Действующие лица:
Смайлс. Молодой охранник почтового вагона. Любитель послушать джазовую музыку и тонкий ценитель прекрасного пола.
Карлсон. Напарник Смайлса. Степенный мужчина. Предпочитает уединение, позволяющее предаваться мыслям о прошлом, настоящем и будущем.
Берлуччи. Известный чикагский гангстер. Любитель легких денег и красивой жизни.
Ваши помощники:
Мэгги. Студентка Кембриджского университета, приехавшая на криминалистическую практику в прерии Дикого Запада США и испытавшая немало трудностей.
Шерли. Учится в одной группе с Мэгги. Пытается всеми силами помочь подруге преодолеть умственные барьеры в расследовании преступления.
Шериф Крабс. Добродушный американец с неизменной сигарой во рту.
Мэгги выросла в сельской местности, вблизи небольшого городка средней Англии. Она часто вспоминала родительский дом, и счастливые минуты детства, проведенные в нем, согревали ее душу. Дом надежно окружал ее нерушимой каменной стеной, защищающей от перипетий и трудностей внешнего мира. Она не блистала умом и сообразительностью, но заложенные в ней прилежание и усидчивость позволили успешно окончить школу, и по результатам выпускных экзаменов Мэгги уже через год без особых проблем смогла поступить на юридический факультет университета в Кембридже. И более того девушке удалось стать стипендиатом. Кембридж очаровал юную душу Мэгги. Здесь все жило и дышало во благо служения науке. Тихие аллеи парков и небольшие старинные здания церковных соборов, украшенные резными оградами, навевали мысли о вечном и неизменном мире вещей.
Мэгги повезло и с соседкой по комнате в общежитии. Шерли была целеустремленной и независимой натурой, обладающей не только приятной внешностью и обаянием, но и тонким умом. Мэгги интуитивно чувствовала, что Шерли подмечает и правильно интерпретирует такие мелочи окружающей их действительности, которые она сама просто пропускала мимо. Способность Шерли с легкостью решать сложные задачи внушала Мэгги уважение и привязанность к своей соседке по комнате, и девушки вскоре стали близкими подругами.
Спортивный факультет в соседнем колледже предлагал обучение восточным единоборствам, и после занятий Мэгги посвящала свой досуг упражнениям и философии восточной борьбы. В первое время были синяки, ушибы и обида за пропущенный рывок соперника, но постепенно росло ее мастерство, и она стала чувствовать себя намного увереннее в коллективе сокурсников. Ее речь перестала порхать как весенняя бабочка, а мысли приняли упорядоченный и размеренный ход. Шерли отнеслась равнодушно на предложение Мэгги посещать вместе курсы восточных единоборств. «У меня философия жизни и сила вот тут», – улыбнулась в ответ Шерли и показала на голову.
Мэгги получила от инспектора Форрестера задание на практику, где ей надлежало прибыть в США, штат Колорадо, где произошло ограбление почтового вагона, перевозившего ценный груз. Нападение на поезд случилось в нескольких километрах от города Пуэбло. В задании Мэгги город Пуэбло числился пунктом ее прибытия, где девушка должна была обратиться к местному шерифу, мистеру Крабсу. Участок шерифа имел договоренность со Скотланд-Ярдом на предмет прохождения студентами криминалистической практики.
Столица штата Колорадо город Денвер предстал перед взором Мэгги в утренней дымке. На западе виднелись Скалистые горы. Легкий ветерок гнал небольшие облака с востока. Мэгги старательно изучала карту: до Пуэбло было около 200 километров в южном направлении. Первым делом Мэгги направилась в ближайшую контору по аренде машин и вскоре уже мчалась на новом «форде» по автостраде в сторону Пуэбло. Тянулись бесконечные мили. С левой стороны виднелись степи с небольшими ранчо, а справа – горные вершины. Был октябрь, и взошедшее солнце ласковым теплом окутывало окружающий пейзаж. Мэгги погрузилась в созерцание местности и чуть было не пропустила указатель поворота на Пуэбло. Теперь по обеим сторонам машины потянулись небольшие ухоженные дома. Дорожные указатели позволили девушке без особого труда отыскать местный полицейский участок, в котором располагалась контора шерифа. Девушка взглянула на часы. Было предобеденное время. Она неторопливо вышла из машины и взялась за ручку двери.
Шериф Крабс только что закончил составление протокола по дорожно-транспортному происшествию. Ему недавно исполнилось 60 лет, и впереди все отчетливее маячил выход на пенсию. Это был мужчина среднего роста и плотного телосложения, коротко остриженные, седоватые волосы обрамляли загорелое, обветренное лицо. Годы напряженной работы остались позади, и в душе шерифа поселилось спокойное, добродушное отношение к жизни. Происшествия небольшого городка не доставляли особых хлопот шерифу, поэтому Крабс придерживался строго заведенного распорядка дня.
Рука потянулась к сигаре, а ноги небрежно закинулись на стол в привычном положении: левая нога – на правой. Робкий стук в дверь прервал плавный ход его мыслей. На пороге появилась Мэгги.
– Добрый день. Я… мне нужен шериф Крабс… – неуверенно произнесла она.
– Я – шериф Крабс, – от ее неожиданного появления шериф даже переменил положение закинутых на стол ног. – Проходите, садитесь.
Мэгги, все еще робея, опустилась в предложенное кресло. Шерифу было достаточно одного беглого взгляда, чтобы оценить сидящую перед ним рыжеволосую девушку: «Далеко не красавица, с лицом как у кошки. Она не уверена в себе, у нее много комплексов, но и целеустремленности не занимать. Скорее всего, не замужем».
Под пристальным, изучающим взглядом шерифа Мэгги смутилась и потупила взор. Она достала письменное направление на криминалистическую практику, выданное колледжем, и протянула его шерифу. Крабс бросил мимолетный взгляд на представленную бумагу.
– Понятно. Я в курсе. Если вы еще не определились, где остановиться, то рекомендую вам небольшую гостиницу по соседству с моей конторой. Конечно, это не высший класс, но уборку на этаже делают. Располагайтесь, отдохните с дороги, а завтра я вас жду. Скажем так, часикам к десяти.
Мэгги поднялась, неуверенно переминаясь с ноги на ногу.
– Я не устала с дороги. Можно мне войти в курс дела прямо сейчас? – спросила она.
– В этом мире все возможно, но спешка иногда приводит к невеселым обстоятельствам, – ответил Крабс. Его лицо расплылось в самодовольной улыбке. – Если вы настаиваете, то я не вправе отказать. Присаживайтесь. Я введу вас в курс дела.
Шериф не спеша выкурил сигару, затем поднялся и размял затекшие ноги. Мэгги нетерпеливо теребила маленький платочек в руках. Она старалась не встречаться взглядом с шерифом. Сделав глубокий вдох, Мэгги мысленно представила облака, неспешно плывущие по голубому небу и одинокую птицу, парящую в небесной выси. Такое погружение в созерцание мира, почерпнутое из восточной философии, позволило девушке немного отвлечься от происходящего и успокоиться.
Крабс неторопливо подошел к шкафу у стены и достал массивную папку, слегка покрытую пылью. Он сел за стол, надел очки и, мурлыча под нос какую-то мелодию, стал перебирать бумаги.
– Вот. Нашел. Я же положил ее сверху. Мой помощник вчера напечатал отчет по этому делу. Давайте я введу вас в курс произошедшего. Может предложить вам чашечку кофе или стаканчик виски? Сигару?
– Нет, благодарю вас, – ответила Мэгги, чувствуя, как покраснели ее уши, когда шериф предложил ей стаканчик виски и сигару. Это был первый случай в ее жизни, когда мужчина предлагал ей попробовать спиртное. «У нее лицо испуганной кошки с красными ушами», – с улыбкой подумал про себя Крабс.
– Ну, тогда мне ничего не остается, как ознакомить вас с делом. Случай этот выбивается из ряда моих последних дел. Он напомнил мне рассказы моего отца, в бытность тоже шерифа. Тогда часто случались вооруженные нападения на поезда, перевозившие ценности и деньги. Железная дорога проходит через пустынную часть штата, и напасть на идущий поезд – плевое дело. Как правило, нападали банды из двух-пяти человек. На лошадях с ходу запрыгивали на поезд. Один приставлял револьвер к голове машиниста или охранника, а его сообщники перекидывали мешки с деньгами на скачущих рядом с поездом лошадей. Им требовались не более пяти минут, чтобы осуществить налет и скрыться в степи.
– А машиниста и охранника они не убивали?
– А зачем им пачкать руки в крови?
– Но ведь свидетели могли их опознать, описать их внешность и передать полиции.
– Нет, детка. Налетчики не были такими простаками, чтобы шнырять по степи с открытыми физиономиями. На них были ковбойские шляпы, надвинутые почти на глаза, а нижнюю часть лица скрывали платки. Опознать их было потом очень непросто. Как говаривал мой дед, много крупных состояний в прошлые века было сделано вот таким бандитским путем. Запад тогда только осваивался. Почти каждый день появлялись новые переселенцы. Поэтому банды шныряли тут как перелетные утки осенью. Но последнее время такие случаи стали большой редкостью. Во-первых, деньги теперь не перевозят в наличности, во-вторых, вагоны оборудованы сигнализацией, а охрана располагает кроме оружия современными средствами связи. И вот на тебе! Типичное ограбление из прошлых веков, – шериф стал читать хронику происшествия:
– Из столицы штата Вайоминг города Шайенны в город Альбукерке, штат Нью-Мексико по расписанию регулярно проходит пассажирский поезд. В прошлую пятницу, тринадцатого числа, к этому поезду для перевозки ценного груза был дополнительно прицеплен почтовый вагон. Для сопровождения груза были наняты два охранника из частного агентства города Шайенны: Смайлс, 27 лет и Карлсон 56 лет. Оба имели хорошие рекомендации с мест их прежней работы и из агентства. Ценный груз находился в почтовом отделении вагона, оборудованном охранной сигнализацией. Охранники посменно дежурили в этом отделении. Смена каждого длилась четыре часа. Отдыхающий охранник располагался в соседнем купе.
Поезд вышел из Шайенны утром. К полудню он миновал Денвер. В Денвере вокзальная служба охраны убедилась, что ценный груз находится на месте, в почтовом отделении, а сигнализация вагона исправна. До Денвера груз охранял Смайлс, а Карлсон отдыхал в соседнем купе. После Денвера охранники поменялись. Теперь в почтовом отделении рядом с ценным грузом находился Карлсон, а Смайлс разместился в соседнем купе. Поезд подъезжал к пригороду Пуэбло. Машинист уменьшил скорость до 40 километров в час и высунулся в окно. В тот день дул слабый освежающий ветерок, и машинист подставил ему лицо. Случайно в зеркале заднего вида он увидел, как незнакомый мужчина спрыгнул с подножки почтового вагона на землю. В руках у мужчины был большой сверток. Неизвестный скрылся в ближайших зарослях. Машинист связался с дежурным полицейским на вокзале Пуэбло и попросил выслать полицейскую группу в этот район. Было 16.20.
Через 10 минут поезд подошел к вокзалу Пуэбло, и в почтовый вагон сразу заскочил полицейский. Сигнализация вагона была отключена, а дверь почтового отделения открыта. Окно в почтовом отделении было полностью открыто. В помещении чувствовался какой-то странный запах. На сиденье сидел Карлсон. Его лицо было бледным и вспотевшим, он тяжело дышал. На полу лежал источник запаха – тряпка, пропитанная хлороформом. Рядом стоял Смайлс. Ценный груз исчез.
Полицейский связался со мной, и я прибыл на вокзал. Полицейская группа, выехавшая после звонка машиниста в район, где неизвестный покинул поезд, вскоре заметила подозрительного мужчину. Он попытался скрыться, но в результате погони был задержан. С ним был походный рюкзак, в котором полицейские обнаружили сверток с ценным грузом. Груз был опознан, как похищенный из почтового вагона. Похитителем оказался некий Берлуччи, американец итальянского происхождения. Недавно он освободился из мест заключения, где отбывал срок за вооруженное нападение. Задержанный находится под арестом, и вы, Мэгги, можете хоть сейчас побеседовать с ним. Смайлса и Карлсона я тоже попросил пока не покидать Пуэбло, так как их показания могут помочь в расследовании этого дерзкого ограбления.
Девушка все еще не могла полностью овладеть собой. Ей было трудно свыкнуться с мыслью, что именно ей, Мэгги, предстоит раскрыть это преступление. Шериф ободряюще улыбнулся и велел привести для допроса Берлуччи.
На вид ему было около 35 лет. Смуглый, с черными вьющимися волосами, он являлся характерным представителем народов юга европейской части. На нем был старый, потертый, джинсовый костюм. Его лицо скривила горькая усмешка, глаза внимательно оглядели шерифа и медленно переместились на Мэгги. Девушка почувствовала себя ужасно неловко под этим оценивающим жестким взглядом. В комнате распространился запах пота и табака.
– Я уже все рассказал вам, шериф. Что еще от меня надо? – хрипло пробурчал Берлуччи.
– Послушай, Берлуччи, дама является представителем прокуратуры и хочет побеседовать с тобой. Поэтому советую тебе вести себя вежливо и подробно отвечать на вопросы.
Берлуччи ничего не ответил. Он презрительно ухмыльнулся.
– Господин Берлуччи, – робко начала Мэгги, включив звукозапись. От волнения ее голос приобрел какой-то незнакомый ей самой тембр звучания. – Расскажите, как вы узнали, что в данном поезде будет перевозиться ценный груз?
– За день до отправления поезда мне позвонил незнакомый мужчина и предложил заработать крупную сумму денег.
– Этот мужчина как-то представился?
– Он просто сказал, что его зовут Джон. Затем он сказал, что тринадцатого числа в пятницу мне нужно подойти к десятому от Денвера километру пути железной дороги «Денвер – Пуэбло». Сразу после полудня от Денвера отойдет поезд, в конце которого будет почтовый вагон. Сигнализацию вагона отключат. Скорость поезда будет еще небольшой, и я должен успеть заскочить на подножку вагона. Дверь вагона будет приоткрыта. Мне необходимо затаиться в тамбуре и дожидаться там 16.00. С собой я должен иметь флакон с хлороформом и тряпку. В 16.00 мне необходимо подойти к почтовому отделению, дверь в него будет приоткрыта. Я должен выбрать момент, напасть на охранника и усыпить его. Затем нужно прихватить сверток с ценным грузом, вернуться в тамбур и на отметке 10 километра до Пуэбло покинуть поезд. Поезд в этом месте сбавляет скорость до 30 – 40 километров в час. Далее мне нужно пройти через кустарник и выйти на шоссе, ведущее в Пуэбло. Там меня будет ждать машина и со мной произведут расчет.
– Вы узнали бы голос звонившего мужчины?
– Нет. Было очень плохо слышно. Похоже, звонивший человек прикрыл трубку телефона платком. Я не смог бы его узнать.
– Сколько вам пообещали за это дело?
– Десять тысяч долларов.
– Допустим. С вашим планом нам все понятно. Теперь расскажите о том, что произошло на самом деле?
– А что тут рассказывать. Меня подставили. Я все сделал как надо. Заскочил в почтовый вагон, подождал в тамбуре до 16.00, потом подкрался к почтовому отделению. Дверь была неплотно закрыта. Сквозь маленькую щель я увидел сидящего спиной к двери пожилого охранника. Он, задумавшись, смотрел в окно. Я надел на лицо маску, чтобы самому не надышаться хлороформом, смочил тряпку и резким прыжком ворвался в почтовое купе. Охранник не успел даже сказать «Ой», как я приложил тряпку к его лицу. Он пару раз дернулся и благополучно заснул. Я схватил лежащий около него сверток с печатями и покинул купе. Дождавшись в тамбуре отметки 10 километра, я спрыгнул с поезда и побежал через кустарник. Минут через пятнадцать я добрался до шоссе, но обнаружил там полицейскую машину. Они заметили меня. Я пытался скрыться, но был схвачен. Это чистая подстава, шериф!
– Спасибо, господин Берлуччи, – с виноватым видом на лице сказала Мэгги. Девушка вопросительно посмотрела на шерифа. Тот равнодушно пожал плечами.
Берлуччи увели.
– Какие вы делаете выводы? – спросил шериф.
Мэгги нервно теребила край блузки. Ей самой хотелось задать этот вопрос шерифу.
– Я думаю, – неуверенно начала девушка, – тут имел место заранее спланированный замысел. Можете мне сказать, шериф, как включается и отключается сигнализация почтового вагона?
– Пульт сигнализации расположен в коридоре почтового вагона.
– Следовательно, отключить ее могли только охранники?
– Да. После того, как поезд покинул Денвер, сигнализацию мог отключить кто-то из находящихся в вагоне охранников. А что вы думаете насчет звонка Берлуччи от неизвестного мужчины? – спросил шериф.
Мэгги отчаянно пыталась найти хоть малейшую зацепку, которая смогла бы привести к решению задачи. Шериф непринужденно покуривал сигару, запивая ее маленькими глотками виски. Его лицо не выражало ничего, кроме умиротворения и спокойного созерцания окружающей действительности. Он добродушно, по-отечески взирал на девушку. Наконец Мэгги решилась озвучить свою версию:
– Как мне показалось, Берлуччи не обманывает нас насчет звонка неизвестного мужчины. Я думаю, этот звонок имел место. Следовательно Берлуччи действовал, согласно полученным указаниям. Возможно, в банду грабителей входил один из охранников. И этот оборотень-охранник и звонил Берлуччи. Берлуччи напал на Карлсона и усыпил его, похитив ценный груз.
Шериф усмехнулся.
– Поверьте моему многолетнему опыту, ваша версия выглядит очень простой и наивной, – заметил он. – Карлсон вполне мог быть соучастником нападения. Советую вам побеседовать с охранниками, прежде чем делать скоропалительные выводы.
Последние слова шерифа окончательно сбили Мэгги с толку. Она с еще большей неуверенностью в своих силах согласилась с предложением шерифа.
Смайлс оказался высоким блондином лет 25. Когда он вошел в офис шерифа, первое желание, появившееся у Мэгги, было провалиться сквозь пол. Девушка представляла себе охранника грубым и неотесанным человеком. Действительность преподнесла совсем иной персонаж. Вошедший блондин оказался зеленоглазым обладателем прекрасных манер. Он сразу улыбнулся Мэгги и сел напротив нее. Его имя как нельзя точно отражало внешний имидж2.
– Я и не знал, шериф, что вы скрывали от меня такую прелестную помощницу. Я с удовольствием позволил бы ей взять с меня показания, – голос Смайлса выражал уверенность. Повернувшись к Мэгги, охранник опять широко улыбнулся и сказал:
– Позвольте представиться. Смайлс. Частный охранник. Надеюсь, мы поужинаем сегодня вечером?
– Мэгги, представитель окружного прокурора, – скороговоркой выпалила девушка заранее заготовленную для подследственных фразу. – Мне нужно задать вам несколько вопросов, касательно ограбления почтового вагона.
Смайлс откинулся на спинку стула и скрестил на груди руки. Казалось, ему доставляло большое удовольствие скованное поведение Мэгги. Девушка окончательно смутилась. Она попыталась сосредоточиться и повести правильную тактику допроса.
Курс криминалистики в юридическом колледже читал опытный инспектор полиции. Мэгги посещала все его лекции. Ее подруга Шерли могла позволить себе пару раз проспать и не появиться на занятиях. «Она все схватывает на лету и прекрасно сдает сессии», – с некоторой ревностью думала про нее Мэгги, старательно конспектируя каждое слово инспектора. Теперь наступил самый ответственный момент. Необходимо было проверить на практике полученные знания. Надо очень скрупулезно собрать все имеющиеся по делу показания, затем – разложить их по полочкам и сделать выводы. Для этого нужна правильная тактика допроса свидетеля. На ум Мэгги пришли слова инспектора, сказанные на последней лекции: «Вам необходимо вести допрос так, чтобы задавать интересующие вас вопросы несколько раз и в разном контексте. Особое внимание следует уделять мелочам, которые на первый взгляд кажутся совсем неприметными и не заслуживающими никакого внимания. Как правило, преступники хорошо отрабатывают свои показания по главным моментам преступления. На мелочи они обращают меньшее внимание. Я знаю много примеров, когда опытные преступники попадались на такой мелочи, которой они ни за что не придали бы внимания. Но эта мелочь, в конечном итоге, оказывалась решающей и опровергала все прежние показания преступников».
– Разрешите закурить сигару? – прервал Смайлс мысли Мэгги. Шериф коротко кивнул. Смайлс достал из кармана сигару и небольшой нож, которым он аккуратно срезал ее кончик. Через минуту комната наполнилась дымом. Мэгги закашлялась.
– Прошу прощения, – проговорил Смайлс и обратился к шерифу:
– Будет лучше, шериф, если вы приоткроете окно.
Струя свежего воздуха придала мыслям Мэгги упорядоченное движение:
– Скажите, вы давно работаете охранником?
– Год назад я пришел в агентство после увольнения из армии. Здоровье у меня отменное, так что проблем с трудоустройством не было.
– Ответьте, Смайлс, вы были знакомы с неким Берлуччи до нападения на почтовый вагон?
– Нет. Впервые услышал эту фамилию от шерифа.
– Почему вас и Карлсона порекомендовали на охрану почтового вагона?
– Когда в наше детективное агентство обращались по поводу найма охранников, то руководитель агентства назначал меня и Карлсона. Так было и в этот раз. Почтовая служба обратилась в агентство, и нас предложили в качестве охраны.
– Вы с Карлсоном сами разработали график дежурства в почтовом вагоне?
– Конечно.
– Вагон был оборудован сигнализацией, пульт которой находился внутри вагона. Как вы объясните то, что грабитель проник в вагон, а сигнализация не сработала?
Лицо Смайлса сразу стало серьезным. Он неторопливо курил сигару.
– Сигнализация была отключена, – наконец ответил Смайлс.
– Вы понимаете, что это означает? Вы с Карлсоном попадаете под подозрение как соучастники ограбления.
Смайлс громко рассмеялся. Он посмотрел прямо в глаза Мэгги. Девушка не выдержала его пристального взгляда и вопросительно взглянула на шерифа. Добрый старина Крабс быстро оценил ситуацию и пришел ей на помощь:
– Мы ждем ответа, Смайлс.
– Шериф, если у человека две руки, то трудно сказать правша он или левша, пока вы не увидите, какой рукой он пишет. Нас было двое в этом вагоне, но я не принимал участие в ограблении.
Взгляд Смайлса стал жестким. Последние слова он произнес вызывающим тоном. Мэгги вспомнила слова инспектора: «Не загоняйте подозреваемого сразу в угол. Отвлеките его посторонними вопросами, а затем аккуратно подойдите к главному с другой стороны».
– Вы женаты? – спросила Мэгги.
– Вот это мне уже нравится, – лицо Смайлса озарила прежняя улыбка. – Я вижу заинтересованность в вашем вопросе, не так ли?
Смайлс вложил в свою улыбку максимум очарования:
– Нет. Я не женат, но всегда готов рассмотреть этот вопрос.
Мэгги мгновенно стала пунцово красной и быстро отвела глаза в сторону.
– Горю желанием, если, конечно, шериф мне позволит, уединиться с вами, Мэгги, для совместного ужина.
– Что вы можете сказать о своем коллеге, Карлсоне? – Мэгги постаралась сменить «опасную тему».
– Работяга. Женат. Вечно жалуется на нехватку денег. Жена пилит его, а он молча сносит все упреки. Мне жаль его. Незавидное положение. Хотя, окажись я в его возрасте в такой ситуации, плюнул бы на все и постарался найти утешение в объятиях молодой… – он сделал паузу и взглянул на Мэгги, затем тише добавил, – очаровательной девушки.
– Вернемся ко дню ограбления. Расскажите, чем вы занимались после отправления поезда из Денвера?
– После Денвера по графику дежурил Карлсон. Я был в купе, предназначенном для отдыха. Время была послеобеденное. А после обеда полагается принять горизонтальное положение, что я и сделал. Я заснул и проспал где-то до 15.30. Проснувшись, убедился, что скоро мы прибудем в Пуэбло. Одел наушники и стал слушать любимую джазовую композицию, наслаждаясь видом гор. Потом в 16.20 я вышел в коридор полюбоваться видом степи, открывающимся с другой стороны поезда. Я постоял в коридоре около пяти минут, но ничего подозрительного не заметил.
– Вы не обратили внимания на дверь почтового отделения? Была она приоткрыта или нет?
– Нет. В тот раз не обратил внимания. Постояв в коридоре, я вернулся в свое купе. Поезд притормаживал и въезжал в пригороды Пуэбло. Я решил навестить Карлсона и пошел в почтовое отделение. Вот тогда, подходя к двери, я обнаружил, что она приоткрыта на несколько сантиметров. Войдя в почтовое купе, я увидел Карлсона, лежащего на полу. Возле его лица лежала тряпка, источавшая непонятный запах. Я тут же распахнул окно и стал приводить Карлсона в чувство. Он пришел в себя и рассказал мне о нападении на него. Поезд тем временем прибыл в Пуэбло, и в купе появились сотрудники полиции. Вот весь мой рассказ.
Шериф вопросительно посмотрел на Мэгги. Девушка слегка кивнула головой.
– На этом допрос пока прекращен, Смайлс. Просьба не покидать Пуэбло.
– А я уже и не хочу этого делать, – лицо молодого человека расплылось в широкой улыбке. – Надеюсь увидеть госпожу представительницу прокурора сегодня вечером.
Мэгги не могла отделаться от мысли, что поддалась чарам Смайлса. Она чувствовала, что если бы не было шерифа в комнате, то она не устояла бы перед искушением встретиться с этим молодым привлекательным охранником. «Нет. Это чересчур легкомысленно».
– Спасибо за приглашение, – произнесла Мэгги, – но у меня много работы.
Смайлс, слегка прищурив глаза, некоторое время мечтательно созерцал Мэгги, затем вздохнул, неторопливо поднялся и с загадочной улыбкой покинул комнату.
Шериф распорядился вызвать Карлсона.
В комнату уверенной походкой вошел мужчина в возрасте около шестидесяти. Его внешность не давала особой пищи для размышлений. Это был типичный представитель военной или охранной службы.
– Вы вызвали меня для дачи показаний, но я уже все вам рассказал, – голос вошедшего прозвучал строго и четко.
– Присядьте, мистер Карлсон, – шериф указал на стул. – Мисс Мэгги представляет офис окружного прокурора и хочет лично побеседовать с вами.
Карлсон бодро уселся на предложенный ему стул. Его поза говорила об уверенности в себе. Мэгги начала беседу:
– Мистер Карлсон, вы давно работаете охранником?
– Уже десять лет после того, как уволился из армии.
– Вам приходилось выполнять поручения, связанные с охраной перевозимых грузов?
– Конечно, приходилось. И ни разу я не сталкивался с попытками ограбления. Этот дерзкий случай был первым за время моей работы.
Карлсон говорил бесстрастным ровным голосом. Он смотрел прямо в глаза Мэгги.
– Я тут немного помозговал над этим случаем. У меня сложилось мнение, что ограбление не обошлось без содействия Смайлса. Хотя мне бы очень не хотелось подозревать своего коллегу.
– Господин Карлсон, сколько времени вы знакомы со Смайлсом?
– Смайлс пришел в наше детективное агентство около года назад. Он, как и я, уволился из армии. Как охранник он, конечно, неплохой, но бабник хороший.
– А имя Берлуччи вам что-то говорит?
– Нет. Я уже говорил шерифу. Я впервые слышу это имя.
– Карлсон, вы понимаете всю серьезность ситуации, – Мэгги задумчиво вглядывалась в охранника, пытаясь по его позе и жестам прочесть скрытые внутренние переживания. На ум ей опять пришла цитата из лекций инспектора: «Человек может скрывать свои мысли. Вам важно научиться по позе и жестам сидящего перед вами человека определять его внутреннее психологическое состояние. Если ваш собеседник сидит в сжатой позе, скрестив на груди руки, то он находится в состоянии психологического дискомфорта, подсознательно не желая общаться. Если во время беседы он часто непроизвольно подносит руку ко рту или носу, то не исключено, что он что-то утаивает. Этот жест человек переносит из детства. В детстве, когда ребенок украдет что-либо, то, оправдываясь, он прячет глаза и лицо, закрываясь руками. Учитесь смотреть и видеть».
Мэгги окинула взглядом Карлсона. Его горделивая осанка и прямой взгляд не указывали на то, что он испытывает какой-либо психологический дискомфорт.
– Почтовый вагон был оборудован системой сигнализации. Пульт управления этой системой находился внутри вагона. При включенной сигнализации грабитель Берлуччи не смог бы проникнуть в вагон незамеченным. Вывод очевиден: либо вы, либо ваш напарник, Смайлс, отключили сигнализацию.
– Поверьте мне, мисс Мэгги, я не причастен к этому ограблению. У меня невысокий доход, но идти на преступление – это противоречит моим христианским убеждениям. Нам с женой хватает денег, даже понемногу откладываем. Как видите, я уже не молодой юнец, когда вечно не хватает денег на девочек. Меня устраивает сложившееся положение вещей. Зачем мне идти на риск и угрозу сесть за решетку под старость лет?
– Согласна с вами. Как я вижу, вы не были со Смайлсом друзьями?
– Нет. У нас разный подход к жизни.
– Давайте поговорим о дне ограбления. Кто составлял график дежурства в почтовом отделении?
– Помню, Смайлс выбрал смену для своего дежурства сразу после отъезда из Шайенны. Я менял его после Денвера.
– После отбытия поезда из Денвера вы не заметили ничего подозрительного в почтовом вагоне?
– Нет. Я проверил сигнализацию. Она работала исправно. Затем я прошел в почтовое отделение, а Смайлс расположился в соседнем купе, предназначенном для отдыха.
– Значит, вы не заметили момент, когда Берлуччи проник в вагон?
– Если бы я это заметил, то поднял бы тревогу.
– Берлуччи напал на вас внезапно. Как получилось, что дверь в почтовое отделение оказалась открытой?
Карлсон удрученно покачал головой.
– Кто мог подумать, что сигнализацию отключат и грабитель попадет в вагон. Я оставил дверь слегка приоткрытой. Дело в том, что погода в тот день была на редкость жаркой, и в почтовом отделении было душно. Открывать окно нам запрещено по инструкции, поэтому я приоткрыл дверь. Кого мне было опасаться? В соседнем купе находился мой напарник.
– Как видим, было кого опасаться. Расскажите о моменте нападения на вас.
Карлсон нахмурился и с недовольством произнес:
– Подлец. Выбрал момент. Мое дежурство длилось уже четыре часа. Духота в почтовом отделении несколько притупила мою бдительность…
– Иными словами, вас разморило и тянуло ко сну? – перебила его Мэгги.
– Ну, зачем уж так говорить. Я никогда не дремал на посту, – в голосе Карлсона появились нотки уязвленного самолюбия. – Я задумался, глядя в окно. Знаете, горный пейзаж невольно навевает задумчивость. Поезд идет по рельсам, а не по шоссе. А езда по рельсам, как вы понимаете, не проходит бесшумно. Немудрено, что я не расслышал, как этот Берлуччи подкрался ко мне. Я только успел почувствовать, как к моему лицу поднесли тряпку, смоченную хлороформом. Мое сознание помутилось. Больше я ничего не помню.
– Вы не заметили, в какое время произошло нападение?
– Я не смотрел на часы, но, насколько я помню, до Пуэбло оставалось около 20 – 30 минут.
– Что было дальше?
– Я пришел в себя и увидел Смайлса. Окно в почтовом отделении было открыто. Первым делом я спросил, на месте ли ценный груз. Смайлс отрицательно покачал головой. Тут я совсем расстроился. Помню только, что кругом сновали полицейские. Это все, что я могу вам сказать.