ненавидела его почти так же сильно, как когда-то любила.

— Лёху убили, — сказал он.

На другом конце стало тихо.

— Что?

— Климова. Сегодня утром.

— Господи…

— И оставили записку.

— Какую?

— С моим именем.

Настя долго молчала.

— Артём, тебе нужно идти в полицию.

— Обязательно. Сразу после того, как начну верить в сказки.

— Ты опять что-то скрываешь?

Он усмехнулся.

— Настя, я всегда что-нибудь скрываю. В этом весь шарм.

— Ты невыносим.

— Мне говорили.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Он собирался отключиться, когда услышал её голос:

— Тём, подожди.

— Что?

— Мне сегодня звонили.

Артём нахмурился.

— Кто?

— Не знаю. Мужчина. Сказал, что ищет бывших участников «Чёрного июля».

В груди что-то неприятно сжалось.

— Зачем?

— Он спрашивал, где сейчас ты. И ещё…

— Что ещё?

— Спрашивал, сохранилась ли у меня запись с той последней репетиции.

Артём почувствовал, как холодеют пальцы.

— Ты ему что-нибудь сказала?

— Нет.

— Настя, послушай. Никому ничего не рассказывай. Ни полиции, ни журналистам, ни…

— А ты мне теперь будешь указывать?

— Да.

— Пошёл ты, Артём.

Связь оборвалась.

Он убрал телефон в карман.

И только тогда заметил машину.

Чёрный внедорожник стоял через дорогу. Фары были выключены. Стёкла затемнены.

Он не обратил бы на него внимания, если бы не одно обстоятельство.

Машина стояла здесь ещё до того, как он вышел из бара.

Артём выбросил сигарету.

Посмотрел на автомобиль.

Потом достал телефон и включил камеру.

Внедорожник не двигался.

— Ну давай, сука, — тихо сказал он.

Он сделал несколько шагов к дороге.

Водительская дверь открылась.

Из машины вышел мужчина в тёмном пальто. Высокий, худой, с коротко остриженными волосами.

Лица Артём не разглядел.

Мужчина поднял руку.

Не помахал.

Просто показал два пальца, затем указал на Артёма.

И сел обратно.

Двигатель взревел.

Машина резко сорвалась с места и исчезла за поворотом.

Артём остался стоять под дождём.

Впервые за много лет ему захотелось не выпить, не подраться и даже не закурить.

Ему захотелось оказаться в другом месте.

В другом времени.

В другой жизни.

Но прошлое не отпускало.

Оно всегда возвращалось.

Иногда в виде телефонного звонка.

Иногда в виде трупа.

А иногда — в виде старой песни.

03:47. Квартира Артёма Волкова.