Read the book: «Анатомия мести»

Серия «Портрет убийцы. Триллеры о профайлерах»

© Райт А., 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Эта книга о многом, но больше всего о семье. Поэтому мне бы хотелось посвятить её любимой бабушке, которой не стало в конце 2023 года, когда черновик был завершён лишь наполовину. Сюжет этой истории обрёл новый смысл, а дальнейшая работа над текстом в равной степени причинила боль и помогла прожить утрату.

Пролог

Красивый дом из белого кирпича, построенный специально для их семьи, полыхал. Языки пламени вырывались из окон и облизывали кирпичи, оставляя на них чёрные следы. От занавесок, любовно выбранных его женой, ничего не осталось. Знал бы он, что скоро всё, что было ему дорого, сгинет в пожаре, он бы сказал совсем другие слова. Сказал бы жене, как сильно любит её, как благодарен ей за уют, тепло и комфорт, которые она несла в его жизнь, как счастлив он с ней и детьми. Сыну бы сказал о том, что гордится им и ценит каждую минуту, проведённую вместе. Из-за его загруженности на работе времени на семью почти не оставалось. И если бы он только знал, что это произойдёт, то стал бы брать меньше рабочих часов, чтобы быть рядом, чтобы суметь предотвратить этот кошмар. Дочке он бы сказал, что она вырастет настоящей принцессой и обязательно станет лучшим ветеринаром в стране, а ещё у нее будет столько собак, сколько она пожелает, и как он счастлив, что может называть себя её папой. Слишком много нужно было сказать им, но спасатели до сих пор не вынесли ни одного тела из огня.

Пожарная машина и шланг, подключённый к гидранту, вот уже сорок минут не могли справиться с разбушевавшимся огнём. Ветреная погода осложняла борьбу со взбунтовавшейся стихией. Лишь после того, как приехала ещё одна пожарная бригада, им удалось остановить пламя. К этому моменту он лежал в машине скорой помощи и сквозь пелену затуманенного рассудка наблюдал за действиями пожарных. Они работали быстро и слаженно, но ничего не могли исправить. Он хотел бы их обвинить, ему нужно было винить кого-то, чтобы справиться с собственным отравляющим, удушающим чувством. Но, по правде, ответственность за всё это была только на нём. Это он подписал приговор своей семье.

Роан хотел всё исправить, бросился в огонь, но один из спасателей схватил его за руку. Роан вырвался и ударил его в челюсть. Что-то хрустнуло: либо кость пожарного, либо его кулак. Больно не было, было страшно. Он снова попытался прорваться к дому, но теперь его скрутили уже двое пожарных. Они что-то кричали ему, но их слова растворялись в мареве пожара. Через минуту к слепящему жару добавилась сирена скорой помощи, он почувствовал укол и перестал сопротивляться. Его обмякшее тело переложили на носилки и отнесли в машину скорой помощи. Оттуда он, неподвижный, смотрел, как работали спасатели, как постепенно угасал огонь, отнявший у него семью, кров, всю его жизнь и весь её смысл. Роан хотел бы быть там, рядом с ними, если уж не спасти, так разделить их боль, забрать её себе, но он не мог. Сейчас он был не в состоянии даже пошевелить пальцем. Он хотел бы дотянуться до скальпеля, чтобы покончить с собой, найти родных там, за гранью, и попросить прощения за то, что не сберёг, но руки не слушались. Даже если бы и слушались, он бы всё равно не справился, ведь предприимчивые врачи надёжно пристегнули его к каталке.

Последним, что Роан видел перед тем, как отключиться, были искры, летящие из окон от обрушения потолка, а затем почерневшие от огня тела, которые вынесли на одних носилках. Его дети умерли в объятиях друг друга. Он должен был быть там вместе с ними, но его не было. Как не было больше и его прежнего. Роан Хьюз умер вместе со своей семьёй, его сердце и душа сгорели там, теперь от него прежнего остались лишь воспоминания. Его разум заволокло горем и яростью.

Вся его жизнь канула в Лету за какой-то час. И теперь его дом стал мрачным пятном на уютном коттеджном посёлке на Виста Пуэнт в Сан-Диего. Дом, ради которого Роан пропадал на работе. Дом, ради которого он жертвовал личным временем. Дом, который отнял у него семью, а его – у семьи. Дом, который и для него стал ненавистным чёрным пятном. Обгоревшие, осиротевшие руины счастья. Точно такие же руины сейчас были внутри него, только дом потушили, а в душе Роана всё ещё тлели угли.

Глава 1
Портленд, штат Орегон, сентябрь 2024 года

Логан припарковал свой старенький «камаро» и присел на багажник, чтобы дождаться Тайлера. Логан всё ещё не находил себе места из-за приговора, вынесенного его девушке Нине, которая оказалась той самой «швеёй», убийцей трёх людей, плохих людей. Жаль, что суд не берёт во внимание такие мелочи, перед ним все равны: и за убийство последней сволочи дают столько же, сколько за убийство порядочного человека. Логан в очередной раз просматривал в телефоне адвокатские сайты в поисках того самого, кто мог бы попытаться обжаловать приговор Нины, когда услышал звук мотора въезжающего на парковку «харлея».

Тайлер остановил мотоцикл рядом с машиной Логана, снял шлем, повесил его на руль и тряхнул отросшими светлыми волосами.

– Красуется он! – проворчал Логан. – Перед Кимберли будешь красоваться.

– Увы, ей это больше неинтересно. – Тайлер заметно погрустнел, шутка вызвала обратный эффект.

– Но ты ведь этого так не оставишь? – Логан поднялся с капота и похлопал напарника по плечу.

– Я ещё не решил, что делать, но, кажется, нам обоим нужно время. Не хочу наломать дров, понимаешь? – Тайлер посмотрел на напарника.

Логан кивнул.

– Мне кажется, что второго шанса её вернуть у меня может не быть. Хочу дать ей время обо всём подумать. – Он слез с мотоцикла и пошёл к лифту.

– Не боишься, что этот пижон-профайлер подсуетится раньше тебя? – Логан направился следом.

– Не думаю, что он интересен ей, причина должна быть в другом. – Тайлер приложил пропуск к лифту и нажал на кнопку.

Никакого сюрприза детективы не ждали, поэтому, когда на втором этаже двери лифта открылись, напарники, услышав хлопок, схватились за пистолеты.

– Поздравляем! – услышали они в следующую секунду и расслабились.

В коридоре их ждали начальник убойного отдела Генри Уиллард, офицер из приёмной Лиза Бернард, пара охранников, двое коллег и криминалист Джон Уотс.

– Что здесь происходит, чёрт побери? – чуть грубее, чем следовало, спросил Логан. Он ещё не отошёл от шока.

– Мы просто хотели сделать сюрприз. – Лиза виновато посмотрела на Логана, и он тут же осознал свою ошибку.

– Извини, просто это было неожиданно и громко. – Он спрятал пистолет в кобуру и, раскинув руки, обнял коллегу. – Как же здорово вернуться к работе.

– Пошли. – Лиза указала на дверь переговорной, и все вошли внутрь.

В центре, на столе, стояли стаканы и бутылки с безалкогольным сидром. А под потолком висела растяжка с буквами: «П-О-З-Д-Р-А-В-Л-Я-Е-М».

Логан сглотнул, чтобы подавить горечь во рту. Меньше всего ему сейчас хотелось принимать поздравления, но шеф уже шёл к нему.

– Орлы! Гордость отдела! – Он сжал плечо Логана, затем приобнял Тайлера. – Слава богу, что вам удалось задержать эту психопатку уже после первого эпизода в Портленде.

– Ага. – Логан сжал зубы, чтобы не сказать лишнего. Ему бы впору принимать сочувствия и дружеские похлопывания, но о его личной драме известно было лишь самым близким. А потому пришлось натужно улыбнуться и поблагодарить шефа.

– Жаль, что Ким не смогла приехать, хотя я, конечно, приглашал её. – Уиллард посмотрел на Тайлера, но тот не выдал своих эмоций. Если отношения Логана с Ниной и были в отделе под грифом «секретно», то любовь Тайлера и Ким зарождалась буквально у всех на глазах. И, конечно, после перевода Кимберли в ФБР у многих любопытных возникали вопросы, а как это скажется на их отношениях.

Тайлер откашлялся в кулак и оглядел всех присутствующих.

– Эй, а где Чарли? У него что, выходной?

– Нет, ещё не пришёл. – Джон пожал плечами. – Хотя на него не похоже, он уходит и приходит раньше меня. Пойду проверю, вдруг он уже на месте, просто не знает, что мы собрались вас поздравить.

– Не с чем тут поздравлять, – буркнул Логан вслед уходящему криминалисту.

– Они ведь как лучше хотели, – тихо сказал Тайлер, чтобы только напарник услышал его.

– Знаю, но всё равно бесит, – так же тихо ответил Логан.

Лиза разлила по стаканам напитки, все отсалютовали и успели сделать по глотку, прежде чем телефон Логана зазвонил. На экране высветилось имя Джона. Логан включил на громкую связь.

– Вам стоит спуститься в прозекторскую: тут что-то странное.

Логан нажал на «отбой» и без лишних слов вышел за дверь, Тайлер поспешил за ним. Они по лестнице спустились на цокольный этаж, дверь кабинета, прилегающего к секционной, была открыта, а в самой «разделочной», как это помещение называл Джон, стоял криминалист. Цвет его лица сравнялся с цветом стен, а взгляд метался по телу на столе.

– И что тебя так напугало в этом трупе? – усмехнулся Логан. – Разве через этот стол не проходит десяток за день?

Детективы подошли ближе, на столе лежало изрядно разложившееся тело, издающее еле уловимый сладковатый аромат гниения и земли. Только уловив запах, Логан заметил, что скелетированные останки частично были измазаны землёй, одежда истлела и порвалась.

– Напоминает сюжет хоррора про восставших из могил мертвецов. Этот, видимо, решил, что ему провели аутопсию не должным образом, поэтому явился на дополнительное исследование. – Логан склонился над телом. – Его уже вскрывали и, судя по всему, эксгумировали. По какому делу проходит этот труп?

– Я не знаю, документов на него нет. Никто из коллег не инициировал проведение повторной аутопсии. – Джон непонимающе хлопал глазами. – К тому же нас должны были пригласить на саму эксгумацию. Здесь что-то странное.

Тайлер тоже подошёл ближе, чтобы рассмотреть труп. Он прикрыл нос рукой, чтобы немного приглушить тошнотворный запах, и стал рассматривать тело.

– Заметили перелом шейных позвонков? – Тайлер перевёл взгляд на напарника.

– Так бывает при повешении. Хотя может быть и другая травма. Может, усомнились в причинах смерти или появились какие-то новые вводные по старому делу и решили перепроверить? – Логан пожал плечами.

– Может, кто-то договорился с Чарли? Он мог один присутствовать на эксгумации? – Тай посмотрел на Джона.

– Вряд ли, он бы сказал. К тому же тело есть, а Чарли – нет. Не нравится мне это. – Криминалист сложил руки на груди.

– И что? – не понимал Логан. – Видимо, отошёл куда-то.

– Ты же знаешь Чарли: он бы не оставил тело так лежать. Он ведь педант, каких ещё поискать, вот он принял тело, расписался в журнале, а потом бросил его на столе и ушёл? Даже в холодильник не засунул? – Джон надул щёки и громко выдохнул. – Я понимаю, что тут холодильник не особо поможет, останки-то скелетированные, в конечной стадии разложения, но это правила! А Чарли всегда соблюдает их. И вы знаете это не хуже меня. Этот труп лежит здесь весь в земле, поверх мешка… – Джон пытался объяснить своё внезапно возникшее беспокойство. – К тому же где документы на тело, чёрт возьми? – Джон посмотрел на детективов, ища поддержки своему беспокойству.

– Да чего ты так разволновался? Давай просто позвоним ему? – предложил Логан.

– Я звонил перед тем, как набрать тебе, он не отвечает.

– Ну, может, в туалете был. Давай я наберу. – Логан говорил спокойно, будучи уверенным в том, что произошло какое-то недоразумение.

– Я уже звоню, – сказал Тайлер, наблюдавший за коллегами. Он нажал на «вызов» и включил на громкую связь: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». – А вот это очень непохоже на Чарли. Где он может быть в разгар рабочего дня?

– Попрошу патрульных заскочить к нему и проверить, всё ли в порядке. Адрес знаешь? – Логан перевёл взгляд на криминалиста.

– Да, сейчас. – Джон достал мобильник и продиктовал адрес.

– Ничего себе. – Логан присвистнул. – Солидный кондо. И почему я только не пошёл в мед?

– Ты крови боишься, – подтрунил над ним напарник.

– Какая грязная ложь. – Логан фыркнул. – Так откуда у простого судмеда деньги на аренду элитного жилья?

– Вот найдём его и спросим. Может, даст совет, куда инвестировать? – Тайлер перестал смеяться, когда заметил, что Джон всё никак не может прийти в себя.

– Всё будет хорошо. Разберёмся. – Логан положил руку на плечо вконец побледневшему криминалисту.

Двое патрульных позвонили в домофон, но им никто не ответил. Они направились к пожилому консьержу, гордо восседавшему за стойкой и разгадывающему кроссворды сквозь толстые очки. Лишь когда полицейские подошли к нему вплотную, он поднял глаза.

– Господи Иисусе, зачем так подкрадываться? – едва не взвизгнул мужчина.

– Простите, мы из полиции. – Офицеры сверкнули жетонами и спрятали их в карманы. – Подскажите, как найти квартиру Чарли Олдриджа?

– Как вы сказали? – переспросил мужчина и достал из ящика стола журнал регистрации жильцов.

– Чарли Олдридж, – повторил один из офицеров.

– Знакомое имя. Та-а-ак. – Консьерж несколько раз провёл пальцем по списку вниз и вверх. – Память совсем ни к чёрту: в лицо всех знаю, а вот кто из какой квартиры, вечно путаю.

– Ничего, мы подождём. – Офицеры переглянулись.

– Ага, вот он, очень неразборчиво написано. – Мужчина деловито поправил очки на переносице.

– Спасибо за информацию. Как нам пройти в его квартиру? – поинтересовался один из офицеров.

– На лифте на третий этаж, а там налево и до конца коридора. Но если его дома нет, то я вас впустить не смогу – такие правила. Уж извините.

Офицеры поднялись на третий этаж, бесшумно прошли по коридору, застеленному синим ковролином. Из-за дверей соседних квартир раздавался то шум телевизора, то детские голоса, но за дверью квартиры, которая их интересовала, было тихо. Они трижды постучали в дверь, но никто не открыл, в квартире по-прежнему стояла тишина. Полагаясь на удачу, один из офицеров повернул ручку двери, и она поддалась. Они вошли внутрь. Квартира выглядела пустой и необжитой, сложно было поверить в то, что тут кто-то жил на протяжении нескольких месяцев. Кухня выглядела слишком чистой: никаких тарелок, полотенец или приборов. Офицер натянул рукав и поочерёдно открыл дверцы шкафов и холодильник – пусто. В спальне их ждали пустой платяной шкаф и голый матрас на кровати. Постельного белья не оказалось ни в шкафу, ни в бельевой корзине. В ванной не было предметов гигиены и всё отмыто до блеска. Квартира выглядела так, будто жильцы съехали и возвращаться не планировали.

На обратном пути офицеры поинтересовались у консьержа, не видел ли он, как Чарли съезжал из квартиры, но тот удивился.

– Мимо меня вещей не таскали, а съехал или нет, тут надо у суперинтенданта¹ спросить. Но, насколько я знаю, квартир на сдачу у нас в доме сейчас нет. – Консьерж пожал плечами.

– А можем мы поговорить с суперинтендантом? – уточнил офицер.

– Сейчас позвоню. – Мужчина поправил очки и принялся листать контакты в телефоне, затем поднёс трубку к уху. – Здравствуйте, тут ребята из полиции интересуются, не съехал ли жилец из триста пятой? Ага, жду. Так. Понял, спасибо. – Он сбросил вызов и отложил телефон. – Официально жилец не съезжал. Да и незачем ему. Он оплатил жильё на год вперёд. Зачем платить вперёд, если не собираешься жить? Может, на отдых укатил?

– С этим мы разберёмся. Когда вы видели Чарли Олдриджа в последний раз?

– Дня два-три назад, но я тут не круглыми сутками сижу. Только когда дел поинтереснее нет. А тут скучать редко приходится: то вечеринку закатят, то в бассейн без записи лезут. Хлопот много, а я один. Наш суперинтендант то тут, то там. Занятой человек. За всеми не усмотришь. – Мужчина был рад возможности поболтать, поэтому без зазрения изливал душу.

Полицейские ещё раз поблагодарили разговорчивого старика и, попрощавшись с ним, отправились с докладом в участок.

Теперь полиции Портленда предстояло узнать, куда и почему пропал Чарли Олдридж.

После того как патрульные отчитались детективам о визите в квартиру Чарли, Логан и Тайлер направились в кабинет начальника.

– Чарли исчез, – сообщил Миллер.

– С чего ты взял? – Уиллард недоверчиво посмотрел на Логана.

– Его нигде нет, труп брошен на столе, а в квартире нет никаких вещей. Либо он сбежал, либо кто-то постарался замести следы. Нужно оформить заявление о пропаже, – сказал Логан таким тоном, будто это он был начальником.

– А если он найдётся? – Уиллард впервые сомневался в адекватности решения одного из своих лучших детективов.

– Если найдётся, то закроем! Составь заявление, нутром чую: тут какая-то херня, – тон Логана стал просительным.

– Ладно. – Начальник вздохнул, разблокировал компьютер и принялся печатать.

– А мы пока запросим записи с камер дома Чарли. Если всё пойдёт хорошо, то они будут у нас к концу недели. Примерно к этому же времени нужно получить ордер на обыск его квартиры. Договоришься по ордеру?

– Да. Чёрт бы побрал этого Чарли, – пробурчал Уиллард.

– И ещё, шеф, – позвал его Логан.

– Что? – Он поднял взгляд от монитора

– Мы ведём это дело!

– Ваше дело – искать убийц, – возразил начальник убойного.

– У нас нет новых трупов, кроме того, что мы нашли на рабочем месте Чарли. Вот им и займёмся, к тому же что-то мне подсказывает, что тут есть связь.

– А кто сделает вам аутопсию?

– Пригласим эксперта из центрального управления. – Логан пожал плечами.

– Ладно, работайте! И держите меня в курсе.

Миллер и Блант вернулись в свой кабинет. Логан стал оформлять запрос в сотовую компанию о предоставлении распечаток с номера Чарли. Их интересовали местоположение его телефона, звонки и тексты сообщений: им нужно было от чего-то отталкиваться. Что могло случиться такого, чтобы Чарли захотел исчезнуть, или что он мог натворить, чтобы кто-то решил помочь ему исчезнуть?

Тайлер тем временем написал руководству кондоминиума официальный запрос на предоставление записей с камер. А пока детективы ждали ответов, они решили посмотреть записи с камер из секционной и коридоров отдела полиции.

Несколько часов видео ничего не дали. Чарли делал свою работу, заполнял отчёты, уходил домой, возвращался, работал, писал отчёты и уходил снова. За всё рабочее время он даже ни разу не брал телефон в руки: не принимал звонки, не писал текстовые сообщения, не посещал сторонние сайты. Складывалось впечатление, что за пределами отдела полиции у Чарли вовсе не было никакой жизни. С одной стороны, его поведение на работе выглядело профессиональным, а с другой стороны, всё было настолько отточено, что выглядело подозрительно. Тем не менее ничего стоящего на записях им обнаружить не удалось: Чарли был абсолютно спокоен и ничем не выдавал нервозности или страха. В пятницу вечером он принял тело, которое всё ещё лежало на его столе, расписался в бумагах, половину забрал себе и отнёс их в кабинет, который они делили с Джоном. Логан выругался, потому что в этой каморке, которую судмедэксперт и криминалист называли кабинетом, камер не было.

Двое мужчин, которые доставили тело, были в кепках и медицинских масках, установить их личности можно было, только поняв, из какого они отдела. Логан включил запись с камеры подземной парковки, чтобы записать номер машины, на которой доставили эксгумированное тело, но знак оказался настолько грязным, что номер рассмотреть было просто невозможно. А ещё машина казалась слишком убитой для полиции. Её будто взяли в аренду на день с авторазборки или свалки. Логан направил запрос, чтобы патрульные обратили внимание на чёрные автомобили марки «Форд Транзит» с белой наклейкой County coroner. Тайлер попросил стажёров проверить такие автомобили по дорожным камерам.

Глава 2
Сан-Диего, штат Калифорния, много лет назад

Будучи ребёнком, Роан Хьюз смеялся так часто, что некоторые сомневались в его адекватности. Любая неловкая ситуация, участником которой он становился, вызывала смех. Все проблемы и неудачи Роан высмеивал, тогда он был весёлым и жизнерадостным человеком, его невозможно было выбить из седла. У Роана было много друзей, соседские дети и одноклассники тянулись за его яркой и светлой энергетикой, за возможностью быть в его компании и вместе радоваться каждому дню. Конечно, бывали и те, кому Роан не нравился, но конфликтов у них не случалось. Невозможно поссориться с тем, кто этого не хочет.

С родителями Роан тоже прекрасно ладил, как и со старшей сестрой. Из-за большой разницы в возрасте они с Деброй не были близки, но придерживались тёплого нейтралитета и уважали личное пространство друг друга. За любовь родителей им сражаться не приходилось, так как Роан появился на свет очень вовремя, как раз тогда, когда больше всего Дэбби хотелось хоть капельку свободы. И эту свободу ей подарило рождение брата. Пока родители были заняты заботой о младенце, Дебра могла заниматься своими делами, избегая излишнего контроля. Пока мама укачивала Роана, а папа грел его бутылочку на водяной бане, Дэбби выбиралась из окна и гуляла, ходила в кино и на пляж вместе с друзьями. А когда возвращалась, родители уже спали и Роан тихонько сопел в своей кроватке. Дебру редко напрягали заботами о малыше, боясь вызвать в ней протест и нежелание проводить время с братом, за помощью к ней обращались в крайних случаях. Возможно, именно поэтому Дэбби так легко пережила появление нового члена семьи в разгар переходного возраста. Она почти не проявляла инициативы в общении с братом, но, когда это было нужно, отлично проводила с ним время за играми, лепкой или просмотром мультфильмов. Родители были против того, чтобы ребёнок смотрел телевизор. Но если уж она сидит с малышом, то и решать ей, как проводить время вместе. К тому же Роану нравились мультики, да и рассказать родителям про их досуг он не мог, по крайней мере, до тех пор, пока не научился говорить. Впрочем, и после этого он бы не рассказал, иначе их весёлое время с Деброй могло перестать быть таким.

Когда Роан стал подростком, Дэбби сама стала мамой. В отличие от сестры, брат живо интересовался младенцем. Он с удовольствием проводил время с племянником, зачастую проявляя инициативу в общении. Дебра одна воспитывала ребёнка, поэтому была признательна брату за помощь. Но был у Роана и свой интерес в уходе за племянником: все его знакомые девчонки млели, когда видели гуляющего с младенцем Роана. Мало того, что он был симпатичным парнем, так ещё и заботился о племяннике. Глядя на то, как он возится с малышом, они представляли себя рядом с ним, но уже с общим ребёнком. Девочки в таком возрасте склонны строить иллюзии о счастливом будущем. Впрочем, каждая из них была права: из Роана вышел замечательный отец и муж, но случилось это намного позже, чем они увлеклись им. Во времена старшей школы он пользовался популярностью среди девчонок, но не злоупотреблял ею, какие-то зачатки отношений у него всё же бывали, но он будто чувствовал, что настоящая любовь его всё ещё ждёт впереди. А потому старался не обнадёживать девушек и не поощрять их внимание, но, как ни странно, такое его поведение вызывало обратный эффект. Из честного парня он превратился в спортивный трофей для самых популярных девочек школы, которым, по сути, было не так уже важно, за что соревноваться: самые длинные волосы, самая крутая сумочка или самый недосягаемый парень.

Только выпустившись из школы и поступив в медколледж, Роан впервые смог вздохнуть спокойно, потому что все назойливые красотки ожидаемо не последовали за ним в медицинский университет, а поступили кто на юриспруденцию, кто на менеджмент, а некоторые и вовсе поспешили съехаться с парнями, чтобы не заботиться о таких мелочах, вроде образования или карьеры.

Целый год первого курса Роан посвятил учёбе, медицина стала для него настоящим призванием, ему было интересно буквально всё. Даже на тех лекциях, где девяносто процентов студентов засыпали от скуки, Роан находил что-то интересное и значимое.

То ли видя, как Роану легко дается учёба, то ли из искреннего интереса сосед по комнате в студенческом братстве Итан начал проявлять инициативу в общении с ним. Так мало-помалу из простых соседей они стали настоящими друзьями. Хьюз помогал Итану по учебе, а Итан изо всех сил стремился сделать студенческую жизнь друга более яркой и заодно устроить личную жизнь себе и ему.

– Ты видел первокурсниц? Нам нужно срочно устроить вечеринку, – шептал Итан прямо на занятии.

– Господин Фергюсон, вы уже закончили контрольную? – строго спросил его преподаватель.

Вместо того чтобы извиниться перед преподавателем, он обречённо вздохнул и вернулся к своим записям.

– Так что насчет вечеринки? – После занятий он вернулся к вопросу.

– Ладно, чёрт с тобой, но, если мне станет скучно, я уйду, – сдался Роан.

– Тебе не станет, уж я позабочусь.

Именно на той вечеринке Роан встретил свою будущую девушку. А если быть точнее, то она свалилась на него. Это была скромница и отличница с курса педиатрии Клер, то ли с непривычки, то ли по чьему-то злому умыслу девушка набралась так, что едва стояла на ногах. Когда Роан проходил мимо, она просто начала падать, а он инстинктивно протянул руки и поймал её. Роан отнёс девушку к себе в спальню, чтобы с ней ничего в этот вечер больше не случилось, а сам улегся в гостиной после того, как все гости разошлись.

Утром, когда Клер страдала от первого в жизни похмелья и чувствовала себя полной дурой, Роан носился вокруг неё с водой, аспирином и адсорбентами. А ещё через неделю они стали встречаться. Это были тихие странные отношения, которые строились в основном на взаимном уважении и дружбе. Роану нравилась Клер ещё и потому, что она стала прекрасным предлогом воздержаться от безумных инициатив Итана.

Впрочем, в одну авантюру Итану всё же удалось втянуть Роана. Во время очередной вечеринки, посвящённой окончанию семестра, Итан подбил парней украсить дерево, растущее во дворе дома их братства, туалетной бумагой, а когда они вошли в раж, то взялись за баллончики и расписали статую основателя университета.

– Вы совсем дебилы? – ругался декан, который приходился Итану дальним родственником. Втихаря все называли его яйцом за его лысину – «Мистер Эгг». – Обычные придурки гадят на чужой территории, а вы, дебилы, на своей, да ещё сфотографировались на фоне своих трудов. Ну и что прикажете делать с вами?

– Отпустить? – предложил Итан, скрывая улыбку.

– Мы всё уберём. – Роан решил принять ответственность на себя за общую проказу, так как у Итана уже имелось столько нарушений, что даже родственные связи ему бы не помогли.

– Конечно, уберёте. Это даже не обсуждается! А за компанию ещё и уберетесь на участках домов других братств. Надеюсь, это отобьёт у вас всякое желание к дальнейшему вандализму. А теперь марш отсюда! Инструменты возьмёте у садовника, а вечером я всё проверю!

– Ну кто тебя просил? – заныл Итан, как только они вышли из кабинета.

– Хрен в пальто! Хотел, чтобы тебя отчислили? – Роан был не в настроении выслушивать ещё и брюзжание друга. – Давай просто в тишине исправим эту херню и забудем.

К вечеру всё было убрано, не идеально, но намного лучше, чем до того, как они приступили к своему наказанию. Других дисциплинарных мер для них не последовало, да и в дальнейшем они старались уже не привлекать внимания к своим персонам.

Глава 3
Портленд, штат Орегон, сентябрь 2024 года

Всё утро Логан ходил хмурый: сначала Кеннеди не дотерпел до прогулки и сделал лужу прямо в любимые ботинки хозяина, потом старичок «камаро» не завёлся, пришлось просить Тайлера, чтобы тот за ним заехал. А Тайлеру пришлось завести старый пикап отца, который уже несколько месяцев стоял без дела. С болезнью Альцгеймера Оливеру запрещалось садиться за руль, а после смерти отца Тай не прикасался к его вещам в надежде на то, что если он ничего не станет менять, то всё будет как прежде. Конечно, Тайлер понимал, что его не вернуть, но, когда вещи были на своих местах, это дарило ему ощущение того, что отец всё ещё рядом. Они были слишком близки для того, чтобы Тай мог так быстро и так легко его отпустить. К тому же после ухода Кимберли эта брешь в душе от потери отца будто снова выросла в размерах. Единственным транспортом самого Тая был двухместный «харлей», который начал барахлить, как и жизнь его хозяина. Пикап Оливера долго стоял без дела, поэтому о том, что у него что-то с мотором, напарники узнали только после того, как на полпути в офис машина заглохла. Пришлось вызывать эвакуатор и продолжать путь на такси.

Когда они наконец прибыли в отдел, то первым делом проверили почту. Ордера у них всё ещё не было. Зато записи с камер кондоминиума обещали прислать уже к обеду. А пока напарники ждали видео, они решили поискать подсказки в кабинете экспертов и поговорить с Джоном Уотсом, ведь он лучше всех знал Чарли. Они много времени проводили вместе. Да, в силу характера Чарли большая часть этого времени проходила в молчании, но других друзей или столь же приближенных к нему людей детективы не знали.

В любом случае лучше было сконцентрировать свои усилия на деле, чем бесцельно таращиться в мониторы и ждать, пока решение найдётся само. К тому же они собирались найти документы на труп, которые Чарли унёс в свою каморку. Да и надежды на то, что записи с камер откроют им хоть какую-то новую информацию, почти не было. Ну посмотрят они, когда и в какую дверь он вышел, а дальше что?

Логан набрал номер Джона.

– Привет! Занят? – спросил Миллер. – Ага. Отлично. Ты нам нужен, мы сейчас спустимся.

Через пять минут детективы уже были в кабинете Джона, прилегающем к секционной. Он сидел за компьютером. Когда детективы вошли, он быстро свернул окно и заблокировал компьютер.

– Проказник, ты что, там порнушку смотрел? – Логан ухмыльнулся и присел на край его стола.

– Если бы, – вздохнул Джон. – Пытался связаться с Чарли, а потом решил проверить его личное дело, чтобы связаться с его родными.

– И как? – спросил Тайлер, усаживаясь на диван позади рабочего стола.

– Чарли не отвечает, и вот что странно: в базе нет его личного дела. Все есть, а его нет. Я ничего не понимаю. – Он откатился на стуле, чтобы видеть обоих детективов.

– Хм. – Логан задумчиво почесал бороду. – Попросим службу безопасности проверить, кто и когда мог его удалить или кто и почему его туда не загрузил.

– Оно точно было, я там искал его адрес, когда мы на день рождения ему заказывали доставку. А значит, его удалили. Что происходит? – Джон выглядел подавленным. – Я чувствую себя персонажем какой-то жуткой книги.

– Не поддавайся панике. Давай-ка лучше пороемся в вещах Чарли. Возможно, удастся найти какие-то записи, визитки, фотографии, документы на вашего гостя, да что угодно. Сейчас у нас нет ровным счётом ничего, что могло бы помочь нам в его поисках, – пояснил Логан.

– Да. Кстати, насчёт гостя, вчера вечером приезжал судмедэксперт из центрального бюро, взял образцы ДНК и другие анализы и направил в лабораторию. Потому что бумаги на тело мы так и не смогли найти. – Джон заметно погрустнел.

– Странные дела. Мы пробьём его по базе пропавших, скинешь фото? – попросил Тайлер.

– Конечно. И ещё, плохие новости, ребята. – Джон вздохнул. – Чарли не держал на работе личные вещи. Разве что мог случайно что-то выложить и забыть.

– И всё же. Давай осмотрим ваш стол и шкафы. Мы должны быть уверены, что проверили всё. – Тай окинул взглядом помещение. – И ещё пара вопросов: тебе что-то известно о родных Чарли? Он говорил о семье?

– Шутишь? Из него полслова-то не вытянешь. Он никогда не говорил о личной жизни. – Джон ссутулился под разочарованными взглядами напарников.

– Слушай, а в раздевалке не могли остаться его запасные вещи или медицинская форма? – оживился Логан.

– Ничего, я первым делом проверил его шкафчик. – Джон подскочил со стула. – Я думаю, мы сможем тут найти его отпечатки, чтобы из потожировых следов извлечь ДНК.

– А по ДНК мы сможем найти его родных, – продолжил Тайлер.

– Непохоже, чтобы тут убирались так же тщательно, как в вашей святая святых. Может, что и выйдет, – поддержал Логан.

– Можно попробовать снять отпечатки с наших документов. Готовил отчёты всегда я, но Чарли их подписывал, и теоретически там могли остаться его пальчики.

– Так чего же мы ждём? – Логан хлопнул по коленям и поднялся со стола.

– Минуту, только достану инструменты. – Джон прямо на стуле откатился к шкафу, стоящему в углу.

– Стой! – крикнул Логан.

– Что?

– Кто последним трогал этот ящик? – Логан откатил стул вместе с Джоном, спустил рукав и с его помощью открыл дверцу.

– Кто угодно из нас двоих. – Джон развёл руками.

– Перчатки? – спросил Тай.

– Возьми в левом шкафу в секционной, – подсказал Джон, а сам осмотрел содержимое шкафа. – Значит, так, смотрим папки, ящик с инструментами и ручки, которыми Чарли подписывал документы. Заодно ищем что угодно, не относящееся к делам. Что-то, что Чарли мог случайно оставить здесь.

Тай вернулся с перчатками и раздал всем по паре.

– Но сразу хочу сказать, чтобы вы не слишком рассчитывали на успешный исход этого мероприятия: дактилоскопические следы на бумаге хранятся от трёх до семи дней, но даже это не даёт гарантии успеха. Бумага – капризный материал. Так что… – Джон тяжело вздохнул и натянул перчатки.

– Давай просто сделаем всё, что можем, – предложил Тайлер.

Джон обработал специальным составом дверцы шкафа и ящики. Стало очевидно, что мебель кто-то недавно протирал, так как следов было совсем мало и, скорее всего, все они принадлежали ему. Тем не менее Джон снял отпечатки, затем достал документы и поочерёдно нанёс реагенты на бумагу, чтобы потожировые следы проявились, затем нанёс порошок на канцелярские ручки и с помощью специальной ленты снял фрагменты отпечатков с них. Пока Джон работал с документами, детективы копались в ящиках: Логан – в тумбочке письменного стола, а Тайлер – в шкафу. Но их поиски не принесли плодов. Закончив, они стали следить за Джоном.

– Весь день будете у меня над душой стоять? – Джон чувствовал себя как ученик, стоящий у доски под прицелом внимания всего класса.

– Посмотрите-ка! У нас что, своей работы нет? – Логан передразнил интонацию Джона и упёр руки в бока.

– Я позвоню вам, если что-то выясню. Вы только отвлекаете меня, – пожаловался Джон.

– Ладно. Спасибо за помощь. – Логан легонько похлопал его по плечу, чтобы Джон не рассыпал порошок. – И ещё, пока мы не ушли… Чарли, случайно, не сдавал ДНК, чтобы отделить его образцы от посторонних?

– Это первое, что я проверил, но Чарли всегда работал так чисто, что с момента его прихода у нас просто не было загрязнённых образцов.

– Окей. – Логан стянул перчатки, бросил их в мусорку, и они с Тайлером вернулись к себе.

После обеда на почту детективам пришла ссылка на облачное хранилище с записями камер из подъезда дома, в котором жил Чарли, и с придомовой территории за последний месяц вплоть до вчерашнего дня. Это всё, что у них сохранилось. Миллер и Блант решили не терять времени и разделили видеозаписи: Логан взял видео с наружных камер, а Тайлер – с внутренних. С помощью программы распознавания лиц они смогли определить все временные интервалы, в которые Чарли появлялся в объективах камер. Это существенно сэкономило им время. Теперь оставалось установить хронологию этих записей и посмотреть, как менялось поведение Чарли.

Просмотрев видео, они ещё раз убедились в том, что дисциплины Чарли не занимать: каждый день в одно и то же время он закрывал свою квартиру, спускался пешком по лестнице (на лестничных пролётах камер не было). Детективы сделали вывод об этом только по тому, что Чарли никогда не фиксировали камеры лифта: может, любил ходить пешком, а может, страдал клаустрофобией. Хотя последнее было маловероятно в его профессии. В следующий раз в объектив он попадал на первом этаже, затем его фиксировала наружная камера у подъезда, а дальше Чарли пропадал на перекрёстке, ведущем к автобусной остановке. Так происходило в обычные дни, но случались и экстренные выезды на места преступлений, тогда Чарли у подъезда подбирала служебная машина. В выходные он тоже, бывало, покидал дом, но шёл всегда одним и тем же путём, пока не исчезал за перекрёстком. Дальше камеры кондоминиума не добивали. Но в день, когда он покинул съёмную квартиру, ни одна камера его не зафиксировала, и это могло говорить лишь об одном: Чарли либо точно знал, где находятся все камеры, и по одним ему известным причинам не хотел попадать на записи, либо попросту не покидал здания.

Теперь детективам предстояло получить разрешение на осмотр всех помещений кондоминиума, а также записи с наружных камер по пути его следования, чтобы точно установить его последний маршрут, если он всё-таки вышел из дома в обход внутреннего видеонаблюдения.

Также они отправили фотографии Чарли в систему национального розыска, которая доступна обычно только для расследования федеральных дел. Однако обширные связи Генри Уилларда часто выручали. Поэтому теперь все камеры США должны были отслеживать записи с лицом Олдриджа. Если Чарли передвигался по стране, то они точно должны были его найти. Проблема заключалась только в том, что ждать результатов такой проверки было достаточно долго, тогда как обстоятельства его исчезновения требовали скорейших мер.

Образ размеренного, честного, делового и ответственного Чарли никак не вязался с его таинственным исчезновением. У детективов просто не укладывалось в голове, зачем Чарли было сбегать или почему кто-то мог желать ему зла. Он не был похож на преступника, хотя многие осуждённые преступники тоже не были похожи на злодеев

– Слушай, а почему бы нам не привлечь Кимберли к составлению профиля Чарли? Может, это поможет нам понять причины, почему он мог сбежать? Да и вообще, взгляд со стороны не будет лишним. Ким не слишком много с ним общалась, но с её наблюдательностью это и не обязательно. Что скажешь? – предложил Логан.

– Можно попробовать. – Тайлер пожал плечами.

– Позвонишь? – Логан улыбнулся напарнику и поиграл бровями.

– Твоя идея – ты и звони. – Опустив взгляд к монитору, Тайлер сделал вид, что ему не интересен этот разговор.

Кимберли сидела в своём новом кабинете, закинув ноги на стол. Она как раз решила сделать перерыв и выпить кофе, когда её телефон завибрировал. Она спустила ноги, отставила стаканчик и достала мобильник из кармана пиджака. Теперь ей приходилось носить на работе костюмы. На экране высветилось: «Логан».

– Привет, уже соскучился? – с улыбкой спросила Ким.

– Ты всего-то пару месяцев назад ушла, так что… да. – Она почувствовала, как Логан тоже улыбнулся ей в ответ. – Мой упрямый напарник не согласился тебе звонить, пришлось мне.

– Не хочу тебя расстраивать, но из вас двоих ты более упрямый напарник, – по-дружески осадила его Ким.

– Пфф.

– Как он? – чуть понизив голос, спросила Кимберли.

– Тебе лучше самой спросить, – с лёгкой укоризной ответил Миллер. Тайлер был ему как брат, он тонко чувствовал его переживания, а ещё видел, что Ким любит его. Поэтому отказывался понимать и принимать её решение.

– Ладно, прости, что втягиваю тебя. – Ким облокотилась одной рукой на стол и упёрлась лбом в холодную ладонь.

– Я вообще-то по делу. Помнишь Чарли Олдриджа?

– Ты сам сказал: прошло всего два месяца; конечно, я его помню. – Кимберли снова улыбнулась.

– Он пропал, и у нас есть основания думать, что он попал в какую-то передрягу, – объяснил Логан.

– Почему вы так решили?

Логан пересказал ей события утра понедельника, когда они вышли на работу, обнаружили труп и не обнаружили Чарли.

– Хм, мне нужно подумать. Сможешь мне прислать всё, что у вас есть на текущий момент? Записи с камер и так далее. Хочу сама посмотреть на его поведение. И, если появится новая информация, держи в курсе. – Кимберли прижала телефон ухом к плечу и разблокировала компьютер, чтобы принять файлы от Логана.

– Ладно, до связи.

– Пока. – Она отключилась, открыла облако с видео и достала из ящика свой скетчбук и карандаш.

Глава 4
Сан-Диего, штат Калифорния, 2004–2018 годы

Отношения Роана с Клер сошли на нет где-то через год после их начала, так же тихо, как когда-то начались. Роан долго был один и посвящал всё своё время учёбе, и лишь на последнем курсе университета ему удалось найти ту, кого он, казалось, ждал всю свою недолгую жизнь. Они встретились в спортбаре: Итан познакомился с Натали в интернете и пригласил выпить пива и посмотреть футбольный матч, предупредив, что он придёт с другом и было бы отлично, если бы Натали позвала с собой какую-то подружку для него. Натали училась на педагогическом и снимала квартиру вместе со своей однокурсницей Лорой. Поэтому, когда её пригласили на встречу, выбор подруги был очевиден. Лора совсем недавно рассталась с парнем и теперь нуждалась в компании, чтобы отвлечься и расслабиться. Они обе принарядились для встречи: узкие джинсы и короткие майки, макияж и серьги-кольца. Тогда все так ходили, и это казалось безумно красивым и модным. Отличить подруг можно было разве что по цвету глаз и волос, в остальном они были как сёстры: высокие, стройные, смешливые, даже говорили почти одинаково.

Но на свидании всё пошло не по плану: Натали даже не смотрела на Итана, она не могла оторвать глаз от Роана, с упоением слушала каждое слово, улыбалась шуткам, наблюдала за тем, как двигается, как вскидывает подбородок, когда смеётся. Итан быстро смекнул, что с Натали ему ничего не светит, и переключил своё внимание на Лору. Они поменялись местами, теперь Натали не могла смотреть на Роана, потому что он сидел рядом, зато чувствовала его запах. Роан пах как осенний лес, как спокойствие, как дом. Натали часто говорила Роану, что влюбилась в него именно в тот момент.

Он влюбился позже, когда понял, что без неё ему намного хуже, чем с ней; когда осознал, как сложно с ней расставаться каждый вечер, как тяжело заснуть, не чувствуя её запах, как сильно хочется поскорее снова увидеться. Тогда Роан уже не сомневался в том, что его поиски закончились, что, если Натали будет с ним, ему больше никто не будет нужен. Она та, кого он искал: его половина, его любовь, будущая жена и мать его детей.

Лора с Итаном тоже встречались какое-то время, но вскоре расстались: им просто стало скучно друг с другом. Тогда как у Натали с Роаном всё становилось серьёзным: на каникулах они ездили к родителям Роана, которые были очарованы подругой сына и приняли её как родную. На первых же выходных после каникул они поехали к маме Натали, она без особого энтузиазма, но тоже приняла выбор дочери. Ещё через два месяца они съехались и стали жить вместе в маленькой съёмной квартирке. Натали устроилась на работу в школу, а Роан – помощником эксперта в бюро судебно-медицинской экспертизы. С появлением работы они не могли больше проводить вместе так же много времени, как прежде. Поэтому очень сильно скучали друг по другу, но это только укрепило их чувства. Каждая минута совместно проведённого времени автоматически приравнивалась к празднику. Они не могли насытиться обществом друг друга. Всё привело к тому, что в скором времени Натали забеременела. Роан был невероятно счастлив, когда на двадцать четвёртый день рождения Натали преподнесла ему коробочку с положительным тестом на беременность. Денег у них было немного, да и места в квартире едва хватало для двоих, но всё это были мелочи по сравнению с тем необъятным счастьем, что ждало их впереди. Роан носил Натали на руках. Они собрали две семьи в родительском доме Роана, чтобы торжественно объявить им о предстоящем пополнении. Они сидели за столом на заднем дворе, пили домашний лимонад и ели торт, который испекла и привезла мать Натали.

– Роан, мы очень рады за вас, но вам не кажется, что пришло время пожениться? – Энни хотелось, чтобы у её дочери была настоящая семья.

– Мам, у нас нет денег на свадьбу, да и вообще сейчас не до того. – Роан виновато посмотрел на Натали, ему хотелось бы устроить для неё самую пышную свадьбу на свете, но всё, что он мог ей дать, – это небольшая крыша над головой и большая любовь.

– Роан прав. – Натали погладила живот, который был ещё едва заметен.

– Не говорите ерунды, вы должны расписаться. Вовсе не обязательно устраивать свадьбу, – добавила мать Натали.

– Мы могли бы устроить домашнюю церемонию у нас на заднем дворе, – воодушевилась Энни. – Позовём самых близких. Что скажете?

Роан повернулся к Натали, давая понять, что он готов, если она готова. Натали улыбнулась.

– Хорошо, давайте устроим домашнюю церемонию. – Она наклонила голову на плечо Роана.

– Ура! У нас будет свадьба! – радостно закричал Рик, сын его сестры Дэбби.

– Не у вас, а у нас. – Роан потрепал его по макушке.

– Чур, я несу фату. Девчонок в нашей семье всё равно нет. – Рик запрыгал рядом с Роаном.

– Пока нет, – поправила его Натали.

– Думаешь, это девочка? – Дебра кивнула на живот.

– Не знаю, я попросила доктора не говорить пол. Хотим, чтобы это был сюрприз.

– А имя придумали уже? – спросила Энни.

– Если будет девочка, то Катарина, если мальчик, то Доминик. – Натали отхлебнула чай из кружки.

Через месяц состоялась скромная свадебная церемония на заднем дворе родительского дома; кроме членов семьи, был только пастор из церкви, в которую ходило семейство Роана. Натали была в простом струящемся атласном платье, которое сшила подруга её матери, и длинной фате. Впрочем, они могли бы обойтись и без неё, но не хотели расстраивать Рика. Роан стоял у цветочной арки рядом с пастором и в волнении переминался с ноги на ногу, то и дело нервно поправляя свою кудрявую причёску. Тогда он ещё носил волосы чуть длиннее и уже начал отращивать бороду. Когда приходил уставшим после работы, Роан любил ложиться на колени Натали, она запускала пальцы в его шевелюру, и Роан забывал обо всём. А Натали обожала его кудри и мечтала о таких же, хотя её волосы были идеально прямыми. Вечерами она заплетала их в косу, чтобы утром её шоколадные волосы стали волнистыми, но уже к обеду они всё равно распрямлялись. Она даже хотела сделать химическую завивку, но Роан её отговорил. Ему нравилось в ней всё. Тёплые, искристые глаза ромового цвета, глядя в которые он чувствовал, как всё его тело наполнялось трепетом. Слишком длинные и худые руки, которыми она крепко держала его сердце. Её ямочки на щеках, которые проступали, когда она улыбалась. Роан хотел, чтобы она улыбалась всегда. Больше всего на свете он мечтал сделать её самой счастливой, ведь это бы значило и его счастье тоже. Оно отражалось в ней, вся его жизнь отражалась в ней.

Когда Натали подошла к алтарю, Роан забыл свою речь и начал смеяться, как и в любой другой неловкой ситуации. Натали тоже рассмеялась, а после подхватили и все присутствующие.

– Всё твоё теперь моё, и я ужасно этим горжусь, – сморозил от волнения Роан.

Оставаться серьёзными было невозможно: Натали нарочно принялась его передразнивать. В итоге вместо брачных клятв получился такой стендап, что даже Джордж Карлин² позавидовал бы. Рик так смеялся, что описался, а когда заметил это, то поспешил скрыться, но наступил на фату, которая зацепилась за его ботинок и потащилась вслед за ним. Прическа Натали распалась, но она не переставала улыбаться.

– Я так люблю тебя! Я готова прожить с тобой хоть десять жизней, если у нас снова будут случаться такие дни. – Натали поднялась на цыпочки и, придерживая внушительный живот, поцеловала Роана, не дожидаясь разрешения пастора.

– Я люблю тебя! – повторил ей прямо в губы Роан и закружил на месте.

– Да ну вас. – Пастор с улыбкой закрыл Библию, поздравил родителей и удалился.

Через две недели на плановом УЗИ Натали узнала, что плод умер. Её положили в больницу и с помощью уколов стимулировали роды. Ей не позволили взглянуть на ребёнка, лишь позже она услышала от медсестёр, которые разговаривали в коридоре возле её палаты, что это была девочка. Натали не стала отвлекать Роана от работы, она позвонила ему, только когда всё уже было кончено. Роан приехал, и они, обнявшись, долго плакали. А когда слёз больше не осталось, то решили, что непременно будут счастливы и у них обязательно будут дети.

Они похоронили дочку под именем Агнес, символизирующим одновременно и её невинность, и их жертву, ведь они так не хотели с ней расставаться. Это событие не могло не оставить отпечатка на их семье. После замершей беременности Натали потребовалось лечение и помощь психолога. На протяжении нескольких недель она регулярно посещала клинику. Роан был не менее подавлен и излишне осторожничал с женой, боясь напомнить об общем горе, но постепенно они научились жить с этой потерей, и всё вернулось в норму. Примерно через три года после потери первого ребёнка они снова начали пытаться, но ничего не получалось. Оба были здоровы, но беременность просто не наступала. Тогда они обошли не один десяток врачей и даже начали подумывать об усыновлении, но в конце концов решили отпустить ситуацию. Страх Натали снова потерять ребёнка никуда не испарился. Возможно, именно он мешал ей забеременеть. Десять лет они прожили в гармонии, поддерживая и радуя друг друга, пока Натали не отравилась креветками в ресторане. Вернее, она думала, что отравилась креветками, а на самом деле случилось чудо.

Впервые увидев две полоски, Натали была одинаково счастлива и напугана, от переизбытка эмоций у неё закружилась голова, и она едва не упала в обморок. Она присела на край ванны и дрожащей рукой набрала номер мужа. Натали никогда не звонила ему во время работы, поэтому Роана этот звонок тоже выбил из колеи. Она ничего не сказала ему, не смогла – испугалась, что это ошибка. Натали просто спросила, в котором часу он придёт домой, и отправилась в аптеку. Она купила десять тестов на беременность, и когда все они показали плюс, Натали наконец смогла вздохнуть полной грудью.

Вечером Роана ждал сюрприз в виде праздничного ужина и одиннадцати положительных тестов. Они оба были испуганно-счастливыми, до конца не веря в то, что наконец станут родителями. Но первый же визит к врачу помог немного развеять их страхи.

Когда настал день родов, они уже были готовы: вызвали такси, взяли заранее подготовленную сумку для госпитализации со всем необходимым и отправились в больницу. Роан подписал документы, переоделся в стерильную форму и присоединился к Натали в дородовой палате. С самого первого дня, когда они узнали о беременности, то сразу решили, что Роан будет рядом. Так им обоим будет проще, даже если что-то пойдёт не так. Роан не мог допустить, чтобы Натали одна переживала такой важный и сложный момент.

Роан держал Натали за руку до тех пор, пока малышка не появилась на свет и не закричала. Когда младенца приложили к груди матери, Роан наклонился и поцеловал жену в лоб, который всё ещё был покрыт испариной.

– Спасибо, – прошептал он.

Позже врачи засуетились, выставили молодого отца и сказали, чтобы приходил уже завтра. Роан послушался и вернулся на следующий день, он готов был обнять весь мир, танцевать и смеяться. Если бы был уверен, что его не упекут в психушку, то именно так и поступил бы.

Через два дня, убедившись, что с матерью и ребёнком всё в порядке, их выписали из больницы. Роан усадил жену на заднее сиденье вместе с малышкой, которую назвали Катариной, а сам сел за руль.

– Куда мы едем? – спросила Натали, когда поняла, что муж свернул не в ту сторону.

– Это сюрприз. – Роан обернулся и подмигнул ей.

– Ты меня пугаешь, – шепотом ответила Натали и проверила спящую в автолюльке малышку.

– Это всё от стресса, скоро пройдёт! Это приятный сюрприз, обещаю, тебе понравится. – Роан свернул с главной дороги и въехал на территорию новенького кондоминиума.

Он остановился у самого подъезда, заглушил мотор, помог Натали с ребёнком выбраться.

– Пошли, я потом вернусь за вещами, – Роан обнял жену за плечи и повёл в подъезд.

На лифте они поднялись на шестой этаж, прошли пару метров, и Роан нажал на дверной звонок одной из квартир. Дверь открыла мама Натали.

– С новосельем, мои девочки! – радостно сказала она, пропуская их внутрь.

На кухне их ждали Дебра и Рик. К сожалению, родители Роана не дожили до рождения внучки. У Энни диагностировали рак поджелудочной железы через пять лет после того, как Роан и Натали потеряли первого ребёнка. Два года она боролась с болезнью, но после ремиссии болезнь вернулась в более агрессивной форме. Отца Роана не стало год назад, он сильно тосковал по супруге, и в итоге сердце не выдержало. Это было страшным испытанием, которое они преодолели вместе. Натали была отдушиной для Роана: если бы не поддержка жены, он бы не справился с горем. Но, пока рядом с ним была его женщина, у него была цель и смысл жизни: делать её счастливой, чтобы самому быть счастливым.

– Ты снял новую квартиру? – Натали с удивлением посмотрела на Роана.

– Лучше! Она наша. Не такая большая, как хотелось бы, но для нас троих места должно хватить. Осмотрись. – Роан протянул руки, и Натали передала ему малышку.

– Глазам своим не верю, но как? – Натали присела на диван и погладила обивку после того, как обошла всю квартиру.

– Я долго копил, а потом плюнул и решил взять ипотеку. Тебе понравилась детская? – Роан смешно дёргался, качая ребёнка.

– Она идеальная. Давай я покормлю Катарину, и мы будем праздновать.

Роан отдал дочку жене, и она удалилась в детскую. Дэбби заварила ромашковый чай, потому что Натали теперь нужно было соблюдать диету для кормящих. Прежде чем уйти, мать Натали заверила, что будет приходить на помощь по первому зову, и ни разу их не подвела.

Они по-прежнему были счастливы, но Роану пришлось работать чуть больше, чтобы выплачивать ипотеку и чтобы его девочки ни в чём не нуждались. Всё свободное время супруги проводили вместе, устраивали пикники в парках, выезжали за город. Когда Ката чуть подросла, они стали оставлять её с матерью Натали, чтобы побыть вдвоём.

Но чем старше становилась Катарина, тем меньше казалась новая квартира. Игрушки и разные детские вещи буквально заполонили жилище. Девочка ни в чём не знала отказа, тем временем две жилые комнаты становились всё теснее и теснее.

Частенько перед сном, лёжа в обнимку в кровати, Роан и Натали мечтали о доме. Представляли, каким он будет, в какой цвет они выкрасят стены, какую мебель купят для новой детской и как вечерами сами будут её собирать по инструкции. И хоть пока у них не было такой возможности, жить одной мечтой уже было радостью.

Глава 5
Портленд, штат Орегон, сентябрь 2024 года

Все фрагменты отпечатков, которые удалось найти при осмотре кабинета, Джон направил в лабораторию. Но из-за большой очереди и скудности материалов коллеги предупредили, что ждать придётся не меньше двух недель, а может, даже и больше.

Поквартирный обход кондоминиума Олдриджа и осмотр технических помещений ни к чему не привёл. Чарли словно испарился.

Дела с камерами обстояли не лучше, утром в управление полиции позвонили из службы безопасности международного портлендского аэропорта, вызов сразу переключили на рабочий телефон Миллера.

– Здравствуйте, вы искали Чарли Олдриджа? – поинтересовался мужчина.

– Да, верно. – Логан приосанился в надежде услышать важную информацию.

– В последнее время из Портленда с таким именем никто не вылетал, но нам удалось установить дату прибытия Олдриджа в город. Если сможете подъехать, то мы передадим вам копии регистрации пассажиров, а вот видео с камер уже нет. Прошёл почти год с момента его прибытия, а мы храним такие записи максимум три месяца. Когда сможете подъехать?

– Конечно, спасибо, будем через час. – Логан повесил трубку и обратился к напарнику: – Поехали, у нас первая зацепка.

Детективы быстро собрались и спустились на подземную парковку, минивэн Оливера так и не починили, а вот «камаро» Логана уже был живее всех живых. Это стоило Миллеру одной бессонной ночи, но результат окупился с лихвой. Старичок «камаро» приободрился, мотор зазвучал как новенький. Логан не был склонен к вещизму, но эта машина всегда была для него особенной. Именно она сблизила их с отцом. Когда старший Миллер подарил сломанный, но желанный автомобиль сыну, это положило начало их дружбе. «Камаро» не был простым подарком или поблажкой для Логана со стороны отца – автомобиль стал своеобразным тестом на зрелость. До того как Логан взялся чинить эту машину, он ничего не доводил до конца: быстро увлекался и так же быстро терял интерес ко всему. Даже ушёл из своей любимой рок-группы, из-за которой у них с отцом возникали постоянные стычки. Последний год он провёл в группе исключительно потому, что это бесило отца. Когда старший Миллер смирился, то и Логан потерял интерес к группе. Через несколько месяцев он получил «камаро».

Спустя час, как и обещал Логан, они прибыли в аэропорт. Женщина на информационной стойке куда-то позвонила, и через пять минут к детективам подошёл человек в форме.

– Добрый день, меня зовут Майкл Барнс. Я звонил вам сегодня. – Мужчина протянул руку. По широким плечам и массивной фигуре было видно, что он увлекается тяжёлой атлетикой. Выглядел он лет на сорок, но возраст выдавала лишь седина на висках.

Детективы представились и ответили на рукопожатие.

– Поднимемся ко мне в кабинет, я выписал вам вре́менные пропуска. – Майкл Барнс протянул им пластиковые карточки.

На эскалаторе мужчины поднялись на второй этаж, прошли в конец коридора, где с помощью магнитного ключа Барнс открыл дверь с табличкой: «Только для персонала». Дальше каждый из них приложил ключ-карту к турникету.

– У нас строго, – гордо сказал Барнс. – Камеры, пропускной контроль.

– Это похвально, – поддержал его Логан.

– Сюда. – Барнс впустил их в просторный кабинет.

За мониторами сидели около двадцати сотрудников, по большей части мужчины, все они просматривали камеры видеонаблюдения. Рабочие места друг от друга отделяли звукоизоляционные перегородки. На столах – идеальный порядок, почти как у Тайлера. Из этого кабинета вела ещё одна стеклянная дверь, которую прикрывали жалюзи.

– Входите, – Барнс открыл дверь и пропустил детективов вперёд, – устраивайтесь.

За Т-образным столом стояли шесть стульев, кабинет начальника службы безопасности, по всей видимости, использовался ещё и в качестве переговорной, что было вполне практично.

– Кофе? – предложил Барнс, кивая на кофеварку в углу кабинета.

– Нет, спасибо, лучше сразу к делу. – Логану не терпелось получить хоть каплю информации, чтобы понимать, куда двигаться дальше.

– Уважаю такой подход. – Барнс занял своё место за столом и достал из ящика заранее распечатанные документы. – Вот. – Он протянул их Тайлеру, так как тот сидел ближе.

– Судя по регистрационным данным, это он, – подтвердил Тайлер, пробежав взглядом по документам.

– Верно, – согласился Миллер, сверив номер паспорта с фотографией в своём телефоне.

– По документам ваш парень прилетел сюда из Сакраменто, а вот пересаживался он в Сакраменто или летел прямым рейсом, я сказать уже не смогу. Попробуйте пообщаться с их службой безопасности.

– Попробуем, спасибо. – Логан задумчиво постучал пальцами по столу.

– Это копии документов, так что можете забрать их себе. Дайте знать, если что-то ещё потребуется.

Детективы поблагодарили начальника службы безопасности аэропорта, после чего он проводил их тем же путём и забрал пропуска.

По возвращении в отдел Логан проверил почту, обнаружил фотографии неопознанного тела из секционной и скривился.

– Что там у тебя? – Тайлер перегнулся через монитор.

– Есть картинки со звуком, а у нас картинки с запашком. – Логан усмехнулся. – Я пробью нашего гостя через базу пропавших без вести.

– Окей, а я напишу в аэропорт Сакраменто, узнаю про Чарли и спрошу про стыковочные рейсы за тот день. – Тайлер вернулся за компьютер и оформил запрос. К письму он приложил копию паспорта Чарли Олдриджа и его фотографию.

– Как успехи? – Ким открыла дверь, впуская сквозняк. Несколько листов слетело со стола Логана. – Я проезжала мимо и решила заскочить.

– Напомни, кто-то уже назвал ураган твоим именем? – проворчал Логан и поднялся со стула, чтобы подобрать бумаги.

– Нет, у меня ещё всё впереди. – Кимберли улыбнулась, но, поймав на себе взгляд Тайлера, осеклась. – Так что нового?

– Почти ничего, – выдавил из себя Тай. Он больше не понимал, как вести себя с ней. Тайлер устало потёр переносицу. Они уже несколько раз просмотрели фотографии Чарли с мест преступлений, где он попадал в объектив Джона, и в глазах летали мушки от напряжения.

– Что смотрите? – Кими наклонилась к монитору, половину снимка занимало тёмное пятно от пальца, закрывающего объектив, а вторая половина оказалась смазана. – Это фото, которые ты присылал мне? – Она перевела взгляд на Логана.

– Нет, это фотографии с нашего первого совместного расследования с Чарли, когда он только поступил на службу³.

– Я как чувствовала, что нужно заехать. Нашли что-то интересное? – Кимберли обошла стол и вгляделась в изображение.

– Не особо, если не считать, что он приехал гораздо более загорелым, чем пропал. – Тайлер перелистнул на следующий снимок, где Чарли менял порвавшиеся перчатки. Руки попали в кадр случайно, когда Джон снимал ритуальную чашу под висящим на дереве трупом.

– Оп-па, – задумчиво протянула Кими. – Ну-ка, приблизь руку.

Тайлер увеличил изображение и заметил светлую полоску на безымянном пальце.

Логан подошел сзади и присвистнул.

– Так-так, возможно, Чарли был женат до того, как приехал в Портленд, – сделал вывод Логан.

– Может, он поэтому не любил говорить о личном? – предположила Кимберли. – Тяжёлое расставание или что-то похуже. Это не могло быть просто украшение?

– Исключено. Минимализм – второе имя Чарли. Придётся узнать, существует ли таинственная миссис Олдридж. – Тайлер искоса посмотрел на Ким, хотел увидеть её реакцию, но зацепиться было не за что. Они не успели поговорить о свадьбе, но Тайлеру это казалось единственным верным решением. Он собирался сделать ей предложение в ближайший месяц, если бы она не ушла.

– Мы собирались перекусить. Кими, ты как? – беззаботно поинтересовался Логан.

– Не уходи от темы. Ты знаешь, почему ураганам дают женские имена? – Кимберли дерзко вздёрнула подбородок.

– Удиви меня, – шутливо провоцировал её Логан.

– Потому что, когда они приходят, они влажные и дикие, а когда они уходят, то забирают твой дом и машину⁴, – Кими пихнула его локтем в бок.

– Пожалуй, Тайлеру повезло, что ты успела сорвать ему только крышу, но оставить дом целым. – Логан покачал головой, понимая, что шутка вышла из-под контроля. – Но фильм и впрямь хороший, – добавил он, пытаясь хоть как-то спасти ситуацию.

– Как раньше? – уже стоя в дверях, спросил Тай, предлагая пойти в кафе, где работала Нина.

– Я больше не могу бывать в местах, которые напоминают о ней. Кусок в горло не полезет. Давайте выберем что-то другое. – Взгляд Логана совсем потух.

– Так что? Куда идём? – Тайлер посмотрел на Ким, предоставляя ей право выбора, как в те времена, когда они ещё были парой.

– Давно хотелось азиатской кухни, – призналась она, стараясь сохранять невозмутимость, хотя ей и самой было неловко находиться рядом с Тайлером, не имея права прикоснуться к нему и даже взглянуть прямо. Потому что именно она была виновата в том, что им теперь трудно.

– Тогда возьмём машину. Я знаю одно место. – Логан вернул привычную улыбку на лицо.

Через пятнадцать минут они подъехали к китайскому ресторану «Уткин дом». Обычно здесь было не протолкнуться, но обеденное время давно закончилось, большинство посетителей уже разошлись либо доедали остатки своего ланча. Свободных мест в ресторане оказалось достаточно, друзья выбрали уединённый столик, чтобы можно было спокойно говорить, не боясь быть услышанными. Профессия обязывала их проявлять сдержанность в разговорах. Мало ли кто может оказаться рядом – в большом городе люди теряют бдительность, считая, будто здесь настолько бурно течёт жизнь, что никто друг друга и не замечает толком. А самонадеянность жертвы всегда на руку охотнику. Охотниками детективы считали журналистов, те постоянно кружили рядом и ждали удачного момента. А быть подслушанными – это ещё хуже, чем дать официальное интервью. Они, конечно, в любом случае извратили бы слова так, как им нужно, но в первом случае у них был бы карт-бланш. Свободная пресса. Больше них детективов злили лишь те, кто покрывал преступников, и сами убийцы.

– Как ты? – спросила Кими после того, как они сделали заказ. – Вы ведь не виделись с тех пор, как Нина дала признательные показания.

– Хреново. Я пытался с ней связаться, но всё без толку. Она отказывается говорить со мной. – Логан опустил глаза в стол, разглядывая трещины в старом лаковом покрытии.

– Может быть, придёт время и она смягчится. – Кими знала, что нарушает границы Миллера, но ей хотелось поддержать друга. Несмотря на то что они с Тайлером тоже больше не были вместе, преградой между ними была она сама, а не семьдесят пять лет заключения.

– Думаю, что с каждым днём у меня всё меньше шансов. Я пытаюсь найти хорошего адвоката, который мог бы обжаловать приговор, но если она сама не захочет этого, то ничего не выйдет. А она, судя по всему, не хочет. – Логан обречённо вздохнул и развёл руками.

– Как думаете, почему Чарли снял кольцо? – перевела тему Кимберли, видя, что настроение встречи катится в бездну.

– Он мог просто его потерять, – озвучил версию Тай, листая меню. – Или они развелись.

– Или он овдовел. – Кими закинула ногу на ногу и придвинулась чуть ближе к столу, случайно задев под столом Тайлера, но, смутившись, быстро прервала контакт. – Чарли всегда казался мне чересчур мрачным, измождённым, будто он носит на плечах огромный камень.

– Пока у нас слишком мало информации, чтобы делать такие предположения, но Чарли и правда казался довольно замкнутым, возможно, на контрасте с его предшественницей Ребеккой, – откашлявшись, предположил Тайлер.

– Когда вернёмся с обеда, дополним свой запрос коллегам информацией о предполагаемой супруге Олдриджа. На вопросы, что случилось с их браком, почему Чарли переехал и где он может быть теперь, она сможет ответить лучше, чем наши предположения. – Логан принял блюдо с уткой по-пекински и рисом от официанта и стал скрежетать вилкой по тарелке. Есть рис палочками было для него сущим мучением. С лапшой он ещё как-то мог управиться, но рис – кромешный ужас.

– Видели бы тебя китайцы – выперли бы из ресторана, – шутливо поддразнила его Кимберли, накручивая на палочки свой удон.

– Они видели. – Логан кивнул в сторону проходящего мимо официанта. В этом заведении работали исключительно китайцы, да и посетителями чаще всего были они же. А всё благодаря традиционной кухне. В остальных заведениях города рецепты так или иначе претерпели изменения, чтобы подстроиться под вкусы местных.

Из-за внезапно возникшей между ними неловкости оставшуюся часть обеда они лишь изредка перекидывались взглядами, обсуждали китайскую кухню и их любовь к рису и лапше.

По возвращении в управление Тайлер первым делом открыл почту, чтобы дополнить запрос информацией о возможной супруге Олдриджа, но у него уже светилось одно непрочитанное письмо. Тай кликнул на него, и окно развернулось.

«Здравствуйте, коллеги. Чарли Олдридж мёртв. Если у вас были к нему какие-то вопросы, можете приехать и поговорить с его женой».