Quotes from the book «Невеста для миллионера», page 6
– Ты никогда не будешь идеальной для
– Детский сад, штаны на лямках, Лазарева! Да кто же спорит? Но справедливости ради… – Весь твой отбор невест – детский сад, Громов! Выбери ту, которая оближет тебя качественнее! Повертит пятой точкой, приласкает, разденет, сделает тебе… – Ну-ну, продолжай, – нарочито спокойно произнес Властелин, до боли притиснув мое тело к себе, да так, что я с трудом могла дышать. Но меня не так легко смутить, как ты думаешь, господин Громов! – Неужели никто и ничего тебе не предложил, Александр Великий? Даже странно… Либо всех запугал, либо у тебя все впереди, ваше величество. Алекс заскрежетал зубами, внося меня в знакомый холл с ненавистным лифтом, от которого у меня заранее потемнело в глазах. Я вся сжалась и сделала попытку вырываться из крепких объятий. Однако у меня ничего не получилось. – Потом поговорим, Дьяволенок. – И отрывисто бросил подскочившему слуге, который при виде меня на руках у хозяина впал в ступор: – Позови Женю в мою спальню.
прижал ладони к щекам и потер виски, будто у него раскалывалась голова. – Проверял, все ли в порядке у моих " невест", – жестко отрезал он. – Если мне стало жарко в твоей комнате, то это не повод на меня орать! Я осеклась. Ах, проверял, да еще и наверняка у всех? Ах, жарко стало? Ладно… – Спасибо, что заботишься обо мне, Александр Сергеевич, – ледяным тоном поблагодарила я. Алекс вздрогнул и даже попытался взять меня за руку, но я не позволила. – Эви… – Эвелина Алексеевна, Александр Сергеевич. Надеюсь, вы помните. – Безусловно. Большую часть дороги мы не проронили ни слова, я даже умудрилась задремать. И только на подъезде к городу
портить. – Ты бы лучше поведал, кто там еще приехал. Я нескольких
площадки второго этажа послышался
Есть мечта – беги к ней. Не можешь бежать – ползи! Не можешь ползти – ляг и лежи в направлении мечты".
Есть мечта – беги к ней. Не можешь бежать – ползи! Не можешь ползти – ляг и лежи в направлении мечты".
длинном зеленом платье в пол. Поджимая и без того тонкие губы, она смотрела исподлобья
платья, третьи закусывали губу, четвертые впивались ногтями в ладони. И только Эвелина
