Read the book: «Человек с чемоданом. Дневник эмиграции»

Человек с чемоданом

Всё-таки странные люди — те, кто переезжает.

Сходят с засиженного места, сжигают мосты и отправляются в новые неизведанные дали.

Ведь так? Или не ведь?

Я из таких... С виду нормальный парень, но внутри чуточку сумасшедший.

Я родился и вырос в Новосибирске, в городе, который принято считать центром России, что, собственно, никакой роли не играет...

Но жителям приятно думать, что хоть где-то они центр...

У нас, говорят, самая длинная улица — Красный проспект, отличный оперный театр, в который меня затащили ещё в школе, и достойный зоопарк.

Вот и всё... На этом перечисления излишни. Таких городов в России хватает. Серых. Безликих, но вселяющих надежду, что когда-то здесь станет лучше.

Мне 34. Тот возраст, когда ты уже чутка понял жизнь, но не разобрался, как своё понимание применить.

Я с удивлением смотрю на молодёжь и с опаской на стариков... зная, что ко второй категории я всё ближе.

И всё же чем старше ты становишься, тем сложнее выпорхнуть из гнезда.

Особенно без знания иностранного языка и особенно когда ты русский и никто тебя с распростёртыми объятиями не ждёт.

Зарубежные банкоматы брезгливо выплёвывают твои пластиковые карточки, а иностранцы, поджав губы, как бы смакуя, проговаривают:

— А-а, руси.

Да, я руси. Ни горд, ни зол. Аполитичен, про таких говорят — ни рыба ни мясо.

Всё потому, что я с детства усвоил урок: выёбываешься? Получаешь пиздюлей.

А если я в борьбе между политическим строем и уголовным кодексом, пиздюлей не избежать. Срок точно в срок. Я писатель, играю со словами, знаете ли...

Я не мученик. Я человек в человеке.

У Чехова был «Человек в футляре».

Я же человек в человеке. Матрёшка, если по-нашенски.

Мне интересен мир в пределах моего скафандра... С ним бы разобраться. Научиться как следует пользоваться, кнопочки прожать, за рычажки потискать.

Вот это мне ближе... В теле, в эмоциях, мозгах интереснее разбираться.

А что там политика, что государственный строй — это не по мне. Я в этом дуб дубом.

Про Россию нечего плохого говорить. Вот я и не говорю. Помалкиваю.

Не критикую и не лезу. Ибо незачем.

Переезд был намечен значительно раньше февральских событий.

Я к этому шёл... точнее, подкрадывался издалека.

Сначала остапиздила погода. В Новосибирске, знаете ли, бывает −35... Когда на улицу выходишь, лицо обжигает, а пар на ресницах оседает.

Потом как-то потянуло мир смотреть... Проверить, точно ли там трава зеленее или это всё сказочки. Оказалось, что хорошо там, где мы есть.

Так с 2014 года по сегодняшний день... Подкрался к 90 странам... Изъездил шарик наш. От ЮАР до Бразилии. От Мехико до Токио. От Новой Зеландии до Норвегии.

И Россию посмотрел... Не ту, что внутри Садового кольца. А за пределами МКАДа... там, где угрюмость рука об руку с открытой душой идёт. Где нищета с оптимизмом дружит.

Где устои о лучшем будущем ещё греют наши сердца. Где в переходах песни Цоя горланят, а ты стараешься в слова не вслушиваться, побаиваясь, что о себе новое узнаешь.

Тут неплохо, правда... Я был в Африке, я видел, как люди живут, и у нас, честное слово, нормально.

В Швейцарии вот, если ты смываешь после десяти вечера, а соседке ГРОМКО, она полицаев вызовет. Так что есть нюансики разного рода.

В Кейптауне, например, у жены во время прогулки цепочку сорвали.

А в Мюнхене есть целая улица с нариками, которые «Реквием по мечте» в жизни смотрят.

Я уезжаю, потому что зазудело. Не усидеть. Чешется, знаете... не передать.

Кажется, вот если шаг этот не сделаешь с эмиграцией, так и просидишь до старости, а потом раз — и всё... жизнь прошла.

Обогатить опыт, культуру понять, поисследовать этот мир... Он же не ограничивается властью ЖЭКа. И путём работа — дом. Работа — дом. Бар по выходным — и по новой.

А рассказываю я эту правду самым лживым способом — через текст. Редактура — вещь такая, слова позволяет взвешивать, чтобы лишнего не ляпнуть.

Но страх-то не ушёл. Что там меня ждёт? А хуй знает. Боязно.

Буду писать дневник в эмиграции — он мозги вправляет.

Никому ничего не обещаю. Ничему не учу и не принуждаю.

У всех своя думалка на плечах. Я лишь рассказываю свою историю, а дойдёт ли она или растворится в алгоритмах... дело третье.

Итак, дневник, буду в тебя пописывать мыслишки свои.