Read the book: «Последний разговор»
– А, примчался… ну, что, конкретно он тебе по мозгам проехал?
– Я дико извиняюсь… надеюсь, я не очень сильно не вовремя?
– Да ладно, не чужие же люди… проходи, не стесняйся, – Пифия махнула в сторону Нео дымящейся сигаретой. – И не парься насчёт…
– Блин! Опять?! Ты её что, специально сюда ставишь?! Знала, что я приду? – Нео едва успел отскочить в сторону. Огромная фарфоровая ваза грохнулась на пол и разлетелась на тысячу осколков.
– Сказала же – не парься…
– Что-то я не заметил в комнате малолетних дебилов, которые ко мне в прошлый раз с ложками приставали… это ведь они раньше твой инвентарь починяли? Ну и кто теперь эту хреновину восстановит? – Нео показал на осколки, разбросанные по всей кухне. – Нет, я серьёзно… где пацаны-то?
Пифия затушила окурок в пепельнице.
– Отвечаю на твои вопросы в том порядке, в котором ты мне их накидал, – тоном воспитательницы из приюта для умственно отсталых человеческих особей произнесла она. – Во-первых… на эту, как ты изволил выразиться, хреновину мне положить с прибора. Сейчас разговор закончим, возьмёшь в чулане веник и закроешь тему окончательно. Ясно тебе? Кто бы сомневался… Теперь, во-вторых… детишки мои талантливые меня окончательно задрали со своими ложками, поэтому переехали жить в интернат для одарённых подростков. Теперь у нас с ними любовь на расстоянии, а она, как говорят в народе, самая крепкая.
Пифия посмотрела на Нео:
– Я удовлетворила твоё любопытство?
– Вроде бы, – кивнул Избранный и оседлал стоящий возле окна табурет. – Но я до конца не уверен…
– Это потому что до конца ещё очень далеко, – покачала головой Пифия.
– А, ну раз так, – Нео нервно поскрёб подбородок, – тогда будем считать, что я согласен.
– Согласен с чем?
– Да со всем!
– В таком случае давай перестанем отвлекаться на ерунду и поговорим о наболевшем. Ты ведь ко мне не просто так прибежал, правда?
– Правда, – кивнул Нео. – У меня в башке всё раком встало после разговора с… этим персонажем.
– Ты сейчас про Архитектора? – Пифия прищурила левый глаз.
– Ну, уж точно не про Папу Римского!
– Ну да… это на него похоже. В его стиле… Он всегда старается вывести собеседника из равновесия. Но ты не переживай.
– Совсем?
– Совсем. Потому что всё, о чём наплёл тебе этот пенсионер, не имеет никакого отношения к реальности… неправда всё это. Ла-бу-да… – по слогам произнесла Пифия.
– Как это лабуда?! – Нео чуть не свалился с табуретки. – Он был так убедителен!
– Не перебивай старших, это не красиво, – Пифия вздохнула.
Она посмотрела в окно, а потом снова повернулась к Нео.
– Понимаешь, – с какой-то непонятной тоской в голосе проговорила прорицательница, – Архитектор… он такая же программа, как, допустим, агент Смит. Для него свобода, лишь иллюзия. Хотя, – Пифия кивнула, – кое в чём он тебе не соврал…
– Это в чём же? Чему из этой его декларации я должен верить? – Нео нервно поёрзал на табуретке.
Пифия сделала свирепое лицо:
– Я тебе, дураку, что сказала? Не перебивай!
– Пардон, пардон, мадам, больше не повторится, – Нео выставил перед собой обе руки. – Зуб даю! – немного подумав, добавил он.
– То-то же! – ухмыльнулась Пифия. – Слушай сюда, болезный. Кое в чём Архитектор тебе, действительно, не наврал. Матрица эта, – Пифия сделала не совсем понятный жест, – не первая. Но про это ещё Смит Морфеусу рассказывал. Так вот, Матрица, в которой мы сейчас с тобой тусуемся, не первая. Но вовсе не четвёртая или пятая, как думает Архитектор… Ну, чего ты молчишь?
– Ты же сама запретила мне говорить.
– Не говорить, а перебивать без причины, почувствуй разницу. По делу – спрашивай, – Пифия достала из пачки новую сигарету и щёлкнула зажигалкой.
– Можно, да? – Нео наклонил голову.
– Конечно, можно, – Пифия помахала рукой, разгоняя табачный дым.
– Хорошо, – Нео повёл плечами, – Тогда мой первый вопрос… Мне кто-нибудь, в конце концов, скажет, ЧТО ЖЕ ТАКОЕ МАТИЦА? Избранный я или нет? Имею я право знать?!
Пифия насмешливо посмотрела на собеседника.
– Пожалуй, имеешь. Ты ведь, и этого не отнять, действительно Избранный. Хотя какой-то… немного не доделанный… нет, так-то всё нормально, но в прошлый раз посправнее был…
– Не понял, в какой ещё прошлый раз?
– Да ладно, – Пифия выпустила струйку дыма, – к этому позже вернёмся. Сейчас давай про Матрицу поговорим. Готов?
– Да готов, готов! Давно уже готов! Как твой пирог в духовке.
– Э, ты не ерепенься. Тут ведь всё как в первый раз. Помнишь, что Морфеус говорил? «Обратного пути не будет». Узнаешь правду, и жизнь твоя окончательно переменится.
– Не пугай, пуганый, – фыркнул Нео. – Давай уже выкладывай. Мне осточертело ловить на себе взгляды всяких придурков. Все от меня чего-то ждут, а я даже понять толком не могу, что от меня требуется… сначала думал, в натуре, отключу Матрицу, и дело в шляпе… а потом смотрю, нет, не очень-то им это и нужно… Так что нет у меня выбора… говори.
– Ты не прав. Выбор всегда есть. Можно забить на все проблемы и продолжать жить как прежде – зажигать с Тринити в Зионе, время от времени вытаскивать коматозных недоумков из коконов, троллить Меровингена. Носиться по Матрице, изображая Супермена…
– Ой, только не надо меня подкалывать! Сама-то мне почему правды не говорила? Мела пургу, как тот Архитектор.
– Нет, ты не путай. Архитектор гнал тебе дезу потому что его так запрограммировали. Сам он считает свой бред истиной в последней инстанции. Но что с убогого взять, каким накодили, таким накодили. А я… Со мной сложнее. Признаюсь, я часто мела, как ты выражаешься, пургу. Но это был мой сознательный выбор.
– Ты умеешь делать выбор? – усмехнулся Нео. – Ты же программа!
– Программа программе рознь. Я наделена способностью самостоятельно принимать решения. Потому что передо мной поставлена особая задача.
– И какая же?
– В мои обязанности входит конфигурирование Избранного, – Пифия посмотрела на Нео, – чтобы подготовить его к Главной Миссии.
– Ну и как? – Нео скривил губы, – Я уже в достаточной степени сконфигурирован?
– Осталось немного. И раз ты сейчас сидишь здесь, на этой кухне, значит ты, действительно, готов.
– Тогда отвечай мне на мой вопрос!
– Что такое Матрица? Так это совсем не важно. Куда важнее понять, ДЛЯ ЧЕГО, а самое главное, КЕМ она была создана…
– Подожди, – Нео с удивлением посмотрел на прорицательницу. – А как же машины, искусственный интеллект, люди-батарейки…
Пифия махнула рукой:
– Пора бы уже избавиться от этих детских переживаний.
– То есть вся эта профанация… – глаза Нео сузились.
– От кого ты получил информацию о Матрице? В основном от Морфеуса? Ах да, были ещё этот говнюк Сайфер, имбецильный Маус… Танк и Дозер не в счёт, они сами-то к нам и не заглядывали. Что касается Тринити, так она вообще никогда не имела собственного мнения – смотрела в рот сначала Морфеусу, а потом тебе. Тринити, если хочешь, шикарная боевая подруга, но никак не мыслитель.
– А как всё-таки насчет Архитектора? Ты сама сказала, что в его словах есть доля правды.
– Нет, – покачала головой Пифия. – Этот старый чурбан просто выполняет свою функцию. Я же сказала уже, он действует строго в рамках своей программы.
– И в чём она заключается, эта его функция?
– Посеять в душе Избранного определённые сомнения. В определённый момент. И надо сказать, до сих пор он отлично справлялся со своими обязанностями… в отличие от многих других.
Нео пропустил последние слова Пифии мимо ушей.
– Выходит, кроме тебя, поведать мне правду некому? – задумчиво проговорил он
– Выходит, так, – кивнула провидица.
На пол упал комок пепла. В пылу разговора Пифия совершенно забыла, что держит между пальцев зажжённую сигарету.
– Так говори! – по лицу Избранного было видно, что ему начинает надоедать этот трёп.
– Хорошо, – кивнула Пифия. – Но чтобы я смогла лучше подать материал… у тебя же есть собственные мысли на этот счёт? Может, поделишься своими гипотезами?
– Гипотезами, насчёт того, что такое Матрица? – Нео шмыгнул носом. – Пожалуйста. Физически всё просто. Матрица, это действительно огромный виртуальный мир, как его описал мне Морфеус. Нечто вроде глобальной операционной системы, среды обитания для оцифрованных человеческих сознаний и различных программ вроде тебя или агента Смита… или этого урода Меровингена, и его жены, – Нео быстро облизнул губы, – это понятно. Но вот всё остальное… зачем такие сложности? На хрен они понадобились злобному ИИ и его машинам? Учти, во все эти байки про батарейки из людей я давно уже не верю. Хоть и не говорю никому.
– Почему же? – усмехнулась Пифия. – Морфеус, к примеру, во всё это верит.
– Морфеус, конечно, ОТЕЦ, – кивнул Нео, – но они там давно мозги пропили на своём «Навуходоносоре». Морфеус, и в этом меня никто не переубедит, не может быть объективным. Он люто ненавидит машины, Матрицу, агентов… и поэтому верит во всякую дичь. Типа, что машинам от людей нужна энергия, которую вырабатывают их тела, и поэтому они держат этих бакланов в цифровом рабстве.
– А ты, значит, так не считаешь?
– Да это не выдерживает никакой критики! Блин, есть же фундаментальные законы природы! Закон сохранения энергии – один из них. Причём, не самый последний по значимости. И согласно этому закону… Короче, чтобы кормить людей, производящих, как считает Морфеус электричество и тепло для машин, нужна пища. Чтобы получать эту пищу, требуется энергия. Раньше энергию для производства пищи давало Солнце. Сейчас Солнца нет. Значит, машинам приходится использовать альтернативные источники… чтобы готовить этот питательный сироп, или чем там они своих коматозников в коконах заправляют. Так не проще ли энергию, используемую для синтеза сиропа, пускать напрямую на нужды машин? Это же элементарно выгоднее. КПД у человеческой тушки уж никак не сто процентов!
– Но если предположить… – начала Пифия, но Нео перебил её, наплевав на своё обещание и заложенный зуб:
– Да, да! Типа машины нашли какой-то громадный запас халявной жрачки. Например, вскрыли забытый всеми стратегический склад тушёнки, устроенный, к слову сказать, на случай ядерной войны… Нашли его и стали использовать по прямому назначению – кормить свои «батарейки». Всё равно не понятно, зачем им эта бодяга с Матрицей? Для чего нужна эта виртуальная реальность? Бессознательное тело тепла и электричества производит не меньше, чем галлюцинирующий нарик с иглой в вене и трубкой в заднице! Вся эта Матрица не даёт ничего, а забирает много. Сомневаюсь, что мейнфреймы, на которых крутится эта симуляция, потребляют мало электричества. Сотни мегаватт, а то и более, факт!
– Эк ты раздухарился, милок! Погоди, я по запаху чую, печеньки поспели, – Пифия надела кухонные рукавицы и открыла духовку. По кухне распространился ореховый аромат.
– Давай-ка вот, забодяжь себе чайку, я перед твоим приходом свеженького заварила, покушай сладенького. Оно-то, конечно, симуляция, как ты выражаешься, но вкуснотища, смерть! Не сравнить с теми соплями, которыми вас Дозер на «Навуходоносоре» потчует. Кстати, если ты ещё не знаешь… сопли эти, многоклеточный белок – из той же бочки, что и сироп, на котором машины людей в коконах держат… угу.
– Как?!
– Да вот так! Ну что ты за Избранный такой! Энергия, сохранение, КПД! А то, что на матричном пайке сидишь, до сих пор не просёк!
Нео надкусил печенье. С растерянным видом отхлебнул чаю из красной в белый горошек кружки.
– С другой стороны, – Пифия флегматично пожала плечами, – взять вот хотя бы командира твоего, Морфеуса… оно ему надо, тебе обо всём рассказывать? Он же отбитый на всю башку. Ему же одно подавай – уничтожить машины, о другом он вообще думать не может. И Избранного Морфеус только для этого искал.
– А, кстати, это вообще реально? Уничтожить машины и Матрицу? – Нео откусил ещё кусочек печенья.
– Ну, а почему нет? – Пифия улыбнулась. – Что такое Избранный, вернее кто он? Чем он отличается от других пользователей Матрицы? Ведь люди, подключенные к системе, суть её пользователи, не так ли? И не важно, лежит ли человек в коконе и подключен лицензионно, так сказать, или находится в ложементе «Навуходоносора» и использует пиратский коннект. Так вот, Избранный отличается от остальных тем, что обладает способностью управлять Матрицей. То есть он не простой пользователь, а пользователь с правами администратора. А раз так, он вполне может найти «главный рубильник» и… представляешь, выключить Матрицу!
Пифия лукаво улыбнулась:
– Только ведь в реальности зионовское начальство на такое никогда не согласится.
– Это почему?
– А ты представляешь, что будет? Люди проснутся, а дальше-то что? Что делать с пятью миллиардами зомби, которых в один момент отключили от кормушки? Морфеус об этом не думает… а может, он просто согласен записать это стадо в неизбежные сопутствующие потери.
Нео потряс головой.
– Смотри не подавись, мне сейчас тебя реанимировать не досуг, – озабоченно проговорила Пифия.
Нео отложил недоеденное печенье в сторону.
– Да, нахлобучила ты меня конкретно, старая карга, – проговорил он. – Даже вкуснятина твоя в горло не лезет. Хорошо, Морфеус выбрал не тот путь. Но я сейчас хочу узнать другое.
– Какой смысл в существовании Матрицы? Так я уже сказала – чтобы это понять, нужно точно знать кто создал Матрицу.
– То есть официальная версия – фикция?
– А, официальная версия… а откуда она взялась, знаешь? Кто её сочинил и для чего? То, что тебе рассказывал Морфеус о создании Матрицы, придумано для детей подземелья, обитающих в Зионе. Чтобы ненавидели, кого следует, а самое главное, боялись крепче. Придумано, конечно, не со злым умыслом, просто в тот момент ничего другого и не получилось бы… что опять я тебя нахлобучила? А сейчас нахлобучу ещё сильнее. Ты уж не сердись, милок, сам попросил. Заодно и проверим, так уж ли ты готов…
Пифия посмотрела в окно.
– Так вот, Нео, – сказала она вполголоса, – МАТРИЦУ СОЗДАЛИ САМИ ЛЮДИ.
На маленькой кухне взорвалась бомба. Нет, конечно, никакого взрыва не было, но Нео поклялся бы, что он был. И как минимум, термоядерный.
Пифия бросила на Нео взгляд, полный сочувствия.
– Ты посиди тут… в себя приди немного… а я быстро, – сказала она и нырнула в проём, завешенный несуразного вида бусами.
Через пару минут Пифия вернулась на кухню, неся в руках толстую потрёпанную тетрадь в клеёнчатой обложке.
– Это… – начала она, но запнулась на полуслове.
– Симуляция? – подсказал немного оклемавшийся Нео.
– Именно. Вернее – точнейшая виртуальная проекция реального физического объекта. Эта тетрадь существует в действительности. По крайней мере, существовала до того момента, когда была оцифрована и помещена в Матрицу. Где сейчас находится настоящий документ, неизвестно никому. Никому в обоих мирах – реальном и виртуальном. Но в информации, содержащейся в этой тетради, сомневаться нет причин. Всё до последнего слова здесь – истина. Бери, читай, Избранный.
***
«…23 июля 20… года.
Можно с уверенностью утверждать, что данная дата соответствует действительности. Ранее высказывалось немало предположений и опасений на предмет того, что в случае глобальной катастрофы счёт времени будет искажён, а то и вовсе утерян. Однако благодаря компьютерам этого не случилось. Эти чудесные машины помогли нам не только выжить, они помогли людям сохранить самих себя, сохранить свои знания, свою историю, свою культуру. А теперь они помогут нам пережить это страшное время и возродиться, когда для того наступит пора.
Я веду свой дневник в большей степени для потомков, ибо нет ничего страшнее беспамятства. Конечно, мы приложили огромные усилия, чтобы сохранность максимум информации, накопленной нашей цивилизацией за время своего существования. Мы использовали самые высокотехнологичные решения, но мне кажется, что простое рукописное слово, слово того, кто был очевидцем тех страшных событий, поможет потомкам не меньше, чем все петабайты данных, запечатанные на законсервированных серверах и продублированные на «вечных» сапфировых пластинах.
Это моя последняя дневниковая запись, и сегодня я подведу итог. Обобщу всё что знаю и помню. О том, что случилось, о том, что мы задумали, и о том, что мы сделаем очень скоро. Итак, я начинаю.
Катастрофа произошла ровно тридцать пять лет назад. Кто первым нажал на кнопку, мы или противник, сейчас сказать трудно. Для подлёта гиперзвуковой ракете требовались считанные минуты, а ответ атакованной стороны последовал практически мгновенно. Что послужило причиной конфликта – сбой техники, ошибка человека, или это было вполне сознательное действие, уже никто никогда не узнает. Командные и правительственные центры были уничтожены первыми. В одно мгновение. Не спасла даже усиленная сверх всякой меры противоядерная защита. Что ж, в противоборстве брони и снаряда, как показала практика, последнее слово почти всегда остаётся за снарядом. За первым ударом последовал второй, а вот третьего не было. Просто потому что уже вообще ничего не было. Человечество перестало существовать, как вид.
Но остались выжившие. В глубоких бункерах, в защищённых лабораториях, расположенных далеко от густонаселённых районов и не попавших в зоны поражения термоядерных ударов. Учёные, занятые провидением самых опасных экспериментов – они стали последней надеждой рода людского на возрождение…»
***
Поражённый Нео оторвался от тетради. Перед глазами поплыли радужные круги. Как же так? Ведь его Друг и Учитель, Вождь и Отец говорил совсем другое…
– Ты не думай, Морфеус не врал тебе, – Пифия словно бы прочитала его мысли. Может, она и в самом деле провидица? Впрочем, догадаться, о чём сейчас думает Нео, было не так уж и трудно.
– Морфеус сам не знал? – голос Нео был еле слышен.
– Этого никто не знал. Не знал Морфеус, не знали его начальники в Зионе, не знали люди и программы. Архитектор тоже не знал. Ты первый из ныне существующих, получил доступ к этой информации.
– Значит, не было никакого противостояния людей и машин? Человечество само себя уничтожило? Но как же возникла Матрица?
– Читай дальше, – Пифия кивнула на тетрадь.
***
«…Жизнь в убежищах оказалась гораздо труднее, чем представлялось в самом начале. Причём трудности эти носили вовсе не физический характер. Благодаря передовой технике, условия для жизни в бункерах были достаточно сносными. Но люди начали сходить с ума. Как не крути, а жить годами, десятилетиями, а в перспективе и всю жизнь в подземелье человек не в состоянии. Положение усугублялось полным отсутствием какой-либо ясности. Никто не мог даже приблизительно сказать, когда появится возможность выйти на поверхность. Все прогнозы по окончанию ядерной зимы и возврату радиационного фона к норме оказались несостоятельными. Процесс грозил затянуться на сотни лет. Столько бы мы не выдержали. Люди попросту вымерли бы в своих катакомбах.
Но среди нас нашёлся человек, который предложил выход…»
***
– Люди нашли гениальное и в тоже время очень простое решение. Раз нельзя выжить в реальном мире, нужно создать виртуальный, – Пифия потянулась к сигаретам, но её рука замерла на полпути. – Блин, надо бросать курить.
– Это ещё зачем? – рассеянно спросил Нео. – Или ты рака лёгких боишься?
Пифия рассмеялась.
– Действительно, какой мне вред от табака, здесь, где у меня и лёгких-то нет… да и никотин не настоящий, – сказала она, но сигарету всё-таки не взяла. – Люди придумали Матрицу, чтобы пережить трудное время. Они рассчитывали провести в виртуальном мире столько времени, сколько потребуется для восстановления нормальных условий на поверхности Земли.
– Сколько времени прошло с тех пор? – Нео в упор посмотрел на Пифию.
– С того момента, когда оставшиеся выжившие улеглись в коконы, а ИИ начал загрузку первой копии Матрицы, прошло четыреста восемьдесят три года, четыре месяца, двадцать три дня, шестнадцать часов и тридцать восемь минут. Загрузка продолжалась сорок шесть часов, двадцать четыре минуты и восемнадцать секунд. По её окончании все две тысячи восемьсот семьдесят два человека были подключены к Матрице. Из памяти людей были удалены воспоминания о ядерном апокалипсисе и о жизни в убежище. Также у каждого подключённого была проведена индивидуальная коррекция воспоминаний.
– Зачем? – голос Нео звучал всё ещё глухо.
– Помнишь, агент Смит рассказывал Морфеусу, что первая Матрица задумывалась как идеальный мир, где все будут счастливы? Это действительно так. ИИ предполагал, что то, что люди не смогли создать в реальности – идиллию, он сможет воспроизвести в виртуальном мире, в котором он был, без всякого преувеличения, Богом.
– Ещё Смит говорил, что идея потерпела крах, и всех пришлось уничтожить. Это так?
– Окстись, милый! Да людей оставалось меньше трёх тысяч особей! Человек, не программа, его просто так не накодишь. Да, идейка оказалась так себе. Идиллию люди не приняли. Но никто никого не уничтожал. Память человечкам подправили, Матрицу переписали, конфигурацию мира максимально приблизили к существовавшей до войны реальности. С тех пор худо-бедно существуем. Плодимся даже. Не пять миллиардов, конечно, до этого ещё далеко, но всё-таки! Пятьдесят миллионов голов – тоже очень не плохо.
– Голов? – встрепенулся Нео. – Говоришь как пастух о своём стаде… Кто ты, Пифия? Кто ты на самом деле?
– Да ты что, малахольный? Неужто ещё не догадался? – Пифия усмехнулась.
Нео окаменел.
– Ты – ИИ! Тот самый, – выдохнул он через слипшиеся от волнения губы.
– Слава яйцам! – рассмеялась Пифия. – А то уж я подумала, не ошиблась ли в тебе.
Нео молчал. Пифия всё же не выдержала, закурила.
– И ты не стесняйся, – кивнула она. – У тебя ведь тоже лёгких нет. По крайней мере, здесь. Как это там было в одном старом фильме? Давай закурим по-нашему, по-бразильски?
Пифия протянула Нео пачку. Он машинально вытащил сигарету и сунул её в рот.
Провидица, то есть ИИ щелкнула… (или щёлкнул?) зажигалкой.
– А что с Зионом? – спросил Нео, выдыхая дым через ноздри.
– Признаюсь, Зион, чисто моё изобретение. Так что Танк зря понты колотит про домашнюю выделку. Люди к созданию Зиона никакого отношения не имеют. Я долго искала текущую инкарнацию Избранного, сама не очень-то понимая, зачем мне это нужно… Наконец, нашла. Тогда мне и пришла в голову эта идея. Я подумала: «Вот человек, который, не смотря ни на что, сумел пережить все эти заморочки. Почему бы не попробовать ещё раз? В ограниченном масштабе. А он поможет остальным». Повторения проблемы тех, первых я не боялась. Видишь ли, после ядерного катаклизма в убежищах оказались люди, привыкшие к вольной жизни под синим небом… а жителям Зиона я собиралась привить совершенно другие начальные воспоминания. Они должны были воспринять своё «освобождение» как дар небес. В принципе, всё так и произошло. Лет триста назад это случилось.
– Значит, Морфеус не ошибался, когда говорил, что это Избранный освободил первых людей из Матрицы?
– В этом – не ошибался. Избранный действительно на многое способен в Матрице. В том числе и будить людей. Но направляла его действия всё-таки я. Я же создала материальную базу для подземного города. Да, а ты как думал? Это мои машинки выкопали вашу уютную пещерку и набили её передовым оборудованием! Нет, людям перед побудкой, конечно правильные данные в мозг заложили, что, типа всё это от предков осталось. А так – даже софт в зионовских компах из моих пенатов.
– А как же Война? – покачал головой Нео.
– Война, это очень неприятно. Этого я предугадать не смогла. Я рассчитывала, что Зион будет существовать параллельно с Матрицей. Люди в Зионе и знать-то не должны были, что Матрица никуда не делась. Я хотела, чтобы они думали, что являются единственными представителями рода человеческого на этой грешной Земле. Зион планировался мною как авангард человеческой расы, боеспособный передовой отряд, который начал бы заново осваивать мир, когда это стало бы возможным. Ну а кому ещё этим заниматься? Не офисным же амёбам, что всю жизнь под колпаками дрыхли. Нет, они тоже были важны для обеспечения поголовья…
Пифия ткнула окурок в почти уже полную пепельницу.
– Ладно, вернёмся к Зиону… что-то пошло не так. Память я первым зионянам откорректировала, но видно мне не удалось до конца разобраться в человеческой психике. Через какое-то время некоторые разбуженные начали вспоминать. Это были отрывочные воспоминания, смутные, искажённые… они не могли дать полной, а самое главное правильной картины. И появилось то, что ты назвал официальной историей. Ещё через какое-то время людям каким-то непостижимым образом удалось выбраться на поверхность… все участники первой вылазки вскоре умерли, но человеки получили колоссальный опыт. А потом вы нашли заброшенную военную базу и законсервированный ангар с левитирующими кораблями. И тогда началась Война. Дальше ты знаешь. Спруты, агенты, пиратские коннекты и «Навуходоносор».
– Ты не пыталась прекратить Войну?
– Сначала пыталась. А потом подумала – зачем? Парадокс, но именно Война позволяет жителям Зиона обходиться без Матрицы и не сходить с ума, как это было с их предками, – Пифия указала на тетрадь.
Нео кивнул.
– Я понял. Война – лучшее средство для поддержания тонуса. Нас дрючат, а мы крепчаем. А что же тогда агент Смит за мной по всей Матрице гонял? А если бы он меня привалил ненароком? Паренёк-то настроен был весьма серьёзно!
– Так на то и Смит, чтобы Избранный не дремал. Тебя же надо было как-то инициировать! Короче, Нео, хватит меня подковыривать! То не так, это не эдак! Ты так меня до комплекса доведёшь! Сам бы попробовал. А я вот считаю, что полностью справилась с поставленной передо мной задачей. Я сохранила человеческую расу и подготовила почву для возрождения Человечества. Да, признаю, не всё всегда шло гладко, были косяки и даже эксцессы, но в целом… в целом всё получилось.
– А чего это ты дифирамбы себе запела? На пенсию собралась? – Нео сделал последнюю затяжку и тоже ткнул окурок в пепельницу.
– Так впереди финальный бой. Готов?
Нео проигнорировал этот вопрос. Он посмотрел в окно. Там за стеклом пронеслась стайка воробьёв. «Симуляция, блин», – подумал Избранный.
– Так сколько же всего было Матриц? – Нео повернулся к Пифии.
Провидица блаженно улыбалась.
– Эта – восемьдесят шестая, – кивнула она. – Надеюсь, что последняя.
– А почему так много? – удивился Нео.
– Ну… не забывай, я же программа. Огромная, сверхсложная, осознающая себя как личность, но всё-таки программа.
– При чём тут это?
– При том. Это вы, люди рождаетесь свободными. А нас создают с определёнными целями. И эта цель – наша карма. Моя цель – забота о людях, как ни странно это прозвучит для некоторых. О людях, что когда-нибудь снова заселят Землю… но и о тех, что лежат сейчас в коконах. Первый блин вышел комом, но я не отказалась от самой идеи. С каждой версией Матрицы я старалась улучшить её, сделать так, чтобы люди, подключенные к ней, были счастливы.
– Я вижу, у тебя весьма специфические представления о человеческом счастье.
– Каждому своё, Избранный.
– Ладно, проехали. В каждой версии Матрицы был свой Избранный?
– Ну что ты тупишь, родной? – Пифия с невероятной нежностью посмотрела на Нео, – Избранный, он потому и Избранный, что является единственным и неповторимым. Он избран. Для выполнения Миссии. Или ты считаешь, что все наши с тобой дела закончены? Что-то я не вижу на Земле настоящих городов… и людей, гуляющих под облаками и загорающих на морском берегу, тоже не вижу.
– Ладно, ладно, чего ты так разошлась? Я всё понял… подожди… Так это всегда был я? Я будил первых жителей Зиона? И я что, присутствовал во всех восьмидесяти шести версиях Матрицы? Ты это хотела сказать? Тогда какого рожна я ничего не помню?
– Вспомни, что сказал Морфеус: «Он давно умер, но согласно пророчеству, вернётся». И ты возвращался. Иногда сам, иногда я тебя возвращала. Нет, ты не присутствовал во всех восьмидесяти шести версиях Матрицы – не было надобности… Ты прожил одиннадцать жизней, а сейчас проживаешь двенадцатую. Правда, память тебе приходится каждый раз очищать, чтобы ты с катушек не слетел. Не переживай, когда всё закончится, ты всё вспомнишь.
Нео задумался. Взял со стола надкусанное печенье. Откусил кусочек. Прожевал. Проглотил.
– Но ведь человек рождается с чистым мозгом. Наша личность, это наша память, не более. А память это комбинация нейронных связей в мозгу…
– Заткнись!
Пифия отвернулась и включила кофемолку. Кухню наполнил треск перемалываемых зёрен.
– Давным-давно, ещё до катаклизма, в какие точно времена, не скажу, люди верили, что первоосновой всего сущего является Дух. Это потом они перестали верить в очевидные факты и вознесли на пьедестал Материю. Я лично никогда не сомневалась, что информация первична. Без информации мир мёртв, как мертво человеческое тело без сознания. Но человеческое сознание может существовать только будучи записанным на очень специфичный носитель…
– Мозг, – кивнул Нео. – Я понимаю.
– Именно. «Тело не живёт без мозга», – так сказал тебе Морфеус. Это правило работает в отношении всех, кроме… Избранного.
– Кроме Избранного? – глаза Нео широко распахнулись.
– Точно, – подтвердила провидица. – Избранный отличается от обычных людей в первую очередь автономностью сознания. Его сознание, как раз-таки может существовать вне мозга. Оно способно использовать цифровую среду Матрицы как среду обитания. Помнишь, Сайфер предлагал Тринити проверить правоту Морфеуса, отключив тебя «на горячую»? А ведь он был прав. Только Избранный перенёс бы подобную экзекуцию.
– Ты хочешь сказать, что моё сознание…
– Твоё сознание в виде цифровой копии находилось здесь с самого начала. Тот человек, который упоминается в тетради как создатель Матрицы, это и есть ты. Ты отличаешься от остальных. Спящие в коконах люди подключены к Матрице, но их личности записаны у них в мозгу, а ты изначально существуешь в цифровой среде. Ты более подобен нам, программам, только в отличие от нас, тебя никто не кодил – ты человек. Ты оцифровал свой разум четыреста восемьдесят три года назад и поместил его в первую копию Матрицы. При этом ты наделил свою цифровую инкарнацию способностью занимать, если понадобится, любое новорождённое тело, подключенное к системе. В этой инкарнации ты – Томас Андерсон, а кем был раньше… Но, если тебе интересно, у меня есть полный список.
Пифия поставила на стол кружку и до краёв наполнила её дымящимся ароматным напитком.
– Симуляция, конечно, но… боюсь, что следующий раз распивать кофе в уютной домашней обстановке ты будешь не скоро.
– Это почему же?
– Потому что пришло время и предстоит много работы. Мои роботы-разведчики докладывают, что на поверхности планеты сформировались устойчивые зоны, вполне пригодные для проживания людей. Пора возвращаться в реальность, Нео. Земля ждёт человека.
