Read the book: «Как найти мужа на День всех влюбленных»
© В. Медная, А. Савченкова, 2023
© ООО «Издательство АСТ», 2023
* * *
Как найти мужа на День всех влюбленных
Глава 1
– И скоро ты нам его представишь? – сурово спросила маменька, помешивая чай.
– Как только у Фелиция будет посвободнее со временем, – небрежно ответила я. – Вы же знаете, у него сейчас плотный график.
– Настолько плотный, что он не может выкроить часок для знакомства с будущей тещей и семьей своей невесты?
Четыре мои младшие сестры, сидевшие здесь же, за столом, выжидательно уставились на меня.
Я принялась медленно помешивать чай, делая вид, что пытаюсь растворить сахар. Вообще-то я обычно пью без него, но на этот раз перед разговором с матушкой была такой рассеянной, что добавила кусочек.
– Это случится со дня на день, – ответила я наконец, откладывая ложку.
– Так со дня или на день? – осведомилась матушка, вздернув бровь.
– Хорошо, – вздохнула я, – сделаю это как можно скорее. Сегодня же спрошу у Фелиция, когда ему будет удобно.
– Отлично, – подытожила маменька и положила мне на край блюдца печенье. – И лучше тебе есть побольше перед свадьбой, невеста не должна выглядеть замученной.
– Я знаю! – воскликнула Лиззи, самая младшая. – Пусть Крис приведет его на День всех влюбленных. – Это будет так романтично: сделать предложение в этот праздник. Он встанет на одно колено, расскажет, как любит нашу Крис, откроет коробочку с кольцом, а кольцо это будет шикарным… – протянула сестра, уже самозабвенно прикрыв глаза.
– Давай пока без кольца, – прервала я ее излияния.
– Как без кольца? – почти подпрыгнула маменька.
– Без кольца нельзя, – подтвердила Гертруда, вторая по старшинству сестра после меня, и решительным жестом отказалась от предложения служанки подлить еще чаю.
– То есть, конечно же, кольцо будет, – поправилась я. – Только не знаю какое, поэтому не думаю, что уместно его описывать.
– Ну как же, – вмешалась Белатриса, средняя сестра, – наверняка такой джентльмен не поскупится.
– Конечно, не поскупится! – подхватила Лиззи. – У вас было такое романтичное знакомство! Значит, и кольцо должно быть не менее романтичным! Ты поскользнулась…
– И едва не попала под экипаж, – добавила Гертруда.
– Но Фелиций очень вовремя оказался рядом, – продолжила Белатриса, подливая сливки в чай.
– И подхватил тебя в последний миг, рискуя жизнью и едва сам не попав под колеса, – закончила до этого молчавшая Шарлотта, предпоследняя сестра.
– Так что кольцо тоже будет необыкновенным! – не унималась Лиззи, которую больше всех волновала наша с Фелицием история. – Наверняка с розовым алмазом! Или нет… с черным! На последнем мероприятии у императрицы был черный алмаз.
– Может быть, сразу с драконьим бриллиантом? – поинтересовалась я. – Лиззи, Фелиций не император!
– Тем не менее он богат, – заметила маменька, аккуратно промакивая салфеткой уголки губ. – Раз то и дело путешествует по разным странам, участвует в миссиях по поручению императора и играет в придворном театре.
– Да, – пробормотала я, опустив глаза, – но я хочу, чтобы кольцо было сюрпризом.
– Вот и увидим этот сюрприз, – подытожила маменька. – Лиззи права: отчего бы ему не прийти на праздник всех влюбленных?
– Но…
– Передай господину Фелицию, что я жду его на ужин в четырнадцатый день февраля, – произнесла маменька, вставая.
– Это же через неделю! – вскричала я.
– Вот именно, – бросила маменька через плечо. – У тебя совсем не много времени на то, чтобы подобрать туалет. Советую пока забыть о лекциях в университете и начать прямо сейчас, если хочешь успеть сшить новое платье, купить новую сумочку и сделать необходимые косметические процедуры. И надеюсь, ты записалась к парикмахеру?
– Конечно, маменька.
– Вот и славно. А сейчас мне нужно написать письмо моей дорогой подруге Луисе. Придется огорчить ее, сказав, что твоя помолвка с ее сыном Чарли, которую мы столько лет лелеяли, невозможна.
– А что не так с моей сумочкой? – крикнула я ей вслед, но маменька уже исчезла в коридоре.
– Она древняя, – откровенно поведала Лиззи, возникнув рядом и похлопав меня по плечу. – И совсем не романтичная.
– Тебе бы только о романтике думать, – покачала головой Гертруда, присоединяясь к нам. Все сестры уже тоже встали из-за стола.
– А тебе бы только о своих книгах и правах женщин! – показала ей язык Лиззи.
– Хорошо, что у тебя наконец появился жених, – заметила Белатриса. – Мой Гарри уже два года ждет, когда сможет сделать мне предложение. И все эти два года я делаю вид, что не видела кольца, которое он прячет в солонке у себя в серванте.
– Теперь и мы наконец можем быть свободны, – пропела Шарлотта, которая всегда говорила все, что думает.
Остальные сделали вид, что внезапно заинтересовались обстановкой нашей столовой, но я знала, что внутренне все с ней согласились.
Я – старшая из сестер и действительно являлась камнем преткновения между ними и замужеством, потому что по традиции замуж мы должны выходить по очереди.
– Пойду напишу записку Гарри, – милостиво улыбнулась Белатриса, коснувшись своих прекрасных белокурых волос, уложенных короной на голове, и вышла из столовой, шелестя платьем.
– И я обрадую Ронни! – хлопнула в ладоши Лиззи, умчавшись вслед за ней.
– Я сообщу об этом Джорджу сегодня во время похода в театр, – задумчиво произнесла Шарлотта и, слегка кивнув мне на прощание, удалилась.
– А я Арнольду во время дневного собрания, – поправила очки на носу Гертруда. – Пойдем, я провожу тебя.
Она довела меня до прихожей и, пока я завязывала ленты шляпки, держала кружевной зонтик.
– Надеюсь, твой Фелиций все же разумен, – заметила она. – Потому что сейчас он представляется очень легкомысленным, начиная с рода занятий и заканчивая именем. Вернее, даже начиная с имени.
– О да, – заверила ее я. – Фелиций очень разумен: он увлекается разными науками, включая алхимию.
– Этого-то я и боялась, – закатила глаза Гертруда, протягивая мне зонтик. – Алхимия! Доживем до того, что эту лженауку поставят в один ряд с другими!
Фыркнув, она удалилась. Я же слегка кивнула на поклон дворецкого и вышла на улицу, где слышался грохот проезжающих мимо экипажей.
Счастливое выражение, которое было приклеено к моему лицу на протяжении всего обеда, сползло. Неделя, о господи! У меня всего неделя, чтобы найти жениха, а фактически мужа! Потому что никакого Фелиция, любимчика императора, отчаянного сорвиголовы и при этом ученого и романтика, не существовало!
Глава 2
– Почему бы тебе не сказать матери, что вы с Фелицием расторгли помолвку? – спросила Эрнеста, пока я помогала ей прилаживать седло на дракона.
– Расторгли помолвку с тем, с кем встречались полгода и о ком я столько рассказывала?
– Ну да. Скажи, что он посмотрел на другую леди, ты не смогла этого вынести, назвала его подлецом и негодяем и объявила, что не желаешь его больше видеть.
– Маменька скажет, что это все из-за моей прически, которую я не меняла последние пять лет. И если маменька меня не убьет, то разорвут сестры, которые уже выбрали свадебные наряды, – пропыхтела я, подхватывая сползшее седло.
Эрнеста поспешно присоединилась ко мне, и мы совместными усилиями вернули его на место.
– Должны же они понять…
– Нет, Эрнеста, ты единственный ребенок, поэтому не знаешь, каково моим сестрам, – их судьба зависит от моей нерасторопности.
– Я не назвала бы тебя нерасторопной, – заметила Эрнеста, глядя на то, как я быстро затягиваю ремни. – И кстати, когда ты скажешь семье, что работаешь в агентстве «Драко и сыновья»?
– Никогда! – испугалась я.
– Но тебе нужно как-то решать эту проблему.
– Знаю, – вздохнула я и взяла щетку, чтобы смахнуть пыль с чешуи Евы.
Ева была прекрасной молодой драконицей и будто специально изогнула шею, чтобы мне было удобнее это делать. Ее разбудили совсем недавно, поэтому движения животного отличались плавностью и были даже слегка вялыми.
– Отчего бы тебе не сходить сегодня на «Вечер сердец»? Можешь сделать вид, что ты леди.
Эрнеста считала, что я такого же простого происхождения, как и она.
– Что ты такое говоришь? Ни за что!
– «Ни за что» будешь кричать, когда сестры станут рвать тебя на части. А Гарри, Ронни, Джордж и Арнольд к ним присоединятся.
– Ты права, – снова вздохнула я. – Мне срочно нужно решить проблему. И если кто-то на вечере хоть чуть-чуть подойдет под критерии, я его не упущу!
– Главное, чтобы он согласился назваться Фелицием, – фыркнула Эрнеста. – Надо же: ну и имечко ты выдумала.
– Оно было первым попавшимся, которое я увидела на развороте газеты, когда сестры опять приперли меня к стенке вопросами о кавалере, – хмуро заметила я.
– Наверное, это была новость о каком-то принце на горошине.
Ответить я не успела, потому что в этот момент в ангар зашел мистер Бернард. На нем были кожаные штаны, летный сюртук и такие же летные очки, как и на Эрнесте.
– Дамы, – слегка поклонился он.
Мы привыкли к немногословности хозяина «Драко и сыновья» и присели в ответных поклонах.
– Ева уже готова?
– Да, мистер Бернард.
– Вы, Эрнеста, можете заняться Иза-беллой, – кивнул он на соседнее стойло, где дремала взрослая рыжая драконица. – Скоро сюда прибудут первые посетители, а Изабелла как раз хорошо отдохнула.
– Да, мистер Бернард, – снова присела в поклоне Эрнеста, хотя в облегающих штанах, при виде которых моя маменька упала бы в обморок, это выглядело для меня до сих пор непривычно.
Я подала мистеру Бернарду хлыст.
– Благодарю, Кристина, – он едва взглянул на меня.
Хозяин агентства был достаточно молодым мужчиной – насколько я знала, ему исполнилось тридцать пять, хотя суровое выражение лица делало его старше. Он был высокого роста, при этом двигался ловко, с какой-то даже грацией, и его никто и никогда еще не видел улыбающимся. Эрнеста говорила, это оттого, что он таким образом старается сразу внушить трепет. Мне же казалось, что его мысли попросту постоянно заняты делами.
– Кстати, Кристина. Скоро выставка, и я отправлю вас, – объявил он, вскочив в седло.
– Что? О нет, мистер Бернард, я не могу.
– Не можете? – он удивленно взглянул на меня. – Это прекрасный шанс, а вы работаете у меня уже год, и я доволен вашей работой. Считайте, что участие в выставке – повышение.
Мне ли этого не знать. Как и того, что на выставке будет половина высшего света, включая мою семью. Вот только не в качестве работников.
– Видите ли, моя тетушка приболела, поэтому я должна быть с ней. Пожалуйста, отправьте Эрнесту, – произнесла я, глядя на коллегу, которая уже готовила Изабеллу к сегодняшнему дню.
Мистер Бернард с сомнением взглянул на меня и заметил:
– И за вашей тетушкой никто не может присмотреть два дня?
– К сожалению, нет. Она не выносит никаких сиделок и предпочитает только мое общество.
– Я уверен, что этот вопрос можно как-то решить.
– Боюсь, что нет.
– Мы еще вернемся к обсуждению этого вопроса. А теперь вам пора поспешить – мы открываемся через десять минут.
– Да, мистер Бернард.
Я отошла на несколько шагов, поскольку Ева уже начала расправлять крылья. Мистер Бернард опустил очки на глаза, взялся за рог в передней части седла, и через несколько мгновений драконица взмыла в небо через раскрывшуюся крышу.
Я смотрела ей вслед, приставив ладонь козырьком, пока она не исчезла из виду.
Что ж, «Вечер сердец» так «Вечер сердец»!
Следующие несколько часов я не думала ни о каком Фелиции: несмотря на будний день, посетителей пришло достаточно, и среди них было много детей, поэтому я то готовила дракониц для полета с дирижаблем, то занималась организацией персональных верховых полетов, то искала сотрудников, которые бы накормили животных, потому что сама не успевала.
К концу дня я меньше всего напоминала барышню из высшего света, которая готовится к приятному вечеру.
– До завтра, Эрнеста! – кинула я, спеша к выходу.
– До завтра, – донеслось мне вслед.
Когда я вошла в дом тетушки Мэйбл, было ровно шестнадцать тридцать. Напольные часы с кукушкой в холле громко возвестили о моем приходе.
– Кристина! – донеслось из гостиной, прежде чем я успела проскользнуть на лестницу, которая вела на второй этаж, где и находилась моя комната. – Это ты?
– Да, тетушка Мэйбл, сейчас приведу себя в порядок и присоединюсь к вам.
– Мне нужна твоя помощь. Немедленно.
Коротко вздохнув, я направилась к ней, на ходу приглаживая волосы.
– Бог мой, – приветствовала меня сидевшая в кресле тетушка, – что нынче делают с девушками на этих ваших лекциях?
Я поспешно перевернула прижатую к груди книгу, которую держала вверх ногами.
– Ничего, тетя, это я виновата: шла по улице.
– По улице? Не ехала в экипаже? – Тетя приставила к глазу лорнет. – Кристина, еще чуть-чуть, и ты превратишься в одну из тех девиц с резким голосом и грубыми руками, которые носят – прости господи – брюки и курят сигары.
– Никогда, тетушка!
– Поди сюда! Что вы сегодня делали на этих ваших лекциях? Препарировали лягушек или занимались еще какими-то подобными ужасами? Мне говорили, что в анатомических театрах делают чудовищные вещи.
– Что вы, тетушка, мои лекции не имеют никакого отношения к лягушкам и анатомическим театрам. Нам лишь рассказывают о… мире.
Тетушка недоверчиво пожевала губами и сложила руки на набалдашнике трости. Она сидела прямая, как палка, и была столь же худа.
– Лекции… а потом девушки возвращаются домой растрепанные, пешком, да еще не могут найти мужа, заставляя младших сестер страдать.
Я привычно постаралась пропустить эту реплику мимо ушей.
– Вы сказали, что вам требуется помощь?
– Да, – она указала на стол, на котором стояла тарелка с тминным кексом. – Передай Марии, что в этом кексе слишком много тмина. Нужно его заменить, нельзя подавать такое, когда придет Евгения. Ты же знаешь, она придерется к каждой крошке. Пусть сегодня подадут черничный кекс, и я не желаю слышать от Марии никаких возражений на этот счет.
– Да, тетушка. – Я забрала тарелку.
Евгения была старинной подругой тети Мэйбл еще по пансиону, а поскольку других дел у нее не было, она уделяла самое пристальное внимание обстановке и приличиям в доме.
– Не опоздай к пятичасовому чаю! – повысила голос тетушка мне вслед. – И сделай что-нибудь со своим румянцем, это неприлично!
– Да, тетя! – крикнула я уже из коридора, ведущего на кухню.
– И не кричи! Леди положено говорить негромким и приятным голосом! – прогремела тетя.
На кухне я нашла Марию и передала ей наказ тети, после чего наконец отправилась к себе. Закрыв дверь на ключ, бросила книгу на кровать, быстро ополоснула лицо и взглянула в зеркало.
Тетя права: волосы выбились, а на щеках от долгого нахождения на свежем воздухе горел румянец. Опустившись на кровать, я какое-то время сидела с закрытыми глазами. Как же мне надоело всем лгать!
Я живу у тетушки весь последний год: мне едва удалось получить на это разрешение у маменьки. Свое желание переехать к ней я аргументировала тем, что дом тети находится ближе к университету Илана, в который я записалась вольнослушательницей. Когда маменька узнала о моем «неподобающем леди» увлечении, ее чуть удар не хватил. И точно хватил бы, если бы она узнала, что на самом деле мне нужно было прикрытие для работы в «Драко и сыновья».
Сестры назвали меня синим чулком и тут же растрезвонили обо всем своим кавалерам. Даже Гертруда, ходившая на собрания, посвященные правам женщин, считала посещение леди университета слишком радикальным шагом.
Правда, лекции я тоже несколько раз посетила – не столько из любопытства, сколько для того, чтобы меня на всякий случай запомнили среди слушательниц.
В итоге маменька посчитала, что проживание у тетушки, дом которой был обширнее, а штат прислуги больше, поможет мне заполучить выгодную партию, тем более что и центральная улица находилась рядом. А «выгодные партии» как раз имели обыкновение там прогуливаться. Впрочем, и конкуренция со стороны таких же страждущих леди была выше.
Но истинной моей страстью были драконы. Увлечение началось, когда я была еще совсем маленькой. Однажды дедушка отвел меня в парк, где запряженный в дирижабль старый дракон по имени Роальд катал детей. Он поднимался всего на несколько метров, так как его лапа была привязана к вбитому в землю пруту, но это развлечение запомнилось мне на всю жизнь. Поэтому объявление (которое в прямом смысле слова мне принес в руки ветер) о том, что агентство «Драко и сыновья» ищет работницу, я посчитала знаком свыше.
В рейтинге людей из высшего общества, к которому принадлежала наша семья, работа в агентстве значилась ниже не то что вольнослушательских курсов для девушек… она там вообще не значилась. Работали в нашей стране только женщины низшего сословия и изредка – среднего.
Итак, я врала всем: семье – о курсах и о женихе, мистеру Бернарду – о своем положении. Даже Эрнеста считала, что я простого происхождения и лишь скрываю от маменьки и сестер род занятий, потому что они его не одобрили бы. А теперь мне нужно было найти «жениха», чтобы врать еще и ему.
Открыв глаза, я похлопала себя по щекам и снова взглянула в зеркало. Ровно без пяти пять я уже спускалась в гостиную. Моя прическа была в идеальном порядке, платье приглушенно мерцало – оно было заказано в знаменитой теапольской школе мод у некоей талантливой Софи, а осанка не уступала осанке тетушки.
Через несколько минут, которые мы с тетей провели в гостиной в молчании, делая вид, что пьем чай, явилась леди Евгения. Это была плотная женщина невысокого роста, которая тем не менее как-то умудрялась заполнять собой все помещение, когда появлялась. За ней тенью следовала ее племянница Виола.
– Мэйбл! – приветствовала леди Евгения мою тетю.
Чашка в руке тети чуть дрогнула, а глаза моментально обежали гостиную, проверяя каждый миллиметр – все ли в порядке.
– Евгения, – чуть кивнула она, одаряя подругу легкой улыбкой.
– Надеюсь, сегодня будет не тминный кекс? У меня еще с прошлого раза застряли в зубах эти черные зернышки. И не пирог с этими новомодными пряностями – от них только болит голова.
– Сегодня черничный кекс, – торжественно провозгласила тетя, довольная, что отстояла именно его в перепалке с Марией.
– Mieux que rien1, – обронила леди Евгения, не заметив, как дернулся тетин палец на набалдашнике трости. – Что ж, как вы с дорогой Кристиной поживаете? Когда она наконец представит нам жениха?
При этих словах Виола быстро подняла и опустила глаза.
– Будь у меня такая старшая сестра, – продолжила леди Евгения, – я бы не вела себя кротко, как овечка, подобно бедняжкам Гертруде, Белатрисе, Шарлотте и Лиззи.
– Антония, – тетя всегда называла мою маму просто по имени, – прислала мне слугу с запиской: через неделю, на День всех влюбленных, Кристина представит нам своего Фелиция!
Следующие полчаса дамы были заняты обсуждением последних новостей, сводившихся к Фелицию, схемам для вышивания, новым композициям, которые они слышали в салоне, и сплетням. Упомянула леди Евгения и то, что собирается начать подыскивать жениха для Виолы. Ровно через тридцать минут она поднялась, а следом и племянница.
– Что ж, дамы, приятно было увидеться с вами. Надеюсь, через неделю я уже смогу насладиться зрелищем кольца на пальце нашей дорогой Кристины.
Хорошо, что не бедняжки.
Тетя благосклонно кивнула, и леди Евгения с Виолой в сопровождении слуги отправились к дверям.
– Куда это ты собралась? – поинтересовалась тетя несколько минут спустя, когда я двинулась – как надеялась, незаметно – к выходу.
– Леди Евгения забыла у нас платок. Догоню ее.
– Кажется, ее экипаж уже уехал.
– Тогда схожу к ней, дом ведь на соседней улице.
– Вздор! Можно отправить слугу. Впрочем, ты – милая девочка, можешь сходить. Только так, чтобы у тебя снова не появился этот ужасный румянец.
– Хорошо, тетя.
Леди Евгения действительно оставила у нас платок, и я передала его Виоле, как раз проходившей мимо открывшего дверь швейцара. Мы улыбнулись друг другу: мы с Виолой когда-то дружили, но в последние годы отдалились, даже не знаю почему.
На обратном пути я сделала крюк в две улицы и заглянула на ту, что имела неофициальное название Романтичная. Замедлив шаг, я глубоко вдохнула и неторопливо приблизилась к почтовому ящику, оформленному в розовых тонах.
Витиеватая надпись огромными буквами над ним гласила: «Вечер сердец». Быстро взяв карточку из стопки рядом, я написала имя Эвридика и кинула карточку в щель. Крышка опустилась с громким лязгом. Ну все, теперь пути назад нет!
Глава 3
Вскоре я уже снова была в доме тети, а еще через полтора часа состоялся ужин, на котором мы с ней сидели на противоположных концах длинного стола. К нам еще ненадолго присоединились Шарлотта, Белатриса и Лиззи. Младшая сестра вела себя непривычно тихо – атмосфера тетушкиного дома сказалась даже на ней. Белатриса же выглядела еще более утонченной, чем обычно, напоминая фарфоровую статуэтку.
На десерт сестры не остались – к великому сожалению Лиззи, – поскольку Шарлотта собиралась в театр со своим Джорджем.
– Быть может, и вы с Фелицием к нам присоединитесь? – спросила она. – У нас еще осталось место в ложе.
– Благодарю, но сегодня Фелиций получил какое-то новое поручение и вынужден был отбыть из города.
– Так он будет у нас четырнадцатого февраля, как просила маменька?
– Да, я все ему передала.
– Ох уж этот кавалер, – покачала головой тетушка с заговорщическим видом, – жду не дождусь, когда увижу этого героя!
Да уж. Я тоже.
Прощебетав слова прощания, сестры удалились, а я осталась, чтобы отведать вместе с тетушкой великолепный меренговый рулет, вкуса которого совершенно не запомнила, погруженная в мысли о предстоящем вечере.
– Ты развлечешь меня чтением после ужина, Кристина?
– Простите, тетушка, мне нужно подготовиться к завтрашним лекциям. Боюсь, это отнимет все мое время.
Тетушка недовольно пожевала губу.
– Эти университеты мало того что задуряют головы юным девушкам, так еще и крадут их у семьи.
– Простите, тетя.
– Что ж, ступай. Мне почитает Мария. Правда, она читает лишь молитвенную книгу.
Сделав книксен, я удалилась наверх, чтобы через четверть часа на цыпочках спуститься и проскользнуть мимо двери гостиной, где Мария монотонным голосом и с акцентом читала тетушке, которая то и дело фыркала и поправляла ее ошибки.
Накинув капюшон легкого плаща, я вышла из дома и поспешила к Романтичной улице с совсем не романтичным намерением.
Возле здания, на парадной двери которого красовалось сердце, уже толпились гости обоих полов. Среди нескольких экипажей выделялся спортивный кабриолет, в который была впряжена пара коней.
– Мисс Эвридика? – громко осведомился стоявший на входе управляющий, направив на меня лорнет на длинной тонкой ручке.
– Да.
– Пройдите, пожалуйста, внутрь, – протянул он мне шелковую маску. – Справа гардероб, слева небольшой буфет. Основной зал прямо, начало через десять минут.
– Благодарю.
Я прошла мимо гардероба, решив не оставлять там плащ, и, поскольку двери главного зала были еще закрыты, присела на краешек стула за одним из столиков. Пухленькая дама за соседним нервно запихивала в рот кремовое пирожное.
– Вы в первый раз, да?
Я чуть кивнула, не желая с ней говорить.
– А я уже в десятый, – вздохнула она.
Я вздрогнула, услышав о таком стаже. Жених был нужен мне сегодня же, и у меня не было времени наведываться сюда еще девять раз.
– Вам так и не удалось встретить пару?
– Отчего же, удалось, еще в первый вечер, – собеседница придвинулась ко мне. – Уже тогда я познакомилась с моим Родриго – такой смуглый красавец, я это заметила, когда он случайно сдвинул маску. Но, видимо, он неправильно разобрал адрес, который я ему оставила, поэтому до сих пор не нанес мне визита.
– А у вас была… договоренность?
– Ну конечно же! – возмутилась дама. – Родриго сказал, что совершенно сражен моей красотой и напором. И готов немедленно жениться.
И вот тут-то я заинтересовалась:
– И не женился?
– Говорю же: произошла какая-то ошибка, поэтому с того вечера я его так и не видела. Вот и хочу встретить вновь, чтобы мы наконец-то могли воссоединиться.
Если напор действительно был в почете у неизвестного Родриго, то проявлял он свою заинтересованность нелогично.
Вскоре раздался звонок, как в театре, и мы поднялись. Несколько мгновений спустя двери распахнулись и управляющий пригласил нас в зал.
– Удачи, – шепнула дама. – Если встретите моего Родриго, передайте ему, что я в зале.
– Обязательно.
Мы ступили в полутемное помещение, где были расставлены столики. На каждом приглушенно светилась лампа. Я взглянула на свою карточку, где было указано первое место. Далее предполагалось, что кавалеры будут пересаживаться по кругу.
– Дамы садятся слева, джентльмены справа. Пять минут на каждую сессию, – объявил управляющий и ударил в маленький медный гонг.
Как только звук заполнил помещение, я направилась к своему столику, и то же самое сделали остальные гости.
– Вы прелестно выглядите, – заметил, волнуясь, джентльмен, который составлял мне компанию в первой сессии, и отодвинул для меня стул.
Судя по нескладности, мой кавалер оказался гораздо более юным, чем я рассчитывала, но мне было не до долгого выбора. Его лицо так же, как и мое, и лица остальных гостей, скрывала маска.
– Итак, – произнес он, устраиваясь напротив, – можете рассказать немного о себе, мисс… – он сверился со своей карточкой, – Эвридика?
– Что ж, да. Я старшая из пяти сестер…
– Пя… ти?
– Да. Несколько поколений моей семьи живет в Илане, сейчас я гощу у тети, недалеко от центральной улицы. Мой отец входил в число пэров, сейчас этот титул унаследовала маменька…
– А что-то из ваших увлечений?
– Я люблю музицировать, вышивать, пятичасовые чаепития и прогулки с моими сестрами.
Я решила, что разумнее будет не отходить от стандартного списка.
– Значит, этим вы и занимаетесь днем?
– Да, если дракониц не нужно срочно кормить…
– Дракониц?
– То есть сестер, – спохватилась я. – Это наша семейная шутка: маменька с детства называет нас дракончиками…
Я мысленно покраснела от досады. Нужно быть осторожнее с оговорками.
Похоже, мой кавалер заготовил для вечера такой же стандартный список. Чтобы не терять время, я готова была рассмотреть и его на роль Фелиция и даже потянулась за листком бумаги, чтобы оставить – по его же просьбе – свой адрес, когда, задав вопрос о его планах на будущее, услышала, что через пару месяцев он уезжает учиться в соседний город.
Прозвучавший гонг поставил черту под разговором, и несостоявшийся Фелиций, который, откровенно говоря, больше подошел бы по возрасту Лиззи, поцеловал мне руку и пробормотал, как он был счастлив познакомиться с такой леди, как я, и пересел за соседний столик. Ко мне же подсел следующий господин.
А потом следующий, и еще один. К концу вечера я уже стала терять надежду. Задача, которая казалась мне если не легкой, то несложной, вдруг превратилась в нечто из разряда пятичасового чая у тетушки Мэйбл, когда у нее собирались все пансионные подруги. Впрочем, нет, с этим чаем ничто не могло сравниться.
– Итак, – устало произнес последний джентльмен, присаживаясь за мой столик. – Поведайте мне о вашей музыке и вышивании.
– Что, простите?
– Вы же хотите рассказать мне о пьесах, которые разучиваете для игры в салоне, ваших пяльцах, чаепитии с подругами и вечерних прогулках по главной улице?
– Вообще-то… да.
– Тогда сделаем вид, что я вас выслушал. А я рассказал вам о своих…
– Охотничьих ружьях, мужском клубе, учебе и любимом коне…
– Конях, – поправил он, – у меня пара.
– Конях, – согласилась я.
– Ну, раз мы познакомились, давайте перейдем к сути. С какими целями вы на этом вечере, мисс… – он сверился с карточкой и хмыкнул, – Эвридика.2
Сверившись со своей, я поняла почему.
– А с какими вы, мистер… Орфей?3
– Я ищу жену, – спокойно произнес он.
– И верите, что можете ее здесь найти?
– Уже нет.
– Тогда почему же вы здесь?
– Потому что я, видите ли, Эвридика, занятой человек, и у меня нет возможности каждый день пить кофе, – он слегка отодвинул чашечку, – на «Вечере сердец». Моя задача – с наименьшими затратами времени и нервов найти хорошую спокойную леди, которая не будет говорить заученные речи, а станет просто хорошей хозяйкой моего дома, чтобы следить за ним и служить мне надежным тылом.
– Вы считаете, что роль женщины лишь в этом?
– В чем же еще? – удивился он.
– Быть может, у вашей потенциальной жены будут свои интересы, отличные от тех, что вы перечислили?
– И какие же? – он откинулся на стуле, скрестив руки на груди, и я впервые отметила, какого мощного он телосложения. Волосы были то ли черными, то ли просто темными – в полумраке невозможно было определить. Жаль, голос звучал немного приглушенно из-за маски – мне почему-то подумалось, что он красивый.
– К примеру, она может ходить в… университет. Или сама управлять экипажем.
Он фыркнул:
– Мне не нужен синий чулок. Я же сказал: я в поисках спокойной, домашней леди, которая соответствует…
– Общепринятым критериям.
– Да. При этом не повторяет за другими то, что втолковали тетушки и гувернантки.
– Что ж, тогда, думаю, мистер Орфей, мне не следует тратить ваше время, – произнесла я, намереваясь встать.
– Постойте, – он взглянул на быстро утекающие песчинки песочных часов на краю стола, – раз у нас осталась еще пара минут, расскажите мне о ваших предпочтениях касательно кавалера.
– Зачем? Я вижу, что не соответствую вашим ожиданиям.
– Потому что это было бы честно – я ведь рассказал вам о своих в отношении леди. И еще потому, что мне, быть может, интересно. Ну и наконец, вы, наверное, не захотите первая при всех покидать этот вечер.
Я чуть пожала плечами. Последнее меня не пугало.
– Что ж, хорошо. Я здесь тоже в поисках мужа. Я должна представить его семье хотя бы в качестве жениха через неделю.
– Отчего такая спешка? – приподнял брови он, отчего маска шевельнулась.
– На то есть свои причины.
– Хорошо. И каким же он должен быть?
– Он должен быть… – я задумалась, потому что до этого не давала себе труда составить портрет будущего спутника жизни и, в отличие от Орфея, не имела конкретных критериев. – Он должен разделять… или хотя бы понимать мои увлечения. Осознавать, что мне нужно личное пространство, и уважать мои интересы.
– Чтение, прогулки и музицирование?
– Быть может, у меня есть и другие, несколько… непривычные для женщины моего круга.
– Так «быть может» или есть?
– Вы… – начала было я, но тут раздался гонг, прерывая нас. – Кажется, наше время истекло, – произнесла я, вставая и протягивая ему руку.
– Определенно истекло, – согласился Орфей, тоже вставая, и вместо того, чтобы поцеловать, чуть пожал ее.
– Тогда прощайте, – отвернулась было я.
– Постойте, – удержал он мою руку.
Я удивленно обернулась.
– Отчего бы нам не встретиться вновь, Эвридика?
– Оттого, что нам не стоит тратить время друг друга, раз мы не соответствуем взаимным ожиданиям, Орфей.
– Так почему бы не тратить его вместе? У вас цель – найти мужа, у меня – жену. Я мог бы помочь вам, а вы – мне.
– Каким образом?
– К примеру, вы расскажете мне о местах, где я мог бы познакомиться с будущей супругой, или расскажете о приемах, помогающих произвести благоприятное впечатление. А я, со своей стороны, помогу вам.
Я колебалась. Управляющий уже прошел к дверям, выразительно посматривая на замешкавшихся гостей, среди которых были и мы.
– Хорошо, – решилась я. – Но я все еще не думаю, что это хорошая идея.
– Не думайте, просто оставьте мне ваш адрес, чтобы мы могли договориться о следующей встрече.
– С одним условием.
– Каким?
– Мы снова будем в масках.
Он вопросительно приподнял бровь.
– К чему нам испытывать смущение при возможной случайной встрече? Лучше не знать лиц друг друга.
– Как пожелаете, – чуть поклонился он, и я быстро черкнула на его карточке адрес абонентского ящика тетушки Мэйбл.
Возле выхода дежурила моя давешняя знакомая.
– Вы не встретили моего Родриго? – с надеждой спросила она.
– Боюсь, что нет. Ни у одного джентльмена не было такого имени. Но вы должны и сами это знать – мы ведь разговаривали со всеми кавалерами по очереди.
– Да, но я подумала, что он мог случайно ошибиться столиком, и мы не встретились, – пролепетала несчастная почти жена.
Пожелав ей удачи в поисках, я покинула здание. Экипажей перед ним уже почти не осталось. Моего Орфея тоже не было, как и пары впряженных в спортивный кабриолет коней, которых я видела в самом начале вечера.
Глава 4
– Ну как? – спросила меня на следующий день Эрнеста.
– Что как? – Я сделала вид, что поглощена полированием чешуи Евы.
– Ты ходила на «Вечер сердец»? – спросила она, придвинувшись ко мне и пытаясь подцепить камешек из-под когтя Изабеллы, которая лежала, лениво вытянув лапу.
– Возможно.
– Так ходила или возможно? – Она уперла руку в бок.
– Ты прямо как Орфей, – вздохнула я, чуть тронув Еву, чтобы та приподняла крыло и мне было удобнее протирать его бархатной тряпочкой.
– Какой еще Орфей?
– Мужчина, которого я там встретила.
– Он согласился сыграть роль Фелиция? Или вы понравились друг другу и теперь он твой жених?
– Нет. – Я пощекотала драконицу под мордой, и та подняла ее, чтобы я могла добраться до шеи. – Мы договорились помогать друг другу.
– Помогать в чем? – озадаченно спросила Эрнеста, возвращаясь к своей работе.
– В поиске вторых половинок.
– Постой, – она замерла с щеткой в руках. – Ты отправилась на «Вечер сердец» и нашла там того, кому будешь помогать искать вторую половинку?
– Ну… да. А он мне.
– Кристина, – поднырнув под головой драконицы, Эрнеста снова возникла передо мной, – так почему бы этой второй половинкой не стать тебе?
– Нет. – Я сменила инструмент на щеточку для ресниц. Они у Евы были пышные – всем бы модницам такие. Одно удовольствие расчесывать их. – Мы договорились о другом, потому что я не подхожу под его критерии.
– И какие же у него критерии?
– Он ищет простую и скромную женщину, которая не будет притворяться и станет хозяйкой его дома.
– Разве ты не такая?
– Ты не понимаешь: эта женщина должна быть лишена… – я взмахнула щеточкой, – амбиций. Он хочет, чтобы она не работала: эдакая леди из журнала «Домашний Илан», которая будет руководить кухаркой при варке мармелада, подавать ему подогретые тапочки и служить хранительницей очага. Иными словами, она не должна работать. – Я указала на Еву.
Эрнеста тоже перевела на нее взгляд.
– Понятно, – хмыкнула она, возвращаясь к Изабелле. – И когда же у вас следующая встреча?
– Не знаю, я оставила ему адрес абонентского ящика своей тети. Ну, а ты?
– А что я? – Она указала на свои брюки, расширяющиеся на бедрах. – Если желающих стать женихом работающей девушки немного, то ищущих девушку в брюках еще меньше.
Мы обе рассмеялись.
– Когда-нибудь времена изменятся, – заметила я.
– Наверное, – отозвалась Эрнеста, глядя на позевывающую и расправляющую крылья Изабеллу.
Тут в ангар вошел мистер Бернард, и мы одновременно сделали книксен.
– Дамы, – поздоровался он. – Кристина, пройдите, пожалуйста, ко мне в кабинет.
– Да, сэр.
Отложив бархатную тряпочку, я проследовала за ним, сделав большие глаза в ответ на вздернутые брови Эрнесты.
– Итак, – произнес мистер Бернард, закрывая дверь и усаживаясь на свое место за столом, – вы обдумали еще раз мое предложение?
– Да, сэр, но мой ответ остался прежним.
Он поставил локти на стол и задумчиво соединил кончики пальцев.
– Позвольте спросить, чего именно вы боитесь? Оставить больную тетушку на два дня с сиделкой?
– О да, она не терпит посторонних.
– Даже ради отличного шанса, выпавшего ее племяннице?
– У пожилых леди свои обыкновения, сэр.
– Выставка состоится через неделю. Возможно, к этому времени вашей тетушке станет лучше?
– Возможно, сэр. Но есть и другая причина.
– Какая же?
– Моя семья… видите ли, они не очень одобряют то, что я работаю.
На этот раз он так удивился, что убрал локти со стола и встал.
– Как они могут не одобрять того, что вы работаете? – Мистер Бернард прошелся по кабинету. – Понимаю, если бы вы были леди из высшего общества – разразился бы скандал. Но обычная скромная девушка вполне может трудиться, если нужно помочь своей семье. Тем более агентство «Драко и сыновья» пользуется уважением в обществе.
Компанию основал еще прадед мистера Бернарда, и в ней до него работали его отец и дед.
– Да, мистер Бернард, но моя семья придерживается довольно старомодных взглядов.
Он остановился и пристально посмотрел на меня, а потом вдруг прошел к стене и раскрыл дверцы небольшого бара.
– Вот, – он протянул мне фарфоровую чашку и плеснул в нее воды из графина. Вода в зачарованной чашке тотчас вскипела, растворив гранулы чая на дне. – Выпейте.
– Благодарю, сэр, – произнесла я, принимая ее и разглядывая тоненький фарфоровый ободок.
Вторую чашку он взял себе и задумчиво отхлебнул. Я из вежливости тоже сделала крошечный глоток.
– А что, если бы я с ними поговорил? – внезапно произнес мистер Бернард.
Я едва не уронила чашку:
– Думаю, это не лучшая идея.
– Вы настолько сомневаетесь во мне или настолько уверены в них?
– И то и другое, сэр. Теперь я могу вернуться к работе?
– Да, Кристина, идите.
Я направилась к выходу, потом, вспомнив про чашку, вернулась и поставила ее на стол. Снова поблагодарив мистера Бернарда, я наконец удалилась.
Все утро я занималась обычными рабочими делами. Но мысли нет-нет да и обращались ко вчерашнему вечеру. Стало любопытно, как выглядит Орфей без маски. Голос у него даже из-под маски, искаженный, был приятный, комплекция внушительная. А раз он водит спортивный конный экипаж, то не лишен рискованной нотки в характере. По крайней мере, если верить Лиззи, которая увлекается науками вроде френологии и уже настолько в этом преуспела, что может, метнув один взгляд, понять характер и привычки человека. Правда, все эти навыки нужны ей в отношении кавалеров.4
К обеду, поняв, что все еще думаю об Орфее, я рассердилась и обратила все свое внимание на работу.
– Ты еще здесь? – удивилась Эрнеста, когда я покидала стойло Изабеллы, на которой недавно катали детей в дирижабле.
Драконица в какой-то момент переволновалась, и я задержалась, чтобы успокоить ее и убедиться, что все в порядке.
– А который сейчас час?
– Почти полдень.
– О нет! Мы с сестрами договорились встретиться!
Сорвав с себя передник, я схватила шляпку и, придерживая ее рукой, поспешила к выходу. Мы условились встретиться в кондитерской «У Мэтью». Это было известное старинное заведение.
– Простите, что задержалась, – выпалила я, влетая, и осеклась при виде маменьки.
Она изумленно посмотрела на меня, а я на нее. Маменьки сегодня за обедом не должно было быть.
– Кристина, что за вид? И где твои учебники?
Сестры тоже удивленно смотрели на меня. Утонченная Белатриса, не донеся до губ, держала в руке крошечную – на два глотка – чашечку. Брови вразлет пересекли лоб подобно распростертым крыльям птицы.
– Простите, я оставила их в университете.
Мама неодобрительно покачала головой и указала на свободный стул:
– Что ж, садись.
Я кивком поблагодарила официанта, который мне его пододвинул, и постаралась успокоить дыхание.
– Так что там со вчерашним представлением? – спросила маменька, поворачиваясь к Белатрисе.
Та со своим Гарри присоединилась в театре к Шарлотте, которая была на представлении с Джорджем. Моя средняя сестра изящно отставила чашечку и лучезарно улыбнулась официанту.
– Все как обычно: мелодраматично, патетически, со слезами и победившей в конце любовью.
– И страстью, – добавила Шарлотта, подцепляя ложечкой малиновый мусс из креманки.
– Когда любовь побеждает – это хорошо, – вынесла вердикт маменька. – Мне вот пришлось вчера огорчить мою дорогую Луису. – Неодобрительный взгляд в мою сторону. – Ее Чарли так горевал, узнав о расторжении помолвки…
Представляю, как мог горевать тот, кто видел меня в последний раз в детстве и большую часть жизни провел, колеся по странам Авропы.
– Надеюсь, Фелиций оправдает доверие и все наши потери, – докончила она.
– Мужчина с таким именем не может не оправдать! – воодушевленно заметила Лиззи, активно орудуя ложкой и сметая кусок шоколадного торта. – Расскажи нам еще, Кристина, какой он.
Все четыре сестры и маменька вперили в меня взгляды. Гертруда даже очки поправила.
– Ну, он… – я помешала сахар в чашечке, которую мне только что принесли, – любит приключения. Еще он храбр, очень артистичен…
– Все это мы уже слышали, – прервала Белатриса, – расскажи что-нибудь новенькое.
– Да, – поддержала маменька.
Я растерянно умолкла.
– Что-нибудь более конкретное, – добавила Шарлотта, которая рассеянно рассматривала обстановку и казалась, как обычно, витающей в облаках, хотя я знала, что сестра довольно внимательно слушает нас.
– Из нового, он… – Сестры подбодрили меня взглядами. – Что ж, он высок… – Лиззи ахнула с возгласом: «Так и знала!» – Еще у него приятный голос, – продолжила я, воодушевляясь, – довольно острый ум. И он любит управлять своим спортивным конным экипажем, – внезапно вырвалось у меня.
– Конный экипаж – это хорошо, – благосклонно кивнула маменька.
Я же пыталась собраться с мыслями и сообразить, что еще сказать. У меня было не слишком много опыта в подобных описаниях, поскольку все мое общение с мужчинами сводилось к формальным разговорам во время светских приемов или прогулок где-нибудь в городском парке или на центральной улице.
– Еще он в самую первую встречу сказал, что ищет добрую жену и хорошую хозяйку и любит летать на драконах, – рассеянно закончила я, думая о предстоящей на сегодня работе.
Доселе благодушно кивавшая маменька вдруг подпрыгнула:
– На драконах? Ты говорила, что он участвует в миссиях по поручению императора, и я думала, ты имеешь в виду самоходный дирижабль или порталы с магическими кристаллами, но никак не этих огромных опасных тварей!
– Ну да, – очнулась я, – он летает и самоходными дирижаблями, и кристаллами, и вот… драконами. А что в них плохого? И зачем их так называть?
– Это непредсказуемые животные, лишенные интеллекта. Неизвестно, что они могут выкинуть в следующий момент. Сейчас дракон кажется спокойным и добродушным, как нас убеждают газетные интервью этого мистера… Бернарда. А в следующий миг откусит тебе руку.
– Ничего подобного не случается, – спокойно ответила я. – Разве ты не помнишь, как в детстве дедушка отвел меня покататься на дирижабле, который поднимал дракон?
– И слава богу, что ты осталась жива! Я слышала, в соседнем Свитвилладже один такой дирижабль перевернулся: оказалось, дракону нездоровилось, а хозяин не предупредил об этом публику, чтобы не терять клиентов.
– Мистер Бернард такого не допустил бы, – уверенно заметила я. – Он всегда очень тщательно следит за здоровьем своих драконов и честно предупредит клиентов, если один из них неважно себя чувствует.
– Тебе-то откуда знать? – удивилась маменька, и я прикусила язык.
– Читала об этом в газетах…
– Кстати, в газетах пишут, что мистер Бернард посетит со своими драконами предстоящую выставку, – возбужденно заметила Лиззи, – и был намек, что трюки будут невообразимыми!
– Ничего хорошего из этого не выйдет, – покачала головой маменька, излишне громко помешивая ложкой. – Тем более на выставке будет высший свет, а этот мистер Бернард, при всех его заслугах, происходит из низов. Что ж, на сегодня нам достаточно чаю.
Она сделала знак официанту, и тот тотчас поспешил к нашему столику с услужливой улыбкой.
– Твой Фелиций вернется сегодня или завтра? – спросила Белатриса, когда мы направлялись к выходу.
– Скорее всего, завтра, – сдержанно ответила я.
– Тогда ему лучше поспешить, – заметила она, поправляя перчатки, – потому что маменька еще не оставила своих надежд на Чарли и думает, что этот вариант можно оставить про запас.
Поцеловав ее в щеку и попрощавшись с маменькой и остальными сестрами, я поспешила обратно на работу, специально свернув в другую сторону и сделав крюк в один квартал.
Остаток рабочего дня прошел спокойно, и, завершив основные дела, я подметала в ангаре. Эрнеста сегодня отпросилась пораньше: у нее заболела тетя – в отличие от моей, на самом деле.
Старый дракон по имени Марк следил за моими взмахами метлой. Заметив это, я ему подмигнула.
– Вам нравится моя подруга, милорд? – осведомилась я, указав на метлу, и повернулась вместе с ней на месте, как в танце. – Тогда позвольте я представлю вас друг другу… Ах нет, вы интересуетесь мной? Что ж, извольте, меня зовут Кристина.
Дракон, чуть приподняв голову, с интересом следил, что будет дальше. Я ему поклонилась, как кавалеру на балу.
– Вы приглашаете меня на танец? Вы не были записаны в моей бальной книжке, и маменька может быть недовольна, но так и быть, я тайком приму ваше приглашение.
Я сделала несколько па в его сторону вместе с метлой.
– Как вам этот вечер? Согласна: и на мой взгляд, тут слишком много гостей и очень душно. Но украшения, вы правы, очень даже милы… Что? Вы тоже не любите этих пустых разговоров, которые мы непременно должны вести? И мне больше по душе искренние беседы…
– Что здесь происходит? – раздалось сверху, и я поспешно остановилась, перехватывая метлу.
По лестнице спускался мистер Бернард.
– Простите, сэр, я убиралась.
– И часто вы кокетничаете с метлами?
– Я кокетничала не с метлой, а с Марком.
Хозяин «Драко и сыновья» посмотрел на старого дракона, тут же отвернувшего голову, и остановился у подножия лестницы в нескольких шагах от меня.
– Разве вы не знаете, что юным барышням лучше не кокетничать, если они не собираются принимать ухаживания кавалера?
– Скорее Марк примет мои, – ответила я, опуская глаза и поспешно возобновляя уборку. – Завтра предстоит отполировать его так же, как Еву.
– Что ж, не забудьте потом оставить в сторожке ключи от ангара, – произнес он, направляясь к выходу.
– Не забуду, мистер Бернард.
– И спасибо за Еву, она сегодня буквально блистала.
Ева была личной драконицей мистера Бернарда.
Когда он ушел, я быстро закончила дела и направилась в дом тетушки.
По дороге я задержалась на почте, чтобы проверить письма, и сама удивилась тому, как огорчилась, не обнаружив среди них послания от Орфея. Впрочем, чего я ожидала? Вечер прошел, и его планы могли измениться. Если я буду ждать от него послания, то могу уподобиться той несчастной бедняжке, которая каждый вечер караулит своего Родриго.
The free sample has ended.
