Read the book: «Саксайуаман. Осколок вечности»

ПРЕДИСЛОВИЕ

Дорогие друзья! Прежде чем вы начнете читать эту книгу, позвольте мне рассказать о том, что побудило меня написать ее. В тринадцать лет я впервые не понаслышке узнал о том, что такое аллергия. С ощущениями невероятной боли в животе, вечно забитым носом и опухшим лицом еще можно было как-то мириться. Но когда начиналась чесотка, все просто меркло. Я в прямом смысле разрывал себя на части. Это было настолько ужасно, что в голову лезли совершенно неправильные мысли о моем пребывании здесь, на планете Земля.

Спустя некоторое время я понял, на какие продукты у меня реакция, и элементарно исключил их из своего рациона. Их оказалось много, и было очень сложно это сделать, но, вспоминая о страшных моментах, я ни секунды не сомневался. Стало полегче, но от сезонной аллергии не спасали никакие лекарства. Я тратил на них огромные деньги. Это снимало симптомы, но на следующий день все приходилось повторять снова. Каждое лето, которое я так люблю, было для меня потеряно. Когда начиналось цветение прекрасных трав, я испытывал такое удушье, что спасали лишь горячие хлористые уколы. Это было на самом деле страшно. Я так боялся наступления лета, что стал задумываться о переезде куда-нибудь на Север. Туда, где не цветут травы. Но это было очень сложно.

Так я жил до тридцати лет, а потом задумался. Неужели я всю свою жизнь обязан принимать лекарственные препараты? Неужели за всю свою жизнь я не попробую те продукты, которые так люблю, и всегда буду бояться наступления лета? Я не хотел мириться с этим, поэтому начал искать альтернативные варианты лечения. И этот вариант пришел. Я не помню, как и когда, но он пришел сам по себе. Этим вариантом оказалось все то же питание, и я стал вегетарианцем. После довольно длительного воздержания от мяса я начал практиковать голодание и старался употреблять в пищу преимущественно сырые продукты. Результаты были просто ошеломляющие. Может, это был настрой, может, моя искренняя вера, но болезнь отступила. Я в прямом смысле слова ходил в зарослях амброзии и не переставал удивляться безграничным возможностям человека. Но это еще не все.

Очистив свое тело, я начал видеть настолько яркие сны, что, просыпаясь, не различал грань между ними и реальностью. Потом стало еще интересней. Когда я видел очередной сон, то мог осознанно им управлять. Теперь, в том мире, границы существовали только в моей голове, и когда я это понял, то стал совершать просто невероятные вещи, и ощущения от этих переживаний были значительно сильнее, чем от самых сильных переживаний нашего физического мира. Затем, набравшись опыта, я стал ощущать сразу два мира одновременно. Видя сон, я мог спокойно открыть глаза и оказаться в спальне на кровати. После этого закрывал их и мгновенно переносился в свой сон. Поверьте, это потрясающе.

Вот после этого я и решил поделиться с вами своим опытом. Мне не хотелось читать скучную лекцию, поэтому и пришла идея написания романа. Читайте, размышляйте, экспериментируйте. Границ нет, теперь я это точно знаю.

С уважением, Александр Зубков

1

Матвей стоял у окна и просто слушал дождь. Он любил шум дождя. Когда капли разбивались об окна, он, казалось, улавливал малейшие детали их тончайшей красоты. В такие моменты он начинал мечтать о камине. О своем камине.

«Что может быть лучше шума дождя, шума водопада, – думал он. – Только потрескивание дров. Хотя нет. Потрескивание дров и шум воды в любом ее проявлении стоят на одном месте. Не может быть одно лучше другого. Просто вода пробуждает одни эмоции, огонь – другие, шелест листвы от дуновения ветра – третьи…»

Переместив взгляд с мелькавших за окном машин, которые уже поглощали сумерки, на подоконник, он сконцентрировал внимание на каплях, которые при соприкосновении с твердой поверхностью разбивались на гораздо более мелкие.

«Интересно, – промелькнула внезапно мысль, – если одна капля хранит огромную информацию в себе, то ее малая часть хранит столько же информации или немного меньше? И если сравнивать мировой океан с единственной каплей, неужели вся информация хранится и в огромном пространстве, и в малой капле? С точки зрения современного представления науки это вроде неправильно и в океане должно быть гораздо больше информации. Но если представить, что в каждом из нас заложена божественная искра, то почему малая капля не может нести всю информацию, которую хранит океан?»

«Да… если сильно задумываться об этом, можно и в клинику попасть для душевнобольных», – пронеслось в голове Матвея, и легкая ухмылка проявилась на его лице.

Из задумчивости его вывел телефонный звонок.

– Почему-то хотел услышать именно тебя, – сообщил Матвей вместо приветствия.

– Привет, Матвей. Я рад, что мои звонки ты воспринимаешь таким образом. Хотя удивительного мало. Подвожу я тебя довольно редко. Или даже не так. Я вообще тебя не подвожу.

– Вот это верно, Андрей. Не помню подобных случаев. А если не помню, значит, не подводил.

– Ладно, – сказал Андрей. – Давай ближе к делу. Боюсь напустить на себя важность, но ко мне в контору обратился лорд Гамильтон. Лорд! Ты вдумайся в это.

– Как по мне, таких клиентов у тебя еще не было, – не без удивления ответил Матвей.

– Согласен. Были многие. Но лорд… однозначно нет.

– Лорд так лорд, – уже спокойнее сказал Матвей. – Что его интересует?

– Сказал, что только в личной беседе можно обсудить.

– Где обсудить? В Лондон, что ли, сгонять по-скорому? – рассмеялся в трубку Матвей.

– Зачем в Лондон? Он тут, в городе, – ответил Андрей. – И можно навестить его в любое удобное для нас время.

– Так уж в любое? Обычно такие серьезные люди сами назначают место и время.

– Из этого что следует? – немного подумав, спросил Андрей. – Следует, что он в нас очень заинтересован. Верно?

– Логично, – согласился Матвей. – Я свободен сегодня. Договаривайся на вечер.

– Так уже вроде и вечер, – засмеялся Андрей.

– Точно. Смотрю в окно, а то, что уже стемнело, не замечаю, – ответил Матвей. – Ты набери его. Если сегодня его устроит, давай сегодня. Если нет, пускай скажет, когда ему удобно.

– Жди звонка, – коротко сказал Андрей, прервав беседу.

Ждать Матвею пришлось не больше минуты.

– Ты не представляешь, как он обрадовался, – радостно сообщил Андрей. – Сказал, что через два часа ждет нас в гостинице «Уэльс».

– Оригинально, – отходя от окна, сказал Матвей. – Истинно британский лорд получается. Даже тут поддерживает связь, так сказать, с родиной.

– Думаю, все гораздо проще, – возразил Андрей. – Тебе доводилось бывать там?

– Если честно, даже не слышал о такой, – признался Матвей. – Где она хоть находится?

– В северной части города. Бывал там разок. Она шикарная. Поэтому я и не удивился, что он остановился там. Гостиница маленькая, но этим и подкупает. Видимо, лорд не хотел заострять внимание прессы на своем присутствии.

– Возможно, – согласился Матвей. – Впрочем, мне необязательно знать ее месторасположение. Заезжай за мной, как соберешься, и тронемся.

– Не вопрос. Без звонка спускайся ровно через час. Пока доберемся… думаю, в самый раз.

– Договорились, – вместо прощания сказал Матвей, нажимая кнопку сброса.

С телефоном в руке он вновь подошел к окну, чтобы послушать уже затихавший дождь.

Матвей слушал шум дождя, и в его в сознании вновь начали вырисовываться картинки, которые открывались ему в сновидениях и неустанно будоражили его сознание. Бескрайние леса с вековыми деревьями окутывали его, маня пройти по их невиданным тропам. Трели незнакомых птиц, крики обезьян и шелест листвы были слышны так отчетливо, что Матвею сложно было поверить: это звучит лишь в его воображении. Такие чувства можно было испытать только тогда, когда он слышал легкий шум воды и потрескивание горящих поленьев. Вот почему он не упускал возможность насладиться таким простым, и в то же время таким приятным шумом дождя. В эти прекрасные моменты подключения к двойственной для него реальности его тянуло туда неведомой силой, и больше всего на свете он хотел оказаться там. Он немного отошел от окна – и, как только перестал слышать удары капель об асфальт, все прекратилось. Матвей хотел еще раз направиться к окну, но, взглянув на часы, оставил эту идею.

Он поспешил принять душ, одновременно обдумывая, в чем можно пойти на встречу к лорду. Не придумав ничего, что могло бы соответствовать и его требованиям, и предпочтениям лорда, он надел обычные темные брюки и фиолетовую рубашку с запонками, оставив без внимания пиджак и галстук.

«Вроде и не официально, – думал Матвей, глядя на себя в зеркало, – но и не повседневно».

Взглянув на часы, Матвей захватил немного денег и вышел из квартиры. Андрея еще не было, хотя прошло немногим более часа. Дождь едва моросил, что доставляло Матвею истинное наслаждение, но от мелких капель намокала рубашка, а это было недопустимо перед важной встречей. Впрочем, заходить назад Матвею не пришлось, так как машина Андрея показалась во дворе.

– Добрый вечер, – пожимая руку приятелю, сказал Андрей. – Извини, немного задержался. Заскочил в магазин приодеться немного.

– У меня все проще с этим, – оглядывая приятеля, ответил Матвей. – А что прикупил-то? Вроде все твое. Обновки не вижу.

– Да, увидеть проблематично. Просто обновил галстук, но этого вполне достаточно, чтобы чувствовать себя немного уверенней.

– Есть такое, но не суть. Рассказывай, как он на тебя вышел, – поинтересовался Матвей. – Хотелось бы быть немного готовым перед встречей. Гамильтон. Что за лорд такой? По голосу сколько ему примерно лет?

– Ты знаешь, – признался Андрей. – Я был так удивлен, что оставил это без внимания.

– А вот это напрасно, дорогой друг. Ты же знаешь, как в моем деле важны мелочи. А это далеко не мелочь. Я на скорую руку в Интернет залез перед выходом, но лордов Гамильтонов в поисковике оказалось трое. Это с учетом того, что было мало времени. Может, и намного больше.

– Интересно, – заметил Андрей. – Я думал, их единицы.

– Я немного знаю про наследственные титулы, но склоняюсь к мысли, что ты прав. Скорее всего, это просто родственники. Вот и получается, что возраст может быть любым. Даже 18-летний паренек может встречу назначить. Попал в какую-нибудь любовную интрижку и переживает, что отец негативно отреагирует. СМИ сейчас только дай повод. Раздуют так, вовек не отмоешься.

– Для меня это не так плохо, – немного подумав, ответил Андрей. – Это значительная часть моего дохода.

– Я же не говорю, хорошо это или плохо, – заметил Матвей. – Это факт. Реальность жизни. Не скажу, что мне это нравится… тем более, не возьмусь судить кого-либо. И да, косвенно я получаю от этого доход тоже.

Огни ночных улиц мелькали за окнами автомобиля. Матвей очень любил ездить в тишине, и Андрей, хорошо зная привычки приятеля, не спешил поддерживать угасающую беседу. Движение на дороге было очень оживленным, и они не могли ехать с большой скоростью. Мелкий дождь продолжал барабанить по стеклам машин, придавая тишине еще большую привлекательность. Однако насладиться сложившейся ситуацией в полной мере Матвею не удалось, так как они свернули с основной дороги и он понял, что гостиница уже близко.

– Я так понимаю, что мы почти у цели, – первым прервал молчание Матвей. – Да и по времени уже пора бы, иначе ты заехал бы пораньше.

– Совершенно верно, – согласился Андрей. – Несколько минут – и мы на месте. Вот это небольшое здание с остроугольной рельефной крышей по левую сторону и есть наш конечный пункт назначения.

Парковка была прямо на территории гостиницы, и усилившийся дождь не стал серьезной помехой для преодоления короткого пути. Уже при входе Матвей понял, почему именно эта гостиница привлекла внимание лорда. Стены здания были отделаны природным камнем темно-красного цвета с полным отсутствием резных элементов и каких-либо рисунков, что он разглядел, несмотря на слабое освещение фасада. Крыша, как уже отмечал Андрей, имела довольно приличный уклон, что вполне позволяло обустроить мансарду. Цветовая гамма черепицы гармонично сочеталась со стенами, подчеркивая сдержанный стиль здания. Небольшое крыльцо обвивали побеги дикого винограда, так же как и боковые колонны. Узкую аллею сопровождали роскошные кустарники и небольшие деревья, названия которых Матвей не знал, но по внешнему виду они напоминали молодую шелковицу. Вся эта строгость и консерватизм уж очень явно выдавали черты английской архитектуры уютной гостиницы с характерным названием «Уэльс».

При входе в вестибюль внимание Матвея сразу привлек аккуратный фонтан, который находился около столика администратора. Журчание воды и легкий аромат кофе ненавязчиво располагали к себе посетителей. Симпатичная девушка, подошедшая к ним и приветливо улыбающаяся, также вызывала чувство доверия.

– Чем могу помочь, господа? – поинтересовалась она.

– У нас здесь назначена встреча с одним джентльменом, – расстегивая пиджак, ответил Андрей.

– Разрешите поинтересоваться, с кем именно? И как вас представить?

– Я прошу прощения, – вмешался в разговор Матвей, – но уверен, вы прекрасно понимаете, с кем именно мы встречаемся. И в ваших же интересах, вернее, в интересах вашего отеля, будет не упоминать вслух имени этого господина. Прошу меня извинить за прямоту, я ни в коем случае не хотел вас обидеть, но уверен, что вы вполне компетентны для такого разговора.

– Разумеется, – ответила девушка, и ее искренняя улыбка стала искусственной.

«А изначально была подлинной, – отметил про себя Матвей. – Все-таки ей слышать это было неприятно. Странно. В таких заведениях персонал проходит определенную проверку и просто обязан адекватно реагировать на любые капризы клиентов. А тут… даже не каприз, а трезвый взгляд на происходящее. Ладно. Дело ее. Хотя нужно отметить этот факт на всякий случай. Позже поразмыслю».

Девушка предложила мужчинам присесть в кресла напротив фонтана, а сама поднялась по мраморной лестнице на верхний этаж. Не прошло и трех минут, как она вернулась.

– Прошу, пожалуйста, за мной, господа, – сделав едва заметный реверанс, сказала она.

Матвей с Андреем поднялись с кресел и пошли вверх по вышеупомянутой лестнице.

«Очень красивый отель, – думал Матвей, оставляя позади себя изумительной красоты кипарисы и пальмы приятного насыщенно-зеленого оттенка, которые располагались по обе стороны лестницы. Сверху, прикрепленные на массивных цепях в ониксовых горшках, свисали более мелкие хамедореи и диффенбахии. На фоне едва слышного журчания воды фонтана все это создавало впечатление такого комфорта и уюта, что хотелось посетить это место еще не один раз.

Поднявшись на верхний этаж, Матвей отметил наличие всего двух номеров. При этом они располагались довольно далеко друг от друга, каждый в отдельном крыле, что, несомненно, создавало дополнительный комфорт для посетителей.

– Пожалуйста, левое крыло, – указав направление легким движением руки, едва слышно сказала девушка и оставила молодых людей.

Подойдя к большой дубовой двери, Андрей постучал бронзовым кольцом, которое было продето через статуэтку льва, закрепленную посередине.

– Войдите, пожалуйста, – услышали мужчины за дверью голос с явным английским акцентом.

Они отворили дверь и погрузились в загадочный полумрак, только свет коридора нарушал таинственность, разжигавшую любопытство Матвея. В огромном каменном камине шумно гудели и потрескивали дрова, которые, по всей вероятности, были единственным источником освещения, что не мешало, однако, довольно хорошо различать все атрибуты номера.

«Разожжен минут пять назад, – отметил про себя Матвей. – Хозяин номера довольно пунктуальный и, вероятнее всего, хотел создать именно такую атмосферу таинственности».

– Рад приветствовать вас, друзья мои, в моем временном пристанище, – поприветствовал их лорд. – Меня зовут Вильтон. Лорд Вильтон Гамильтон. Вы не представляете, какую честь оказали мне, согласившись встретиться.

– Не меньшей честью это знакомство является и для нас, – протягивая лорду руку и немного поклонившись, представился Андрей. – А это мой давний друг Матвей Ворохов.

– Милорд, – коротко поприветствовал лорда Матвей, пожимая его руку, так же как и Андрей, немного прижав подбородок к шее, подчеркивая уважение к высокому титулу. – Надеюсь, наша встреча будет очень продуктивной и полезной для обеих сторон.

– Я в этом нисколько не сомневаюсь, – ответил лорд. – В противном случае я бы никогда не обратился в организацию мистера Кронова. Давайте присядем у камина, друзья мои, чтобы наша беседа протекала более плодотворно.

– Прошу меня извинить, – усаживаясь в кресло, продолжил лорд, – но, как я уже отметил, я никогда не обратился бы к вам, мистер Кронов, если бы мне не сообщили о ваших дружественных отношениях с мистером Вороховым. Я хотел выйти напрямую на него, однако это оказалось довольно сложно, ведь мои возможности в чужой стране ограничены.

– Я привык к подобному рода повороту событий, – улыбаясь, ответил Андрей. – Матвей мой давний друг. Таких друзей нельзя приобрести или купить. Это друг детства. Такая дружба дорогого стоит. А понять вас несложно. Репутация и послужной список Матвея говорят сами за себя.

– Именно, – воскликнул лорд. – В таком деле, которое я хочу вам доверить, необходимы простота вашего товарища, его сила, наблюдательность, склонность к анализу, которые достойны самой высокой похвалы и награды. Итак, господа, перейдем к делу. Что вы слышали о Саксайуамане? – обратившись к Матвею, поинтересовался лорд.

– Немного, – слегка поразмыслив, признался Матвей. – Знаю, что это остатки какого-то укрепления или храма в Перу. Город назвать не могу. Также слышал, современные ученые до сих пор не могут объяснить, как именно были сложены такие огромные блоки.

– Ну что ж, – довольно сказал лорд. – Теперь я уверен, что не зря обратился к вам. Многие даже представления не имеют об этом поистине уникальном чуде света. Кстати, я только что из Куско. Именно этот город в Перу сохранил уникальный памятник древней цивилизации, которая, несомненно, превосходила нас в своем развитии. Как только вы увидите вживую эти глыбы, идеально подогнанные друг к другу безо всякого связующего вещества, то поймете, что наши знания нуждаются в срочном совершенствовании. Именно об этом, кстати, я и хочу вас попросить.

– Исследовать Саксайуаман? – уточнил Матвей.

– Не совсем так, – ответил лорд, вставая с кресла и подбрасывая в камин несколько поленьев. – Для того чтобы исследовать Саксайуаман, мне не нужен такой опытный и дорогой наемник. Саксайуаман – это лишь разрушенные остатки грандиозных построек древности, но неподалеку, в глухой чаще джунглей, находятся уцелевшие строения. Их невозможно рассмотреть со спутника, потому что деревья там невероятно высокие и поглотили эти грандиозные сооружения. Войти же в чащу крайне сложно. Дикие звери, а самое главное – коренные жители тех земель строго охраняют эту тайну. Вот поэтому я готов тратить большие деньги, чтобы получить результаты исследований.

Лорд на минуту умолк, давая мужчинам возможность вдуматься в смысл его слов, а потом добавил:

– Люблю огонь. Когда смотришь, как горят поленья, задумываешься о вечном.

После этих слов Матвей полностью сконцентрировал свое внимание на лорде. И на этот раз чутье не подвело его. Конечно, ему было не восемнадцать лет, но и больше двадцати шести Вильтону нельзя было дать. Рост не более ста восьмидесяти сантиметров, худощавый, однако довольно крепкий. Красивые и благородные черты лица говорили о знатном происхождении.

«А ведь совсем молодой, – пронеслось в голове у Матвея. – Странно, обычно в таком возрасте мысли направлены в другое русло. Может, он просто исполнитель, а заказчик – более серьезный ценитель древности. Хотя смысл? Лорд ведь. И его мысли. Огонь. Нет. Он однозначно действует от своего имени. И далеко не один я такой, кто в простых природных явлениях не просто видит красоту, а пытается через них приоткрыть замысел всего сущего».

– Огонь, вода, ветер, – задумчиво произнес Матвей. – Все это заставляет нас почувствовать себя чем-то высшим, чем-то большим, чем простое смертное творение, если, конечно, сконцентрировать на этом свое внимание.

Теперь настала очередь лорда сосредоточить свое внимание на Матвее. Казалось, что он производит точно такой же анализ, как минуту назад производил Матвей. Лорд не смотрел в глаза Матвея, чтобы не выдавать чрезмерную заинтересованность, а направлял взгляд немного ниже подбородка, который как бы проходил через Матвея насквозь. Никто не смел нарушить наступившую тишину. Андрей давно уже ничего не говорил, а только переводил взгляд с лорда на огонь и с огня на Матвея. Сам Матвей был несколько озадачен, так как обычно именно он проводил такой анализ с людьми, теперь же ему пришлось побывать в роли «обследуемого».

«Хорошо, что я это чувствую, – подумал Матвей. – Но не буду мешать ему закончить анализ. Может, поделится соображениями, и я узнаю что-нибудь новенькое о себе?»

Некоторое время спустя легкое напряжение, которое будоражило душу Матвея, спало, и он понял, что лорд закончил свои наблюдения. Однако тишину никто не спешил нарушать. Матвей осознал, что поставил лорда в неудобное положение, и поспешил исправить ситуацию.

– Итак, милорд. В чем именно заключается наша миссия? Ведь я должен буду поехать туда не просто посмотреть. Что конкретно вас интересует? Артефакты, письмена, а может, проверка легенд?

– Все, что вы перечислили, очень интересно и важно, – оторвав взгляд от камина, ответил лорд, – но это лишь детали и инструменты для достижения конечной цели. Самое важное – это решение задачи. Как именно были возведены эти строения? Самое важное – это технология. Для начала нужно найти их и точно указать координаты расположения. После этого обследуйте развалины и попытайтесь понять, как они были построены. Я понимаю, что задача крайне сложная. Весь ученый мир трудится над ее решением. Но тут нужны нестандартные методы исследования. Именно поэтому я и обращаюсь к вам. Если даже не получится выяснить технологию постройки, исследуйте эти развалины и скажите мне, когда они были возведены. Это вполне реальная задача. Я уверен, что ученые легко определили их возраст, просто говорить об этом… назовем это так, боятся. Я ясно изложил свои мысли, джентльмены?

– Вполне, – ответили в один голос Андрей с Матвеем.

– Задача ясна и понятна, – уже один продолжал Матвей. – Мне очень интересно взяться за такое дело. Необходимо только просчитать финансовую сторону вопроса. Это мы обсудим после сбора всей информации, от которой будут зависеть количество участников группы и необходимый маршрут.

– Уверяю вас, господа, считать ничего не нужно, – заверил лорд. – Триста тысяч долларов на билеты и экипировку. Если результат экспедиции нулевой – остаток средств остается у вас. Результаты и все соображения, конечно, полностью мне изложите. Если установите реальный возраст построек с неопровержимыми доказательствами – получите дополнительно полмиллиона долларов. Если же добудете технологию и продемонстрируете воссоздание постройки, ваш финансовый счет пополнится на три миллиона долларов. Такая формулировка устраивает?

– Однозначно, – ответил Матвей после вопросительного взгляда Андрея. – Уверен, первоначальной суммы хватит на 2–3 месяца работы и проживания в Куско. Если за это время мы ничего не найдем, то спокойно вернемся домой. Если…

– Я прошу прощения, – прервал размышления Матвея лорд, – но ваш путь из Куско домой вам однозначно придется проделать через Лондон, так как я буду находиться там, а отчет мне нужен из первых рук.

– Как скажете, милорд, – согласился Матвей. – Итак, если увижу, что экспедицию необходимо будет продлить, я свяжусь с вами и поделюсь своими соображениями. Дальнейшее решение будете принимать вы, исходя от полученной информации.

– Хорошо, – ответил лорд. – Но если возникнет необходимость в консультации по дальнейшему развитию экспедиции, а соответственно, в дополнительном инвестировании, вам нужно будет лететь в Лондон. Это не займет много времени. Любые телефонные разговоры просто недопустимы в таком деле. Тот номер, по которому я связывался с вами, мистер Кронов, – обращаясь к Андрею, сказал лорд, – уже уничтожен. Поэтому любые технические вопросы, в том числе и вопросы оплаты, вы будете решать с моим доверенным лицом – мистером Ламбертом. Он сам свяжется с вами через час после моего отлета в Лондон.

– Все понятно, – вставая с кресла, сказал Матвей. – Я думаю, у нас больше нет вопросов друг к другу.

– Скажите только, какой примерный срок отлета в Южную Америку, и я не смею вас задерживать.

– Обычно сбор и обработка информации занимают около недели, – немного подумав, ответил Матвей. – Но чтобы работа была более продуктивной, я послезавтра отправлюсь в Испанию, а оттуда поплыву на корабле в Бразилию. Корабль плывет около недели, что даст возможность обдумать все детали. Кроме того, путешествие на морском лайнере, вдали от земли, очень плодотворно влияет на мыслительный процесс.

– Уверен, что это так, – одобрительно кивнул лорд. – Теперь не смею вас задерживать.

Пожав лорду руку, друзья вышли из номера. Свет в коридоре слепил глаза после таинственной обстановки в номере лорда. Спустившись на нижний этаж, они попрощались с девушкой, предварительно взяв визитные карточки отеля.

– Уверен, у вас один из самых спокойных и красивых отелей в Европе, – сказал на прощание Матвей. – Поверьте, я был во многих подобных заведениях. Если знакомые будут интересоваться, я обязательно порекомендую ваш отель.

– Благодарю, – искренне улыбнулась девушка и снова склонилась в небольшом реверансе.

Выйдя из вестибюля, они сели в машину и покинули территорию отеля.

– Итак, – начал беседу Андрей, – с чего начнем?

– Боюсь, дорогой друг, ты не сможешь мне помочь в этом деле. Всю необходимую информацию я получил. Когда с тобой свяжется представитель лорда, скажешь ему, на какие счета перекинуть деньги. Себе оставишь десять процентов, то есть тридцать тысяч. Теперь по поводу остальных денег. Считай, что полмиллиона у нас в кармане. Определить реальный возраст камня не составляет большого труда. Для этого я возьму с собой профессора и заодно моего друга Линду Чижевскую. Думаю, ты ее не знаешь. Хотя перед отъездом мы исправим это. А вот по поводу технологии постройки, скажу, не скрывая, шансы не слишком большие. Хотя поверь, я сделаю все от меня зависящее, чтобы раскрыть эту тайну. Даже не из-за денег. Тут уже спортивный интерес.

– Я не сомневаюсь в тебе, – не отрывая взгляда от дороги, ответил Андрей. – Ты думаешь, тебе может не хватить трех месяцев для работы?

– Возможно все. Южная Америка хранит столько загадок, что можно не выезжать оттуда годами. Я знаю три группы, которые работают там больше года, так что три месяца – это небольшой срок. Кстати, я собираюсь посетить одну из них, хотя они и занимаются абсолютно другими вещами, но уже вполне владеют местными диалектами, что немаловажно. Для сбора легенд придется общаться с местными жителями. Кто лучше них знает традиции и предания своих земель? Самое главное – расположить их к себе или же заинтересовать чем-либо, но более ценно понять, о чем они говорят. На испанском, ты знаешь, я довольно неплохо изъясняюсь, однако диалектов там великое множество: мапудунгун, кечуа и аймара являются самыми распространенными. А уж сколько их вообще, думаю, не знает никто. Хотя, скорее всего, они очень похожи между собой, поэтому во время плавания мне скучать не придется.

– Вы поедете вдвоем или тебе понадобится более обширная команда? – поинтересовался Андрей. – Тебя домой, кстати, завезти или в твою берлогу?

– Домой, конечно, – поспешил сориентировать друга Матвей, так как выбор дороги необходимо было сделать быстро. – А насчет группы, – ответил он, немного поразмыслив, – мне вполне хватит Линды. Лорд поставил очень конкретные задачи. Кто мне еще может понадобиться? Экипировку я подберу, а у Линды есть все необходимые приборы для проведения анализов. Нужно, кстати, получить разрешение на их транспортировку, а для этого мне понадобятся наличные деньги, так как наша экспедиция носит неофициальный характер.

– Все будет, – коротко ответил Андрей, сворачивая в переулок, где находилась квартира Матвея. – Сегодня давай отдыхать, а как только со мной свяжется представитель лорда… как его там?

– Мистер Ламберт, – подсказал Матвей.

– Да, именно, – кивнул Андрей. – Когда мистер Ламберт свяжется со мной и мы утрясем все детали, я сразу тебе сообщу.

– Договорились, – закрывая дверцу машины, сказал Матвей. – Доброй ночи.

– И тебе доброй ночи, – включая легкую музыку, попрощался Андрей.

2

Поднявшись к себе домой, Матвей принял ванну и лег в постель. Однако сон не спешил окутывать его своим одеялом. Его внимание было всецело поглощено предстоящей поездкой, предсказывающей острые ощущения и неплохой заработок.

«Это я, конечно, лихо сказал Андрею, что хватит одного человека, – думал Матвей. – Как бы не пришлось пожалеть потом. Кто знает, какие тайны хранит эта невиданная земля? К тому же придется иметь дело с людьми, находящимися далеко от цивилизации. Но самое важное, у Линды будет своя работа, у меня – своя. Я буду довольно часто оставлять ее саму, а рисковать ее жизнью ни в коем случае не собираюсь. А если так, то просто необходим еще один человек. Я одиночка, и помощник может лишь помешать мне, поэтому Линда пускай выберет себе любого ассистента, какого пожелает».

Приняв такое решение, Матвей немного успокоился. Но до сна было очень далеко. Его умственная деятельность и разыгравшаяся фантазия раскручивались и росли в геометрической прогрессии. Он мысленно перенесся в место, где находились уцелевшие остатки древних строений. Среди девственных тропических лесов, нетронутых человеком, расположились огромные цельные каменные блоки, обросшие побегами вьющихся растений. Матвей бродил по тропинке, которая обвивала весь комплекс строений и постепенно уводила его в глубину джунглей. Легкие трели птиц были настолько реалистичны, что Матвей потерял грань между сном и реальностью. Теперь его внимание было полностью сконцентрировано на новых ощущениях, которые были поистине впечатляющими. Кроме пения птиц, окружающее пространство периодически насыщалось шелестом листвы при ее нежном соприкосновении с ветром. В эти моменты затихал и крик обезьян, и отдаленный рев дикий зверей, как будто и они наслаждались такой редкой музыкой ветра. А между тем, приятная прохлада леса манила все дальше и дальше по уже еле заметной тропинке. Без всякого чувства страха Матвей углублялся в глубину чащи, наслаждаясь вновь открывающимися пейзажами. Вековые деревья, располагавшиеся по обе стороны тропы, были настолько величественны, что опустившиеся облака окутывали их вершины своей непроглядной мглой. Однако это не мешало заходящему солнцу пробиваться через листву, создавая ступенчатую иллюзорность окружающего пространства. Казалось, что все это великолепие – один целый организм, а все деревья, животные и насекомые – лишь его составные части.

Постепенно тропа привела его к журчащей речушке, и шум воды слился воедино с пением птиц, шелестом листвы, стрекотом насекомых и едва слышным ревом зверей. Это завораживало. Это было слаще самых сильных ощущений, которые Матвей испытывал в реальной жизни. Казалось, он не шел, а парил над этим величием джунглей. Ощущение возникшей легкости тела было сравнимо с состоянием невесомости, которое Матвею доводилось испытывать ранее по долгу службы.

Немного освоившись, Матвей стал замечать, что вечно зеленые растения окутывают собой величественные постройки, сооруженные из цельных каменных блоков. Сочные плоды этих растений, которые можно было потрогать рукой, так и манили к себе, но в этом мире они представляли собой ценность только из-за сладостного запаха, который вдохновлял и насыщал путников этой загадочной тропы. Вдыхая тончайший аромат плодов, Матвей чувствовал огромный прилив сил. Он ощущал свое могущество. Стоило только захотеть – и он мог сдвинуть с места эти вековые глыбы. Не просто сдвинуть. Он мог разнести их на мельчайшие части. Границ просто не существовало. И Матвей чувствовал их энергию. Энергию камней. Вне всякого сомнения, здесь они были живые и преклонялись перед гуляющим среди них властелином. Матвей это явно ощущал. Это было незабываемо. Он прилег на шелковый ковер вечнозеленой травы и закрыл глаза, чтобы попробовать пообщаться с этим новым миром, но вместо сказочных ощущений оказался в своей квартире, лежащим на обычной кровати.

– Нет, нет, – ужаснулся Матвей, – этого мало.

Быстро закрыв глаза, он опять оказался там, среди живых, излучающих энергию вековых строений. Ощущение двойственной реальности было выше понимания Матвея. Он мог находиться и тут и там. Чувствуя себя полубогом, не вставая с травяного ковра, он вновь закрывал глаза и превращался в калеку, который был в состоянии передвигаться только вперед и назад. Поспешно вернувшись в мир грез, он стремился более детально рассмотреть каменные постройки.

Расположение и форма столь грандиозных строений не вызывали сомнения в их рукотворном происхождении. Отчетливо выделялись окна, которые облюбовали несметные полчища обезьян. Безусловно, воображение Матвея нарисовало ему целый брошенный город, который, судя по безграничным размерам, населяла целая цивилизация, давно канувшая в бездне времени…

Будильник на мобильном телефоне прервал иллюзорный мир, вернув Матвея к суровой реальности его нахождения в тесной квартирке. По сравнению с пережитыми ощущениями он чувствовал себя таким обессиленным, что даже на мгновение не мог приблизиться к вожделенному забвению.

– Ладно, – немного придя в себя, пробурчал он. – Еще успею насладиться. Все-таки интересно, от чего зависят такие яркие и красочные сны? Тут я себя экспертом никак назвать не могу. Вот закончу обследование руин и обращусь к специалистам в этой области. Попробуем вместе разобраться, покрутить, скажем так, эти ситуации.

Смирившись с потерянными возможностями, Матвей опять обрел нерушимую силу воли и мощную энергетику физического мира. Мгновенно набросав план на сегодняшний день, он бросил взгляд на часы.

– Вполне прилично для звонка, – немного поразмыслил Матвей, набирая номер Линды.

– Доброе утро, Матвей, – услышал он из трубки нежный женский голос.

– Доброе утро, Линда, – поприветствовал профессора Матвей. – Прошу прощения за столь ранний звонок, но дело очень спешное и не терпит отлагательств.

– Почему-то я не удивлена, – рассмеялась Линда. – Это твой фирменный подчерк. Быстро, все и сразу. В этот раз тоже работаем на опережение?

– Нет. Сейчас все гораздо спокойней. Единственное, что нужно, так это выехать как можно раньше, а сама работа довольно кропотливая и взвешенная.

– Я заинтригована, – без ложной скромности призналась девушка. – Сейчас просветишь или нужно встретиться?

– Ты же знаешь, я не люблю лишней болтовни по телефону, – ответил Матвей. – Тебе с утра удобно или будешь занята?

– Я занята всегда, ты же знаешь мою любовь к своей профессии. Но для тебя я отменю все. Моя работа, к сожалению, не приносит ожидаемых доходов, а в этом плане ты меня никогда не разочаровывал.

– Это обнадеживает, – рассмеялся Матвей. – Тем более что мое задание, которое может стать общим, дает перспективы очень приличного дохода, разумеется, исходя от результата. Мне подъехать к тебе или позавтракаем в ресторане?

– Ты в самом деле думаешь, что девушка может отказать тебе при приглашении в ресторан? – опять рассмеялась Линда. – Помнишь хоть один случай?

– Кого мне приглашать, кроме тебя? – удивился Матвей. – Я очень ценю нашу дружбу, поверь. За такую искреннюю дружбу… вот так, без отношений, как у нас, я готов отдать многое хотя бы из-за того, что такое встречается довольно редко. Я, во всяком случае, не встречал.

– Да ладно тебе распыляться, – не без удовольствия ответила девушка. – Куда ехать?

– Обижаешь, – ответил Матвей. – Я заеду к тебе через час. Успеешь собраться?

– Конечно, – ответила Линда. – Ожидаю.

Матвей встал с кровати и сразу направился к шведской стенке, расположенной прямо в спальной комнате. Эту привычку он выработал еще со школьных времен, и нужно заметить, что она не раз выручала его. После пятнадцатиминутной тренировки он вызвал такси и направился в ванну.

Серое утро окутывало еще тихий город, когда Матвей ехал в машине. За ночь небо полностью отдало земле остатки воды, оставив ее на проезжей части, что немного замедляло передвижение.

– Будьте любезны, выключите, пожалуйста, музыку, – попросил Матвей водителя.

– Любите тишину? – понимающе кивнул водитель, прикручивая громкость.

– Да, – задумчиво ответил он. – Такая погода дает возможность насладиться хорошей поездкой. Кроме того, сейчас есть над чем поразмыслить.

Водитель не смел больше отвлекать Матвея, что дало ему возможность сосредоточиться на предстоящей беседе с Линдой. Продумав основные детали разговора, он удобно расположился на заднем сиденье авто и сконцентрировал свой взгляд на мелькавших за окном предметах. Многоэтажные дома утопали в зелени густо насаженных деревьев и кустарников, среди которых уже начинали появляться первые пешеходы.

«Рано или поздно все это превратится в джунгли, – думал Матвей. – Деревья полностью захватят свою территорию, постройки разрушатся и станет все так, как было давным-давно до нас, современных людей. Дикие животные опять вернутся сюда и будут властвовать на своей земле. А еще через время те, кто удостоен интеллекта, будут с опаской шагать тут и пытаться понять нас. Нашу природу, архитектуру, мысли. Изначально исследователи будут восторгаться и недоумевать, как можно соорудить такие высокие и грандиозные здания. А немногим позже возникнут недопонимание и ухмылки от такой примитивной логики мышления, как наша. Хотя это довольно оптимистичный прогноз, вполне возможно, наиболее привлекательный для нашей родной планеты. Может быть, все это будет погребено под тоннами песка и пыли, куда не сможет добраться ни один живой организм. Может, будет покоиться на дне океана, а наши дома станут пристанищем для невиданных существ, плавающих среди них. А со временем, возможно, все это погрузится в вековые льды, которые сохранят память о нас на многие тысячелетия. Да. Все это уже было. Есть сейчас. И опять повторится. Сколько раз? Скорее всего, и мудрейшие не найдут ответа».

Автомобиль тем временем приблизился к месту назначения, и волей-неволей водителю пришлось вывести своего клиента из философских рассуждений.

– Подъезжаем, – сказал он коротко. – Это конечный пункт назначения или есть еще пожелания?

– Однозначно есть, – выходя из состояния погруженности в себя, ответил Матвей. – Ждите здесь. Минут через десять я спущусь со своей спутницей и вы отвезете нас в ресторан «Хамелеон». Это недалеко. Знаете?

– Конечно, – кивнул водитель. – Буду ждать.

– Спасибо, – бросил на ходу Матвей водителю, выходя из машины.

Поднявшись на третий этаж, Матвей позвонил в дверь. Линда не заставила себя долго ждать.

– Доброе утро, – приветливо сказала она. – Входи, пожалуйста, я почти готова.

– Шикарно выглядишь, – целуя руку девушки, сказал Матвей. – Впрочем, как всегда.

– Нужно же держать марку с таким мужчиной, как ты, – рассмеялась Линда, немного покраснев. – Присядь пока на диван. Я скоро.

Не успел нижний край выглядывавшего из-за облаков солнца показаться над горизонтом, как они уже подъехали к ресторану, который, в отличие от других, открывался с самого утра, что было весьма кстати.

– Итак, – сказала Линда, присаживаясь за столик. – Я вся сгораю от нетерпения.

– Поверь, я и сам спешу поделиться информацией, – ответил Матвей, – но давай сначала закажем перекусить что-нибудь, потому что сегодня мы, вероятно, уже не сможем нормально поесть.

– Заказывай, конечно, – кивнула Линда. – Мне лишь стакан апельсинового сока.

– Хорошую порцию креветок и графин свежего апельсинового сока, – обратился Матвей к ожидающему их официанту.

– А ты не боишься заказывать вот так, без предупреждения, – с опаской спросила Линда. – Я не хочу видеть тебя таким, как в прошлый раз.

– Спасибо за напоминание, Линда. Я частый гость тут, и они знают о моем недуге. Все, что я заказываю тут, приправляют лишь солью, безо всяких приправ, поэтому проблем не возникнет.

– Это хорошо, – с облегчением сказала она. – Ты с тех пор так и не обращался к врачам?

– Все говорят одно и то же: либо лекарства, либо исключение тех продуктов, на которые у меня аллергия. Продукты я исключил, а вот против сезонной аллергии не спасает ничего, даже лекарства.

– Если учесть, что на определенные продукты у тебя самая сильная реакция, то исключение не так уж плохо, хотя и жалко, конечно. Столько полезных продуктов исключать из рациона, наверное, нелегко.

– Когда вспоминаешь о предыдущих приступах, не так уж и сложно, – ответил Матвей и улыбнулся. – Но не будем о грустном, мы ведь не для этого сюда приехали.

– Я уже говорила, что ты сильно заинтриговал, просто вспомнила наш прошлый поход в ресторан.

– Да, – задумчиво произнес Матвей. – Вспоминать печально. Но больше не томлю, перейдем к делу. Поступил заказ на исследование древних построек в Южной Америке. Не вызывает сомнений, что они – не творения нашей матушки-природы. Однозначно их возводили разумные существа. Отсюда и возникающие задачи. Первое и самое необходимое – узнать их истинный возраст. Когда именно они были построены? Для этого ты мне, собственно, и нужна. Второе – определить их назначение, а также попробовать выяснить технологию постройки. Тут я уже буду работать сам, хотя не исключаю, что твой ясный ум и в этом вопросе может оказать неоценимую помощь.

– Южная Америка, – задумчиво произнесла девушка, как бы вспоминая что-то. – Южная Америка.

– Что-то смущает? – насторожился Матвей. – Умоляю, скажи, что согласна. Ты мне очень нужна.

– Смущает?! – воскликнула Линда. – Да это же мечта любого археолога. Ты же сам прекрасно знаешь, сколько тайн хранит эта загадочная земля.

– Это верно, – согласился Матвей. – И чтобы разгадать их, придется тесно общаться с местными племенами, которых до сих пор не сломила цивилизация.

– Не страшно? – загадочно улыбнулась девушка.

– Ты о чем? – поинтересовался Матвей. – Ты что, не знаешь меня?

– Тебя-то я знаю очень хорошо и уверена, что ты не боишься ни смерти, ни пыток. А вот то, что хорошо знаешь предания Южной Америки, не уверена. Там есть вещи пострашнее смерти.

– С этого места подробнее, пожалуйста, – предвкушая новые ощущения, попросил Матвей.

– Хорошо. Ты вполне устойчивый молодой человек. Уверена, справишься. Ты слышал что-нибудь о профессоре археологии Матвиенко?

– Так он даже книгу издал, если не ошибаюсь, – немного поразмыслив, ответил Матвей. – Очень серьезный ученый.

– Это верно, – ответила Линда. – Но, кроме всего прочего, он был моим наставником. Однажды вечером он позвонил и попросил приехать. То, что я услышала из его уст, было выше моего понимания, однако не доверять ему не было ни одной предпосылки. Международная группа под его руководством находились в Перу. Там они собирали подтверждение всяких легенд и сказаний. Однажды вечером один из местных шаманов показал ему растение, которое не имело названия. Индеец сказал, чтобы Иван Григорьевич разделся и полностью натерся им. После этого он отправил его гулять в лес, предварительно попросив держать глаза открытыми, а уши навостренными. Результат впечатлял. Было уже очень темно, однако он видел все гораздо лучше, чем при дневном свете. Соприкосновение сока растения с телом убаюкивающее действовало на его рациональный разум, в то же время обостряя все чувства, заставляя чувствовать себя диким зверем. Он говорил, что это ощущение невозможно сравнить ни с какими удовольствиями, которые дает наш физический мир. Это растение давало ему столько жизненной плодородной силы, а его энергия наполняла тело до самых краев, что позволяло ему делиться ею со всем окружающим. Он уже не чувствовал себя индивидом, а ощущал себя неотъемлемой частью того мира. Иван Григорьевич явно видел энергетические потоки, протекающие сквозь него, которые выедали его всего без остатка, одновременно насыщая до предела. Спустя некоторое время к нему подошел индеец и попросил помочь наловить рыбы для детей. Они отправились вместе на реку. Ивану Григорьевичу не составило большого труда поймать рыбу – она сама приплыла к нему. Но взяв ее в руки, он заплакал, чувствуя себя частью их мира, и отпустил ее.

Матвей задумался. Это сильно явно напоминало его сегодняшний сон.

– Похоже на действие психотропного зелья, – сообщил он Линде. – Да. Я слышал о них и что они очень распространены среди шаманов. Спасибо тебе за ценные сведения. Нашу поездку придется немного отложить. Я должен встретиться с твоим наставником. Это поможет сэкономить нам некоторое время.

– А вот этого сделать не удастся, – с горечью проговорила Линда. – Через месяц после его рассказа о поездке он уехал на Тибет паломником. Прошло более двух лет, а с тех пор о нем никто не слышал и его не видел.

– Понятно. А чего переживаешь? Что паломником тоже уеду?

– Это не повод для иронии, – серьезно сказала Линда. – Люди полностью меняются, возвращаясь оттуда.

– Спасибо тебе, Линда, – так же очень серьезно ответил Матвей. – Это действительно ценные сведения, и очень жаль, что мы не сможем встретиться с твоим наставником. А теперь к делу. Ты согласна поехать?

– Спрашиваешь! – ухмыльнулась Линда. – Еду однозначно.

– Это просто прекрасно, – удобно откинувшись на спинку кресла, сказал Матвей. – Сколько времени тебе нужно, что бы закончить дела?

– Думаю, немного. У меня сейчас очень хороший ассистент, а в настоящий момент нет дел, которые он не потянет.

– Отлично, – обрадовался Матвей. – Итак, нам нужны твои приборы. Я переживаю, что мы не успеем собрать все необходимые документы для их транспортировки в Южную Америку, потому что я настраиваюсь на выезд завтра, максимум послезавтра.

– Если сильно захотеть, – возразила Линда, – можно решить эту задачу. Если на мне не будет больше никаких дел.

– Это самое основное, – удовлетворительно кивнул Матвей. – Теперь скажи мне, какой их примерный вес. От этого зависит, возьмем мы их с собой или отправим грузовым самолетом.

– Они не слишком тяжелые и громоздкие, – ответила Линда. – В основном это реактивы. У меня есть свои методы работы. А сколько, кстати, нас будет в команде?

– Это второй очень важный вопрос, – ответил Матвей, – решение которого всецело зависит от тебя. На первой стадии я немного помогу тебе, и мы сможем работать вместе, определяя возраст построек. Однако впоследствии мы вынуждены будем разделиться, потому что для определения технологии возведения строений я буду вынужден, как уже говорил тебе, углубиться в джунгли. Ты же останешься одна. Вот этого я не хочу. Поэтому выбери, пожалуйста, себе любого помощника, которого сочтешь нужным.

– Рискуешь остаться вообще без команды, – обиделась Линда. – Сделаем необходимый анализ и пойдем, куда сочтешь нужным, вдвоем. Что я, по-твоему, обузой буду?

– Прости меня за прямоту, – возразил Матвей, – обуза – это не совсем правильное слово. Поверь, я был в ситуациях, где мог выжить только один. Будь со мной напарник даже моего уровня, мы бы остались там на века. И таких ситуаций было несколько. Поэтому я одиночка. У меня мало навыков коллективной работы.

– Понятно, – совсем поникнув, ответила Линда. – Если честно, я не знаю, кому могла бы доверять так, как тебе. Вот и выходит, что брать мне некого.

– Ладно, не падаем духом, – бодро сказал Матвей. – Немного изменим наш план. Едем вдвоем. Проводим осмотр местности. Определяем возраст. Сколько, кстати, это займет времени?

– Сказать однозначно нельзя, – оживилась Линда. – Многое будет зависеть от разных факторов. Кроме химического анализа в разных местах исследуемого объекта, нужно будет обращать внимание на надписи, письмена. От этого зависят пробы. Также нужно будет анализировать климатические условия той местности в разные временные отрезки.

– Это возможно? – перебил ее Матвей.

– Наука не стоит на месте, – с видом знатока сказала Линда. – Это не только возможно, но и даже не представляет особых трудностей. Только нужны тщательный визуальный осмотр и кропотливый анализ всех тонкостей. Любая мелочь может оказаться решающей. Если взять средние сроки подобных работ, то недели за три мы вдвоем справимся.

– Великолепно, – воодушевленно подхватил Матвей. – А я в это же время буду осматриваться и налаживать необходимые контакты. Здесь, как ты говоришь, также будет важна каждая мелочь, а какая будет иметь решающее значение, сразу и не рассмотришь. Значит, едем вдвоем. Я занимаюсь билетами и экипировкой, а ты – подготовкой оборудования и разрешением на его транспортировку. Вечером созваниваемся для обсуждения и корректировки дальнейших планов.

– Мне нужно будет немного наличных денег для приобретения некоторых реактивов и оформления рабочей визы на вывоз оборудования. Как мы будем ехать, кстати? Это необходимо знать для получения документов.

– Ориентировочно наш маршрут пройдет через Португалию, куда мы послезавтра вылетим самолетом, – сообщил Матвей Линде. – Оттуда на корабле отправимся в Бразилию, а там не составит труда углубиться в материк.

– О, – с нескрываемым удовольствием протянула Линда. – Это просто великолепно. Круиз через Атлантический океан – просто мечта. Но ведь это очень дорого, да и время потеряем. Почему именно так?

– Ты же знаешь, что испанский я знаю довольно неплохо, и большинство населения Южной Америки говорит на его разновидностях. Пока мы будем плыть, я смогу выучить три, а может, четыре основных диалекта. Шум волн создает отличительную атмосферу для обучения, а также для отдыха. Я недавно закончил одно дело и планировал отдохнуть, но от таких предложений, как это, не отказываются. Тем более что оно как раз по твоей части.

– Благодарю, Матвей, – с уважением ответила Линда. – Шанса съездить туда может и не представиться. Это действительно серьезная поездка, которая даст мне довольно много материала.

– Я надеюсь, ты понимаешь, что все наши результаты закрыты для научного сообщества, – серьезно посмотрев в глаза девушки, сообщил Матвей. – Это частное поручение, и заказчик платит огромные деньги именно за то, чтобы результаты не попали в руки общественности.

– Конечно, – спокойно ответила Линда. – Но результаты и выводы могут косвенно пригодиться мне для дальнейших работ, я не буду упоминать о данной экспедиции.

– Это отлично, – успокоился Матвей. – Всегда приятно работать не только за деньги, но и просто потому, что это нравится, разве нет?

– Однозначно, – согласилась Линда. – Иначе твоя профессия не имеет смысла. Кроме того, если ты не увлечен, то вряд ли покоришь вершины.

– Согласен, – кивнул Матвей. – Теперь, когда все рабочие моменты мы обсудили, можно сосредоточиться на креветках. Очень люблю, как их тут готовят. Уверен, что их не варят, а лишь слегка обжаривают, отчего они остаются нежными. Я сам так делаю.

– Раньше не мог сказать, – улыбнулась Линда. – Мы не слишком упадем в грязь лицом, если я стащу с твоей тарелки парочку, а то от твоей рекламы аж слюнки потекли.

– Опозоримся однозначно, – шепотом ответил он. – Бери.

Матвей протянул девушке на вилке одну очищенную креветку, наблюдая за выражение ее лица.

– Это просто великолепно, – воскликнула Линда. – И ты умеешь так готовить?

– Все гениальное просто, – ответил Матвей. – Я не любитель кулинарных шедевров, поэтому готовлю самые простые блюда. Вот они и получаются действительно вкусными.

– Ничего подобного даже не пробовала. Если доведется, покажешь, как приготовить такую красоту. Обязательно включу в свой рацион.

– Давай закажу тебе, – предложил Матвей. – Ты же видела, они быстро приготовили.

– Спасибо, Матвей. Хорошего понемногу. Давай закругляться, а то сегодня действительно много работы. Пока дела передам, потом документами займусь на оборудование. Это не так просто.

– Согласен, – ответил он, заканчивая со своей порцией. – Тебе вызвать такси?

– Нет. Отсюда недалеко к моей работе. Я сначала заскочу туда, а потом уже оттуда вызову машину.

– Хорошо, пойдем, я немного проведу тебя, – вставая из-за столика, ответил Матвей.

Расплатившись и поблагодарив официанта, они вышли из гостеприимного заведения на улицу. Попрощавшись с Линдой, Матвей решил немного пройтись пешком, так как до разговора с Андреем он не мог предпринимать никаких действий. Тучи давно развеялись и ярко светило солнце, совершенно не оставив следов дождя на дорожке, что делало прогулку Матвея более приятной. Не пройдя и сотни шагов, Матвей услышал телефонный звонок.

– Добрый день, – услышал Матвей в трубке запыхавшийся голос друга. – Все утро мотался. Познакомился с доверенным лицом нашего клиента мистером Ламбертом.

– Как прошло? – спокойно спросил Матвей.

– Не поверишь. Его русский оказался немного лучше моего английского. Но в итоге разобрались. Ему, как и мне, сложно говорить, а понимаем мы неплохо. Вот и приспособились: он говорит на английском, а я – на русском. Итог – деньги на твоих счетах.

– Это стандартная практика общения, кстати, очень эффективная, – согласился Матвей.

– Проверь, пожалуйста, поступление средств и сразу перезвони мне, если возникли проблемы. Если все нормально, можешь не звонить.

– Конечно, сейчас проверю. Времени у нас очень мало.

– У нас? – удивился Андрей. – Ты сказал, что моя миссия заканчивается после финансовых вопросов.

– Да, прости, – ответил Матвей. – Все верно. Думаю, что проблем не должно возникнуть. Только что встречался с профессором, и она согласилась. Я ничего другого не ожидал, но как именно она согласилась – это было приятно наблюдать.

– И как же можно по-разному согласиться? – засмеялся Андрей.

– Можно просто клюнуть на деньги, – возразил Матвей. – Но о финансовой стороне вопроса мы даже не говорили. Зато глаза у нее загорелись по-настоящему. Это действительно очень интересная и серьезная работа. Она мне такие вещи рассказала про Южную Америку, у любого охоту отобьет туда ехать.

– Извини, – перебил Андрей друга. – Я думаю, это не телефонный разговор. Может, заедешь ко мне вечером, пообщаемся. Ты, кстати, обещал меня с ней познакомить.

– Само собой. Если будет время – заскочу обязательно. Если получится, то вместе с Линдой.

– Вот это другой разговор. Буду ждать вас у себя. Надеюсь, что получится встретиться. Перед долгой дорогой, знаешь, неплохо просто спокойно посидеть, пообщаться.

– Договорились, – согласился Матвей. – До скорого.

После положительных новостей о финансовой стороне вопроса Матвей приступил к приготовлению. Ему не раз приходилось собираться в подобного рода поездки, поэтому все шло по накатанной. Он посетил несколько магазинов, и в его распоряжении оказался вполне пристойный арсенал туристических приспособлений: от маленьких карабинов до сигнальных ракет, которые не были запрещены к перевозу. Об огнестрельном оружии Матвей не мечтал, но дружеские отношения с бывшими коллегами из спец. органов все же давали определенные поблажки. Венцом его снаряжения стал комплект ножей, которые в случае необходимости можно было использовать для самообороны. Необходимо отметить, что Матвей мастерски владел этим видом оружия и никогда не упускал возможности припрятать эту смертоносную игрушку в специальной икроножной повязке. Также он уделил особое внимание различным разговорникам. Разумеется, в обычной продаже практически невозможно приобрести пособия с разновидностями диалектов южно-американских племен, однако в этом вопросе ему помогла Линда, обеспечив вполне приличным запасом разговорников диалектов стран Перу и Чили, которые составляли основу для мапудунгунских и кечуанских наречий. Эти языки были родственными испанскому, но, несомненно, требовали определенной подготовки, чем Матвей, как уже упоминалось, собирался заняться во время пересечения Атлантического океана. Недостающий словарный запас он намеревался пополнить уже на месте при встрече с работающими там экспедиционными группами.

Теперь оставалось заняться билетами, что также было привычным делом. К вечеру Матвей подвез паспорта приятелю из туристической фирмы, сообщил состав группы и желаемый маршрут и, поблагодарив за срочность, отправился к себе домой.

«Пока все складывается довольно гладко, – усаживаясь в своем любимом кресле, думал он. – Но самая важная часть подготовки лежит на Линде. Она заверила, что все в норме, но пересечь несколько стран – это не так просто».

Все же, решив довериться профессионалу, он отогнал тревогу и заснул крепким, здоровым сном. В эту ночь красочные грезы не тревожили его, и наутро Матвей был бодр и полон сил. Уделив должное внимание утренним тренировкам, он в первую очередь решил позвонить Линде.

– Доброе утро, извини, что отвлекаю, – начал Матвей, – но, откровенно говоря, немного переживаю по поводу разрешения на перевоз твоего оборудования. Ты уверена, что я не смогу помочь?

– Абсолютно уверена, – подтвердила Линда. – Все, что от меня зависело, я сделала. В обед документы будут у меня, и если наш маршрут не изменится, то проблем не возникнет.

– Будем надеяться, что с билетами также будет все в порядке, – ответил он. – Давай тогда я тебя сегодня не беспокою, а вечером поужинаем у моего приятеля? Заодно обсудим результаты проведенного дня.

– Можно, – согласилась Линда. – А при нем можно обсуждать нашу поездку, ведь ты говорил, что она конфиденциальна.

– Все правильно, – подтвердил Матвей. – Но заказчики вышли на меня через него, и он непосредственно будет помогать нам с вопросами, которые можно будет решать дистанционно.

– Понятно. Давай встретимся, конечно. Когда?

– Когда тебе будет удобно. Все поставленные задачи на сегодняшний день я уже выполнил, осталось только контролировать, если, конечно, не случится форс-мажор, а Андрей не ограничивал меня во времени.

– Заезжай, но за полчаса позвони, пожалуйста, – немного подумав, ответила Линда. – Мне не нужно будет много времени.

– Понял, – коротко ответил Матвей. – Ожидай.

После быстро пролетевшего дня Матвей с девушкой стояли на пороге особняка Андрея, предвкушая плодотворную беседу с хорошим ужином.

– Добрый вечер, – приветствовал Андрей на пороге Матвея с его спутницей.

– И тебе добрый, – ответил Матвей. – Разреши представить тебе моего друга, профессора археологии, мисс Линду Чижевскую.

– Добрый вечер, – приветливо улыбнулась девушка.

– Не знал, что звание профессора дают сразу после окончания института, – искренне удивился Андрей. – Откровенно говоря, я не представлял, что археология и красота могут каким-нибудь образом совмещаться в одном человеке.

– Неужели я выгляжу, как студентка? – рассмеялась Линда. – Спасибо за комплимент, но звание профессора я получила ровно через девять лет после окончания института, я лишь на три года младше Матвея.

– Это поразительно! – воскликнул Андрей. – Вот никогда бы не сказал. А выглядите действительно потрясающе. И, к слову сказать, получить профессора всего через девять лет после окончания института – это очень быстро, или я ошибаюсь?

– Бывает и быстрее. Все зависит от результатов, ну, и необходимо везение. Однако если задаться целью и следовать ей, то обязательно достигнешь желаемого. В мире нет ничего невозможного.

– Простите меня, пожалуйста, проходите в дом, а то держу вас на пороге. Но думаю, что это простительно – тут бы любой мужчина пришел в замешательство.

– Пройдем, не переживай, – помогая снять куртку Линде, ответил Матвей. – Такой уютный домик так и зовет к себе. К тому же пахнет довольно вкусно.

– Да, я заказал отменную пиццу. Ее только что привезли. Когда-то я помогал открывать пиццерию своему приятелю, поэтому мне привозят исключительно такую пиццу, как я прошу. И что немаловажно – никаких разогревов. Только свежеиспеченная, с пылу с жару, так сказать. Присаживайтесь на тахту у камина.

– Вот что люблю в частных домах – так это камины, – глядя на огонь, сказал Матвей. – Ты же знаешь о моей страсти.

– А почему ты в квартире у себя не сделаешь? – поинтересовалась Линда. – Я слышала, сейчас есть биокамины, не нужно никаких вытяжек.

– Есть и био, и электрокамины, – согласился Матвей. – Но энергию огня не может заменить синтетика. Мне нужна энергия. Когда дрова потрескивают в камине, я ощущаю необыкновенное, ни с чем не сравнимое чувство. Как же это сказать? Не могу. Нет подходящих слов. Нужно просто ощутить это.

– Я помню, ты рассказывал, – кивнул Андрей, раскладывая пиццу своим гостям. – Итак, с чего начнем?

– Я бы начал с Линды, – ответил Матвей, – но уверен, что проблем с оборудованием не возникло, иначе ты бы обязательно сообщила. Вот я и не переживал.

– С тобой так просто, – улыбнулась Линда. – Все чувствуешь, все вычисляешь. Ты абсолютно прав. Документы готовы. Все в порядке.

– Если бы все, если бы так просто. Поверь, очень много вопросов тревожат меня, которые ни логикой, ни шестым чувством не получается сложить в одну картинку. Но, как ты правильно заметила, в этом мире нет ничего невозможного. Кроме того, если постоянно думать о чем-нибудь, то вопрос решится сам собой. Правильно, Линда?

– Совершенно верно, – подтвердила девушка. – Над этим вопросом работает ряд ученых с мировыми именами. Не все результаты становятся достоянием общественности, но и их хватает для того, чтобы принимать это за истину.

– Очень интересно вы так рассказываете, – присоединился к беседе Андрей. – Обязательно попробую поэкспериментировать. Но давайте все же немного обсудим нашу экспедицию, введите меня в курс дела, ведь мне нужно будет еще встречаться с мистером Ламбертом и давать косвенные отчеты.

– Не вопрос, – ответил Матвей, наслаждаясь пиццей. – С билетами все получилось просто великолепно, правда, пришлось немного переплатить, но, учитывая наши возможности, вернее, нашего клиента, мы можем себе это позволить. Итак, завтра в полдень мы вылетаем в Португалию. С собой берем только аппаратуру Линды. В Португалии ночуем и послезавтра утром отправляемся на лайнере в Бразилию. Конечно, это не очень удобно, легче и быстрее было бы доплыть до Венесуэлы, но на это есть причины. Во-первых, Венесуэла не граничит с Перу, а конечный объект, как мы знаем, расположен именно там. Бразилия западной частью граничит, что очень удобно, так как придется пересекать только одну границу. Во-вторых, в Бразилии находится группа специалистов, в числе которых один мой хороший знакомый. Я посчитал просто кощунством не посетить его и не расспросить о тонкостях проживания коренных жителей, так как основной упор будет сделан на знакомстве и общении с ними. Вся наша экипировка будет ожидать нас в Перу, ее я уже отправил грузовым рейсом. Теперь готов отвечать на вопросы.

– После такого доклада вопросы задавать сложно, – сказал Андрей. – Мне, во всяком случае, все понятно, ведь так, мисс Линда.

– Я уверена, что нам можно перейти на ты, – сказала Линда, серьезно посмотрев на Андрея. – Так будет проще.

– Конечно, так будет проще, – согласился Андрей.

– А что касается самой поездки, – продолжала Линда, – так маршрут больше похож на круиз, а не на деловую поездку. Хотя мне очень нравится путешествовать на кораблях.

– Ты абсолютно права, – согласился Матвей. – Но дело в том, что я только что закончил серьезную работу и планировал немного отдохнуть. Я бы не взял никакой другой заказ, но Андрей меня сильно заинтересовал. От таких предложений не отказываются. Оно не только очень интересное с финансовой стороны, но и подходит именно для меня. Это даже не работа, а скорее, увлечение. Теперь считаем время. Лететь сразу в Перу мы бы не стали из-за необходимости посетить экспедиционную команду в Бразилии. Прямых рейсов в Бразилию ждать очень долго, а значит, нужно было вылетать в Бразилию из Португалии. С учетом ночевки это два дня. В Бразилии мы также провели бы около двух дней. Переезд в Перу занимает три дня. Итого семь дней. Теперь возьмем наш маршрут. Все то же самое, только вместо того, чтобы лететь в Бразилию, мы поплывем. Это продлит наше путешествие на пять дней. Значит, будет двенадцать. По сравнению с общим сроком поездки это ерунда. Кроме того, в пути я смогу изучить книги и расширить свои знания по местным диалектам, которые ты, Линда, помогла мне достать. Еще раз благодарю тебя. И отдохнуть, кстати, перед сложным делом очень полезно. Вот и все мои соображения.

– Твоя рассудительность снова на высоте, – едва слышно проговорила Линда. – И, как я уже говорила, мне нравится такой маршрут.

Громко разговаривать не было смысла, так как в доме царила чрезвычайная тишина, и лишь легкий шум потрескивающих дров в камине заполнял окружающее пространство.

– Спасибо, Матвей, – вставая с тахты, сказал Андрей. – Теперь все ясно. Может быть, отметим вашу поездку бокалом шампанского.

– Ты же знаешь, я не пью спиртных напитков, – ответил Матвей. – Но для поддержания традиции от стаканчика сока не откажусь. Каждый обряд имеет свои скрытые для нас загадки. Вот зачем перед каким-нибудь событием соприкасаются бокалами? Ты не знаешь, Линда?

– Откровенно говоря, нет, – ответила девушка. – Но если подумать, что при этом происходит, то на ум приходит звон. Звон бокалов. Ведь известно, что в церквях звон колоколов оказывает очень сильное влияние на человека.

– Очень похоже, – согласился Матвей. – Нужно посвятить этой теме некоторое время, вполне может пригодиться.

– Сок так сок, – входя с графином гранатового сока, сказал Андрей. – А тебе, Линда?

– Я поддержу Матвея, – ответила она.

– Тогда вы не оставляете мне выбора, – разливая по бокалам сок, проговорил Андрей. – Давайте дополним этот треск дров в камине звоном наших бокалов, и пускай этот звон принесет нашей экспедиции успех и удачу.

3

Изумительной красоты морской лайнер спокойно пересекал воды Атлантического Океана, неся на своем борту более трехсот пассажиров. Тихая гладь океана простиралась на километры вокруг, однако многих это совершенно не беспокоило. В основном пассажиры вели себя так, как будто находились в развлекательном заведении на побережье, лишая себя элементарного удовольствия от наблюдения за завораживающей водной стихией.

Шел третий день путешествия, и многие уже перестали ценить то, что Матвей не променял бы ни на какие достижения современных увеселительных новшеств, чем корабль был снабжен в полном достатке. Однако были и такие, которые разделяли его взгляды и интересы и все свободное время проводили в уютных креслах на открытой верхней палубе, с которой открывался панорамный вид на просторы океана. День подходил к своему завершению и огромный диск огненно-красного солнца вскоре должен был коснуться своим краем горизонта. Такие моменты Матвей не пропускал никогда из-за открывающихся возможностей полюбоваться полетом нашей родной планеты.

«Только так, во время рассвета и заката, можно воистину наблюдать мощь вселенной, – думал Матвей. – Планета летит с огромной скоростью вокруг солнца, а мы не можем этого заметить потому, что нет подходящего ориентира. Как же кардинально все меняется, когда появляется ориентир. Как только солнце приближается к горизонту – можно сконцентрироваться именно на полете, на движении планеты. Как жалко, что такие моменты можно наблюдать только два раза в сутки, да и то не всегда. И ведь большинство людей этого не замечают из-за иллюзорных проблем, которые они сами себе рисуют. Отвлекись немного, посмотри вокруг. Полюбуйся окружающим себя пространством. Ощути его силу. Его могущество. Хозяева земли… ну и чушь нам вкладывают в наши детские головы. Кто мы такие? Просто песчинки, хотя некоторые уже начинают пробуждаться. Я же не один здесь сижу. И хотя в основном это люди преклонного возраста, какая разница. Главное, что не один».

Во время таких наблюдений Матвея часто посещали всевозможные мысли. Вот эти озарили его в этот короткий промежуток времени с момента прикосновения нижнего края солнца к горизонту до его полного сокрытия за непроглядной мглой океана. Хотя солнце уже не освещало палубу, его света было вполне достаточно, для того чтобы Матвей снова взял в руки словарь, который отложил на время наслаждения закатом, и углубился в изучение. Спустя полчаса читать все же стало затруднительно и он решил проведать Линду. Однако в каюте девушки не оказалось, и Матвей решил сходить к плавательному бассейну, где она любила проводить вечернее время. Бассейн находился на верхней палубе, откуда недавно спустился Матвей, но только на корме судна, и чтобы добраться туда, ему потребовалось не менее пятнадцати минут. По мере приближения начинали слышаться громкие всплески воды и восторженные крики купающихся людей. В это время недостатка в посетителях не было, как, впрочем, и в остальных развлекательных местах отдыха.

Бассейн находился на открытой палубе, а вечером было довольно прохладно, поэтому многие предпочитали нежиться в теплой воде. Матвей не сразу заметил Линду и решил присесть у барной стойки, расположенной в непосредственной близости от бассейна. Заказав по своему обыкновению стакан апельсинового сока, он принялся наблюдать за купающимися пассажирами, стараясь увидеть Линду. Вскоре он заметил ее, но только потому, что она уже вылезала из бассейна. Девушка тоже заметила Матвея и, накинув на себя полотенце, направилась к его столику.

– Добрый вечер, – услышал он приветливый голос. – Кого пытаемся найти?

– Добрый вечер, Линда, – вставая со стула, ответил Матвей. – Кого мне искать, кроме тебя? Выглядишь просто великолепно. Присаживайся.

– Спасибо за комплимент, – улыбнулась Линда, – все надеюсь увидеть тебя в бассейне без майки, но ты не отрываешься от своего словарика. Может, сейчас?

– Не хочу шокировать пассажиров, – пошутил Матвей, – к тому же не очень люблю бассейны. А вот в океан нырнул бы прямо сейчас, если бы пассажирам предоставляли такую возможность.

– Что касается твоего замечания по поводу переполошить окружающих своим телосложением, тут ты прав. Твое спокойное изучение диалектов на палубе прекратятся из-за многочисленных поклонниц. Смотри, сколько красивых девушек купается.

– Я думаю, эту проблему можно решить. Если ты будешь рядом со мной, кто решится оспаривать меня у такой леди?

– Ты, конечно, хорошо придумал, – наливая сок из графина, ответила Линда. – Сидеть целый день на палубе, когда можно так здорово отдохнуть перед серьезной работой. Извини, я пас. А тебе, в принципе, не помешает познакомиться с кем-нибудь. Хорошее общение в новой компании, смена обстановки очень продуктивно влияют на образовательный процесс.

– Согласен, – ответил Матвей. – Я так и сделаю.

– Неужели! – воскликнула Линда. – Тогда пойдем купаться?

– Нет. Я недавно заходил в казино и видел там покерные столы. Думаю немного поиграю сегодня.

– Как по мне, довольно скучное занятие, – расстроилась Линда. – Лучше бы покупались.

– Смотря как играть и какие задачи ставить, – возразил Матвей.

– А какие можно ставить задачи? – удивилась Линда. – Победить и выиграть поставленные на кон деньги.

– Не скажи, – ответил Матвей. – Ты же играешь не с роботом, а с живыми людьми. С хорошей картой легко выиграть и получить небольшое удовольствие – я же не буду играть на все свои деньги. А вот обыграть противника, когда у тебя слабая карта, – это дорогого стоит. Для этого нужно чувствовать оппонента, понимать его, предвидеть ход его мыслей. Вот тут начинается интересная игра.

– Может, ты и прав, но это однозначно не для меня. Давай немного посидим еще, и я пойду ложиться. Такая ночь красивая.

– Очень красивая, – согласился Матвей. – Только тут сильное освещение, звезд не видно, а они в этих широтах очень яркие.

– Я думаю, дело не в широтах, а, как ты правильно заметил, в освещении. Скажем, в ночном городе звезды не будут такие яркие, как в пригороде, потому что меньше освещения отражается в небо. А вот то, что видны другие созвездия, – это интересно.

– Согласен. Так приятно наблюдать. В такие моменты начинаешь задумываться о таких интересных вещах, о которых в повседневной жизни никогда бы не вспомнил.

– Да, я заметила, что иногда ты погружаешься в какое-то своеобразное состояние. Я не считаю себя сильным специалистом в данной области, но читала, что человеческий мозг имеет несколько состояний. По частоте волны мозговой активности разделяются на четыре категории: альфа, бета, тета и дельта. Так вот, бета-частота характеризует готовность к сознательному мышлению, альфа-частота – состояние легкого расслабления, тета-частота отвечает за творческое вдохновение и дельта-частота открывает обостренное восприятие.

– Я тоже читал об этом, но большого внимания не уделял, – признался Матвей.

– Так вот, – продолжала Линда, – я думаю, что когда ты наблюдаешь за природными явлениями, твой мозг переходит на тета-частоты, что свойственно далеко не всем. Вот в эти самые моменты и происходит получение такой информации, которую при обычном состоянии получить невозможно.

Матвей задумался. Он вспомнил о своих красочных сновидениях и намерениях изучить этот вопрос более детально.

– Линда! – воскликнул он. – Тебе цены нет. Ты не поверишь, но именно этот вопрос меня очень сильно интересовал, только я не знал, в какой области искать. А ты приоткрыла этот завес. Спасибо огромное. После нашей экспедиции посвящу этому время. Очень часто у меня бывает подобное состояние.

– Вот видишь, как хорошо, – улыбнулась Линда. – Никогда не знаешь, откуда придет интересующая тебя информация. Помнишь, я говорила Андрею, что нужно только чаще думать об этом.

– Совершенно верно, – залпом выпивая свой стакан сока, ответил Матвей. – Теперь заснуть я вряд ли смогу, хотя все равно собирался поиграть в карты.

– Да. Поздно уже. Проводи меня, пожалуйста, до моей каюты, у меня на завтра запланировано несколько дел, и беги, развейся со своими картами.

Проводив девушку до каюты, Матвей не сразу пошел в казино. Он вышел на открытую неосвещенную палубу и посмотрел на небо, вспоминая слова Линды о других созвездиях, которые были видны в этом полушарии. Матвей, конечно, знал этот факт, но не придавал ему особого значения. Из созвездий Южного полушария он помнил только созвездие Скорпиона, так как по гороскопу сам был Скорпионом. Имея приблизительное представление о том, как оно выглядит, Матвей потратил около десяти минут на его поиски. Не обнаружив ничего, что хотя бы частично напоминало картинку из книги, Матвей продолжил свой путь к игровому заведению.

«Немного поиграю и вернусь сюда, – подумал он. – Нужно будет хотя бы выучить названия и расположение созвездий, никогда не знаешь, что может пригодиться. А ведь, действительно, очень красиво».

С такими мыслями Матвей вошел в казино. Яркий свет прервал мечтательные раздумья, вытеснив их предвкушением хорошей игры. Пройдя мимо столиков с рулеткой, он прямиком направился к покерным столам, за одним из которых шла оживленная игра. Играющих было всего пять человек, в то время как четыре места пустовали.

– Вы позволите, господа, – обратился Матвей к участникам, – принять участие в вашей игре?

Играющие посмотрели на Матвея, как бы оценивая свои шансы.

– Что плохого в пустом месте? – обратился к игрокам пожилой джентльмен. – Уверен, молодой человек, что вы составите хорошую компанию в нашем обществе. Я думаю, возражать нет ни одной причины.

Никто не возражал, и Матвей сел на свободное место. Обменяв пятьсот долларов у крупье на фишки, он обратился к игрокам:

– Это все, что я могу сегодня себе позволить. Если проиграюсь – докупать не буду.

– Мы запомним ваше обещание, – бросил на него недружелюбный взгляд высокий худощавый мужчина. – А правила разрешают докупать.

Этот взгляд Матвей запомнил на всю жизнь. Холодный, пронзительный, он как бы смотрел сквозь него, проникая глубоко вовнутрь. Любой другой не выдержал бы такого взгляда, но Матвей был не из робкого десятка. Приятный холодок пробежал вдоль его спины. Он прекрасно знал это ощущение, которое очень любил. В такие моменты его сущность наполнялась какой-то неведомой силой. Силой, заставлявшей его неоднократно совершать просто безумные поступки, которые не единожды сохраняли его жизнь и достоинство. Он спокойно смотрел на оппонента, и тот был вынужден что-нибудь сказать, чтобы как-то сгладить сложившуюся ситуацию:

– Присаживайтесь, пожалуйста. Будем рады проверить вашу фортуну. Моя фамилия Черышев. Может быть, слышали когда-нибудь обо мне?

– Не доводилось, мистер Черышев, – спокойно сказал Матвей. – Я понимаю, что ставлю себя в невыгодные условия, но если сказал, что не буду докупать, значит, не буду. Просто нужно скоротать время, и надеюсь, вы любезно поможете мне в этом.

– Как я могу к вам обращаться? – поинтересовался у Матвея крупье.

– Матвей, – коротко бросил он ему.

Больше к Матвею никто не обращался, и он занялся анализом сидящих рядом с ним противников. Крупье, как ни в чем не бывало, продолжил раздачу. Игральный стол имел овальную форму, и крупье раздавал карты с торцевой стороны. Трое игроков сидели напротив Матвея, двое – на одной стороне с ним. Кроме пожилого джентльмена и Черышева, подарившего Матвею надежду на интересное развитие вечера, его оппонентами были два крепких парня в бейсболках со шведскими именами Карл и Олоф и один совсем юный молодой человек, которому едва исполнилось восемнадцать лет. Он представился как Мануэль.

В первые десять раздач Матвей спокойно выигрывал и проигрывал небольшие суммы, все больше времени уделяя анализу противников. Вскоре он понял, что Карл и Олоф играли вместе, да они этого и не скрывали. По их виду можно было сказать, что они заядлые игроки и занимались своим делом вполне серьезно. Пожилой джентльмен просто хотел хорошо провести время, доставая из бумажника все новые и новые купюры. По расчету Матвея, только при нем он проиграл уже полторы тысячи долларов. Он сидел хмурый, как дождевая туча, однако все продолжал докупать фишки. Молодой человек с красивым португальским именем Мануэль, несмотря на свой юный возраст, прекрасно себя контролировал, не бросаясь понапрасну фишками, а, как говорят игроки, играл по карте. Вскоре, однако, Матвей заметил, что у парня хорошая карта оказывается чаше, чем по среднестатистическим расчетам. Как ни странно, в это время практически никто не заканчивал игру даже на средней карте, и Мануэль вскоре собрал у себя больше половины всех игровых фишек, что составляло, по расчету Матвея, около семи тысяч долларов – сумму, даже для состоятельных людей, довольно приличную. Воодушевленный таким развитием обстоятельств, Мануэль стал действовать раскованно и прекратил соблюдать осторожность. К этому моменту пожилой джентльмен уже полностью проигрался и закончил свою игру. Вставая из-за стола, он пожелал всем удачной игры и удалился из поля зрения оставшихся игроков.

– Ну вот, нас снова пятеро, – ехидно заметил Черышев. – Продолжим?

– Разумеется, – воскликнул Мануэль, – как же можно прекращать игру, когда тебе так везет.

– Удача сопутствует сильнейшим, – сказал ему Карл, – однако игра еще не закончена. Я намереваюсь отыграться.

– Конечно, господа, – ответил парень. – Я полон сил и готов к игре.

– Вот и прекрасно, – кивнул Черышев. – Давайте продолжать.

Крупье продолжил раздачу карт, и Матвей переключил на него свое внимание, предоставив играющих самим себе. Крупье искусно и очень быстро раскидывал карты по столу, однако от внимательного взгляда Матвея не ускользнул факт того, что он раздавал карты и сверху, и снизу колоды. Мгновенно догадавшись, что имеет дело с шулерами, Матвей удобней сел на стуле и как ни в чем не бывало продолжил игру. В этот раз ему пришли слабые карты. Сбросив их, Матвей сосредоточил внимание на развитии событий за игровым столом и особенно на молодом парне. Крупье выложил на стол три карты: туза, даму и четверку. Исходя из того, что в этой раздаче не участвовал только Матвей, а в игре было четыре игрока, карты у всех были высокие, что предвещало крупные ставки. Было очевидно, что у Мануэля была очень хорошая карта, так как он слегка прищурил глаза и заерзал на стуле – верный признак, который Матвей отмечал не один раз. Остальные были для Матвея непробиваемы, что лишний раз доказывало их далеко не любительский подход к делу.

– Ставлю сто, – начал Олоф.

– Поддерживаю, – продолжил Черышев.

– В этот раз пропущу, – сказал Карл.

– А я тоже поддержу, – согласился Мануэль.

Следующей картой открылась тройка. Удовлетворение молодого человека подтвердилось.

– Ради такой карты можно поставить и пятьсот, – начал второй кон Олоф.

– Я, пожалуй, подниму на тысячу, – ответил Черышев.

– Тогда я подниму на две тысячи, – мгновенно парировал разгорячившийся Мануэль.

Первый раз за весь вечер Матвей увидел на лице у Черышева удовлетворение и огонек в глазах. Оба игрока поддержали ставку. Открылась девятка. Таким образом, на столе лежала комбинация из туза, дамы, девятки, четверки, тройки.

– Ну что ж, – с притворной грустью и немного растерянно пробормотал Олоф, – поскольку я уже практически на мели, ставлю все, что у меня осталось, – тысяча триста.

– Согласен, – поддержал Черышев и пристально посмотрел на молодого парня.

Молодой человек склонился над своими фишками, явно подсчитывая весь свой скопившийся запас.

– Ставлю пять тысяч, – выпалил он, – все, что есть.

Черышев однозначно ждал именно такого развития событий и довольно произнес:

– Вскрываю!

– Откроем карты, господа, – проговорил крупье.

Олоф бросил на стол свои две карты – туз и дама.

– Две пары мистера Олофа, – продублировал крупье. – Тузы и дамы.

Молодой человек открыл свои карты – пара тузов.

– Тройка мистера Мануэля, – выполняя свои обязанности, снова продублировал крупье. – Три туза. Прошу ваши карты, господин Черышев.

Черышев спокойно положил на стол свою пару карт.

– Двойка и пятерка мистера Черышева, – подставляя его две карты под общие пять, сообщил крупье. – Стрит! Победа мистера Черышева.

Мануэль подскочил на месте, однако не мог вымолвить ни слова. Было очевидно, что играть с двойкой и пятеркой при открывшихся первых трех картах было полным безумием, однако результат был на столе, и изменить уже было ничего нельзя.

Первым прервал молчание Олоф:

– На сегодня я исчерпал свой лимит, господа. Больше докупать не буду. Благодарю за хорошую игру.

Мануэль продолжал стоять за столом, как будто потеряв дар речи.

– А вы будете продолжать? – обратился к молодому человеку крупье.

– Я бы продолжил, – выходя из оцепенения Мануэль, – но мои скромные средства не позволяют мне этого.

С этими словами он вышел из-за стола и направился к выходу.

– Жалкое зрелище, – с притворством проговорил Черышев. – Больше не сяду играть за стол с такими юнцами. Итак, нас трое. Будем продолжать?

– А почему мы должны прерываться, – посмотрел на него Карл. – У меня, как и у мистера Матвея, еще есть фишки.

– Разумеется, – ответил Матвей, – продолжим.

Крупье вновь принялся за раздачу, и игра потекла своим чередом. Теперь роль жертвы занял Матвей. Он с удовольствие наблюдал, как ему дают на слабой карте подобраться к рубежу восьми тысяч долларов.

«Неужели они держат меня за простачка, подобно Мануэлю, – думал Матвей. – Да… это, скорее, не шулеры, а дилетанты, с которыми придется немного побаловаться».

Матвей уже не наблюдал ни за крупье, ни за Черышевым, так как уже давно понимал исход этого вечера и ждал решающей раздачи. И вот после нескольких мелких розыгрышей этот момент наступил. Крупье, как обычно, выдал карты играющим, и Матвей раскрыл у себя пару королей. Он улыбнулся и опустил карты на стол.

– Ставлю сто, – начал Матвей, делая вид, что у него слабая карта.

– Я поддержу вас, мистер Матвей, – ответил Карл.

– Я тоже приму участие в этой раздаче, – ставя сто долларов, сказал Черышев.

Крупье раскрыл на столе короля, вальта и семерку.

«Да, это именно этот момент, к которому они так долго подбирались», – промелькнуло в голове у Матвея, и он произнес вслух:

– Подниму на пятьсот.

– Не моя карта, – сбросил карты Карл.

– А мне нравится, – ответил Черышев, – поэтому подниму еще на тысячу.

Матвей пересчитал свои фишки. В настоящий момент его капитал насчитывал семь с половиной тысяч долларов.

«Ладно, – подумал он. – Отдаю пятьсот для ровного счета и буду закругляться».

– Поддерживаю, – сказал он вслух.

Крупье перевернул семерку. У Матвея складывалась комбинация из трех королей и двух семерок – комбинация, называемая фулхаус, которая была очень сильной, но он прекрасно понимал, что у Черышева в руках две семерки – каре, что было больше.

– Ставлю сто, – начал Матвей последний раунд.

– Подниму на тысячу, – сделал свою ставку Черышев.

Матвей покрутил в руках карты, сделал вид, что пересчитывает фишки, и произнес:

– Фортуна – капризная вещь. Я неплохо выиграл сегодня, а с таким ритмом игры, который вы задали, мистер Черышев, этот кон может забрать у меня все старания этого вечера. И хотя у меня очень сильная карта, эта комбинация не максимальная, которая может быть. Я пас и позвольте мне на сегодня закончить.

Черышев мгновенно сменил фальшивую улыбку своим первоначальным пронзительным взглядом, который Матвей с удовольствием парировал. Только в этот раз Черышев не собирался отступать.

– Вы не можете просто так закончить, – прорычал он, больше не в силах себя контролировать. – Я проиграл и требую реванша.

– Не уверен, что вы в проигрыше, – продолжая смотреть ему в глаза, хладнокровно ответил Матвей. – И хотя я не участвовал в первой части игры, нетрудно посчитать, что вы в выигрыше, как и я. Мы просто разделили деньги мистера Мануэля и пожилого джентльмена, имя которого я так и не узнал.

– Вы ошибаетесь, – вмешался в разговор Олоф. – Эти деньги я проиграл им до того, как вы присоединились к нам.

Это была чистейшая ложь, но Матвей не стал возражать и спокойно сказал:

– В любом случае, вы не имеете никаких оснований для того, чтобы задержать меня здесь. Правила предусматривают возможность покинуть игорный стол в любую минуту.

– Это верно, – решил подойти с другой стороны Черышев, – но уверен, вы человек чести и позволите мне попросить вас дать мне возможность отыграться.

– Возможно, я человек чести, только, если я буду играть дальше с вами за этим столом, меня ждет только одна участь, та самая, которая постигла пожилого джентльмена и мистера Мануэля.

– Как это понимать? – снова взревел Черышев, теряя контроль.

– Да элементарно, мистер Черышев. Невозможно выиграть, когда крупье раздает карты и сверху, и снизу колоды.

Было видно, как у крупье задрожали руки, но он тут же произнес как можно более спокойно:

– Прошу прощения, сэр, но это очень серьезное обвинение, и я вправе пожаловаться капитану. Уверяю, что для вас это не предвещает ничего хорошего, так как вы при свидетелях оскорбили сотрудника судна, что закончится для вас конфискацией всех выигранных средств.

– Прошу вас, – улыбнулся Матвей, – приведите капитана прямо сейчас, и мы просмотрим видеозапись камеры, которая находится слева от вас. Ее ракурс наиболее четко укажет, в какие моменты вы применяли этот нехитрый трюк.

Черышев, оба шведа и крупье просто опешили. После минутного замешательства Черышев все же взял себя в руки и тихо произнес:

– На сегодня не смеем вас задерживать, но запомните, что перейти дорогу Черышеву без последствий еще никому не удавалось.

– Я это учту, – ответил Матвей и, обменяв фишки на купюры, покинул казино.

Получив от проведенного вечера полное удовлетворение, Матвей не спешил в свою каюту. Воспоминания о созвездиях Южного полушария снова заполонили его сознание, и он поспешил на верхнюю палубу, с которой открывался панорамный обзор на звездное небо. Прохлада ночи освежала после долгого пребывания в закрытом помещении. Матвей глубоко вдохнул морской воздух и затаил дыхание. Он не стал садиться в кресло, а просто подошел к огражденному краю палубы, облокотившись на леер. Полная луна великолепно освещала тихую гладь океана, отражаясь в виде слегка мерцающей дорожки. Гула моторов судна не было слышно, как и шума пассажиров, которые давно разошлись по своим каютам. Но все же в этой тишине Матвею показалось, что он слышит крадущиеся шаги. Оставив в покое океан и звезды, он полностью сконцентрировал свой слух на окружающих звуках. Сомнения быть не могло. Слишком часто Матвей бывал в подобных ситуациях, чтобы спутать шорох крадущихся ног с шумом судна и океана. Мгновенно обернувшись, он увидел трех человек, едва слышно подбиравшихся к нему. Света луны вполне хватало, чтобы различить их лица. Это был Черышев со своими помощниками. Только теперь Матвей смог оценить исполинские габариты шведов, так как за игорным столом они сидели. Широкоплечие, под два метра ростом, они представляли серьезную угрозу для любого, бросившего им вызов. В руках Черышева сверкнуло лезвие ножа. Второй раз за ночь прохладный холодок пробежал вдоль позвоночника Матвея, заставивший придать его губам легкую улыбку.

– Мистер Матвей, – начал Черышев, – вы показали нам сегодня, что неплохо читаете людей. Признаюсь, я был поражен вашей проницательностью и наблюдательностью. Вы обыграли меня за карточным столом, однако большее вам сделать не под силу. Всего предусмотреть нельзя. Я ни в коем случае не хочу причинять вам вред, но у каждого своя работа. Вы меня понимаете? Поэтому верните деньги, и мы разойдемся хорошими друзьями.

– Друзьями? – удивился Матвей. – Мистер Черышев, прошу вас, подбирайте слова и не оскорбляйте меня подобными предложениями.

– А почему нет? – произнес Черышев. – Люди, обыгравшие меня за игорным столом, большая редкость, и я с удовольствием предложу вам работу. Вы только что доказали свой профессионализм.

– Благодарю вас за доверие, мистер Черышев. Я уверен, вы человек достаточно умный, чтобы понимать всю абсурдность данного предложения, поэтому дайте мне еще немного времени насладиться своим пребыванием в тишине, и при наших последующих встречах я буду делать вид, что никогда не знал вас и ваших друзей.

Матвей давно понял, что придется применять силу, и разговаривал с ними только для того, чтобы выиграть время и принять удобную позицию. Противники находились на расстоянии двух шагов от него, и для того чтобы иметь преимущество первой атаки, он начал потихоньку сокращать это расстояние.

– Вы сами сделали свой выбор, мистер Матвей. Прошу заметить, что о послед…

Закончить фразу Черышев не смог, так как был сбит падающим на него телом Карла, которого Матвей свалил ударом ноги прямо в висок, отчего тот мгновенно потерял сознание. Не дав опомниться второму шведу, Матвей одарил его ударом кулака такой силы, что у Олофа не было ни единого шанса устоять на палубе. К удивлению Матвея, он не потерял сознание, и его пришлось оглушить повторным ударом. Черышев вскочил на ноги, чтобы помочь товарищам, но помогать было уже некому. Оба соратника лежали на палубе, не подавая признаков жизни. В руках Черышев держал нож, но после демонстрации навыков Матвея его использование могло обернуться более серьезными последствиями, чем просто быть оглушенным. Матвей твердым шагом подошел к Черышеву на расстояние вытянутой руки и посмотрел ему прямо в глаза. К злости и ненависти в его взгляде прибавились ужас и беспомощность. И хотя Матвей смотрел противнику в глаза, расстояние между ними позволяло держать в поле бокового зрения нож, который мог в любую минуту пронзить его. Сделав небольшую паузу, Матвей улучил момент, и после молниеносного выпада нож Черышева оказался в его руках. Ужас охватил Черышева, но гордость не позволяла что-либо сказать, хотя он находился во всецелой власти Матвея. Немного покрутив нож в руках, Матвей взял его за лезвие и протянул прежнему владельцу:

– В следующий раз выбирайте нож с более тяжелым лезвием. Это даст необходимый баланс при броске и у ножа будет больше шансов поразить цель на расстоянии, так как вам вряд ли удастся применить такое элегантное оружие, как нож, в ближнем бою.

Такого унижения Черышев не испытывал никогда. Он столкнулся с человеком, в разы превосходящим его не только по физической силе, но и по силе духа. В самом деле, он чувствовал себя слепым котенком по сравнению с этим не знающим страха человеком, человеком, с подобным которому ему никогда не приходилось встречаться. Взяв нож, он не в состоянии был что-либо произнести, а только попятился назад. Отойдя на достаточное расстояние, он обернулся и пошагал прочь, не обращая внимания на своих приятелей. Матвей осмотрел шведов и, убедившись, что их жизни ничто не угрожает, направился к своей каюте.

Войдя в свой номер, он в первую очередь удостоверился, что все вещи в полном порядке, так как не был уверен, что у Черышева не было других соратников. Самым ценным для похитителей могли оказаться ножи, на которые Матвей с таким трудом достал разрешение. Успокоившись, он лег в кровать, однако после событий вечера заснуть было крайне проблематично. До окончания плавания оставалось ровно три дня, и Матвей тщательно планировал их проведение, обдумывая свою безопасность, а самое главное – безопасность Линды. Так он и пролежал до рассвета, а с первым лучом солнца поднялся и направился к каюте Линды.

Матвей не стал прерывать ее сон, а присел на удобное кресло неподалеку, с которого хорошо просматривалась дверь в ее каюту. Не прошло и двадцати минут, как девушка появилась на пороге и направилась в противоположную от Матвея сторону. Мгновенно догнав ее, он взял Линду за локоть и, как ни в чем не бывало, произнес:

– Линда, наши планы пребывания на судне немного меняются.

– Матвей! – воскликнула девушка, обернувшись. – Ты испугал меня!

– Прости, но не было другого выхода. Я должен быть рядом с тобой.

– Что-то случилось? – немного встревоженно спросила она.

– Ничего страшного, но некоторые меры предосторожности не помешают, – ласково и как можно спокойней ответил Матвей. – Пойдем позавтракаем, и я расскажу тебе о своих ночных приключениях.

– Ох уж эти мужчины, вечно наживают себе различных забот, – немного успокоившись, сказала Линда. – Пойдем, я туда и направляюсь.

– Отлично, после бессонной ночи хороший завтрак – то, что нужно.

– Ого, так ты не спал! А по тебе не скажешь. Выглядишь вполне прилично.

Минуту спустя они зашли в ресторан и удобно расположились за столиком. Ожидая заказа, Матвей вкратце поведал Линде о событиях этой ночи, не утаив ни одной детали.

– Вот к чему приводят карты, – испуганно сказала она. – Они на самом деле не причинили тебе никакого вреда?

– Ты же сама сказала, что выгляжу вполне достойно, чего не могу сказать о тех двух шведах.

– И что же нам теперь делать?

– Помнишь наш вчерашний разговор в шутку о том, что тебе нужно будет всегда быть рядом со мной для того, чтобы ко мне не приставали дамы? Считай эту беседу пророческой. С этого момента ты ни на шаг от меня не отходишь. Спать будем в твоей каюте.

– Матвей, – улыбнулась Линда, – а это не перебор?

– Ты мне доверяешь?

– Господи, Матвей. Больше, чем себе.

– Вот и хорошо. Ты никому не говорила о нашей экспедиции?

– Нет, конечно, ты же говорил, что это сугубо частный заказ.

– Все правильно, молодец. Нас вполне можно принять за супружескую пару, поэтому лишних вопросов не возникнет. Запасайся литературой, будем отдыхать на верхней палубе.

После этих слов Линда сердито посмотрела на Матвея:

– Где ты взялся со своими картами? Так хорошо отдохнуть можно было.

– Согласен, вина всецело моя. Поэтому сегодняшний день посвятим обучению, кстати, проконтролируешь меня, а два оставшихся дня проведем там, где скажешь. Только в казино меня не веди.

– И не надейся, – обрадовалась Линда, – будем купаться в бассейне и поиграем в боулинг, если не возражаешь.

– А здесь и боулинг есть? – удивился Матвей. – Да, теперь я понимаю, куда все время тянет пассажиров. Боулинг я люблю – считай, что договорились.

– Везде нужно искать положительные стороны, – сказала Линда. – Вот и мне повезло немного.

– Верно, – согласился Матвей, – положительные стороны присутствуют всегда, но не всегда их можно обнаружить.

– Матвей, а ты не думал о том, чтобы отдать деньги проигравшим игрокам.

– Отдать им деньги – это то же самое, что выбросить их за борт, – серьезно ответил Матвей.

– Почему? – удивилась Линда. – Их ведь обманули.

– Согласен, игра не была честной, но если им вернуть эти деньги, они их все равно проиграют, даже больше. Они не умеют себя контролировать. Единственный шанс хоть как-то им помочь – не возвращать им деньги. Поэтому выбросить их за борт – не то же самое, а даже лучше для них.

– А разве ты, начиная играть, совершенно ничем не рискуешь?

– Я взял с собой ровно пятьсот долларов, которые был готов проиграть, – возразил Матвей, – поэтому я ничем не рисковал. Считай это платой за то, чтобы поиграть в психологическую игру, почитать людей. Понять, как они думают, предугадать, когда блефуют. Поверь, это интересно. И даже если бы я проиграл достойным людям, то не расстроился бы, а провел элементарный анализ своих допущенных ошибок, который, уверен, дал бы гораздо больше, чем потраченная сумма. Вот в чем интерес покера, а многие люди теряют там самих себя. Все просто.

– Будем надеяться, что ты прав, – с небольшим сомнением кивнула Линда. – Будем надеяться.

4

Меры безопасности, принятые Матвеем, принесли свои плоды, и двое исследователей без всяких приключений сошли на берег Бразилии в конечном пункте назначения. Разместившись в гостинице, Матвей сразу созвонился со своим другом и уточнил, где находится группа.

– Сегодня вечером выезжаем в Риу-Бранку, – сообщил он Линде. – Ты можешь отдыхать, а я узнаю, как нам лучше всего туда добраться.

– Это далеко отсюда? – поинтересовалась Линда.

– Довольно далеко, – ответил Матвей, – но то, что их экспедиционная группа именно там, – просто великолепно.

– Почему?

– Риу-Бранку – один из западных штатов Бразилии, который непосредственно граничит с Перу. Довольно уединенный и изолированный. Ближайший город – Манаус – находится в полутора тысячах километров от него. Со всех сторон окружен лесами, где, несомненно, проживают племена, которых не коснулась цивилизация. А вот к ним-то нам и нужно.

– Полторы тысячи километров – это много, – немного поразмыслив, сказала Линда. – Какая же у них транспортная развязка через леса? Думаю, ездить там небезопасно.

– Сам город вполне цивилизован, а вот периферия – это девственные джунгли. Местные жители добывают каучук и собирают бразильский орех, но они работают по краям, в чащу же никто не заходит, потому, как ты правильно заметила, что это небезопасно. Я пойду, а ты занимайся своими делами, но не выходи, пожалуйста, из номера без меня. Думаю, у нас будет время немного осмотреться здесь перед выездом.

– Конечно, Матвей, куда я без тебя могу выйти? Я же не знаю ни языка, ни города. Хорошо, наверное, владеть многими языками?

– Люди готовы платить именно за конфиденциальность, поэтому полагаться на переводчика я не могу, вот и приходится быть полиглотом. Это большое преимущество.

Выйдя из гостиницы, Матвей сел на заднее сиденье такси и направился в туристическое агентство. Ему уже приходилось бывать в этой стране, однако какое-то чувство тревоги, не раз приходившее во время опасности, внезапно настигло его. Он внимательно осмотрел водителя. От проницательного взгляда Матвея не могла скрыться ни одна деталь. Убедившись, что шофер безоружен и едет строго в заданном направлении, он посмотрел в зеркало заднего вида. Машин на проезжей части было немного, и запомнить их не составило большего труда. Вскоре Матвей убедился, что чувство тревоги возникло не на пустом месте. Неприметное авто серого цвета следовало за ними с подозрительной точностью. Когда Матвей вышел из такси и направился к агентству, преследовавший их автомобиль также припарковался у тротуара. Матвей не спеша направился к зданию, делая вид, что рассматривает достопримечательности улиц, однако его цепкий взгляд ни на миг не оставлял серое авто без внимания. Из машины никто не выходил. Ему не раз приходилось оказываться в подобных ситуациях, поэтому он не ощущал страха. Единственный вопрос, который его волновал, – узнать, кто эти люди и с какой целью его преследуют. Нахождение перед зданием более трех минут могло вызвать подозрение у следивших за ним, поэтому он вынужден был зайти в него. К счастью, окна выходили как раз на ту сторону, где находилась подозрительная машина, и пока девушка выполняла просьбу Матвея по подбору оптимального маршрута в Риу-Бранку, он мог спокойно наблюдать за авто, оставаясь незамеченным. Спустя пару минут задняя дверь автомобиля открылась и, к великому удивлению Матвея, из нее вышел не кто иной, как Олоф – соратник Черышева. Легкая ухмылка пробежала по лицу Матвея:

«Неужели из-за такой ерунды этот мальчик решил поиграть со мной немного больше, хотя я неплохо поставил его на место на судне? Нужно быть повнимательней», – подумал он.

Узнав, что в Риу-Бранку есть аэропорт, Матвей, ни секунды не раздумывая, купил два авиабилета и направился назад в гостиницу. Машина преследователей ехала по пятам.

– Ну и дилетанты, – пронеслось в голове у Матвея, – машину не меняли, едут прямо по пятам, а самое главное – показались мне на глаза. Даже неинтересно как-то.

Он быстро поднялся на нужный этаж гостиницы и зашел в номер, застав Линду за изучением испанского разговорника.

– Что, решила за час заполнить пробел в знаниях? – пошутил он.

– Нужно ведь когда-то начинать, – обрадовалась Линда приходу Матвея. – Кроме того, делать ведь все рано нечего. Как съездил?

– Просто великолепно. Оказывается, там есть аэропорт. Готов держать пари, что три года назад его там не было. Впрочем, в этом нет ничего удивительного – попробуй добраться туда, когда вокруг сплошные джунгли. Вылетаем сегодня вечером.

– Хорошо, – ответила Линда. – Успеем прогулять по городу? Не хочу остаток дня провести в гостинице.

– Без проблем, – кивнул Матвей, – пообедаем в гостинице и пойдем осматривать достопримечательности. Сюда уже можно не возвращаться, поэтому сразу направимся в аэропорт.

Потратив остаток дня на осмотр достопримечательностей города и покупку различных сувениров, они приехали в аэропорт за час до отлета. Матвей все время пытался высмотреть своих утренних преследователей, однако они больше не показывались в поле зрения.

«И все же это не так просто, – думал Матвей. – Если они начали за мной следить, то какой смысл им отказываться сейчас? Вероятно, они узнали все, что требовалось, и просто сели на дно. Если их тут нет, то с большой вероятностью они знают, что мы летим в Риу-Бранку. Откуда могут знать? Так, все просто. Они видели меня у турагентства. Значит, нужно было заинтересовать ту девушку, которая продала мне билеты».

Матвей посмотрел на часы. До отлета оставалось двадцать минут.

– Не успею. Жалко. Но ничего, осмотрюсь на месте.

С этими мыслями Матвей с Линдой сели в самолет и полетели в город, в котором уже можно было начинать работу. Полет был достаточно долгим, поэтому, сойдя с трапа самолета, они решили направиться прямиком к ожидавшим их друзьям. Для этого им пришлось нанять внедорожник, потому как обычные такси отказывались ехать так далеко даже за большое вознаграждение. Дорога к месту назначения проходила не только по шоссе и грунту, местами необходимо было переезжать прямо через леса и пески, что объясняло невозможность передвижения на обычном автомобиле.

Внедорожник, который удалось найти, был открытого типа, и ранним утром такая прогулка доставляла Матвею и Линде огромное наслаждение. Оставив позади цивилизованную часть штата, они выехали на скоростное шоссе и направились прямиком к джунглям, которые довольно четко просматривались на горизонте. Казалось, что к обеду они приблизятся к лагерю, однако к полудню джунгли даже визуально не приближались к мчавшемуся напрямик авто.

– Долго еще ехать? – крикнул Матвей водителю, так как говорить обычным тоном не имело смысла – шум ветра заглушал и уносил любые звуки.

– Думаю, к вечеру приедем, – прокричал водитель в ответ. – Когда приблизимся к той группе деревьев слева от нас, придется пересекать лес, что крайне замедлит нашу поездку. Кроме того, было бы неплохо остановиться немного перекусить.

Солнце начинало сильно припекать, и Матвею показалось вполне логичным сделать привал. Быстро соорудив небольшой навес от солнца, они поели и отдохнули.

– Все верно, сеньор, – обратился к Матвею водитель, обливая себя водой из фляги, – хотя вы и щедро заплатили мне за быструю езду, но в это время года опасно находиться под солнцем в полдень, поэтому эта остановка просто необходима.

Последовав примеру водителя, Матвей с Линдой окатили себя водой и через пятнадцать минут продолжили свое путешествие.

– К вечеру мы обязательно должны прибыть в лагерь, – сказал Матвей, садясь в машину.

– Это и в моих интересах, сеньор. У меня нет никакого желания провести ночь вне лагеря. Это небезопасно. Здесь очень много хищных зверей.

– А кроме зверей, есть кого опасаться? – поинтересовался Матвей.

– Вы имеете в виду грабителей, сеньор?

– Нет, я спрашиваю о племенах коренных жителей.

– Уверен, что опасаться их здесь нет смысла. Хотя они довольно многочисленны, но живут далеко в джунглях, и встретить их можно только спустя три-четыре дня пути. Уверяю вас, сделать это невозможно, так как вас просто растерзают дикие звери.

Матвей задумался. Он не придал значения тому факту, что туземцев будет сложно отыскать. То, что они обитают глубоко в джунглях, было вполне естественно, а вот хищники… об огнестрельном оружии он мог только мечтать, поэтому пока Матвей не видел решения данной проблемы. Вскоре внедорожник покинул шоссе и устремился прямо в лес, о котором упоминал водитель. Казалось, что они едут в непроглядной чаще джунглей, так как деревья росли довольно плотно, что, впрочем, не мешало передвигаться машине. Однако вскоре они пересекли небольшой островок леса и выехали на грунтовую дорогу. Вечерело. Матвей уже начал волноваться, как вдруг вдали показались палатки. Лагерь, который разбила экспедиционная группа, находился у края джунглей и участники жили прямо там, не покидая его. Тут он увидел человека, который отдалился от лагеря и махал им руками. Направившись прямо к нему, они через минуту-другую поравнялись с ним.

– Вот уж действительно приятная встреча, – обнимая выскочившего из машины Матвея, сказал Владимир. – Неужели доехал? По правде говоря, я не верил, что ты доберешься сюда, тем более что цели наших исследований совершенно разные.

– Я тоже очень рад встрече, – ответил Матвей, – но в нашем деле каждая мелочь может иметь решающее значение. Садись в машину, поехали, познакомишь меня со своими коллегами.

Матвей представил Владимира и Линду друг другу и они направились к лагерю.

– Вы здесь давно и можете нам помочь, даже не осознавая этого, – отвечая на поставленный вопрос Владимира, сказал Матвей. – Кстати, о целях. Над чем вы работаете?

– Ты, наверное, заешь, что коренное населения города живет за счет добычи каучука? – спросил Владимир.

– Да, я слышал, – ответил Матвей. – Основной промысел – это каучук, но еще тут неплохо налажена добыча бразильского ореха.

– Ты зришь прямо в корень, – рассмеялся Владимир, – а твоя проницательность снова на высоте. Добыча каучука становится очень прибыльной и деревья сильно истощаются. Их просто спиливают, продвигаясь все дальше в джунгли, а бразильский орех от этого очень страдает. Поэтому наша задача – не допустить вырубки деревьев, а по возможности их восстанавливать, чтобы в дальнейшем опять их использовать.

– Интересная работа, – сказала Линда. – Интересная и очень важная. Есть какие-нибудь наработки?

– Сбор и анализ данных продвинулся далеко вперед, но мы выращиваем определенные образцы в естественных условиях, а это требует времени, поэтому выводы сделать пока не можем.

– Может, стоит провести параллель с нашей березой? – немного подумав, предложила Линда. – Мы же не срубаем дерево после того, как собираем сок.

– Тут немного иначе, – улыбнулся Владимир, – они хотят увеличить добычу и не ждать, пока дерево восстановится, а у березы сок собирают только в отведенные периоды, и она успевает отлично восстановиться.

Получив краткое представление о работе экспедиционной группы, Матвей набросал себе план действий для наиболее продуктивного пребывания в лагере.

Вскоре они прибыли к месту назначения, и Владимир представил Линду и Матвея своим коллегам. Кроме него, в лагере было восемь человек, среди которых Матвей обнаружил одного туземца.

– Это кто? – шепотом спросил он у Владимира, когда они отошли на достаточное расстояние.

– Это наш проводник Куидель, что означает горящий факел. Ты не поверишь, но в темноте видит, как кошка, поэтому свое имя получил не зря. Он нам очень помогает, особенно в ночных дежурствах. Кстати, что мне прикажешь делать с твоим водителем, не будет же он ехать в ночь?

– Нет, конечно, переночует и поедет. У вас есть лишняя палатка?

– Мы вам приготовили две, но если нужно поместить шофера, то Линда переночует в своей палатке, а ты ляжешь со мной.

– Договорились. Смотри, как быстро ночь подкралась, не видно ничего уже. Можно костер развести?

– Конечно можно, и еду заодно приготовим.

– А где вы, кстати, ее берете? – поинтересовался Матвей. – Как я уже успел прочувствовать, ехать сюда довольно долго.

– Раз в неделю к нам прибывает машина с провизией, – разводя огонь, ответил Владимир. – Этого нам вполне хватает.

– Красиво костер ваш горит, – прервала беседу мужчин Линда, – можно с вами посидеть, погреться? А то днем жара невыносимая, а ночью довольно прохладно.

– Присаживайся, конечно, – ответил Владимир. – В женском обществе всегда веселее беседа идет. Ты, кстати, что будешь на ужин?

– Я не переборчивая, – присаживаясь на одеяло рядом с Матвеем, сказала Линда. – Что все будут, то и я.

– Мы сегодня на обед плов готовили, знатный вышел, – сказал Владимир, – вот его и разогреем.

– Отлично, – ответил Матвей. – Плов ваш мы с удовольствие попробуем. Ты мне говорил недавно, что Куидель помогает вам охранять лагерь по ночам. Я тоже хочу помогать. Какой у вас график?

– Дежурят по двое. Первые – с десяти до двух, затем следующие – до рассвета.

– Это очень правильное распределение, молодцы. Меня включишь в него. Я думаю, что мы у вас пробудем дней пять. Мне нужно тут немного осмотреться.

После скромного ужина компания посидела у огня еще около часа за приятной беседой, после чего все разошлись по своим палаткам. Матвей, как это ни странно, долго не мог заснуть, хотя длительная поездка, несомненно, сильно утомила его. Новая обстановка заставляла быть внимательным, несмотря на принятые меры предосторожности. Но звуки ночных джунглей ласкали слух, заставляя сконцентрировать на них свое внимание. Легкий шум ветра переплетался с трескотней миллионов тропических насекомых. Пение ночных птиц заглушал шум летящих крыльев то ли тех же пернатых, то ли летучих мышей. Ко всему прочему, Матвею показалось, что вдалеке протекает река. Едва уловимо послышался всплеск воды, как будто упало что-то большое. Возможно, это был крокодил или крупная рыба. Многочисленные обезьяны пронзали насквозь все окружающее пространство своими криками, внося в общую композицию свой специфический оттенок, но мгновенно затихали после величественного рева хищников. Этот рев заставлял замолкать не только обезьян. Казалось, что все живое замирало и преклонялось перед этими неоспоримыми хозяевами джунглей. Даже птицы, даже насекомые, несмотря на свою независимость, отдавали дань в виде торжественного молчания, пускай на долю секунды, но все же этого было достаточно, чтобы ощутить все величие диких кошек.

Дома Матвей не один раз включал перед сном различные звуки, сопровождаемые легкой музыкой. Это были шум дождя, дуновение ветра, прибой океана и пение птиц. Среди них также был трек звуков ночных джунглей. Как это отличалось от реальности. Нет, звучало все так же, но дома не чувствовалось той энергетики, которой было пропитано все пространство вокруг. Здесь хотелось жить. Жить полной жизнью, ощущая необычайное единство всего сущего.

Матвей проснулся до восхода солнца. Свежая ночная прохлада значительно лучше восстанавливала силы, чем самый комфортабельный отель. Владимир еще спал, и Матвей вышел из палатки, стараясь не разбудить друга. Около костра, как и говорил Владимир накануне, сидел человек, охраняя лагерь от возможных опасностей. В свете костра Матвей смог рассмотреть лицо молодого человека. Это был Куидель. Длинные черные волосы спадали на его плечи, подтверждая принадлежность к коренному населению. Пламя подчеркивало характерные индейские черты в виде прямого носа, красноватой кожи и характерного разреза глаз. Его одежда была простая, если не сказать бедная, однако взгляд и стройная, немного горделивая стать говорили о том, что это не обычный наемный проводник.

– Доброй ночи вам, – поприветствовал его Матвей шепотом, стараясь не нарушать сон окружавших.

– И вам доброй ночи, сеньор, – ответил Куидель. – Рано вы встали. До рассвета еще двадцать минут.

– Отдыхать на открытом воздухе для меня одно удовольствие. Я прекрасно выспался и хочу насладиться красотой рассвета.

– Сеньор говорит вещи, которые недоступны многим приезжающим сюда. Это немного странно. Как вас зовут?

– Меня зовут Матвей.

– Я никогда не слышал подобных имен. Что оно означает?

– Откровенно говоря, я никогда не интересовался, что означает мое имя, – немного смутившись, ответил Матвей. – Но Владимир успел мне немного рассказать о вас и о вашем имени.

– Имя мы получаем не от рождения, – кивнул Куидель. – Его нужно заслужить.

– Я догадался уже, что имя вы получаете не просто так, – согласился Матвей, – и хотя я не сомневаюсь в ваших способностях отлично видеть в темноте, все же немного опрометчиво оставлять лагерь под присмотром только одного человека. Владимир говорил мне, что вы дежурите по двое, но я не вижу вашего напарника.

Не успел Матвей вымолвить свою последнюю фразу, как они услышали хруст ветки под тяжестью ног. Матвей резко обернулся.

– Все в порядке, Матвей, – сказал Куидель и положил свою руку на ладонь Матвея, которая уже успела обхватить рукоятку ножа. – Владимир говорил все верно, вот как раз мой напарник – Стефан.

– Доброе утро, – приветливо улыбнулся Стефан, подбрасывая в огонь новую порцию дров. – Вижу, лагерь потихоньку пробуждается. Решил сходить за дровами, но вижу, что они уже не нужны. Начинает светать, хотя погреться не помешают.

– Доброе утро и вам, – поприветствовал нового знакомого Матвей, незаметно опуская нож в чехол. – Думаю, дрова лишние никогда не будут.

– Это верно, поэтому и решил принести с запасом. Пришлось подойти почти к краю джунглей, но вот дальше заходить не сильно хотелось. И днем туда опасно ходить, я уже не говорю ночью.

Матвей кивнул и обернул взгляд в сторону восходящего солнца.

Куидель вспомнил слова Матвея и не стал отвлекать его лишними разговорами. Более того, сам он сел в позу лотоса, скрестив под собой ноги, снял верхнюю одежду, повернулся к солнцу и стал неотрывно смотреть на него. Матвею показалось, что он даже напевает тихонько при этом. Стефан понял, что поддержание беседы будет крайне неуместным с его стороны делом, и был вынужден тоже провести время рассвета в тишине и размышлениях.

Вскоре лагерь начал оживать. Из палаток, как по будильнику, начали выходить люди. Как только Матвей увидел Владимира, он поблагодарил своих собеседников за приятно проведенное утро и направился к нему:

– Доброе утро, я смотрю, дисциплина у вас налажена очень хорошо – все встают по будильнику.

– Мы же не на вылазку сюда приехали, – улыбнулся Владимир, подходя к висевшему на дереве умывальнику. – Это серьезная работа. Как ты думаешь, легко она мне досталась?

– Сначала ты работаешь на свое имя, потом имя работает на тебя, – ответил Матвей и тоже окатил себя холодной водой из умывальника. – Вот теперь твое имя работает на тебя, но его легко и потерять.

– Именно! – воскликнул Владимир. – Поэтому без промедления беремся за работу. Я думаю, что ты вполне можешь обойтись без меня. Осматривайся и в случае чего можешь отвлекать. Мы работаем на северном краю джунглей в поле видимости от лагеря.

– Хорошо, спасибо. А как именно вам помогает Куидель? Я сегодня пообщался с ним, и мне кажется, что он может мне помочь.

– Он водит нас по джунглям определенными тропами, которые знают только коренные жители. Мы его, собственно, для этого и наняли.

– А можно мне провести время с вами? Мне как раз нужно осмотреть джунгли, освоиться, так сказать.

– Я спрошу у начальника экспедиции. Думаю, проблем не возникнет, тем более что может понадобиться физическая сила, которую ты, как я посмотрю, не растерял с прошлых времен.

– Ты же знаешь, я всегда рад физическому труду, особенно в пользу науки.

– Отлично, я пойду, а ты как захочешь, присоединяйся к нам, когда отправишь своего шофера.

– Я и забыл про него, – улыбнулся Матвей, – пойду будить его.

Но будить водителя не было необходимости. Он, как и Линда, уже проснулся. Позавтракав и проводив водителя, Матвей с Линдой присоединились к участникам экспедиции. Они углубились в джунгли под предводительством Куиделя. Судя по всему, серьезных хищников, с которыми они не могли бы справиться, тут еще не было, потому что Куидель вел их уверенной и твердой походкой. Неся с собой тяжелое оборудование, группа не могла быстро передвигаться, но в этом не было особой необходимости, так как спустя десять минут пути они остановились и стали разворачивать свои рабочие инструменты. Матвей решил провести этот день в физическом труде, не думая о своих делах. Линде тоже нашлась работа, которую она выполняла легко и непринужденно. Великолепно владея разными языками, Матвей быстро стал своим в группе, Линда же больше держалась Владимира, чему Матвей был рад, так как он планировал обследовать джунгли более глубоко и боялся брать ее с собой. К вечеру, уставшие, но веселые, они вернулись в лагерь и принялись готовить на костре ужин.

– Тебе не кажется, – обратился Матвей к Линде, – что в больших городах не можешь ощутить всю полноту жизни, как здесь, вдали от цивилизации.

– Абсолютно не кажется, – улыбнулась Линда. – Везде можно проводить свое время с пользой и удовлетворением, только вот не все могут, наверное. Я, например, счастлива и в городе, и тут. Главное, чем ты занят и как ты проводишь время.

– Возможно, ты права, со своей стороны, но на природе как-то обостряются чувства, что ли. Не знаю, как выразиться.

– Да я поняла тебя, не переживай. Каждому свое. Если ты чувствуешь себя на природе гораздо лучше, это же прекрасно. Посмотри, какое небо, какие звезды! Разве увидишь такие в городе?

– О, кстати о звездах. Когда плыли на корабле, я пытался отыскать единственное созвездие Южного полушария, которое знаю, – Скорпиона, но, как ни старался, не смог. Может, тут получится?

– Там мы же плыли в экваториальных широтах, – рассмеялась Линда. – Какой Скорпион?

– А есть еще и экваториальные созвездия? – удивился Матвей.

– Ну конечно, давай попробуем поискать, только нужно отойти от огня немного, чтобы не мешал.

Они отошли в сторонку и прилегли прямо на землю. Не успела Линда сосредоточить взгляд на звездном небе, как Матвей воскликнул:

– Нашел! Смотри, видишь, слева от нас. Вверху – как стрела, потом длинная полоска и внизу – как полукруг. Это же другое дело. Только начал искать и сразу нашел.

– Ты радуешься, как мальчик, – улыбнулась Линда. – Так смешно тебя таким видеть. Я знаю эти созвездия. Если посмотреть немного ниже, то прямо под ним увидишь созвездие Стрельца.

– Нет, просто так интересно, – немного остыл Матвей. – У нас видны одни звезды, тут – другие, на экваторе – третьи. А Стрельца, наверное, не рассмотрю. Нужно картинку посмотреть, где звезды соединены линиями, тогда увижу.

– Согласна, очень сложно увидеть. Как они называют их, я, если честно, не понимаю. Я пойду, Матвей. Устала сегодня, отлично поработали, не правда ли?

– Да, поработали здорово. Завтра немного направим усилия в другое русло. Доброй ночи тебе.

– И тебе доброй ночи, – ответила Линда, вставая с земли и направляясь к своей палатке.

Матвей еще немного полежал, пытаясь высмотреть созвездие Стрельца, но, как ни пытался, не мог воображаемыми линиями нарисовать даже какое-нибудь подобие. Мириады звезд сливались воедино на этом ночном узоре. Шум ночных джунглей снова начинал притягивать внимание Матвея, и чтобы не заснуть прямо на земле, он встал и последовал примеру Линды, направившись к своей палатке. Перед сном он решил обойти лагерь. Все давно уже спали, и только двое часовых у огня несли свою ночную вахту. Все было тихо, ничто не нарушало спокойствие группы, и Матвей с легкой душой лег спать. В эту ночь он заснул быстро, несмотря на громкий рев хищников. Очевидно, сказывалась физическая усталость, да и свежий прохладный воздух играл немаловажную роль.

По своему обыкновению, Матвей проснулся за двадцать минут до рассвета. Выйдя из палатки, он окатил себя водой из умывальника и направился к ярко горевшему костру, около которого сидели двое мужчин. К великому изумлению Матвея, один из них был Куидель.

– Вы же несли вахту вчера? – присаживаясь к ним, спросил Матвей Куиделя. – Я думаю, что более справедливо соблюдать график дежурств. Я вчера просил Владимира внести меня в список на сегодняшний вечер, но он отказал, мотивируя это моим гостевым статусом.

– Меня это совершенно не тревожит, – ответил Куидель, – я сам попросил, чтобы меня ставили все время во вторую половину ночи.

– Зачем? – поинтересовался Матвей.

– Я прошу прощения, – перебил их полный мужчина, который был на дежурстве, – до рассвета совсем недолго, а я смотрю, вы не намерены больше ложиться, мистер Матвей. Может, вы позволите мне пойти немного поспать?

– Разумеется, мистер Андерсон, – ответил Матвей, – отдыхайте, а мы с Куиделем досидим до рассвета.

Признаться, Матвей был рад, когда Андерсон встал и направился к своей палатке. Ему хотелось поговорить с Куиделем с глазу на глаз, а подходящего случая не было.

– Так почему вы хотели дежурить только во второй половине ночи? – повторил свой вопрос Матвей, когда Андерсон уже не мог их услышать.

– Когда я был маленький, отец мне рассказывал, что наиболее полноценно наше тело отдыхает после заката солнца, – ответил Куидель. – С этого момента до полуночи происходит полное насыщение и восстановление организма. Дальше ты можешь продолжать спать, но это не приносит особого эффекта. Таким образом, ты экономишь много времени. В мирное время наше племя ложится после заката и встает до рассвета, что позволяет более продуктивно провести свой день.

– Ты упомянул о своем племени, – аккуратно начал Матвей. – Почему ты не с ними?

– В джунглях живет много племен, с одними мы живем в мире, с другими – воюем. В одной из таких битв я попал в плен, но мне посчастливилось бежать. Бежать я мог только в сторону заката солнца, хотя мое племя находится в противоположной стороне. Если бы я побежал туда, меня бы непременно поймали. Я долго блуждал по джунглям, пока не вышел к большому городу. Я слышал о таких городах и попробовал там найти свою судьбу, но это выше моих сил. Мне все там чуждо. Случай же свел меня с этими людьми, и я помогаю им, чем могу. Тут мне гораздо легче, чем в большом городе.

– Почему ты не можешь вернуться к своему племени?

– Я уже говорил, что бежать мне пришлось в сторону, противоположную моему племени, из-за большого количества вражеских племен на моем пути. Даже если по счастливой случайности я смогу пробраться через них незамеченным, меня просто разорвут дикие звери. Одному в джунглях не выжить.

– Ты знаешь, в какой стране мы находимся?

– Я не настолько не образован, сеньор, – улыбнулся Куидель. – Я знаю, что эта страна называется Бразилия.

– Прости, Куидель, – серьезно ответил Матвей, – я совершенно не хотел тебя обидеть. Просто ты говорил, что бежал в сторону заходящего солнца, то есть на запад, значит, твое племя расположено на востоке, а там находится страна Перу.

– Я знаю это, сеньор, – ответил Куидель.

– Называй меня Матвей, хорошо?

– Когда мы будем одни, я буду называть тебя по имени, но в присутствии других буду звать сеньор.

– Вот и отлично. Дело в том, что я скоро отправлюсь туда и буду исследовать различные каменные постройки, которые расположены в джунглях. Я бы мог взять тебя с собой в Перу, и оттуда, с другой стороны, ты можешь попробовать добраться к своим братьям без опасения попасть в плен к вражеским племенам.

– Там, где проживает мое племя, довольно много каменных построек. Они значительно более величественные, чем большой город, который я видел тут. Я уверен, что со стороны Перу смогу добраться к себе домой.

– Это великолепно, – удовлетворенно кивнул Матвей. – Я помогу тебе вернуться домой, а ты поможешь мне найти эти постройки.

– Хорошо, Матвей. Я очень рад, если смогу отблагодарить тебя за то, что ты поможешь мне. Когда мы отправляемся?

– Водитель вернется за мной послезавтра утром. Сразу можно будет выезжать.

– Я буду ждать этого утра с большим нетерпением, Матвей. Благодарю тебя.

– Не стоит, – искренне ответил Матвей. – Скажи, Куидель, почему ты вчера на рассвете разделся, когда приветствовал солнце.

– Матвей, мне сложно это сказать. Я очень плохо знаю испанский язык и могу только скромно изъясняться. Как же я смогу передать тебе глубинный смысл того вопроса, который ты задал?

– Попробуй объяснить на родном языке, – попросил Матвей и с улыбкой посмотрел на Куиделя.

– Я слышал, что ты можешь изъясняться и понимать разные языки. Их можно выучить, общаясь с разными людьми, но ты же не общался с индейскими племенами. Как ты можешь понять меня?

Матвей продолжал молча смотреть на Куиделя, ожидая проверки.

– Сколько тебе лет? – спросил Куидель на языке своего племени.

К величайшему удовлетворению Матвея, он понял вопрос. Он был задан на наречии, сходном с наречием кечуа, которое он изучил наиболее серьезно. Оно было похоже на испанский, с небольшими отличиями, но на корабле Матвей много времени уделил его изучению и теперь мог свободно не только понимать, но и изъясняться на нем.

– Наша планета пролетела вокруг солнца тридцать восемь раз с тех пор, как Создатель подарил мне жизнь на ней, – ответил Матвей, стараясь подражать особенностям речи индейцев.

Удивлению Куиделя не было предела.

– Как такое возможно? – поражался он, продолжая говорить на родном языке. – В книгах можно почерпнуть многие знания, но неужели там есть знания по нашему языку?

– В книгах есть многие вещи, – пояснил Матвей. – Мне стоило большого труда отыскать их, но, тем не менее, это возможно.

– Тогда слушай, я попробую тебе ответить на твой вопрос. Солнце дарит жизнь всему живому на нашей планете. Оно дарит жизнь и нам. Когда смотришь на солнце, оно насыщает нас первоисточником энергии. Все остальное – это его производные. Вода, плоды, зелень, дарят нам переработанную энергию солнца. Мясо травоядных животных дает нам переработанную энергию злаков, но многое и забирает. Мясо же хищников мы не в состоянии употреблять в пищу, потому что оно может дать нам только переработанную энергию травоядных животных, которой там почти нет, а забирает эта пища значительно больше, чем дает. Все это насыщает нас, но самый сильный источник энергии – первоисточник. Мы можем смотреть на солнце невооруженным взглядом только в часы рассвета и заката, поэтому пропускать их нельзя ни в коем случае. Раздеваюсь же я для того, чтобы каждая клеточка моего тела впитала в себя как можно больше той энергии и любви, которую нам дарит солнце.

– Это потрясающе, – искренне удивился Матвей. – Я тоже хочу попробовать.

С этими словами Матвей скинул рубашку и повернулся в сторону восходящей зари.

– Ты воин? – спросил Куидель Матвея, поражаясь и осматривая его мощное тело.

Матвей улыбнулся и, повернув голову к Куиделю, ответил:

– Да, Куидель, у себя на родине я был воином, но сейчас занимаюсь другими вещами.

Куидель кивнул, и они вместе встретили рассвет. До появления участников экспедиции они успели одеться и продолжали мирно беседовать, пока к ним не подошел Владимир.

– Сегодня, как и вчера, будешь помогать нам? – спросил он.

– Если позволите, до обеда помогу, а потом планирую обследовать джунгли более глубоко. Для этого мне нужен Куидель. Надеюсь своим трудом окупить его отсутствие.

– Уверен, что это возможно, – ответил Владимир, – вчера ты очень помог нам. Можно выходить.

– Я подожду Линду и мы вас догоним.

Матвей продолжал сидеть у потухшего огня, пока солнце полностью не встало. Группа уже удалилась от лагеря, но Линда все не появлялась. Матвей почувствовал тревогу. Мгновенно поднявшись на ноги, он подошел к ее палатке и позвал ее по имени. Она не ответила. Он осторожно расстегнул молнию на входе и заглянул внутрь. Ее там не было. Матвей встревожился не на шутку.

«Куда она могла пойти? – думал он. – А главное, когда? Я все время сидел у костра, и палатка находилась под присмотром».

– Линда! – крикнул он так громко, что даже участники далеко ушедшей группы обернулись. – Линда, ты где?!

Эхо джунглей вторило ему, но девушка не отвечала. Обежав лагерь кругом и убедившись, что ее нигде нет, Матвей помчался догонять остановившихся от криков участников экспедиции. Спустя пять минут он уже догнал группу.

– Линда не с вами? – прокричал он на ходу.

– Ты же сам сказал, что подождешь ее и вы к нам присоединитесь, – встревоженно ответил Владимир.

– Конечно, я помню. Только нет ее в палатке и в лагере нет. Прошу вас, давайте вернемся и осмотрим все вместе.

– Естественно, что работать никто не сможет в таких условиях, – сказал Владимир. – Все возвращаемся.

Вернувшись в лагерь, Матвей в первую очередь осмотрел палатки всех участников, которые без них осмотреть не мог. Линды нигде не было. Матвей хотел было предложить рассредоточиться и обыскивать окрестности, когда увидел на горизонте автомашину.

– Разве сегодня должны привезти продукты? – спросил он у Владимира. – Ты же говорил, что послезавтра.

– Совершенно верно, – ответил Владимир, – но это не наша машина. Я не знаю, кто это.

Подъехав на безопасное расстояние, машина остановилась. Из нее вышел один человек и пешком направился к лагерю. Когда он приблизился настолько, что можно было разобрать черты его лица, Матвей не поверил собственным глазам и сразу догадался, куда пропала Линда. Легкой, прогуливающейся походкой к нему направлялся Черышев.

5

Матвея было сложно удивить, но сейчас Черышев явно застал его врасплох. Он не стал ожидать, когда тот приблизится к группе, а вышел к нему навстречу.

Подойдя на безопасное расстояние, Черышев остановился и крикнул Матвею:

– Мистер Матвей, предупреждаю, использование силы с вашей стороны не принесет вам ничего хорошего.

– Я не настолько глуп, – прокричал Матвей в ответ, – чтобы променять жизнь дорогого мне человека на жизнь такого мерзавца, как ты.

После этих слов Черышев спокойно продолжил свой путь, пока не подошел к Матвею вплотную.

– Видите ли, в чем дело, – начал он, как ни в чем ни бывало, – вы изволили побеспокоить мистера Черышева, а это, как уже, наверное, поняли, ни для кого не проходит бесследно. Кроме того, вы унизили меня, а за это вам придется заплатить очень дорого.

– Понятно. Но ты тоже учти на будущее, о чем мы бы ни договорились сейчас, твои шансы на выживание очень малы. Если ты думаешь, что узнал меня полностью, то сильно ошибаешься. Прежде чем затевать игру со мной, нужно было все хорошо взвесить, а ты, судя по всему, что все же рискнул поиграть, не потрудившись навести должные справки. Рекомендую потратить на это отведенное тебе время, пока Линда не со мной, потому что потом будет поздно.

Солнце светило прямо в лицо Матвею, но это не помешало ему рассмотреть, как побледнело лицо Черышева.

– Вы не в том положении, чтобы угрожать, – испуганно крикнул тот. – Напоминаю, что Линда в моих руках, и если я не вернусь до завтрашнего утра в город, то судьба вашей спутницы сложится гораздо плачевнее, чем вы сможете нарисовать в вашем воображении.

– Ладно, ближе к делу, – отрезал Матвей.

– Итак, – продолжил Черышев, немного успокоившись, – как я уже говорил, вы перешли мне дорогу, а я это не оставляю без внимания. Вы – игрок. Я бы даже сказал больше – азартный игрок. И, как вы правильно заметили, я решил продолжить нашу игру. Только в этот раз мы немного поднимем ставки. Последней нашей раздачей была ставка семь тысяч долларов. Я повышаю ее, и теперь ставка в нашей игре триста тысяч долларов. Даю срок в один месяц. Если через месяц у меня не будет этих денег, вашу спутницу ждет не очень приятный сюрприз.

– Даже если бы у меня были такие деньги, – закипел Матвей, – я бы ни за что не отдал их тебе. Убирайся отсюда, пока я не соблазнился на твою жалкую жизнь. Украл ее не ты, и сейчас она не с тобой. У меня есть время найти ее.

– Насчет денег вы, разумеется, правы. Но сюда вы приехали не на отдых. Экспедиция ваша носит неофициальный характер, а такие поездки очень хорошо оплачиваются. Поэтому деньги у вас будут. Что же относительно вопроса по поиску, искренне советую не откладывать эту затею. Блуждать по джунглям в поисках одного человека – это довольно интересная затея. Желаю вам удачи.

С этими словами Черышев развернулся и пошел к ожидавшему его автомобилю. Пройдя шагов двадцать, он развернулся и ехидно повторил:

– У вас ровно месяц.

Матвей не стал задерживать его и, развернувшись, направился обратно в лагерь.

– Что случилось? – взволнованно спросил Владимир. – Кто это был?

– Линду похитили, – ответил Матвей. – А это был организатор. Поставил мне условия. Извини, Владимир, что я принес вам такие проблемы. Идите, работайте. Мне нужно подумать и осмотреть все еще раз.

– Мы не сможем работать, когда случилось подобное, – возразил Владимир. – Чем мы можем помочь?

– Благодарю, Владимир, – искренне ответил Матвей, – но самой лучшей помощью с вашей стороны будет покинуть лагерь и дать мне тут спокойно еще раз все осмотреть. Как только я это сделаю и приму решение по своим дальнейшим шагам, я к вам приду.

– Если бы я не знал тебя, я обиделся бы, но, уверен, ты знаешь, что делаешь. Мы пойдем, но работать вряд ли сможем.

– Все правильно, Владимир. Еще раз спасибо.

Оставшись один, Матвей, прежде всего, отправился к месту костра, где находились часовые. Убедившись, что Линда не могла выйти из палатки незамеченной, он поспешил еще раз осмотреть ее изнутри. Вещи были в полном порядке. Никаких следов борьбы. Матвей начал убирать с пола все одеяла, для того чтобы осмотреть дно.

– Ну, наконец-то, – вздохнул он.

В углу палатки, противоположном месторасположению костра, в нижней части брезента был сделан большой горизонтальный разрез, через который вполне мог пролезть человек. Матвей быстро пробрался через него на улицу, где увидел прямо перед собой внезапно появившегося Куиделя.

– Куидель! – воскликнул Матвей. – Я же просил не мешать мне. Почему ты не пошел со всеми?

– Ты был очень добр ко мне, – ответил Куидель, – поэтому я хочу тебе помочь.

– Помочь мне может только чудо, – трезво оценивая ситуацию, сказал Матвей. – Линду похитили, а чтобы вернуть ее, мне нужно заплатить огромную сумму денег, которой у меня нет. Поэтому мне придется искать ее по следу похитителей. У меня мало шансов для того, чтобы это сделать, но я легко отдам свою жизнь для этого.

– Джунгли погубят тебя, Матвей. Даже мы, родившиеся там, боимся их и уважаем. Если удалиться от обжитых мест, нас ждет гибель в их объятьях.

– Я осознаю весь риск своего намерения, – согласился Матвей, – но у меня нет другого выхода. Кроме того, мне приходилось бывать в местах пострашнее джунглей, поэтому я не боюсь.

– Ты любишь ее? – повернув разговор в другую сторону, спросил Куидель.

– Я понимаю твой вопрос, Куидель, и если скажу, что люблю, то ты можешь меня неправильно понять.

– Попробуй, пожалуйста, – попросил Куидель. – Я должен понимать, ради чего ты рискуешь.

– Я не люблю Линду как женщину, с которой можно создать семью для продолжения своего рода, – немного подумав, ответил Матвей. – Но я очень люблю ее как друга, которому можно доверить свои тайны, и я буду уверен, что она их не выдаст. Я могу прийти к ней в трудную минуту, когда мне не к кому пойти, и она поможет мудрым советом. Я могу попросить ее о чем угодно, и она не откажет, даже если это будет идти вразрез с ее интересами.

– А разве этого недостаточно, чтобы хотеть создать свою семью? – удивился Куидель.

– Нет, Куидель, этого недостаточно, – улыбнулся Матвей. – Во всяком случае, для меня. Кроме того, я попросил ее помочь мне в деле, ради которого мы приехали сюда, поэтому я ответственен за нее.

– Понятно, – присаживаясь на землю и рассматривая разрез на палатке, ответил Куидель. – Итак, давай начнем. Однозначно Линду похитили в первой половине ночи, когда мы с тобой еще не сидели у костра. Уверяю тебя, я бы услышал малейший шум.

– Согласен, – ответил Матвей. – Могу сказать немного больше. Украли ее, очевидно, местные индейцы, потому как мало кто согласится нападать ночью из джунглей. Для этого их необходимо хорошо знать. Кроме того, ты мне говорил, что с этой стороны находятся племена, с которыми враждует ваше племя, поэтому задача освобождения становится крайне проблематичной.

– Ты абсолютно прав, Матвей. Это сделали индейцы племени суруми. Они очень многочисленны, смелы и могущественны. Мы враждуем с ними. Для них украсть человека за деньги и убить в бою – это достойные занятия, за которое они получат уважение среди соплеменников и перед своими богами. Если бы не это обстоятельство, мы бы давно заключили мир и жили в согласии.

– Я примерно так и представлял себе это, – кивнул Матвей. – Идти за ними по пятам сквозь джунгли – это самоубийство. Ты не знаешь, не протекает ли поблизости какая-нибудь речка? Я знаю, что ни одно индейское племя не селится вдали от реки.

– Создается такое впечатление, что ты долгое время жил среди наших народов. Все абсолютно верно. Довольно далеко отсюда протекает река Пурио. Она очень могущественна и богата, поэтому ее берега стали пристанищем для многих племен, в том числе и моего племени.

– Значит, мой слух не обманул меня прошлой ночью. Я слышал шум воды, хотя не был уверен, что это именно вода. Я знаю эту реку. Только у нас она называется Пурус. Точно не могу сказать, но мне кажется, что она не протекает в Рио-Бранку, хотя мы уже довольно далеко от этого города. Это правый приток Амазонки, и ее воды настолько обширны, что даже большие судоходные суда могут идти по ней. Нам нужно выйти к ней и сделать плот, на котором мы достигнем владений этого племени суруми.

– Для того чтобы сделать плот, нужно будет срубить много деревьев и потратить много времени, – возразил Куидель. – Я могу показать тебе, как сделать каноэ. Вдвоем мы справимся за двое суток.

– Мне нравится твоя идея, – одобрил Матвей. – Не будем терять времени, пойдем к Владимиру. Нужно попрощаться и попросить необходимые инструменты для изготовления каноэ.

Куидель молча кивнул, и они направились к общей группе, захватив с собой все необходимые вещи. Экспедиционная группа все же начала работу, несмотря на тяжелую атмосферу, но так действительно было лучше – работа помогала отвлечься от грустных мыслей об ужасном происшествии. Увидев, что Матвей и Куидель нагружены тяжелыми сумками, Владимир сразу все понял и направился к другу, чтобы никто не слышал их беседы:

– Может, стоит заявить властям? Все-таки мы не в дикой стране.

– Нет, Владимир, – ответил Матвей, – даже если они возьмутся за это дело, шансов у нас не будет. Если он узнает, что мы попросили помощи у властей, он просто убьет ее. Таких людей ничто не остановит. А доказать его причастность к этому делу практически невозможно, поэтому выхода только два. Первый – отдать деньги. Но иметь дело с такими людьми и идти у них на поводу – это ни к чему хорошему не приведет, поверь моему опыту. Нет ни одной гарантии, что, получив деньги, он вернет мне Линду. Поэтому остается надеяться только на себя, ну, и на Куиделя. Надеюсь, ты не станешь возражать, если он присоединится ко мне?

– Матвей, я все сделаю, чтобы помочь тебе. Что тебе еще нужно?

– Какие нам понадобятся инструменты? – спросил Матвей Куиделя.

– Два топора, – коротко ответил тот, – остальное у нас есть.

– Выбирай любые, какие видишь, – сказал Владимир, – за нас не переживай, нам привезут новые через два дня.

– Благодарю, Владимир. Уверен, мы еще увидимся и втроем попьем чай у костра вместе с Линдой.

– Удачи вам. Позвони, как только сможешь сделать звонок. Я действительно буду переживать.

– Непременно. Удачи и вам.

С этими словами друзья крепко обнялись, и Матвей с Куиделем двинулись в путь. Дорога к реке не лежала на проложенной тропе, какими Куидель водил группу Владимира, и им пришлось испытать всю суровость непроходимых джунглей на себе. Колючие ветви били по рукам и лицу, когда они проходили через густую завесу деревьев, но путники не обращали на это внимания. Встречались и непроходимые заросли, которые можно было только вырубить топором. Матвей уже достал его из своей сумки, но Куидель запретил это делать.

– Если мы начнем тратить время на прокладывание дороги, – тихо сказал он, – нам ни за что не добраться к реке до захода солнца, поэтому такие места будем обходить.

Матвей молча кивнул, и они пошли в обход. Проходя сквозь густую чащу, сложно было определить, как долго еще до захода, потому как вековые деревья не только закрывали собой небесный свод, но даже не пропускали солнечный свет. Местами было настолько темно, что невозможно было различить предметы в шаге от себя, поэтому Матвей держался Куиделя на расстоянии вытянутой руки. Когда они покинули чащу и вышли на поляну, залитую солнечным светом, Матвей, щурясь от яркого света, сказал:

– Мне кажется, что такие непроходимые дебри могут стать нам хорошим убежищем ночью. С одной стороны углубимся в них с помощью топора, а с другой – завалим вход тяжелыми ветками.

– От крупных хищников это сработает, – согласился Куидель, – но ты забываешь о змеях. Они очень любят охотиться на птичьи яйца в таких чащах, поэтому это плохое убежище. Единственный наш шанс относительно спокойно провести ночь – достигнуть реки. Там я покажу тебе, как можно защититься.

И они пошли дальше, оставив самый сложный участок пути позади. Вскоре они вышли к хорошо проложенной тропе, и, судя потому, что Куидель шел вперед уверенно и быстро, можно было надеяться на достижение реки к вечеру. Теперь солнце можно было видеть все время, несмотря на обилие растительности. Его косые лучи проникали сквозь колышущуюся листву, иллюзорно расширяя и без того необъятные джунгли. Пройдя по тропе около двух часов, они свернули с нее и пошли на запад. Это было несложно определить, поскольку заходящее солнце светило им прямо в лицо. Пройдя еще минут пятнадцать, Куидель остановился и прислушался.

– Послушай, – прошептал он, – мы на верном пути.

Матвей напряг свой слух до предела, однако не мог уловить шум бурлящей реки. Шум листвы и пение птиц заглушали более отдаленные звуки.

– Странно, – так же шепотом сказал Матвей, – я мог слышать шум реки из лагеря, а теперь, когда мы гораздо ближе к ней, не могу его уловить.

– Тут нет ничего удивительного, – ответил Куидель. – Ты слышал реку ночью. Ночные джунгли сильно отличаются от джунглей, одаренных солнечным светом. Ночью тут правят другие законы, которые даже я не в состоянии тебе объяснить. Если нам посчастливится вернуть Линду и добраться до моего племени, я познакомлю тебя с человеком, который, если ты пожелаешь, сможет рассказать и объяснить это. Кроме того, ты был в полудреме, а в этом состоянии наши чувства более восприимчивы.

– А ты слышишь реку? – спросил Матвей.

– Да, она совсем близко. Просто ветер дует нам в спину и уносит ее шум от нас.

– Ну вот, видишь, – улыбнулся Матвей. – Ты сам ответил на мой вопрос. Может, ночью ветер дул с реки, вот я и слышал ее.

– Может быть, этот фактор тоже сыграл свою роль, – согласился Куидель, – однако все, что я говорил про ночные джунгли, тоже имеет огромное значение.

И они тронулись дальше. Как только солнце скрылось за горизонтом, Матвей тоже услышал шум бурлящей реки. Но пробираться сквозь вековые заросли было очень сложно. К тому же скрывшееся солнце очень быстро уносило с собой остатки света, и вскоре тьма поглотила их.

– Теперь нужно пробираться очень осторожно, – повернувшись, сказал Куидель. – Река очень близко, но в это время хищники любят выходить к ее берегам на охоту. Если луна не одарит наш путь своим светом, шансов остаться в живых у нас немного.

Матвей кивнул и, стиснув зубы, осторожно пошел за Куиделем. Они с утра ничего не ели, и, несомненно, длительная переправа сильно утомила их. Но Матвей был тренирован на такие случаи, и мог не есть практически без потерь сил около трех дней. Но вот в Куиделе он не был уверен, хотя по его твердой походке можно было сказать, что подготовлен он к таким испытаниям не хуже Матвея. Он только пил воду с фляги, даже не прерываясь на остановку.

В этот вечер судьба была благосклонна к ним. Луна вышла из-за туч внезапно и озарила отраженным солнечным светом окружающее пространство. Справа от них возвышались огромные деревья, а слева была большая пустая равнина. Они оказались как бы на опушке джунглей и шли параллельно им. Шум бурлящей реки слышался теперь очень отчетливо, и Матвей всмотрелся в открывавшуюся слева от них пустоту. Не более как в пятистах шагах от них он увидел искрившийся поток света, который несся по земле, озаряя ее невероятно красивыми огнями. Не было никакого сомнения, что они достигли намеченной цели.

– Река! – воскликнул Матвей, радостно тряся за плечо Куиделя.

Однако Куидель резко обернулся и приложил указательный палец к своим губам, давая понять, что любой шум может привлечь внимание. Матвей кивнул, но успел заметить, что Куидель тоже очень доволен.

– Теперь нужно идти очень быстро, – шепнул он. – Не отставай.

Они развернулись и направились прямиком к реке. Подойдя к ней вплотную, Матвей увидел, что спуститься прямо к воде очень трудно из-за пологих размытых берегов.

– Сложно подойти прямо к воде, – расстроено шепнул Матвей Куиделю.

– В этом наше спасение, – улыбнулся он. – Давай спускаться, но будь осторожен.

Матвей начал спускаться по отлогому спуску прямо к реке. До воды было около трех метров. К своему удивлению, Матвей обнаружил, что весь спуск сопровождался корягами, похожими на корни деревьев, хотя поблизости не было крупных экземпляров. Кроме того, эти коряги образовывали собой небольшие ниши, куда можно было забраться и спрятаться. Матвей залез в одну из таких и стал ждать Куиделя.

– Ну как, нравится? – услышал он голос спускавшегося к нему Куиделя.

– Это просто фантастика. Я бы никогда не подумал, что в джунглях можно найти такой хороший ночлег.

– Да, в этих местах это наиболее оптимальный вариант, хотя и он небезопасен. Нам повезло, потому что не везде есть такие укрытия, хотя их достаточно. Крупные кошки нас тут точно не достанут, но есть вероятность попасть в пасть крокодила. Их тут довольно много, и хотя вряд ли они будут нападать, но все равно двоим спать нельзя. Будем спать по очереди.

– Я думаю, оптимальным вариантом будет придерживаться твоего графика. Сначала ложись ты, а я под утро.

– Я не возражаю, – согласился Куидель. – А ты разве не устал?

– Устал, конечно, но в новой обстановке уснуть не смогу, поэтому пока осмотрюсь немного, а ты отдыхай. Давай перекусим, кстати. Весь день ничего не ели.

– Я не ем после захода солнца, – ответил Куидель. – Эта еда не принесет ничего полезного нашему телу.

– Даже если не есть весь день? – удивился Матвей.

– А если целый день воздерживаться от пищи, а на ночь поесть, то не то что пользы не будет, а только во вред пойдет.

– И ты можешь это аргументировать? – спросил Матвей.

– Я могу рассказать тебе только то, чему учили меня мои родители, а также о своих ощущениях. Если ты хочешь услышать, как это все работает, то давай постараемся не погибнуть и добраться до моего племени. Так ты сможешь услышать ответы не только на интересующие тебя вопросы, но и на вопросы, которые ты захочешь задать в скором будущем.

– Теперь у меня двойной стимул выжить, – улыбнулся Матвей. – Ложись, пока есть время. Утром у нас будет много работы.

– Правильно, ложусь, – подстилая под ветки спальный мешок, ответил Куидель. – Можешь не будить меня – я сам встану.

– Хорошо, – кивнул Матвей. – Доброй ночи.

Куидель заснул быстро, а Матвей, улегшись поудобнее на корягах, стал любоваться журчащей ночной рекой. Ее воды были очень обширны и величественно текли по дугообразному руслу. На рычание хищников Матвей уже не обращал внимания, тут они были в относительной безопасности, а вот за всплесками прямо у берега он следил очень внимательно. При лунном свете крокодилов было сложно рассмотреть, но Матвей был уверен, что это именно они. На всякий случай он вытащил из сумки сигнальную ракету, чтобы в момент опасности попытаться отвлечь от себя рептилий. Но это было напрасно. Как впоследствии узнал Матвей, ночью крокодилы могут напасть, только если их потревожить прямо в воде, а охотятся они и выжидают добычу утром и вечером, когда звери приходят на водопой. Луна скрылась за облаками так же внезапно, как и указала путникам дорогу, погрузив наблюдаемые Матвеем ночные пейзажи в полный мрак. Наблюдая за рекой, можно было отвлечься и забыть о тяжелом дне, а с наступлением темноты стало гораздо труднее нести вахту – сказывалась накопленная за день усталость. Переживания о Линде стали вытеснять из головы Матвея мысли о планах освобождения девушки, которые медленно, но неизбежно погружали его в дремоту. Но Матвей пережил не одну бессонную ночь. Нужно было срочно отвлечь себя чем-нибудь. Он приподнялся с веток, ровно сел и попробовал поставить себя в положение Линды.

«Если нам сейчас так тяжело, – думал он, – каково же Линде в руках этих продажных воров? А вообще нужно отдать им должное. Так пройти сквозь ночные джунгли, не побоявшись диких зверей, пробраться к лагерю и умело выкрасть, разрезав палатку с противоположной от костра стороны. Для этого необходимо было точно знать не только месторасположение лагеря, но и в какой палатке она ночевала. Значит, они либо наблюдали за нами днем, либо…»

Матвей подозрительно посмотрел на спящего Куиделя.

«Либо внедрили шпиона, – продолжал он свои размышления. – Куидель вполне мог осуществить все это в первой половине ночи, когда не было его дежурства. Он мог видеть, как мы с Линдой беседуем у костра, потом подождать, когда мы с ней заснем, и спокойно выкрасть ее. Потом затащить меня сюда и отвлекать до тех пор, пока Черышев не увезет Линду в недоступное для меня место. И не было никаких индейцев. Очень тяжело проходить сквозь джунгли, пускай это и коренные жители, но они же не умеют приручать хищников».

Подозрения все больше роились в голове Матвея. Он еле сдерживал себя, чтобы не разбудить Куиделя для того, чтобы сказать ему это все в лицо и посмотреть, что тот скажет на это. Однако, немного поразмыслив, решил, что все равно до утра он не сможет сдвинуться с места, даже если после разговора с Куиделем убедится в своих подозрениях. Кроме того, Матвею не давали покоя те малочисленные, но такие емкие беседы с ним.

«Как может совмещаться в человеке такая любовь и мудрость с таким вероломством? – сомневался Матвей. – Конечно, встречается всякое, но он очень любит все живое. Кроме того, открытые добрые глаза. Тяжело поверить. Но в то, что нас подстерегли индейцы, – еще сложнее».

В своих раздумьях он просидел до тех пор, пока индеец не проснулся.

– Ты стойкий боец, – сказал Куидель Матвею, поднимаясь с ветвей, – раз такой тяжелый переход не сломил тебя и ты не поддался сну.

– Спасибо за комплимент, – отрезал Матвей, – у меня есть разговор к тебе.

– Может, отложим на утро, – предложил Куидель. – Тебе нужно хорошо отдохнуть. Сам ведь знаешь, у нас будет много работы.

– После нашего разговора, может, и не будет. Поговорить нужно сейчас.

– Я тебя слушаю, – спокойно сказал Куидель.

– Пройдя наш тяжелый путь сквозь джунгли, – начал Матвей, – я понял, что мое предположение относительно похищения Линды может быть неверно. Очень сложно осуществимый план. В окрестностях трехдневного пешего перехода нет племен индейцев. Пробираться через такие чащи, особенно ночью, – крайне опасное занятие, даже для коренных жителей джунглей. Кроме того, подкравшись к лагерю, нужно было долго следить за нами, для того чтобы узнать, где именно палатка Линды. Я думаю, что я бы заметил это, да и ты, опытный следопыт, должен был что-либо почувствовать. Вот я и подумал, что Линду украл кто-то из нашей команды, соблазнившись деньгами моих врагов.

– Я ждал этого разговора и боялся его, – ответил Куидель, спокойно глядя Матвею прямо в глаза. – Ты абсолютно прав, это очень сложный план. Кроме того, ты не можешь подозревать никого, кроме меня. На меня очень легко подумать, и, признаться тебе, я представлял себе наш этот разговор. Что я могу тебе возразить на твои подозрения? Откровенно говоря, мало. Но давай попробуем. Я не знаю, что у тебя за враги и как долго они вынашивали планы относительно похищения. Поэтому мне нужна четкая картина, почему он украл ее. Только из-за денег или есть еще причина? Но прежде чем ты мне ответишь, я хочу поклясться тебе всем святым и светлым, что есть на нашей родной планете, поклясться всем моим родом и памятью моих предков, что я не участвовал в заговоре с твоими врагами и от всего сердца хочу помочь тебе.

Матвей еще раз внимательно посмотрел на Куиделя и, как бы вспоминая что-то, сказал:

– После такой клятвы мне не нужно искать для тебя оправдания. Прости меня за то, что усомнился в тебе. Мне нужно было внимательнее слушать тебя, чтобы подобные мысли не закладывались в мою душу. Прости, если сможешь.

– Тебе не нужно просить прощения, – ответил Куидель и взял Матвея за руку. – Я же говорю тебе, что я и сам бы на себя подумал, если бы был на твоем месте. Но ты не ответил мне. Давно эти люди хотят причинить тебе зло?

– Нет, совсем недавно я познакомился с ними. Около недели назад.

– Ну вот, – облегченно вздохнул он, – а я с Владимиром больше месяца и никуда не отлучался. Как же я мог войти с ними в сговор?

– Все верно, Куидель. Ты не мог, но, может, все же кто-нибудь из лагеря.

– Маловероятно. Мы же всегда были вместе, всегда работали. Провизию и инструменты нам привозили, а ты узнал этих людей неделю назад. Как бы ни был сложен план индейцев племени суруми, но он наиболее вероятен. Они очень отважны и выносливы, кроме того, как я уже говорил тебе, для них честь совершить подобный поступок.

– Хорошо, Куидель, будем придерживаться первоначального плана, – согласился Матвей. – Я так понимаю, нам придется плыть против течения?

– Да, поэтому я и предложил тебе сделать каноэ. На нем мы сможем плыть очень быстро. Теперь ложись, набирайся сил. До рассвета уже недолго.

Матвей кивнул и улегся по примеру Куиделя на спальный мешок, не заворачиваясь в него. Заснул он мгновенно и раскрыл глаза только утром, когда Куидель разбудил его. Они вылезли на берег, оставив снаряжение в своем временном пристанище.

– Начнем искать дерево для каноэ или сначала подкрепимся? – поинтересовался Матвей.

– Я бы не стал тратить драгоценное время на еду. На деревьях полно плодов.

– А вот с плодами мне нужно быть очень осторожным, – ответил Матвей, – некоторые вызывают у меня очень сильную реакцию, и есть ваши экзотические фрукты довольно опасно.

– Здесь изобилие плодов, – возразил Куидель. – По этому поводу не переживай, мы легко подберем тебе что-нибудь подходящее. Позавтракаем на ходу, а вот искупаться я бы не отказался.

– Не собираешься ли ты поплавать перед пастью у крокодила? – удивился Матвей.

– Вода очень сильно освежит нас, – серьезно ответил он, – я же не стану переплывать всю реку, хотя мне не раз приходилось это делать. Только освежусь у края. Кроме того, зная, что поблизости есть крокодил, твое тело и дух выработают достаточное количество сил, и ты будешь свежим весь день.

Матвей сглотнул комок, подступивший к горлу, когда понял, что индеец не шутит. Ему приходилось не раз рисковать своей жизнью, но плавать вблизи голодных аллигаторов ему еще не приходилось. Приятный холодок привычно для таких ситуаций пробежал вдоль его позвоночника. Посмотрев вдоль изогнутой реки по сторонам, Матвей понял, что Куидель был прав, когда говорил, что не по всей реке есть убежища, подобные тому, которое стало им пристанищем этой ночью. Буквально в ста шагах от них был пологий ровный берег, и можно было без труда зайти покупаться. Матвей указал в ту сторону, и они не спеша пошли вдоль берега. Выйдя на ровный берег, Куидель стал быстро раздеваться, аккуратно складывая вещи в одном месте.

«Это тебе не в карты поиграть, – снимая свою одежду по примеру Куиделя, думал Матвей, – но, не искупавшись сейчас, можно не рассчитывать на помощь индейца. Моя репутация в его глазах сильно пошатнется».

Куидель тихо и очень уверенно зашел воду. Однако перед этим некоторое время он постоял босиком на самом краю реки, так что вода лишь омывала его щиколотки, приложив руки к груди определенным образом. Матвей не видел, как именно, потому что индеец стоял к нему спиной. Решив не отвлекать его лишними расспросами, оставив это на более спокойное время, Матвей тоже очень тихо и медленно вошел в прохладную утреннюю воду. Вода действительно освежала, а мысли об аллигаторах заставляли сконцентрировать весь организм в приятной напряженности. Матвею очень хотелось нырнуть и проплыть под водой, но это было очень опасно, поэтому он только спокойно окунулся с головой недалеко от берега.

– Не нужно этого делать, – посоветовал Куидель, – просто наслаждайся прохладой и внимательно смотри по сторонам. Зачем лишний раз рисковать.

Просить второй раз Матвея было не нужно. Тихо поплавав минуты три вдоль берега, Куидель поднял вверх руку и указал на быстро приближающийся к ним объект, который виднелся на поверхности воды. Не было никакого сомнения, что это крокодил. В мгновение ока развернувшись, Матвей поплыл к берегу. Было очевидно, что у аллигатора нет шансов, но Матвей приложил все усилия, чтобы выйти на берег с большим запасом. К великому удивлению Матвея, Куидель, который находился немного дальше него, приплыл на берег гораздо раньше.

– Ну как тебе такая зарядка? – встречая его на берегу, спросил Куидель. – Что больше освежает и придает сил – свежая вода или голодные крокодилы?

Матвей проигнорировал вопрос, обернулся и, глядя на крокодила, с опаской спросил:

– Он может вылезти на берег и напасть?

– На берег может вылезти, только они делают это в очень крайних случаях, – придавая успокаивающий тон своему голосу, ответил Куидель, чтобы Матвей не сильно переживал. – Например, в случае опасности или для кладки яиц. Может, еще самцы в приступе бешенства, что свойственно им, как и многим хищникам. Иногда просто вылезают погреться, но для охоты – нет. Для этого они слишком неповоротливы и не рискуют просто так. Хотя на короткой дистанции вполне могут быть быстрыми, но быстро выдыхаются и сами становятся уязвимыми.

– Понятно, – кивнул Матвей, – отвечать на твой вопрос, думаю, нет смысла – разумеется, прогулка с крокодилом освежает значительно лучше. Я бы сказал больше: одно ожидание такой встречи, я уже не говорю о самой встрече, заставляет почувствовать реальный прилив адреналина и сил, которые нам очень пригодятся.

– Теперь, я думаю, ты понимаешь меня, почему я не смог жить в больших городах, – сказал Куидель, направляясь к месту их стоянки. – Это только кажется, что они большие. Мне там тесно и душно. Это можно сравнить со свободой природы, где так ярко ощущаешь жизнь, где каждое мгновение заставляет все твои клеточки еще больше ценить и любить то время, которое нам отпустили на этой прекрасной планете.

– Да, – согласился Матвей, направляясь за Куиделем, – еще час назад я бы не понял тебя, но ты только что наглядно продемонстрировал мне глубину твоих слов. Нет ничего более важного, чем свобода и такая яркая жизнь. Я ценю это, и мне теперь сложно будет жить в больших городах. Я полюбил это. Полюбил всем сердцем.

6

– Ты не представляешь себе, как мне приятно слышать эти слова, – сказал Куидель. – Если нам посчастливится, и мы сможем добраться до моего племени, я сделаю все возможное, чтобы укрепить твою любовь к моей родине.

– А зачем тебе это нужно? – осторожно спросил Матвей.

– Ты проявил ко мне заботу, когда я был для тебя никем. Ты хотел помочь человеку, которого едва знаешь. Это и еще способность воспринимать наше мировоззрение дают мне основания считать, что ты человек с большим сердцем. Вскоре ты увидишь, кто я на самом деле, поэтому, пока я простой индеец для тебя, я бы хотел попросить скрепить нашу дружбу небольшим обрядом. Я думаю, что ты питаешь такую же братскую любовь ко мне, которая возникла и в моем сердце.

– Ты думаешь, я бы стал помогать человеку, к которому не почувствовал подобного? – искренне удивился Матвей. – Твои рассуждения о солнце – это что-то невероятное. В наших учебниках такого не пишут. Можно перечитать много пустой информации, которая ни на мгновение не приблизит тебя к истине. Возможно, твои слова – это лишь догадка, но я их принял сразу. Это что-то такое родное, что-то большее, чем просто слова, что заставляет принимать все и слепо верить. Твои слова заставили меня почувствовать то, что я, возможно, искал всю свою жизнь. Вот поэтому и захотел тебе помочь.

– Благодарю тебя, я очень рад, что наши мысли и чувства тесно пересекаются. Давай отложим на вечер обряд, который скрепит нашу дружбу, а сейчас не будем терять времени и начнем делать каноэ. Я видел, как ты упорно работаешь у Владимира, поэтому, если нам повезет и хищники не будут мешать, завтра мы сможем поплыть по реке.

– Ты в самом деле думаешь, что можно за два дня сделать лодку? – удивленно спросил Матвей. – Я думаю, что нужно будет срубить дерево не меньше восьмидесяти сантиметров в диаметре. При всей нашей силе и упорстве, только чтобы срубить его, понадобится целый день, а потом еще нужно придать форму и выдолбить вручную сердцевину. Конечно, это гораздо лучше, чем пробираться сквозь джунгли и каждую минуту рисковать своей жизнью, но за два дня нам не осилить такую работу.

– Ты забываешь о том, – улыбнулся Куидель, – что мое племя живет около реки, поэтому тоже использует для своих нужд каноэ. Перепробовав многие деревья, мы нашли одно, которое называется бальсовое дерево. Когда ты начнешь работать с ним, ты почувствуешь разницу между каучуковыми деревьями и бальсой. Оно очень мягкое, и рубить его – одно удовольствие.

– Хорошо, – ответил Матвей, – но нам необходимо сначала его найти. Думаю, оно не растет на каждом шагу.

– Это верно, – согласился Куидель, – но удача продолжает сопутствовать нам. Когда ты спал, я успел осмотреть окрестности и встретил просто великолепный экземпляр, который растет на опушке джунглей, так что нам даже не придется забираться в чащу.

– А как же хищники? – спросил Матвей. – Что будем делать, если заметим их.

– Да, вероятность встречи есть, но небольшая. Я не просто так попросил тебя искупаться в реке. Во-первых, мы переждали время их утренней охоты, и, поскольку не увидели здесь ни одного, то, скорее всего, сюда они уже не придут. Поэтому до вечера мы будем в относительной безопасности. Во-вторых, покупавшись рядом с хищником, ты выработал определенную закалку и у тебя теперь меньше шансов встретиться с хищником.

– Это каким же образом? – удивился Матвей.

– Я уже говорил тебе, что не все могу объяснить, – немного подумав, ответил Куидель. – Понимаешь, ты становишься как будто своим, таким же зверем. Это очень сложно. Добравшись к моим соплеменникам, и ты все узнаешь, если захочешь это знать.

– Если захочу?! – воскликнул Матвей. – Да я все на свете отдам, чтобы мне объяснили физическую составляющую такого явления, – пообещал и тут же добавил: – Ну, почти все.

– Я прекрасно понял тебя, не исправляйся. Давай приступим к работе.

– Да, пойдем, попробуем это дерево, – сказал Матвей, беря с собой два топора.

Они направились к опушке джунглей и спустя пять минут уже стояли возле прекрасного дерева, которое и выбрал Куидель для изготовления каноэ. Матвей вытащил топор и уже хотел приступить к работе, но индеец не позволил этого сделать.

– Погоди немного, – сказал он, – сперва нужно кое-что сделать.

Куидель подошел вплотную к дереву и обнял ствол, насколько это было возможно, руками. Так он простоял около минуты, а затем, обернувшись к Матвею, произнес:

– Теперь можно начинать.

– Ты попросил у дерева прощения? – спросил Матвей.

– Совершенно верно, – удивился Куидель. – Я рад, что ты говоришь об этом так спокойно. Но я не только попросил прощения. Я попытался объяснить, почему мы делаем это, зачем прерываем его пребывание тут.

– Теперь можно?

– Да, можно начинать, – одобрил Куидель. – Пробуй.

Матвей со всего размаха вонзил топор в дерево и убедился, что Куидель не преувеличивал, когда говорил о его невероятно мягкой древесине. Стальная часть топора полностью погрузилась в глубину дерева. Без особого труда вытащив топор, Матвей стал равномерно рубить по всей окружности, а Куидель тем временем пошел, как и обещал, поискать плодов на завтрак. Не прошло и пятнадцати минут, как он вернулся с целой охапкой свежих сочных фруктов. Матвей уже прилично вспотел, и Куидель сменил его, а Матвей тем временем уделил должное завтраку. Он не ел почти сутки, а такие вкусные плоды пробуждали зверский аппетит. Несмотря на сильный голод, Матвей пробовал их очень осторожно, откусывая очень маленькие кусочки, опасаясь очутиться во власти болезни. И эта осторожность принесла свой результат. Первый фрукт напомнил ему авокадо. Он откусил кусочек и принялся ждать. Две минуту для Матвея было вполне достаточно, чтобы понять, совместима эта еда с его организмом или нет. Этот подходил, и он отложил подобные в одну сторону. Второй не походил ни на один из известных Матвею плодов, но источал такой удивительный аромат, что не попробовать его было очень сложно. Откусив маленький кусочек, Матвей тут же понял, что правильно поступил, принявшись сортировать принесенные Куиделем фрукты. Язык тут же начало щипать, а тело зудеть и сильно чесаться. Если бы Матвей съел его целиком, могло начаться удушье, и тут, в глубине джунглей, ему вряд ли кто смог бы помочь. Матвей скинул куртку и принялся осторожно надавливать ногтями на тело, для того чтобы снять зуд и не начать чесаться изо всех сил. Это бы имело крайне негативные последствия для него. Куидель, заметив, что тело Матвея все покрылось мелкими красными пятнышками, подскочил к нему и достал из своей сумки какой-то порошок.

– Давай я помогу тебе, – предложил он, видя нарастающую угрозу.

– Не нужно, Куидель. Любое прикосновение к телу может вызвать такую чесотку, что я не в силах буду совладать с собой и просто разорву себя на куски. Я съел совсем немного, и это скоро пройдет. Я надеюсь, во всяком случае.

– Доверься мне, Матвей, – настаивал Куидель. – Я не буду прикасаться к тебе, если это действительно вызовет сильное раздражение. Я просто посыплю немного на руку, и ты убедишься, что это поможет.

– Если не будешь прикасаться, не вопрос. Давай попробуем.

Куидель тут же высыпал немного порошка себе на ладонь, поднес его вплотную к телу Матвей и сдул его на него. После этого сел рядом и принялся ждать. Ждать пришлось недолго. Спустя несколько секунд тело Матвея приняло естественную окраску, причем, не только на том месте, куда попал порошок.

– Куидель, это просто чудо! – воскликнул Матвей. – Это же настоящее сокровище. Все прошло. Ни один наш медик не мог помочь мне лучше, чем ты. Спасибо огромное.

– Да, это средство очень универсальное, – улыбнулся Куидель. – Я ношу его с собой для защиты от насекомых. Некоторые укусы могут вызывать подобную реакцию. А теперь попробуй поесть вот этот плод, нужно ведь пополнять силы, – и Куидель протянул ему следующий фрукт.

Матвей не знал его названия, но они походили по форме на абрикос. Откусив кусочек, он, как и в прошлых случаях, принялся ждать, но ничего, кроме полученного удовольствия, не дождался.

– Вот и подкрепись как следует, – сказал с облегчением Куидель, – а я пойду работать.

Матвей принялся за завтрак. Плоды были невероятно вкусные и питательные. Закончив с ними, он присоединился к Куиделю – и спустя час работы дерево лежало на земле.

– Да, такого мягкого дерева действительно не найти больше нигде, – смахивая пот с лица, сказал Матвей. – У нас, во всяком случае, такие не растут.

– Не знаю, как это сказать словами, но это дерево в естественных условиях встречается только в одной области джунглей, – согласился Куидель. – В своем большинстве тут, вдоль этой реки. Вдоль других притоков Амазонки такие экземпляры встречаются гораздо реже, поэтому оно так ценится.

– Все, что можно встретить в природе только в одной области, будь то растения или животные, и больше нельзя встретить на всей планете, называется эндемиками. Хотя я не могу утверждать, что бальса растет только в Южной Америке и является эндемическим видом, но, отвечая на твой вопрос, скажу: таким словом его можно назвать.

– Благодарю, Матвей, запомню это слово, – присаживаясь на срубленный ствол, ответил Куидель.

– Какой наш план? – поинтересовался Матвей. – Будем заканчивать здесь или нужно оттащить дерево к реке?

– Нас только двое, поэтому, несмотря на то, что его древесина легкая, оно довольно большое и нам будет очень сложно тащить его к реке. В любом случае, ветки и сучья обрубим тут, а потом посмотрим. Если мы в состоянии будем докатить его до воды, то сделаем это, если нет, продолжим работу тут. Готовое каноэ мы точно дотащим до воды, но лучше перенести голый ствол, потому что на берегу мы будем в большей безопасности.

Матвей без лишних слов кивнул, встал со ствола дерева и принялся за работу. На том участке дерева, которое им было необходимо для дальнейшей работы, веток было мало, поэтому, закончив с ними, они просто отрубили оставшуюся часть с большой развесистой кроной, и заготовка была готова. Матвей попробовал приподнять очищенный ствол с одной стороны и с легкостью справился с этой задачей.

– Думаю, мы вполне сможем закончить работу на берегу, – весело сказал он Куиделю.

– Да, – согласился индеец, – с твоей силой это вполне осуществимая задача. Давай попробуем его покатить, а где будут сильные препятствия, станем приподнимать его.

Они так и сделали, покатив дерево в направлении реки. Куидель захватил с собой две длинные толстые ветки для весел, которые они использовали на сложных участках как рычаги, приподнимая будущее каноэ. Таким образом, благодаря знаниям Куиделя и невероятной физической силе Матвея очищенное дерево было успешно доставлено на берег реки еще до полудня. Солнце начинало сильно припекать, и Куидель предложил отдохнуть и пообедать.

– Спускайся в убежище, а я тем временем принесу плодов, каких смогу отыскать. Наш провиант нужно экономить, ведь неизвестно, сможем ли мы пополнять запасы во время плавания.

– Все правильно, – согласился Матвей, – только, может, ты возьмешь меня с собой? Во-первых, мне нужно научиться добывать себе еду, а во-вторых, вдвоем нам будет спокойней, мало ли что может случиться.

– Тогда не будем терять времени, пойдем.

Они быстро миновали открытый участок пути и погрузились в заросли деревьев. Долго искать не пришлось. Джунгли изобиловали многообразием плодов, и Куидель вкратце объяснял Матвею, какие из них пригодны в пищу в это время года, а также учил названиям. Залезая на нижние ветви деревьев, они сразу пробовали их, выбирая наиболее вкусные и питательные плоды. Набрав с собой столько, сколько могли унести, мужчины без происшествий достигли берега реки и, забравшись в убежище, хорошо подкрепились и отдохнули.

Когда они вылезли из своего временного пристанища, солнце косыми лучами освещало землю, и можно было спокойно продолжить работу.

– Теперь рассказывай, – ходя вокруг ствола и не зная, как приступить к дальнейшей работе, спросил Матвей, – каким образом придать этому куску дерева форму, чтобы оно смогло держаться на воде и не переворачиваться?

Куидель немного отошел и нарисовал на земле круг. Затем разделил его тремя прямыми линиями на три части.

– Так выглядит наше каноэ, если на него посмотреть с этой стороны, – показывая на торцевую часть ствола, сказал Куидель. – Тебе необходимо срубить третью часть древесины до вот этой линии, пока не останется две части из трех. Я же займусь обработкой каноэ с наружной части, потому что придется долго объяснять, как именно нужно работать.

– Все правильно, Куидель, – согласился Матвей, приступая к работе, – не будем тратить время на объяснения.

И они принялись за отделку каноэ в прежнем заданном темпе. У Матвея была более однообразная работа, и он трудился не переставая. Пот градом заливал его лицо из-за палящего солнца, а мозоли на руках разодрались до крови, однако он ни на секунду не выпустил топор из своих рук. Мысли о Линде не давали ему покоя, и он твердо решил рубить до тех пор, пока работа, порученная ему Куиделем, будет закончена.

У Куиделя была более творческая работа. Он часто присаживался на землю, что-то рисовал на земле и только после этого приступал к отделке. Матвей после объяснений Куиделя начал обрабатывать носовую часть каноэ. Он быстро прошел заданный участок, что дало индейцу возможность без заминки приступить к своей части работы. В таком слаженном темпе они трудились около трех часов, и уже к вечеру Матвей, к своему удивлению, мог наблюдать вполне проглядываемые очертания добротной лодки.

– Что теперь? – отбрасывая в сторону топор, спросил Матвей, смахивая с лица катившиеся капли пота.

– Теперь тебе нужно немного отдохнуть и подкрепиться, – улыбнулся Куидель. – Откровенно говоря, я никогда не видел людей, в которых сочетаются такая физическая сила и упорство.

– Мысли о Линде движут меня вперед, – серьезно ответил Матвей, – и я успокоюсь только тогда, когда она будет вместе со мной.

– Я понимаю тебя, – кивнул Куидель, – но сейчас тебе действительно нужен перерыв. Ты работаешь гораздо тяжелее меня, поэтому подкрепись, а я пока закончу обработку задней части каноэ. Потом вместе приступим к вырубке сердцевины.

Матвей отдал должное остаткам пищи, которые у них сохранились с обеда, и пошел к реке умыть лицо и руки в прохладной приятной воде. Он уже не боялся плавающих там крокодилов, однако с опаской наблюдал за ними в реке. Отдохнув и насытив свой организм великолепным легким ужином, Матвей подошел к каноэ и принялся за работу. Пока он вырубал середину, Куидель смог проделать ту же процедуру, которую только что проделывал Матвей, только он полностью искупался в реке. Матвей боковым зрением мог видеть это и с небольшой тревогой наблюдал за индейцем и плававшими вблизи него крокодилами. Однако малейшая попытка крокодилов приблизиться к нему заканчивалась неудачей. Как Матвей мог убедиться утром, Куидель плавал как рыба и мгновенно оказывался на берегу при малейшем приближении рептилий. Отдохнувший и свежий, Куидель вернулся на место работы, и они продолжили вместе. Каноэ было около четырех метров в длину, поэтому они не мешали друг другу. Древесина снималась под ударами топоров, как масло, чему Матвей не переставал удивляться. Солнце давно скрылось за горизонтом, но они продолжали работу, пока еще было светло, и до наступления темноты им удалось закончить. Матвей отошел от каноэ и произвел осмотр.

– Неужели оно будет устойчиво стоять на воде? – спросил он Куиделя.

– Мы не закончили всю работу, – ответил он, – но даже в таком состоянии мы сможем отлично плыть. Нам осталось совсем немного. Сейчас мы перевернем каноэ и завтра придадим соответствующий вид его дну. После этого можно смело спускать его на воду.

С этими словами Куидель подсел под каноэ и без помощи Матвея перевернул его.

– Тренировки с топором пошли тебе на пользу, – улыбнулся Матвей, – видишь, как окреп.

– Это оттого, что каноэ стало значительно легче, – не понял его шутки Куидель, – мы же обработали его более чем наполовину.

Матвей кивнул и решил больше не шутить с индейцем.

«Все-таки разные народы, разное воспитание, как бы не обидеть», – подумал Матвей, а вслух добавил:

– Думаю, пора. Сегодня ложимся так же: сначала ты, затем я тебя сменю, но разбуди меня, пожалуйста, на восход солнца. Если небо позволит, я не хочу пропустить этот дар.

– Хорошо, – согласился Куидель, – но с утра я просил тебя закрепить нашу дружбу обрядом. Если ты не возражаешь, конечно.

Откровенно говоря, Матвей ничего не знал об обрядах индейцев, тем более о том, какой смысл они несут, но чтобы не обидеть Куиделя, согласился. Тем более что испытывал к нему огромную симпатию и глубокое уважение.

– Разумеется, я не против и даже почту за честь это. Просто пойми меня правильно, я ничего не знаю об этом. Думаю, что перед обрядом я хотя бы должен понимать его смысл и последствия, хотя уверен, что ты не предложишь мне чего-то такого, о чем я смогу сожалеть в дальнейшем.

– Твое желание вполне естественно и справедливо, – ответил Куидель. – Обряд заключается в обмене нашей кровью. Мы сделаем небольшие разрезы на запястьях, после чего соединим их на минуту. В течение этого времени «наши высшие я» будут открыты для высших сил и мы обменяемся частичками души. Это даст огромные преимущества для дальнейших совместных дел. Мы сможем чувствовать друг друга на расстоянии. Будем ощущать нашу боль и радость. В определенные моменте мы сможем даже разговаривать, находясь далеко друг от друга. Это, конечно, сложно и возможно не всегда, но все же это возможно.

– А мне нужно о чем-нибудь думать в то время, как наши руки будут соединены? – не на шутку заинтересовался новыми ощущениями Матвей.

– Я все сделаю сам, – улыбнулся Куидель, – твои мысли сами направятся в нужное русло в эту священную для нас минуту.

– Давай начнем, – с воодушевлением загорелся Матвей.

– Прости, я забыл сказать, что действие обряда очень сложно отменить. Вернее, можно, но одного нашего обоюдного желания будет недостаточно.

– Я услышал тебя, Куидель. Я уверен, что ни на минуту не пожалею о том, что сейчас сделаю.

Куидель преданно посмотрел на Матвея и достал нож.

– Становись на колени, – сказал он, сам опустившись на землю.

Матвей опустился на колени перед Куиделем и протянул ему руку. Индеец сначала сделал небольшой разрез на своем запястье, потом повторил то же самое с запястьем Матвея. Алая кровь заструилась по коже мужчин, и они соединили места порезов. Матвей смотрел на Куиделя, но тот поднял голову к небу, закрыл глаза и еле слышно нашептывал какие-то фразы, которые он не мог разобрать. Посмотрев по примеру Куиделя в небо, Матвей увидел над собой столько звезд, сколько ему не приходилось видеть ни разу в жизни. Он всматривался в это звездное небо с нескрываемым восторгом, и тут ему показалось, что звезды становятся больше, как бы приближаясь к ним. Матвей хотел моргнуть, но боялся, что это видение прекратится, поэтому он как завороженный продолжал смотреть на небо. А между тем звезды все приближались и приближались. Они уже потеряли свою привычную форму и цвет. Теперь эти отдаленные точки превратились в громадные красочные планеты, которые сливались друг с другом во всевозможные очертания, одно из которых особенно привлекло его внимание. Это было созвездие Скорпиона, которое он пытался рассмотреть накануне вместе с Линдой. Звезды четко формировали образ скорпиона, и Матвей заметил, что он даже шевелится и ползет. Он уже не видел просто звезды, его глазам открывались совершенно иные миры, в которых он сам был просто огромных размеров. Он не чувствовал своего физического тела, которое можно было ущипнуть и к которому можно было прикоснуться. Однако его новое тело было создано не из плоти и крови, а из миллионов планет, жизнью которых он непосредственно управлял, как своими конечностями. Он был всемогущ. Он ощущал это. Он ощущал свою мощь и свое величие. Его, казалось, может разорвать изнутри какая-то энергия, силу которой он постигал в настоящий момент. Это было прекрасно и немного страшно. Страшно от того, что это чувство может закончиться, и он вгонит себя в тело того микроба, который остался на планете Земля. Но это все же произошло. Матвей вышел из оцепенения от тряски его физического тела Куиделем. Когда он пришел в себя, то ощутил, что лежит на песке. Индеец склонился над ним и сильно тряс за плечо.

– Наконец-то, – тихо сказал он, улыбаясь, – с возвращением.

Матвей сел на землю. Голова гудела, как после сильного удара.

– Куидель, – попытался выговорить он, – я видел и чувство…

– Прости, Матвей, – прервал его Куидель, – я не смогу объяснить тебе то, что ты только что видел и чувствовал. Все это предназначалось только тебе. Даже Великие не в силах расшифровать тебе это. Но мой наставник может показать тебе путь. Путь к познанию. Только после этого ты сможешь разобраться и сделаешь это самостоятельно.

– Я услышал тебя, Куидель, – приходя в себя, ответил Матвей. – Скорей бы уже.

– Давай ложись, отдыхай, а я буду на страже, – предложил Куидель. – Такие переживания отнимают много сил.

Второй раз Матвея просить не пришлось. Куидель помог ему спуститься в убежище, и он лег на уже развернутый спальный мешок.

– А ты видел что-нибудь в этот момент, – поинтересовался Матвей, засыпая.

– Разумеется, – ответил Куидель, – но я же подготовлен к подобным… путешествиям, назовем это так, поэтому для меня не было чего-то необычного. А теперь отдыхай. Доброй ночи тебе.

Матвей заснул так крепко, как уже давно не спал. Даже сильные физические нагрузки не изматывали его так, как сегодняшние духовные практики. Сны и видения не являлись к нему, наверное, из-за пережитых впечатлений. Если бы была возможность, он бы проспал больше суток, но ее не было. Куидель, по своему обыкновению, потряс Матвея за плечо, отчего тот мгновенно проснулся.

– Как только начнет светать, обязательно разбуди меня, – попросил он, ложась на место Матвея. – До рассвета около двух часов.