Read the book: «Странное чувство»
У Виктории не было ясного понимания, как это случилось. Она, впрочем, не осознавала и что конкретно случилось. Откровенно говоря, ничего важного и не произошло. Но с недавнего времени, проходя мимо Лёши, встречая его в перерывах между парами в бескрайних коридорах и на лестницах, пересекаясь с ним в излюбленных студентами кофейнях и в переулочках между корпусами, неожиданно замечая его на выходе из уборной или кабинета строительной кафедры, она смущенно прятала взгляд. Оттого уже несколько дней она думала, каким маршрутом пойти, чтобы вероятность встречи с ним была минимальной. Вся эта нелепая ситуация раздражала её, и она старалась подавить в себе любой зачаток подобных мыслей, что, однако, имело эффект обратный.
На общих лекциях она приучила себя занимать место у подиума и внимательно слушать преподавателя, не упуская возможности задать умный вопрос, который, по удачному стечению обстоятельств, кроме нее в голову никому не приходил. Это возбуждало в ней ощущение гордости за саму себя, подогревая сладкое чувство превосходства над другими. Голос её звучал звонко и уверенно, акустическими стрелами разлетаясь по необъятному простору полупустого зала. Однако уже несколько занятий она молча тупилась в тетрадь, временами ощущая на себе растерянный взгляд избалованного её вопросами лектора, который, вероятно, не был готов читать материал в атмосфере полного безучастия.
В эти дни Виктория хоть и планировала быть активной, но вопреки её воле лишь одна треть лекции достигала её сознания, в то время как оставшиеся две занимали неугодные мысли о том, в какой части зала затаился Лёша Степанов и видит ли он её со своего места. В то же время открыла она для себя и тот занимательный факт, что подавление нежелательных мыслей требует большого внутреннего усилия, и вообще, это занятие – не из приятных.
Так студентка второго курса Виктория Бауман (она, к слову, гордилась своей фамилией, хоть ни малейшего отношения к тому Бауману не имела) открывала новое для себя чувство, которое, как и все ей чуждое, окрестила странным.
***
– Вика, привет!
– Просила же не трогать меня со спины. Это пугает.
– Прости, дорогая, не могу обещать. Ты ведь знаешь, какая ты соблазнительная сзади – так и хочется потрогать!
По широкому, окрашенному в пастельный синий и пахнущему свежей бумагой и кофе коридору рядом с Викторией в легком танце двигался высокий блондин в бордовом кардигане, почти неестественную улыбку которого было видно с другого конца коридора.
– Ян, хочешь трогать – потрогай себя.
– Ну Викусик, а чего мы не в настроении?, – сложив губы уточкой, тенором протянул парень.
– Неужели я хороша лишь сзади?
– Подловила еврейским вопросом на вопрос! А я все никак не привыкну.
– Привыкай, Янчик, привыкай.
– Уже решила, чем будешь заниматься после сессии?
– Стараюсь жить в моменте здесь и сейчас. А ты?
