Read the book: «Спокойная жизнь. Повесть о Верочке. Книга 4»

Глава I. ВНИПИнефть

Обед в столовой

Ранней весной 2001-го года, самарские рейдеры «наехали» на Топтыгину Галину Олеговну. Угрожая оружием, бандюки, без всяких проблем, «отжали» её проектную фирму. В один миг, все сотрудники организации оказались в чужом подчинении. Теперь хозяином стал тот человек, что при помощи силы захватил их контору.

Именно так, в средних веках, один злой разбойник отнимал у другого деревню, населённую крепостными холопами. Вот тебе и расцвет демократии, о котором так часто твердили в газетах и по телеку с радио.

Оставаться в той фирме, где наглый владелец, никого не стесняясь, угрожает сотрудникам, совсем не хотелось. Тем более, Верочке. Она уже как-то служила в подобной шаражке, которая принадлежала бандитам.

Женщина стала обзванивать всех друзей и знакомых, что трудились проектировщиками. Через пару недель, она всё же нашла для себя новое место. Это был научно-исследовательский институт «ВНИПИнефть». Он занимался той же работой, что и контора Топтыгиной.

Верочка замечательно знала специфику отрасли по перекачке нефти и газа. Так что, её брали туда с большим удовольствием. Правда, ездить пришлось бы с «Авроры», аж, в центр «старого города», на площадь имени Куйбышева. Час туда, час обратно, вместо двадцати двух минут на «семидесятом» автобусе.

Зато зарплата оказалась, чуть больше. Процентов на десять-двенадцать. Поэтому, женщина не стала раздумывать. Она уволилась из организации, захваченной рейдерским способом, и устроилась в крупный НИИ.

Он назывался мудрёной аббревиатурой «ВНИПИ» с окончанием «нефть». Расшифровывалась эта абракадабра достаточно просто – «Всесоюзный научно- проектный институт нефтедобычи». Советский Союз давно уничтожили, а названье осталось, как память о славных годах.

Раньше институт был государственным. Он размещался во внушительном здании, что находилось на углу улиц Молодогвардейской и Красноармейской, напротив магазина «Сюрприз».

Потом, всесоюзная организация стала частной конторой. Столь дорогая недвижимость перешла в чьи-то руки. Власти Самары попросили людей, очистить все помещения.

Незадолго до этого, на противоположном конце площади Куйбышева возвели небольшую коробку из стекла и бетона, высотой в семь этажей. В нём уютно пригрелся коммерческий банк.

Через какое-то время, хозяева банка исчезли вместе с деньгами, которые взяли у вкладчиков. Здание превратили в офисный центр, где сдавали помещенья в аренду. Туда и вселился несчастный «ВНИПИ». Затем, к ним устроилась Верочка.

Оказавшись в большом институте, Верочке тотчас завела себе новых подруг. В конце рабочего дня, к ней подошла Караулова Ольга. Обе женщины работали в одном проектном отделе, но сидели в разных углах помещения, далеко друг от друга.

Вернее сказать, трудились в большой длинной комнате, в которую было набито тридцать два человека. Кроме большого числа инженеров, там находились столы, стулья, шкафы, почти сорок компьютеров, а так же широких дисплеев.

Дурная манера, собирать толпы народа в одном крупном зале, явилась в Россию из Штатов. Так же, как и привычка удивительно жадных хозяев, вовсю экономить на людях.

В Америке такая зараза называлась оптимизацией лишних расходов. Вот они и придумали, отказаться от перегородок, что отделяют рабочие группы одну от другой. Получился так называемый, «офис открытого типа» или «open space», если говорить по-английски.

Благодаря такому размещенью сотрудников, там всегда стоял шум, как на оживлённом вокзале. Оно и понятно, ведь кто-то болтал по телефону с заказчиком, кто-то, как дятел, стучал по клавиатуре компьютера, а кое-кто уточнял с сослуживцем детали проекта.

Люди, не переставая, бубнили, бродили между столами и шаркали туфлями по полу. Тот, кому захотелось попить, с плеском цедил холодную воду из кулера. Другой наливал кипяток из электрочайника и заваривал чай или кофе. Короче сказать, сосредоточиться в этом бедламе, было потрясающе сложно.

Подняв измученный взгляд от опостылевшего монитора компьютера, Верочка вопросительно посмотрела на Ольгу.

– Мне сегодня сказали, что недалеко от «ВНИПИ» открыли небольшой ресторан с японской едой. – с лицом заговорщицы прошептала подруга: – Давай завтра сходим туда во время обеда. Посмотрим, что там и как, а заодно и попробуем, чем же там кормят людей? Технологи говорят, что их повара делают очень вкусные суши.

Женщина сразу же вспомнила, как две недели назад, они заходили в небольшую харчевню. Тогда они вдруг польстились на очень красивую, но весьма непривычную, заморскую пищу. Вместе со всеми, женщина заказала себе и съела кусок непонятной субстанции, густо политой коричневым соевым соусом.

Расплата за поедание экзотических блюд, настигла её через двенадцать часов. Поднявшись по сигналу будильника, Верочка подошла к настенному зеркалу, висевшему в тесной прихожей. Она приподняла отёкшие, веки и внезапно увидела нечто ужасное.

Лицо немного припухло, и плотно покрылось отвратительно розовой аллергической сыпью. Спустя двое суток, сильное воспаление спало. Кожа начала шелушиться, как от ожога на солнце. Эта напасть не сходила достаточно долго, а совершенно исчезла только вчера.

Передёрнувшись от омерзения, Верочка неуверенно пожала плечами и, скрепив сердце, ответила: – Хорошо. Завтра сходим туда.

Утром нового дня, Верочка стала собираться на службу и одновременно думать о том, в чём ей сегодня пойти на работу? Женщина подвигала вешалки с разной одеждой, висящей в шкафу, и, наконец-то, решила: – Раз мы хотим, посетить ресторан, нужно испробовать новое платье. Ведь неизвестно когда, удастся его показать лучшим подругам?

Сверху, она надела пальто ярко-красного цвета, которое было ей очень к лицу. Влезла в кожаные сапоги на большом каблуке и натянула на голову, белый берет, из шерсти пушистой ангорской козы. Короче сказать, она облачилась во всё самое лучшее. Завершив туалет, Верочка вышла из дома и стрелою помчалась к остановке трамвая.

Часы до полудня, прошли суматошно и быстро, как и прочее время в этой потогонной конторе. При полном напряжении сил и в весьма напряжённой атмосфере аврала.

Все гомонили, как стая гусей на птичьем базаре. Начальник распекал одного подчинённого, после другого, а за ним уже третьего. Руководитель группы проверил все чертежи, сданные Верочкой, и отыскал уйму просчётов. Он тут же потребовал, всё быстро исправить и немедля послать их верх по инстанциям.

Пока женщина бегала между компьютером с принтером, между другими отделами и бумажным архивом, незаметно пришло время обеда. Ольга и ёщё одна женщина по имени Света, не стали её дожидаться. Они собрались и, о чём-то болтая, вышли из шумного зала.

Проектировщица сделал всё, что приказал ей начальник, быстро оделась и вышла из здания. Оказавшись на улице, Верочка сразу увидела, подруги уже возвращаются из японской харчевни.

Встретившись взглядом с подругой, Ольга печально сказала: – Ресторан сегодня закрыт. Придётся обедать где-то ещё.

Верочка ощутила невольную радость. Теперь не придётся, есть подозрительную азиатскую пищу с сомнительным соусом. Она предложила: – Пойдём в ту столовую, что здесь за углом. Я там питалась несколько раз, и мне очень понравилось.

– Туда пропускают только министров из администрации города с областью, и тех чиновников, кто работает с ними. – хмуро ответила Ольга.

– Теперь там имеется два разных зала. – объяснила женщинам Верочка: – В первом, питаются обычные люди, пришедшие с улицы, а во втором, большое начальство и их подчинённые.

Настроенные на ресторан с японскими суши, женщины, не очень охотно, согласились с подругой. Времени им на обед, давалось всего сорок минут. Десять уже незаметно прошло. Дамы помчались на поиски, хоть какой-то еды.

Проскочив пару кварталов, они вошли в помпезное здание, сняли головные уборы с пальто и сдали всё в гардероб. Затем, торопливо шагнули в одно помещение с дешевенькой мебелью. К своему сожалению, они убедились, там осталось ни одного свободного столика.

Имелось лишь несколько пустующих стульев, что находились в разных углах. В то время, как бойким товаркам, хотелось устроиться рядом друг с другом. Ведь в дружной компании и обычная пища кажется достаточно вкусной.

– Идём в зал, где обедают областные министры. – предложила всем Верочка.

– А нас пустят туда? – забеспокоилась Ольга.

– Конечно! Я там обедала несколько раз. – уверенно заявила подруга. Она немного помялась и тихо добавила: – Правда, если много народу, то нас обслужат в последнюю очередь. – ощущая себя завсегдатайкой злачного места, Верочка пошла впереди.

Они открыли высокие дубовые двери, сделали два шага вперёд и перенеслись из одного мира в другой. Подруги попали не скромную заводскую столовую, а зал для банкетов солидного ведомства.

Высокие окна были задрапированы шикарными шторами. Кругом стояли столы, накрытые чистыми белыми скатертями. Рядом с ними виднелись удобные деревянные стулья с высокими спинками.

Женщины быстро уселись и взяли меню, которое оказалось гораздо богаче, чем в рядовой забегаловке. Да и цены у них оказались чуть ниже. Кроме того, обслуживали пришедших гостей, как в дорогом ресторане.

Каждый едок брал листочек бумаги, отпечатанный на лазерном принтере. Записывал в нём те несколько блюд, которые хотел получить и отдавал красиво одетой официантке. Она забирала заявки, уходила на кухню и через какое-то время, приносила заказ.

Верочка изучила перечень кушаний и выбрала нечто весьма необычное под названием «мясо шлюпка». К нему она взяла салат из овощей и чашечку кофе. Народу в тот раз оказалось немного. Их обслужили удивительно быстро.

Официантка явилась с подносом горячей еды и разместила посуду на скатерти. У Верочки оказалось круглое блюдо, на котором сиротливо лежала небольшая котлетка, политая маленькой ложечкой белого соуса. Не подав виду, что весьма удивилась, женщина принялась за еду.

Верочка посмотрела на ручные часы и поняла, если она поторопиться, то успеет зайти к своей бабушке, чей дом находился недалеко от столовой. Женщина проглотила свои немудрёные кушанья и сказала подругам, ей нужно ещё кое-куда забежать. Она встала из-за стола и направилась к выходу.

Там находилась касса столовой. Кассирша. брала листочек со списком съеденных блюд и принимала оплату заказа.

Верочка уже пару раз, обедала здесь и её всегда спрашивали: – Вы работаете в министерстве строительства? – она всегда признавалась, что не удостоилась чести, войти в высшее общество города. Девушка с пониманьем кивала, добавляла к скромному счёту, аж тридцать процентов(!) от общей цены и пробивала ей чек.

Оно и понятно, работники всех министерств нашей области, обладали удивительным чувством собственной значимости. Им никак невозможно, ставить себя на одну доску с быдлом.

Поэтому, они не могли, платить за обед ровно столько, как и простые сограждане. А их «миниатюрная» ставка играла всегда не последнюю роль. Ведь у подобных чиновников значительно больше расходов, чем у всех остальных. Этим «беднягам» деньги намного нужнее.

Верочка протянула бумажку. К её удивлению, кассирша не произнесла стандартный вопрос. Она не спросила, откуда пришла посетительница, из министерства или же с улицы? Просто выбила чек и сообщила сумму к оплате.

– Здесь отлично запомнили, что я посторонняя. – подумала женщина, тотчас расплатилась и пошла в гардероб. Она получила свою, весьма дорогую, одежду, надела пальто стильного ярко-красного цвета и натянула белоснежный пушистый берет. Одевшись, она вальяжной походкой направилась к выходу.

Возле самых дверей её схватили за руку и остановили так грубо, словно преступницу, что обокрала Алмазную палату Кремля.

Придя в удивление, она повернулась и увидела перед собой рассерженную официантку: – Вы отдали за блюда, словно работаете у нас в министерстве! – гневно сказала работница «богатого зала»: – Так как, вы не являетесь сотрудником областного правительства, то вам придётся, ещё доплатить.

Ошеломлённая Верочка не возразила ни единого слова. Она вернулась к кассирше, достала кошелёк из кармана и выложила нужную сумму в тридцать процентов от счёта. С неё взяли надбавку за то, что она «относилась к плебеям» и протянули какую-то мелкую сдачу.

В этот момент, к прилавку приблизился дородный мужчина с тремя подбородками в отлично пошитом костюме. По широкой лоснящейся роже, было отчётливо видно, он из числа «очень бедных» министерских работников.

– Что? Хотела проскочить на халяву? – ехидно поинтересовался чиновник.

Оказавшиеся рядом подруги с недоумением посмотрели на Верочку. Она попыталась им всё объяснить, но заметила недоверье в глазах, и тотчас замолчала.

– В общем-то, здесь кормят неплохо. – прервала Ольга неловкую паузу.

– К тому же, на четверть дешевле, чем в ресторане японцев. – добавила Света, которая там уже побывала.

Стоявшая в гардеробе, старушка посмотрела на трёх инженеров, что нарядились по случаю посещения иностранной харчевни. Она презрительно сморщилась: – Тоже мне, вшивая интеллигенция… – явно читалось на очень морщинистом, брезгливом лице.

В цепях Гименея

В «ВНИПИ» Верочка постоянно общалась с сотрудницами, у которых имелась семья. Многие женщины любили рассказывать о супругах и детях. Причём, подробно описывать, не только хорошие случаи, но и плохие.

В соседнем отделе работала очень красивая, умная, приятная в общении девушка. Всё было при ней и лицо и фигура и голос и волос, но почему-то, она никак не могла, найти себе мужа.

Она заводила романы с отличными молодыми парнями, но всё завершалось всегда одинаково. Либо они не подходили Анюте, либо, по какой-то причине, она их не устраивала.

Один сказал, что она неорганизованная, постоянно всюду опаздывает. Другой, заявил, что Аня неаккуратная. Мол, всегда её вещи по квартире раскиданы. Третий твердил, что она плохо готовит. Четвёртый нашёл какой-то ещё, небольшой недостаток. В общем, всё и всегда шло у неё очень плохо.

И тут, в Самару доставили мощи Матроны Санкт-Петербургской. Мама Анюты была атеисткой. Она не верила в Бога, но отправилась с неудачливой дочкой в кафедральный собор. Вдруг, ей поможет поклонение в церкви?

Людей оказалось на удивление много. Длинная очередь вытянулась на пару кварталов. Печальные родственницы встали в самый конец, медленно продвигаясь вперёд, и ожидали почти шесть часов. Наконец, они вместе вошли под высокие, гулкие своды, что были расписаны прекрасными фресками.

Аня приложилась к ларцу с чудесной реликвией и от всей чистой души обратилась к досточтимой святой: – Дай мне такого супруга, с которым и мне и ему будет всегда хорошо.

Следом за ней, к мощам приложилась и мама. Несмотря на свой атеизм, она попросила отличного мужа для каждой из двух, своих милых дочек.

Чрезвычайно усталые, они вышли из собора на улицу. Ехать в общественном транспорте, ни у той, ни другой, уже не было сил. Они встали у кромки дороги и подняли руки. В тот же момент, перед каждой из них, остановилась машина.

Уже долгое время, дочь проживала отдельно от любимых родителей, а квартиры у них находились в разных районах Самары. Простившись с дочуркой, мама села в одно из такси. Во втором, устроилась Аня. Каждая двинулась прямо домой.

Упав на сидение, девушка сообщила адрес водителю. Тот посмотрел на неё с большим интересом. Она не заметила, как разговорилась с приятным молодым человеком. Когда машина доехала до нужного места, шофёр с пассажиркой уже обменялись номерами мобильников.

Через два с чем-то месяца, они сыграли скромную свадьбу. В благодарность за помощь Матроны, молодые отправились в церковь, где обвенчались по всем православным обрядам.

Новоявленный муж, показал милой жене молодого приятеля, который был на их свадьбе свидетелем. Он слегка наклонился и сообщил на ушко избранницы: – Сергей холостой. Давно себе ищет супругу.

Тут подошла сестра счастливой жены. Аня представила Свету товарищу мужа и задорно сказала: – Обратите внимание. Она пока что, не замужем.

Через два с лишним месяца, сыграли новую свадьбу. Ещё через год, у каждой супружеской пары родилось по ребёнку. Все четверо, вместе с мамой Анюты и Светы, удивительно дружно благодарили святую Матрону. Вот и не верь после этого, в помощь святых на Руси.

Другая сотрудница Верочки вышла замуж полгода назад. Ежедневно, в восемнадцать часов, муж приезжал за ней на работу, и ждал в скромной машине, недалеко от крыльца.

Девушка махала рукой тридцатилетней подруге, и садилась в «десятку». Каждый раз, счастливая пара исчезала в другом направлении. У женщины создалось впечатление, что молодожены всегда отправляются в разные части огромного города.

– «Наверное, у них много друзей и они их посещают, то одного, то другого? Так часто бывает на раннем этапе супружеской жизни. Жене очень хочется похвастаться мужем, он всем представляет жену. Так у них появляется множество новых знакомых. Вот ведь, какая счастливая пара». – с лёгкой завистью думала Верочка.

Однажды, в конце прохладного марта, любопытная женщина спросила у девушки: – Где вы побывали вчера?

– Да мы не только вчера, мы каждый раз, где-нибудь отдыхаем. – ответила девушка и со вздохом продолжила: – Весною и осенью, ездим на велосипедах по паркам или, где-то за городом.

Летом, плаваем на байдарке по Волге и по разным маленьким рекам. Не очень давно, муж вдруг увлёкся, так называемым, дайвингом. Купил неопреновые сухие костюмы для подводного плавания и все причандалы для них.

После работы, он заезжает за мной, и мы вихрем мчимся на Сухую Самарку. Там по фарватеру прошёл ледокол и вода уже чистая. Мы надеваем всю амуницию, лезем в протоку и плаваем с маской и ластами. Я собираю там раков, а он охотиться на рыб с гарпуном.

– И как, удачно выходит? – спросила удивлённая Верочка.

– Обычно, ему удаётся, подбить две или три приличные рыбины. – Она показала руками размер в пару девичьих ладоней: – Вчера добыл судака величиною в полметра.

После охоты мы едем домой. Муж возится с подводным ружьём и с нашими гидрокостюмами. Чистит их, смотрит, нет ли где-то протечек, потом вешает, чтобы они просушились. Я жарю рыбу и варю свежих раков на ужин.

– Какая у вас интересная жизнь. Где же ты познакомилась с таким человеком? – потрясённо воскликнула Верочка.

Девушка печально вздохнула и тихо ответила женщине: – Совсем не проблема найти для себя необычного мужа. Главное после, справляться его образом жизни.

Одна из сотрудниц, поведала Верочке другую историю. У неё с женихом были такие сильные чувства, что хоть создавай, очень толстый роман с описаниями бурных страстей.

Наконец, для них наступил давно ожидаемый день. Сияющая искренней радостью, счастливая пара, вышла на улицу из подъезда «хрущёвки». Вокруг находились родители, друзья и знакомые. Все стали рассаживаться по легковушкам, чтобы отправиться в ЗАГС. Люди, что оказались поблизости, широко улыбались.

Вдруг откуда-то сбоку послышался оглушительный крик: – Остановитесь!

Все обернулись на шум, и увидели немолодого мужчину, быстро бегущего к ним.

– Что же вы делаете? Прошу, вас опомнитесь! Это вам принесёт большое несчастье! – орал человек на бегу.

– «Что он несёт?» – сказала себе молодая невеста: – «Какое несчастье? Ведь мы очень сильно, любим друг друга и будем любить, всю нашу жизнь». – она посмотрела на дорогого избранника. По горящим глазам жениха, было понятно, он с ней согласен даже в мелких деталях.

Смущённые гости переглянулись и с недоуменьем пожали плечами. Мол, мало ли рядом, сумасшедших людей? Все расселились в машинах. Кортеж тронулся с места и отправился в ЗАГС.

На свадьбе, проходившей в кафе, все вспомнили эту историю, посмеялись над ней и быстро забыли неприятную сцену. Для влюблённых людей началась очень счастливая семейная жизнь.

Родители с обеих сторон немедленно скинулись и купили для молодых небольшую «однушку». Супруги начали вить своё личное «уютное гнёздышко». Никто уже им, ни в чём не мешал. Красота, да и только.

Немедленно выяснилось, что глава их семьи большой меломан. У него оказался «музыкальный центр высшего класса», который в те времена, называли «High End». Аппаратура была такой дорогой, что муж не давал никому, даже притронуться к ней. В том числе, и любимой жене.

Прошло, определённое время, и у пары супругов появился прелестный сыночек. Как и всем новорождённым ребятам, ему постоянно меняли распашонки и всё остальное.

Однажды, жена подняла очередную пелёнку, полную детских фекалий и устало направилась в ванную комнату. По дороге, она вдруг споткнулась о тапочки мужа, что тот постоянно бросал, где попало.

Юная мама потеряла устойчивость. Чтобы обрести равновесие, она резко взмахнула руками. Пелёнка взлетела из ладоней жены, мелькнула перед глазами супругов и упала точнёхонько на аппаратуру класса «High End».

Испражнения любимого сына разлетелись в разные стороны и залепили дорогущую технику сверху донизу. Прилично досталось и тумбочке, а так же потолку со стенами.

С мужем случилась такая истерика, что с огромным трудом, его привели в нормальное чувство. Хорошо, что парень не впал в буйное бешенство и не убил своих домочадцев. Случались в Самаре и такие истории.

Минут через тридцать, муж совсем успокоился, а дорогущую технику он хорошенько отчистил ватой со спиртом и мягкими тряпками. Она выглядела нисколько не хуже, чем новая. Даже лёгкого запаха совершенно не чувствовалось.

Со стенами и потолком всё вышло значительно хуже. Их нужно было, снова белить. Не любоваться же грязными пятнами долгое время, до тех пор пока, не начнётся новый ремонт.

Супруг взял аппаратуру «High End» и тут же отвёз в квартиру родителей. Не дай Бог, обольют ещё, чем-то в ходе побелки. Тогда её точно придётся, отправить на свалку. Следом, он переправил все свои грампластинки и магнитные записи.

После чего, муж стал иногда, оставаться с ночёвкой у мамы и папы, чтобы послушать любимую музыку. Со временем, это случалось всё чаще и чаще. В конце концов, жена подала на развод. После чего, она сильно страдала из-за разрыва с любимым супругом.

Как оказалось, прав был тот странный мужик, что кричал перед свадьбой: – Это вам принесёт большое несчастье!

Лечение зуба

От нового места работы, до Самарской площади, где проживала любимая бабушка Верочки, было всего-то семьсот с чем-то метров. Восемь минут спокойного хода в сухую погоду.

Теперь, женщина могла, заглянуть к Вере Степановне, даже в обед. За полчаса, ей удавалось сбегать туда, посидеть со старушкой четверть часа и быстро вернуться обратно. Ну, а затем, что-нибудь съесть в буфете «ВНИПИ».

Как уже говорилось чуть выше, при помощи Паши Филатова Верочка, купила себе небольшую «однушку». После чего, отношения с бабушкой понемногу наладились. Вера Степановна, совсем успокоилась и отписала всю собственность дорогому сыночку, что обитал в далёкой Москве. Она не боялась, что бедная внучка, выселит её из квартиры и разрешала, к ней приходить.

Как все, много пожившие люди, она совершенно не помнила, куда только недавно положила очки. Зато, могла поведать о том, что с ней случилось лет сорок назад. Однажды, она рассказала такую историю.

У Веры Степановны были, не очень красивые, но удивительно прочные зубы. И вдруг, ни с того, ни с сего, один начал ныть. Он был коренным и находился на левом краю верхней челюсти.

Неприятное чувство, что возникло у женщины, продолжалось чуть больше недели. К сожалению, у неё не было времени, чтобы сходить в поликлинику и заняться лечением.

В конце концов, зуб заболел. Причём, с такой потрясающей силой, что сорокалетняя дама, всю ночь не могла, сомкнуть своих глаз. Так и страдала она до наступленья утра.

Народные средства не помогали измученной Вере Степановне. Не действовали частые полоскания солью и содой в тёплой воде, ни разжёванный ей анальгин, ни другие лекарства, что отыскались в домашней аптечке.

Еле дождавшись рассвета, женщина выскочила из тесной квартиры и почти что, бегом помчалась к врачу. Благо, что кабинет стоматолога находился не так далеко от жилья.

Вера Степановна уже подходила к зданию клиники. Этот момент, в черепе дамы что-то тихо взорвалось. В левой части её головы появилась пульсация, возникло ощущенье давления и неслыханной тяжести.

Женщине стало так плохо, что она покачнулась и едва устояла на ослабевших ногах. Она печально подумала, во всём виноват разболевшийся зуб, продолжила путь и, зайдя в поликлинику, ринулась в регистратуру.

На её счастье, стояло благодатное лето. Вся молодежь и люди среднего возраста вовсю отдыхали на турбазах за Волгой. Старики и старухи находились за городом на своих тесных дачах. Никто и ничем не болел. Да и когда им болеть? Ведь, в это жаркое время, множество дел.

Без всяких проблем, женщина записалась на приём к стоматологу и тут же направилась к его кабинету. Как оказалось, там нет ни одного пациента. Она сразу вошла в настежь открытую дверь, увидела, как врач ей кивнул, мол, давай, проходи, и без сил опустилась в неудобное кресло.

Стоматолог взглянул на проблемное место, хмуро сказал, что лечить бесполезно, а нужно всё удалять. Он сделал укол новокаина в воспалённые десны и подождал ровно минуту, чтобы анестезия начала действовать.

Затем, взял блестящие клещи страшного вида и сунул в распахнутый рот пациентки. Он ухватил щипцами за зуб и с удивительной силой вдавил его в верхнюю челюсть.

Раздался отчётливый, скрежещущий хруст. Длинные корни тотчас обломились. Костный нарост сразу покинул привычную лунку. В месте, где он находился, появилось большое отверстие.

В тот же момент, из возникшей дыры ударил поток ярко-красной, дымящийся крови. Она мгновенно наполнила рот пациентки и устремилась наружу. Одновременно с этим, женщина сразу почувствовала, ей стало значительно легче.

Металлический обруч, давивший на мозг, бесследно исчез. Колокольный набат в голове немедленно стих. Нестерпимый напор, разрывающий череп внутри, быстро слабел.

Испуганный врач, принялся останавливать алую кровь. Стоматолог немедленно понял, что не может управиться с ней. Эскулап сунул пациентке лоток, куда бы стекала животворящая жидкость, и пулей выскочил из своего кабинета. Он помчался к хирургу и кликнул коллегу на помощь.

В это время, в открытую дверь глянул другой пациент. Мужчина увидел какую-то женщину, сидящую в кресле. Всю её покрывала свежая юшка ярко-красного цвета. Человек вытаращил изумлённые очи и мгновенно исчез. Из коридора донёсся удалявшийся голос: – Кровищи там столько, словно голову бабе отрезали.

Прибежали трое врачей, и принялись хлопотать рядом с тяжёлой больной. Однако, они не могли, ничего с ней поделать. Зашить дырку во рту было никак невозможно. У раны не имелось краёв, которые можно плотно стянуть.

Накладывать жгут прямо на шею нельзя, женщина умрёт от удушья. Нужных лекарств, под рукой, как всегда не нашлось. Оставалось одно – восполнить потерю живительной жидкости и сделать переливание крови. Медсёстры забегали по всем кабинетам и начали спрашивать у встречных людей: – У кого первая группа?

Постепенно, поток алой юшки замедлился сам, и остановился совсем. Медики тщательно осмотрели больную. Заглянули в глаза. Проверили её состоянье тонометром и с облегченьем вздохнули. Кровяное давление женщины приблизилось к норме.

Врачи провели короткий консилиум, пришли к общему мнению и сообщили пациентке вердикт: – Нам всем повезло, что зуб удалили именно в данный момент. Какое-то время назад, у вас в голове неожиданно лопнул крупный сосуд.

Кровь начала изливаться в ваш мозг. Если б её, не удалили из черепа, у вас бы случился сильнейший инсульт. От этого, произошёл паралич. А скорее всего, вы просто умерли у нас на руках.

Женщину быстро одели в чистый медицинский халат, отвели в кабинет зав поликлиникой, и напоили её крепким чаем с огромным количеством сахара. Затем, дождались, когда же она придёт в то стояние, которое называют нормальным, посадили в машину врача-стоматолога и довезли до самого дома.

По дороге ей рассказали, кое-что интересное. Раньше, когда медицина, ещё не достигла современного уровня, инсульт все называли апоплексическим ударом. Лечили его, лишь одним, проверенным средством – «отворяли кровь пациенту».

То есть, бедняге делали кровопускание, резали вены в районе запястья и сливали в подставленный тазик излишнюю кровь. Тогда её называли «дурной». Такой варварский метод иногда помогал, выжить самым тяжёлым больным.

Вера Степановна перенесла первый инсульт без всяких последствий и прожила совершенно здоровой, ещё тридцать лет. Ну, а второй, это уже другая история. Куда более грустная.

Внимание окружающих

Июльский день приближался к концу. Раскалённое солнце висело в обесцвеченном небе. На землю лились лучи слепящего света и нагревали её до африканского уровня.

Утомлённая страшной жарой, Верочка вернулась с работы и заявила с порога: – Хочу ледяную окрошку!

Так уж случилось, что Паша был дома, и просто сидел в положенном по законодательству отпуске. В последнее время, он от большого безделья, увлёкся писанием коротких рассказов. Сейчас занимался своим графоманством, и не хотел отвлекаться от интересной истории.

К тому же, он знал, как много продуктов нужно порезать для летнего кушанья, которого вдруг возжелала жена. Ему было жаль драгоценного времени, что придётся потратить на удивительно лёгкую овощную похлёбку.

Мало того, Паша её не очень любил. Съешь большую тарелку и вроде бы сыт, но пройдёт полчаса и ты снова голодный, как волк. Хоть опять отправляйся на кухню, лезь в холодильник и хватайся за ложку.

Немного напрягшись, Паша спросил у супруги: – А кто будет делать окрошку?

– Я! – заявила жена и ткнула указательным пальцем меж высоких упругих грудей. Против таких аргументов, муж ничего не сумел возразить. Он облегчённо кивнул головой, вспомнил, что у них есть в наличии дома, и с огорчением понял, кое-чего не хватает. Не доставало супругам лишь самую малость: укропа, петрушки, зелёного лука, редиски и кваса.

Паша предпочитал ту окрошку, что делают в Азербайджанской республике. То есть с айраном. Айран легко заменить обычным кефиром, немного разбавленным хорошо охлажденной, кипячёной водой.

Верочка любила похлёбку на квасе, а для повышения сытости, добавляла в неё мелко порубленную ветчину и ложку сметаны. Хотя, если сметаны добавить побольше, то такая окрошка, будет похожа на ту, что нравится Паше. В крайнем случае, он её так и поест.

Как бы то ни было, Верочка схватила авоську, направилась к двери и пошла в том самом виде, в котором вернулась с работы. Жена не стала снимать летний брючный костюм. Ведь он был, ей очень к лицу и к фигуре.

Вернее сказать, это уже не костюм, а комбинезон, сшитый из тонкой матовой ткани. Тёмно-коричневый фон усеивал мелкий жёлтый орнамент, что делало цвет той одежды достаточно светлым.

Красивые руки жены открывались по самые плечи. Грудь украшалась большим декольте треугольником. Стройные ноги казались ещё более длинными и манили к себе округлостью бедёр. Одним словом, очень приятно взглянуть на такую эффектную женщину.

Муж проводил дорогую супругу на лестницу, вернулся к компьютеру и продолжил строчить свои побасёнки. То ли, о прошедшей войне с гитлеризмом? То ли, о прилёте пришельцев с Альфа Центавра? Он не любил докладывать Верочке, о чём повествует данный рассказ? Мол, захочет узнать, сама всё прочтёт.

Минут через тридцать, раздался звонок. Паша рванулся в прихожую, открыл тяжёлую дверь и увидел жену, что возвратилась из магазина. В руках она крепко держала авоську с овощами и хлебом. Ноша была не очень тяжёлой, но вид милой женщины казался каким-то поникшим.

Муж взял покупки у Верочки, отнёс их на кухню и стал выгружать на разделочный стол. Минуту спустя, появилась жена. С задумчивым видом она прислонилась к стене и сказала: – Представляешь? Едва я вошла в супермаркет, как на меня стал глазеть какой-то мужчина.

– А что тут такого? – спросил Паша жену: – Ты женщина видная. Вот он и прилип к тебе жаждущим взглядом. Может быть, он холостой или в разводе? Ищет себе спутницу жизни. Поэтому, шарит глазами по всем окружающим дамам. Вдруг, кто-то услышит пусть и безмолвный, но матримониальный призыв?

– Я двинулась дальше. – продолжила Верочка: – Вижу, на меня в упор пялится прыщавый подросток. А рядом с ним, девочка лет десяти. Дальше уставилась какая-то женщина. Она взирала так пристально, словно мы были, с ней когда-то знакомы.

– С этими тоже понятно. У мальчишки период взросления, у девчонки тоже, к тому же, растёт интерес к взрослой одежде. Ну, а женщина тебя перепутала с кем-то. Со мной это часто случается. – ответил Верочке муж.

Жена будто не слышала и говорит: – Я набрала овощей и направилась к выходу. Там на меня смотрит кассирша. Причём, так внимательно, будто я ей дала фальшивые деньги. Я едва дождалась, пока она посчитает покупки. Схватила какую-то сдачу и рванула домой.

– Ты очень редко заглядываешь в тот магазин. – попытался супруг успокоить жену: – Тем более, в такой элегантной одежде. Вот сразу и бросилась людям в глаза. Ведь там в это время, бывает один и тот же народ, а тут вдруг появился, кто-то им незнакомый. Поэтому, и уставились все на тебя.

Вот если бы ты, прошла сквозь витрину и, не касаясь земли, ушла к небесам, вот это бы вызвало, у всех изумление, близкое к шоку. А так, всё рамках привычного. Ну, залетела на куриную ферму, райская птица. Она всех поразила своим опереньем и исчезла в тумане.

Ганс Христиан Андерсен уже описал такую историю. Только гадкий утёнок, там превратился в прекрасного лебедя, а ты с раннего детства, была просто красавицей. – Паша чмокнул Верочку в губы и вернулся к компьютеру.

Жена очень быстро соорудила окрошку и позвала его в малометражную кухню. Они сели за стол, съели по огромной тарелке холодной похлёбки и совершенно забыли о том разговоре.

Ну, привлекла красивая Верочка внимание всех покупателей, что здесь такого? Мало чего необычного бывает на свете? Может быть, это просто случайность?

У Паши имелась пара-тройка идей, и все очень они хотели, превратиться в рассказ. Закончив с едой, супруг вдруг спросил: – Чья сейчас очередь, мыть всю посуду?

– Как говорил мой отец. Наелся, напился, в царя превратился. Ну, а цари посуду не моют. – с усмешкой ответила женщина.

Муж вспомнил, что ужин приготовила Верочка. Он не стал спорить с ней, а, печально вздохнув, стал убирать со стола. Включив горячую воду, Паша сказал: – Твой отец забыл кое-что.

– Что? – заинтересованно спросила жена.

– Добавить окончание фразы: – в царя превратился, и спать завалился. Поэтому, иди, отдыхай.

Поездка на пляж

Больше недели стояла несусветная сушь и жара. Температура днём поднималась до тридцати пяти градусов. Ночи стали совершенно тропическими. Воздух не охлаждался ниже двадцати девяти.

Окна квартиры, где жили Верочка с Пашей, выходили на юго-восток. Солнце грело наружные стены с четырех с половиной утра до четырнадцати. Этаж был у них пятый, самый последний.

То есть, он находился под крышей. Кровля шиферная, скатная, теплоизоляция стен с потолком весьма недостаточная. Скорее всего, во время строительства, кто-то украл почти весь керамзит и утеплил им полы на своей личной даче.

Проводке было лет шестьдесят, большую нагрузку она не тянула. Если к ней подключить кондиционер, то она тут же вспыхнет огнём. Даже электрический чайник и тот вырубал предохранитель в щитке.

Тонкие кабели, проходят в каналах железобетонных панелей. Чтобы их заменить, нужно нанять двух электриков, а после них, сделать ремонт. Возиться с этим, Паша уже не хотел. Верочка тоже. Много ли времени, в провинциальной Самаре стоит такая большая жара? Две-три недели в году, или даже чуть меньше. Можно слегка потерпеть.

Температура в квартире, не опускалась ниже тридцати с чем-то градусов. Поэтому, приходилось обмахиваться старой газетой, а ещё обходиться простым вентилятором.

По ночам, Верочка вдруг просыпалась в луже горячего пота и с негодованием говорила себе: – Почему же так жарко? – холодный душ помогал, самое большее, на час, полтора.

Теперь всем понятно, как жители пятиэтажек с нетерпением ждали двух выходных. Они все хотели, съездить на Волгу. По радио постоянно твердили, что речная вода прекрасно прогрелась до комфортного уровня. То бишь, по шкале дедушки Цельсия, перевалило за двадцать. Все с нетерпением жаждали, проверить сиё сообщение.

Как всегда, к концу рабочей недели, в квартире скопилось множество дел. Суббота и часть воскресенья ушла на их завершение. Наконец, в пять часов по полудню, Верочка с Пашей закончили всё, что наметили. Они влезли в самую лёгкую, одежду и обувь и помчались на пляж.

Едва они вышли на улицу, как в небесах появилась лёгкая дымка. В лицо сразу повеяло утренней свежестью.

– Может, вернёмся? – неуверенно спросила жена.

– Целых шесть дней ты хотела, скататься на пляж. – удивился Паша вопросу жены: – А теперь на попятную? Нет уж, раз мы собрались, то поедем на Волгу.

На остановке автобуса, они не стояли и пары минут, как подлетела маршрутка нужного номера. На удивление быстро, супруги добрались до «старого центра» и вышли у городской филармонии. По улице Льва Толстого, они направились вниз, к широкой ленте реки.

Всё небо уже затянуло покровом из кучевых облаков. Разгорячённое в транспорте тело, кричало о том, что ртутный столбик спустился значительно ниже, чем раньше. Судя по ощущениям Верочки, он вплотную приблизился к двадцати с небольшим. После температуры под сорок, воздух казался довольно прохладным.

Чем ближе они подходили к реке, тем больше встречалось людей, бегущих в обратную сторону. Они были, наверно, единственными, кто направлялся к воде. Супруги, едва пробирались сквозь большую толпу возвращавшихся граждан.

На территории пляжа народ ещё был. Некоторые даже купались. Верочка с Пашей спустились по гранитным ступеням на жёлтый песок, быстро разделись и развернули подстилку. Её роль, постоянно играло старое покрывало с кровати. Жена скинула платье и помчалась купаться.

Пока она плавала, ветер постепенно усиливался. Вода потемнела и сменила свой цвет с тёмно-синего на металлически-серый. Уже появились полуметровые волны. Возник ритмичный прибой. Жена вышла из речки и опустилась на плотную ткань, ровно расстеленную заботливым Пашей.

– Вода просто прелесть. Всё напряжение дня, словно рукой сняло. – переводя дыханье, сказала супруга: – Пойдешь, искупаешься?

– Что-то не хочется. – хмуро откликнулся муж.

Ветер быстро крепчал. Началась небольшая позёмка, что состояла из крупинок песка. По широкому пляжу дружно летели полиэтиленовые пакеты с мешками. Покатились пустые бутылки из разноцветного пластика.

– Зря мы не взяли с собой полотенце. Холодно стало. – сказала жена.

– Ляг с другой стороны, так я закрою тебя своим телом. – на полном серьёзе предложил Верочке Паша. В кои-то веки, жена сделала так, как сказал её муж.

Метрах в трёх от супругов находилась пара студентов. У них был пляжный зонт размером около метра. Очередной порыв ветра выдернул из песка защиту от солнца и очень сильно бросил вперёд.

Паша пытался поймать, пролетающий мимо предмет, но тот так кувыркался, что мужчина не смог его крепко схватить. Пальцы скользнули по брезентовой ткани и сжали один только воздух.

Зонт прокатился несколько метров и влетел в группу лежащих парней. Кто-то из них успел задержать железную палку со спицами, которые всё норовили поранить людей.

К ним подбежал щуплый студент. С большой благодарностью хозяин забрал изобретение древних китайцев, повернулся лицом к воздушной лавине и сложил небольшое устройство в тонкую трость.

Меж тем, вода совсем почернела. Волны реки стали выше и чаще. Грохот прибоя легко перекрыл шум воздушной стихии. Вершины всех бурунов украсились белоснежными пенными шапками.

Поднятые ветром, песчинки больно врезались в голое тело. Кожа у Верочки покрылась пупырышками. Находившиеся рядом, сопляжники принялись собираться гораздо активнее.

Далеко за рекой, в чаще тёмного леса, внезапно поднялся внушительный столб чрезвычайно густого чёрного дыма.

– Смотри-ка пожар! – сказала жена.

– При таком сильном ветре, его может раздуть до огромных размеров. – поддакнул Верочке Паша. Они посмотрели за Волгу. Судя по количеству дыма, пожар не стихал.

– А ты пошёл бы тушить пылающий лес? – внезапно спросила жена.

– С какой это стати? – удивился мужчина вопросу супруги: – Пусть МЧС его тушит. У них целая армия сейчас в подчинении. Там одних генералов значительно больше, чем в вооруженных силах России. У Шойгу вся грудь в орденах. Нисколько не меньше, чем когда-то у Брежнева.

Наконец, Верочка тоже не выдержала. Содрогаясь всем телом от большого озноба, она твёрдо сказала: – Пошли-ка домой. Холодно здесь.

Паша не стал возражать, и они принялись собираться. Как это принято в провинциальной Самаре, жена стала снимать верхнюю часть от купальника, одновременно с надеванием платья. Ветер не унимался и с удивительной силой рвал одежду из рук.

– Держи крепче бюстгальтер, – посоветовал Паша: – а то улетит, придётся ловить твои причиндалы по длинному пляжу.

Сам Паша взял летние джинсы. Ветер наполнил брючины, как матерчатый конус, что раньше стояли в аэропортах страны. Штаны, как раздвоенный флаг вовсю полоскались параллельно земле.

С огромным трудом, Верочка с Пашей всё же оделись. Подгоняемые мощным напором, холодного воздуха, они побрели к каменной лестнице, ведущей на набережную.

Песок, сильно истоптанный ногами людей, был уже утрамбован стремительным ветром. Он выглядел так, словно, не очень давно, его разровняли катком для укладки асфальта.

– Давай прогуляемся. – вдруг предложила жена и направилась в сторону речного вокзала.

– Чтобы быстрее добраться домой, нам нужно двигаться, в противоположную сторону. – возразил Паша супруге: – Пройдём по парку имени Горького. Поднимемся к площади Куйбышева, а там сядем в автобус. Получиться намного быстрее.

– Хочу прогуляться к речному вокзалу. – настаивала упорная Верочка: – Идти ведь туда намного удобнее. Ветер нам будет, дуть прямо в спину. Да и народу на той остановке никогда не бывает.

Весьма неохотно, Паша согласился с женой. Чего только не сделаешь, ради любимой? Подталкиваемые воздушными массами, они двинулись в путь. К удивлению Верочки, на внушительной набережной беспечно гуляли сотни людей. Они не обращали внимания на ухудшенье погоды.

Меж тем, небо мрачнело всё больше и больше. Вдруг что-то случилось вверху. В покрове чернеющих туч, возник удивительно ровный, круглый прогал. Свет вечернего солнца прорвался в огромный проём. Он плотным потоком уткнулся в бурлящую Волгу.

Само солнце скрывалось от глаз. Сноп жёлтого света ярко горел на фоне свинцовой реки. Попав под лучи, вода заискрилась, и обрела необычный золотисто-розовый цвет. Через пару минут, разрыв в небесах затянулся. Сиянье исчезло так быстро, как гаснет прожектор в театре.

Чудесное представление кончилось. Небо снова нахмурилось. Пошёл редкий дождь. Крупные, словно спелые вишни, тяжёлые капли сыпались сверху. Они шлёпали по голове, спине и плечам, и разлетались мелкими брызгами.

До остановки им было ещё далеко. Верочка ускорила шаг. Дождь словно заметил, что она удирает, и увеличил свою интенсивность. Струи воды на глазах становились всё холодней и сильней. Жена побежала, Паше пришлось её догонять.

– Куда ты торопишься? – спросил он на бегу. – Ты же, только что, вылезла на сушу из Волги. Мокрому телу дождь нисколько не страшен.

– Холодно! – стуча зубами, бросила Верочка.

Паша вынул из сумки подстилку, на которой лежали на пляже, и набросил супруге на плечи. Завернувшись в покрывало с кровати, жена стала похожа на арабскую беженку в потёртом бурнусе.

– Спасибо. – сказала она: – Ты очень надёжный. Ты мой, крепкий тыл.

– А ты, мой бушующий фронт. – с усмешкой откликнулся Паша.

Верочка чуточку сбавила шаг, и посмотрела на воду.

– Не видно ни одного корабля. – удивилась она.

– От дождя все попрятались. – откликнулся Паша.

– И куда именно?

– В какой-то гараж.

– Все пароходы, высотою в три палубы? – с сомнением спросила жена. Паша усмехнулся в ответ.

Скоро супруги вышли к остановке автобуса. Как это часто бывает в таких ситуациях, ни павильона, ни простого навеса там, увы, не нашлось. Десяток мокрых сограждан торчали под холодным дождём и зябко ёжились на сильном ветру.

Чуть дальше стояла маршрутка с номером, нужным Верочке с Пашей. Они подбежали к дверям тесной машины. Транспорт оказался забит, до отказа. Минивен почему-то не трогался с места. Скорее всего, он соблюдал «график движения».

– Странно. – растерянно протянула жена: – Я совершенно свободно, всегда уезжала отсюда.

Подкатила другая маршрутка. Замёрзшие под сильным дождём, пассажиры удивительно дружно кинулись к ней. Пару минут закрытый автобус стоял рядом с ними. Видно шифёр ожидал, когда они все совершенно простудятся. Потом, не открыв двери людям, водитель завёл двигатель и куда-то ехал. С неба лило без передышки на отдых.

– Мы с тобой, никогда отсюда не вырвемся! – мрачно выдавил Паша.

– Какой ты пессимист. – ответила Верочка, стуча зубами от холода: – Нужно смотреть в своё будущее с огромной надеждой в отрытых глазах.

– Я так и делаю. Пялюсь вперёд, вытаращив зенки от ужаса. – поёжился Паша.

Верочка накрыла супруга краем своего покрывала. Муж стал меньше дрожать. Да и ей неожиданно, стало намного теплее.

Минут через пять, подъехал новый автобус. Он оказался чуть больше, чем прежний. Люди со зверскими лицами дружно рванулись вперёд. Начался форменный штурм. Так ФСБешники атакуют машины, в которых сидят террористы.

Толкая перед собою жену, Паша не отставал от других. Когда он взлетел по ступеням, Верочка уже находилась в хвосте небольшого салона. Она придержала для мужа свободное место.

Последними влезли пять или шесть человек. Судя по весёлому виду, не очень давно, они все приехали с того берега Волги, где провели уикенд. Будучи сильно поддатыми, они удивительно шумно обсуждали свои выходные и громко ржали над, неизвестными для всех окружающих, эпизодами отдыха. Хорошо, что они вышли минут через двадцать. Дальше все ехали уже в тишине.

Весь путь от Волги до дома, автобус тащился по мокрому городу. Дождь лил везде. Воздух освободился от пыли, деревья все чисто умылись, дороги покрылись глубокими грязными лужами.

Без десяти восемь, Верочка с Пашей вышли на своей остановке. Лучи яркого заходящего солнца уже осушили асфальт. Ничто не говорило о том, что не очень давно, здесь бушевала стихия.

Зато все пассажиры автобуса были в мокрой одежде. От супругов валили клубы белого пара, словно они только что, вышли из бани. Слипшиеся сосульками волосы, оказались забиты мелким песком. Оба выглядели так необычно, что на них удивлённо глазели прохожие.

– Съездили в воскресенье на пляж. – устало протянула жена: – Искупались два раза. В реке, а потом, под дождём.

– Да уж! Хорошо отдохнули! – выдохнул Паша.

В квартире у них, было по-прежнему жарко. Тридцать два с половиною градуса.

Замужество Иры

Приближался сентябрь 2001-го года. Верочке позвонила её былая сокурсница Ира. Женщина с ней, училась когда-то в «КИСИ». Потом, подруга забросила стройинститут и, с тех давних пор, работала кем только возможно.

Несмотря на такое положение дел, они продолжали очень часто общаться. Поэтому, Верочка знала детали всей её жизни. А жизнь у Ирины складывалась достаточно трудно.

Пришло долгожданное время. Как писали в старинных романах, «угловатая девочка вошла в пору расцвета и превратилась в высокую девушку, приятную во всех отношения». Ира окончила школу, поступила в «КИСИ» и стала чаще смотреть на представителей противоположного пола.

На одной вечеринке, она познакомилась с парнем. Кирилл оказался хорошо образованным, умным и весьма интересным молодым человеком. Девушка не устояла перед его обаянием. Студенты стали встречаться. Спустя пару месяцев, они отыграли скромную свадьбу.

До наступленья замужества, Ирина жила вместе с мамой в малометражной квартире. Молодому супругу, некуда было вести, свою дорогую жену. Он взял в общежитии свой чемодан и переехал в её тесную «двушку».

После чего, сразу же выяснились кое-какие странности мужа. Например, он мог, часами бродить, по комнатам голым, как говориться, в костюме Адама. Причём, совсем не стеснялся давно разведённой, сорокалетней мамы жены.

Ради семейного счастья Ирины, та делал вид, что это её совсем не волнует. Хотя, это было вовсе не так. Она ведь ещё совсем не состарилась. Ей, иногда, очень хотелось мужчину.

Как всем известно, большая любовь творит чудеса и делает зренье людей весьма однобоким. Поэтому, даже очень большие, недостатки избранника становятся почти незаметными. Они целиком исчезают в сиянии пылкого взаимного чувства.

Благодаря свойствам человеческой психики, первое время их отношений, были близки к идеальным. С годами, накал любовных страстей стал понемногу слабеть. То, что раньше слегка раздражало, начало страшно бесить.

С течением лет, выяснилось ещё кое-что. Как оказалось, муж у Ирины являлся «мятущейся, очень сложной натурой». Кирилл упорно «искал только своё предназначение в окружающем мире».

Этим и объяснялось то обстоятельство, что он нигде не сидел очень долго, и удивительно часто, менял место работы. Кем парень только, не пробовал стать. Диапазон интересов у него начинался от инженера и режиссёра кино и завершался милиционером и грузчиком продуктового склада.

Вдобавок ко всем закидонам, Кирилл был отчаянным бабником. Несмотря на его конспирацию, Ира скоро узнала, он спал со всеми подряд, в том числе, и с её лучшей подругой.

А началась эта связь примитивнейшим образом. Как-то раз, её однокурсница нагрянула в гости к друзьям. Затем, заглянула ещё один раз, и начала приходить регулярно.

Дело кончилось тем, что она проводила с супругами всё больше и больше свободного времени. В конце концов, Василиса уже превратилась в настоящего члена их юной семьи. Они втроём ходили в театры, в кино, на различные выставки, и даже в муниципальную баню. Там несчастной Ирине приходилось мыть спинку «официальной любовнице» мужа.

Однажды, они все втроём сняли маленький «номер», отлично попарились и немножечко выпили. Захмелевший Кирилл завёл разговоры о том, сколько постельных партнёров у него уже было. Причём, он начал считать, с находившихся в комнате женщин.

После него, эстафету нескромных рассказов подхватила «дорогая подруга». Василиса решила не скромничать, и достаточно долго, хвалилась победами на любовной стезе.

Очередь дошла да Ирины, и она вдруг задумалась, а что же ей самой рассказать? Дело было всё в том, что неверный супруг, был самым первым и единственным в её скромной жизни.

С огромным трудом, девушка едва проглотила подкативший к горлу комок. Она вытерла нос тыльной частью ладони и уверенным тоном сказала: – А у меня, всё ещё впереди!

Всё это так и тянулось несколько лет. Затем, Кирилл снова устроился в очередную небольшую контору. Через какое-то время, его отослали в командировку в Москву.

Зная повадки супруга, Ира хорошо понимала, что за этим последует? Она вдруг решила, что пора разрубить этот «гордиев узел». Девушка пришла на вокзал на сутки раньше, чем муж должен был, вернуться в Самару. Всё получилось именно так, как ожидала жена.

Сначала, она увидела дорогого супруга, что выходил на перрон из вагона. Потом, разглядела подругу, которая мчалась Кириллу навстречу. Любовники так страстно обнялись, словно бы встретились после долгой разлуки. Крепко прижавшись друг к другу, они пошли к выходу в город.

Ирина догнала щебетавшую пару и встала пред ними, словно скала. Она поздоровалась и сообщила, что муж, может уже не возвращаться домой. Затем, повернулась спиной к ошеломлённой её поведением парочке и, ни секунды немедля, отправилась в ЗАГС. Там она подала заявление на расторжение брака.

Неприятная процедура развода, прошла очень быстро и почти безболезненно. Ира осталась с малолетним сынком на руках. Бывший супруг отправился жить к своей давней любовнице.

Спустя какое-то время, Кирилл женился на Василисе, но так и не бросил донжуанских замашек. Он продолжал, вести жизнь рассеянным образом, и не пропускал ни одной привлекательной женщины.

Василиса сильно любила Кирилла и «добыла избранника, в ожесточённой борьбе за простое женское счастье». Она прощала супругу все шалости и его тунеядство, обувала его, одевала, кормила и, кроме того, подарила ему неплохую машину.

Через несколько лет безответственной жизни, Кирилл не вернулся в квартиру в назначенный срок. Первым делом, жена помчалась в гараж, что стоял рядом, с пятиэтажной «хрущёвкой». Она доподлинно знала, муж водит туда своих новых подруг.

Василиса открыла ворота ключом и увидела дорогого супруга. Он сидел в закрытой машине, упав головою на руль. Рядом лежала пустая посуда от сорокоградусной водки.

Стояла поздняя осень. В помещении оказалось сыро и холодно. Двигатель автомобиля работал на тихом ходу. Выхлопные, ядовитые, газы плотно заполнили всё помещение. В гараже уже было, невозможно дышать.

Скорее всего, он развлекался в машине с очередной новой пассией. А чтобы не мёрзнуть с подругой, включил печку в салоне. Потом, дама ушла. Он запер калитку, допил то, что осталось в бутылке, но выйти из «тачки» уже не сумел.

Набрав воздуха в грудь, Василиса рванулась вперёд. Она распахнула переднюю дверцу, вытащила ключ из замка зажигания и заглушила мотор. Затем, вытащила Кирилла на улицу и немедленно вызвала «скорою помощь». Медики прибыли достаточно быстро, но не смогли, уже чем-то помочь.

Через три долгих дня, Кирилл упокоился на одном из многочисленных кладбищ Самары. Первая жена вместе с сыном, на погребении не были. Ирина совсем не хотела, плакать над гробом погибшего, крепко обнявшись, с его новой супругой.

В это тяжёлое время, Верочка, как только могла, поддерживала дорогую подругу, и очень старалась отвлечь её, от горестных дум. Они часто виделись, ходили на выставки различных художников, посещали концерты в городской филармонии.

Ирина жила вместе с мамой и сыном всё в той же маленькой «двушке», что находилась на дальнем краю Безымянки. Верочка поселилась на Ново-Садовой. С течением лет, женщины стали значительно реже встречаться. Зато, чаще звонили друг другу.

– Привет. – услышала Верочка в трубке. Она узнала голос подруги и радостно крикнула: – Здравствуй, Иринка. Давно с тобой не общалась.

– Извини. Была занята. Месяц с лишним назад, закрыли газету, где я трудилась корректором. Все эти дни, я искала себе новую должность. Везде наниматели требовали, показать им диплом института, а у меня, как ты знаешь, его, к сожалению, нет.

– И ты до сих пор без работы? – ужаснулась товарка.

– Нет. Наконец-то, нашла неплохое местечко секретаря-машинистки. Кстати сказать, недалеко от тебя.

– Где?

– На улице Куйбышева 151, напротив парка имени Горького. Там раньше был «Дом пионеров», а теперь «Самарский дворец детского творчества». Любят у нас давать звучное имя старым объектам.

– Это в доме с грифонами? – сразу вспомнила Верочка. Она часто бывала в этом районе и всегда любовалась замечательным зданием.

– Точно. – откликнулась Ира: – Теперь от меня до тебя, всего-то семьсот с чем-то метров. Я посмотрела по карте Самары.

– Отлично. Всегда можно увидеться во время обеда на площади Куйбышева. Или сбегать к тебе после работы, а то, тут у нас, пропускная система. Просто так в институт не пройдёшь.

– Приехав на эту работу, – продолжала Ирина: – я сразу подумала, что центр музыкальной культуры Самары находится рядом с нашей конторой. Я позвонила, чтобы напомнить тебе, мы очень давно, не делали «прививку прекрасного».

– Что ты сейчас предлагаешь?

– Начальник сказал, что сильно занят по службе и сунул мне два бесплатных билета. Седьмого сентября, в пятницу вечером, мы можем с тобою сходить в филармонию. Приезжает какой-то известный москвич. Будет играть на фортепьяно с оркестром. Приходи прямо к началу, туда.

– Прекрасно. – воскликнула Верочка: – Там мы с тобой обо всём поболтаем. –услышав от подруги: – Пока. – женщина отключилась от связи.

– «Я всё размышляла, с кем бы теперь, мне ходить на концерты? А тут, оказалось, Иринка трудиться рядом». – радостно подумала женщина и, широко улыбаясь, вернулась к компьютеру.

Домашний зоопарк

Выйдя из городского автобуса, Верочка двинулась к своему девятиэтажному дому. Она подошла к небольшому крыльцу и поднесла круглый брелок к блестящей пластинке на домофонной панели.

Раздался мелодичный сигнал. Электрозамок тихо щёлкнул. Тяжёлая дверь плавно открылась. Женщина устремилась в подъезд, бегом поднялась на площадку первого уровня и надавила на красную клавишу. Лифт загудел, пришёл откуда-то сверху и с лязгом раздвинул железные узкие створки.

Верочка шагнула в кабину и утопила кнопку с нужною цифрою. Подъёмный механизм легонечко вздрогнул, плавно тронулся в путь и очень скоро, снова замер на месте.

Женщина вышла наружу, нырнула в «карман», где находилась «однушка» и натолкнулась на не старую женщину, что проживала в ближайшей квартире. Её звали Марина. Неделю назад, Верочка въехала в дом, но успела уже познакомиться кое с кем из людей.

Марина обернулась на шум и встретилась взглядом с тридцатилетней соседкой. Они улыбнулись и поздоровались. Затем, направились в разные стороны и занялись, поиском ключей от дверей.

Пока они рылись в карманах хозяйственных сумок, то не стояли молчком. Они успели затронуть великое множество важных проблем. Поговорили о тёплой осенней погоде, стоящей на улице, о приближении холодных дождей и о том, что скоро опять, придётся всем, мокнуть и мёрзнуть зимой.

Пожилая матрона первой нашла связку ключей и выбрала нужный, из десятка других. Она вставила металлический стержень в узкую скважину, повернула три раза и распахнула тяжёлую дверь. Железная створка слегка приоткрылась.

В узкую, тёмную щель, вылетела карманного размера собачка. Она была тёмно-коричневой, гладкошёрстной и семенила на очень кривых, тонких лапках. Не то «русский той», не то «пражский крысарик», сразу так и не скажешь.

Небольшая зверушка лаяла с удивительной силой и буквально захлёбывалась от неописуемой ярости. Правда, всем окружающим, не стало бы страшно, если б на них нападала, такая «крутая овчарка».

Да и чего там бояться? Ростом крохотный пёсик был в два раза меньше, чем кошка. Зубы, размером с зерно длинного риса. Ну, а то, он кидался на всех, так это от злости. Пусть себе брешет, пока не устанет.

Секунду спустя, Верочка сильно раскаялась в своём легкомыслии. Собачонка метнулась мимо хозяйки и налетела на незнакомого ей человека. Скорее всего, она много общалась с людьми, обутыми в плотную жёсткую обувь. Так что, она стала действовать непредсказуемым образом.

Она не схватила стопу или тонкую щиколотку, как прочие псы. «Злая кусака» оттолкнулась конечностями от бетонного пола, стрелой взвилась в воздух и вцепилась в ногу соседки, чуть выше икры. Походило на то, что она и хотела бы прыгнуть чуть дальше, да силёнок у неё не хватило.

Хорошо, что на Верочке оказались осенние сапоги до колен. Поэтому, псина слегка промахнулась. Её мелкие, но острые зубы попали совсем не туда, куда, очень желала собачка.

Небольшие клыки не впились в голую ногу, укрытую только тонким капроном. Они плотно вонзились в верхний край голенища из замши. Но и этого оказалось достаточно. Зверушка не разжимала короткие челюсти, а повисла на жертве, как миниатюрный французский бульдог.

– Ааааа! – завизжала изумлённая Верочка. Кричала она от неожиданности, а не от сильного страха. Что нужно сделать в такой ситуации она не могла, и представить себе.

То ли, трясти и махать правой ногой, чтобы вредная псина, наконец, отцепилась и отлетела в сторонку? То ли, нагнуться вперёд, схватить собачку за шкирку и самой отрывать её от сапог?

Марина немедленно бросилась к тридцатилетней соседке и схватила «дорогого» питомца за щуплое тельце. Она чуть приподняла его и тихо сказала: – Отпусти её Муся, скорей отпусти.

Как это ни странно, но «злая овчарка» тотчас послушалась совета хозяйки. Она распахнула мелкую пасть и начала лаять взахлёб.

Не обращая внимания на вопли животного, Марина открыла дверь настежь и шагнула в прихожую. Она присела перед небольшой «переноской» для кошек, сунула собачку туда и закрыла калитку.

Зверушка взъярилась значительно больше и, стала кидаться на решётку из пластика. Она грызла тонкие прутья и заливисто гавкала.

Осмотрев сапоги, Верочка облегчённо вздохнула, голенище осталось в полном порядке. Слишком мелкие зубы оказались у вредной «овчарки». Весила она очень мало и, когда прицепилась к ноге, то не сумела порвать прочную обувь.

– «Правильно все говорят: – Бодливой корове, Бог рогов не дает!» – подумала Верочка. Совсем успокоившись, она подняла глаза на хозяйку удивительно злого питомца.

Марина заметила её интерес, и устало сказала: – Такой вот противный характер у Муськи. Всегда громко лает и на всех постоянно кидается. Плюс ко всему, ещё и кусает. Даже любимого старого мужа.

Только меня, почему-то, не трогает. Наверное, из-за того, что я с ней вожусь с раннего детского возраста. Поэтому, когда кто-то приходит, я сажаю её в «переноску» и держу, до тех самых пор, пока все не уйдут.

Не зная, что можно сказать по данному поводу, Верочка неопределённо пожала плечами. Ей показалось, что неизвестно откуда, доноситься квохтанье курицы. Прислушиваясь, она чуть повернула голову в правую сторону. К её удивлению, странный звук не пропал, а повторился опять. Она изумлённо подняла тонкие брови.

– У нас живут курицы в ванной. – ничуть не смущаясь пояснила Марина: – Хочешь на них посмотреть?

– А можно? – восторженно воскликнула Верочка.

– Конечно. Входи.

Верочка благодарно кивнула и устремилась в квартиру соседки. Она закрыла дверь за собой, глянула по сторонам и поняла, что очутилась в квартире в три комнаты. Не так чтобы бедной, но и не очень богатой. Мебель тоже была, среднего качества. Подобных жилищ в провинциальной Самаре огромное множество.

Женщина быстро разулась и получила взамен огромные тапочки, которые выдаются гостям. Хозяйка немедленно скинула обувь и плащ, прошла в коридор и открыла одну из дверей.

Сгорая от любопытства, Верочка тотчас заглянула в ванную комнату. В небольшом помещении всё оказалось довольно стандартно. Единственным новым и, весьма непривычным предметом, была только клетка из металлической сетки.

Она висела над автоматической стиральной машиной и выглядела не очень большой. Шестьдесят сантиметров длинной и, столько же, в ширину с высотой. В подобных вольерах, держат пять или шесть попугайчиков, которых все называют волнистыми. Здесь, находились три небольшие белые курочки, величиною с толстого голубя.

– Петуха мы с ними не держим. Слишком он создаёт много шума. То кукарекает в четыре утра. То станет разбрасывать лапами мусор, и звать своих квочек к себе. В общем, без него нам гораздо спокойней и чище.

Несутся они через день и приносят нам к завтраку свежий продукт птицеводства. – хозяйка показала соседке, на небольшое яйцо белого цвета, что одиноко лежало в углу тесной клетки. Она открыла узкую дверцу, достала его и подала ошарашенной Верочке. Яйцо ещё было удивительно тёплым. Скорее всего, оно только недавно вышло из курицы.

– Уход за ними очень простой. Нужно два раза в день насыпать им в кормушки зерно и наливать свежую воду. Да ещё, каждый вечер убирать всякий мусор. Кроме них, у меня есть ещё перепёлки. Пойдём, покажу.

Верочка ошеломлённо пожала плечами, положила яйцо на прежнее место и вслед за хозяйкой шагнула в прихожую. Муська измучилась лаять на незваную гостью. Она спокойно лежала в своей «переноске» и хмуро смотрела сквозь частые прутья. Мол, бродят здесь всякие. Мешают нам отдыхать.

Пройдя через комнату, хозяйка открыла стеклянную дверь и вышла в неё. Верочка двинулась следом. Она оказалась на длинном, хорошо застеклённом и утеплённом балконе.

С одной стороны, стоял деревянный стеллаж высотою до самого верха. На нём разместилась такая же клетка, как в ванной. Вместо деревенских пернатых, в ней спокойно сидело шесть или семь перепёлок серого цвета.

Размером они оказались чуть больше простых сизарей, но выглядели намного упитанней. На полу, среди всякого мусора, виднелось несколько пёстрых яичек. Каждое из них походило с ягоду большого крыжовника.

Но вовсе не это поразило тридцатилетнюю женщину. После курочек в ванной, перелётные птицы смотрелись не так чтобы странно. Дело было в другом. В том, что увидела Верочка на дощатом полу.

Там находился тесный вольер с серым кроликом! Симпатичный ушастый зверёк оказался чуть больше, привычной нам, кошки, но выглядел он значительно толще. Верочка глянула в дальнюю часть длинной лоджии. У кирпичной стены разместился вольер с крупной крольчихой.

Возле неё шустро прыгали пять или шесть серых пушистых комочков. Верочка радостно вскрикнула и подбежала ко второму вольеру. Она быстро нагнулась и хотела погладить одного из детёнышей.

Малыши испугались незнакомого им человека. Они брызнули в разные стороны и немедленно спрятались за тяжеловесную маму. Взять её на руки женщина уже не решилась. Уж очень она была велика.

– Ещё у меня есть четыре козы! – с удивительно гордостью сказала соседка.

– В квартире? – спросила потрясённая Верочка.

– Конечно же, нет. Мы их всё время держим на даче. Весной, они нам приносят потомство, и целое лето дают молоко.

– А чем же все звери питаются?

– Мы покупаем на рынке для них комбикорм и свежее сено. – хозяйка показала на середину балкона. Там стоял тюк сушёной травы и мешок с отрубями, а может быть, с грубой мукой.

– И зачем это вам, столько мороки? – не удержалась соседка от другого вопроса.

– У меня в раннем детстве была сильная астма. – неохотно пояснила Марина: – Врач посоветовал мне, кушать только такие продукты, что называются экологически чистыми. А где их, было взять? Мы же проживаем не в Англии.

– А что в этой Англии? – не поняла фразу Верочка.

– Когда я приехала туда по работе, то заглянула на специальную ферму, где производят экологически чистое мясо. Меня там одели в стерильный халат, бахилы, чепчик и маску из марли. Потом, повели в огромный коровник.

У нас, во многих домах значительно хуже, чем в том, так называемом, хлеве. Стены в два кирпича толщиной. Внутри чистота. Тепло, светло и нет никаких насекомых.

Скотина находиться в совершенно отдельных, просторных загонах. Стоят, они все на свежей соломе. Как только наделают лужу или же кучу, так прибегают рабочие. Они всё убирают, моют полы и быстро меняют подстилку.

– И сколько же стоит такая говядина?

– Вот и я, задала тот же вопрос. А фермер ответил, мол, сейчас он не может точно сказать. Потом, когда вся продукция пойдёт к потребителю, он посчитает расходы на её производство и назовёт цену продажи.

– «Но должен вам сообщить, что это удивительно дорого!» – добавил он напоследок.

– И кто же станет брать мясо за неизвестно, какие, огромные деньги? – не унялась потрясённая Верочка.

– Я его тоже об этом спросила. Он хитро усмехнулся и бросил, мол, не волнуйтесь мадам, вся дорогая продукция с его замечательной фермы давно уже продана на год вперёд.

На этом экскурсия по «зоопарку в квартире» закончилась. Поражённая всем, что увидела, Верочка быстро обулась и направилась к выходу. Стоя у двери, Марина дала ей пустую коробку из-под шоколадных конфет. В тёмных гнёздах из пластика лежало шесть мелких куриных и столько же перепелиных яиц.

– В качестве компенсации за нападение Муськи. – сказала Марина с улыбкой.

Верочка поблагодарила соседку и, держа коробку в руках, вошла в свою небольшую «однушку». Нужно было полить там цветы, вытереть пыль и вымыть полы. Потом, можно будет, звонить какой-то из многих подруг. Пусть придёт поболтать.

Вечером, Верочка вдруг заскучала и вернулась к любимому мужу. Она передала ему подарок соседки и рассказала о том, что сегодня увидела в квартире Марины.

Назавтра с утра, перед тем, как пойти на работу, женщина быстро пожарила и с удовольствием съела первую пару миниатюрных яиц. Они оказались удивительно вкусными. Не сравнить с покупными, из сетевых магазинов.

Зимнее катанье на лошади

Прошёл третий сезон каждого года. Закончилась длинная, и промозглая осень. Наконец-то, в Самару явилась настоящая стужа. Вместо холодных, мелких дождей, с неба посыпались крупные снежные хлопья.

На промёрзшую землю легло покрывало, что состояло из множества мягких снежинок. Оно укрыло всю местность пушистым и толстым ковром. Затем, наступил Новый Год.

Следом за ним, у детишек и взрослых началось то счастливое время, которое называют каникулы. Теперь десять дней, многим самарцам не приходилось ходить на работу и в школу.

На эти длинные праздники, супруги вдвоём отказались от внеурочной работы. Благодаря такому решению, они нашли время для общения друг с другом. Верочка с Пашей прошлись по микрорайону и осмотрели все те площадки, где были поставлены, богато украшенные, высокие ёлки.

В один из таких, не занятых дней, Верочка вдруг заявила: – В последние дни декабря на площади Куйбышева начали делать столько всего интересного, что трудно тебе всё описать. Давай сходим туда и посмотрим, что там устроили в этом году?

Делать им дома, было особенно нечего. Паша согласился с женой и ответил: – Пошли! Заодно, прогуляемся!

– Ну, я пошла, собираться? – на всякий случай уточнила супруга.

Зная, как она возится со своим одеванием, Паша кивнул и добавил: – Иди, только побыстрее, пожалуйста.

– Сейчас! – бросила женщина и вприпрыжку помчалась в дальнюю комнату.

Нужно отдать Верочке должное. В этот раз, она прокопалась недолго и управилась быстро, минут за пятнадцать. Супруги под ручку покинули дом и, никуда не спеша, пошли к остановке муниципального транспорта.

Едва добрались до дороги, как примчался автобус, с нужный им цифрой, на правом борту. Верочка с Пашей спокойно поднялись в совершенно свободный салон, опустились на пустые сидения и нормально доехали без всяческих пробок. До площади имени Куйбышева, они добрались на изумление быстро. Новогоднее чудо, и только.

Они вышли из тёплой маршрутки, подняли глаза от земли и застыли на месте. А всё потому, что увидели Ёлку. То есть, узрели именно то, что по-другому никак невозможно назвать.

Только именно так – с большой литеры Ё. А если точнее сказать, то ЁЛКУ со всеми заглавными буквами. Она оказалась тридцати метров ростом и не меньше шести метров в диаметре, у своего основания.

Честно сказать, на нормальное зимнее дерево она походила достаточно слабо, а удивительно смахивала на правильный конус. То есть, напомнила Паше радиобашню изобретателя Шухова, покрытую очень мохнатыми, колючими лапами.

На многочисленных ветках висели гирлянды из электрических лампочек, мишура, блестящая яркими искрами, и многие сотни очень крупных игрушек. Все оказались такими большими, что ими под стать, играть великану.

Вокруг символа Нового Года стоял высокий, двухметровый забор. Его покрывали аляповатые образы кое-каких персонажей из сказок. Эта ограда защищала огромную ЁЛКУ от посягательства праздных людей.

Как утверждали газеты, бывали необычные случаи в нашей Самаре, и подгулявшие горожане лезли наверх высокого дерева. Говорят, что кто-то из них, даже срывался оттуда и достаточно сильно расшибался о землю.

По внушительной площади были разбросано несколько небольших каруселей и прочих детских забав. Четверть пустой территории занимал городок из высоких статуй, изготовленных скульптором из прозрачного льда.

К сожалению людей, прошлой ночью с небес, нападал обильный, искристый снег. Ну, а смести его с этих фигур, почему-то никто не успел. Видно, у сотрудников «ледового парка» уже наступили каникулы.

Поэтому, те истуканы выглядели достаточно странно. Походило на то, что их всех покрыли накидками белого цвета и нахлобучили лохматые шапки. Так что, узнать, кто из них кто, не имелось возможности.

Между аттракционами вяло трусили низкорослые пони, ишачки или лошадки, запряжённые, в ярко раскрашенные, крестьянские сани. Кроме них, обнаружилась небольшая упряжка с оленями, которые прибыли с крайнего севера.

Виднелись на площади и несколько крупных коней под отличными сёдлами. Все ездовые животные оказались разного роста. Высота у одних, была около метра, вместе с ушами, у других, более сажени в холке.

В разрисованных розвальнях шумно катались весёлые дети, и даже сильно смущённые взрослые. Родители весьма опасались, что их малолетние отпрыски упадут на ходу и держали за ручки своих драгоценных ребят.

Вдруг Верочка громко воскликнула: – Лошадь!

Жена радостно бросилась к серой, в больших светлых яблоках, высокой кобыле. Она бежала к животному с таким бурным рвением, что супруг удивился: – «Ведёт себя так, словно долго служила в кавалерийских войсках». – сказал он про себя.

Глядя на её мощный спурт, можно было подумать, именно это верховое животное спасло как-то женщину от ужасной погони. Походило на то, что кобыла, вынесла Верочку из какой-нибудь битвы, а после, надолго исчезла из виду. И вот, по прошествии множества лет, они, наконец-то, случайно столкнулись на площади.

– Ты хочешь прокатиться в седле? – потрясённо спросил Паша жену.

– Я всегда катаюсь верхом! – уверенно бросила Верочка. Она сунула мужу свою тяжёлую сумку и завела разговор с хрупкой девушкой, стоявшей возле кобылы гренадёрского роста.

В виду сильных морозов, хозяйка была плотно укутана в массу вещей. Толстый пуховый платок закрывал её грудь и лицо по самые очи. Благодаря десятку одёжек, она походила на круглый кочан спелой капусты.

Владелица лошади объяснила жене, что её большую питомицу кличут Маруськой, один круг по заснеженной площади стоит всего сто рублей. Рядом с небольшой амазонкой, стоял паренёк невысокого роста. То ли конюх Маруськи, то ли молодой ухажёр юной хозяйки? А может быть, и то и другое в едином флаконе.

Высокая Верочка возвышалась над ездовыми не менее чем на полголовы. Однако, её подбородок едва доставал до холки кобылы. Как это ни странно, но стремена у седла оказались очень короткими и были подняты на жокейский манер. Скорее всего, их подогнали под миниатюрные ноги хозяйки.

Паша собрался, напомнить жене, чтобы она находилась подальше от крупа кобылы. Мало ли что, животное вдруг испугается и, чего доброго, ударит супругу копытами? Но он не успел и слова сказать.

С видом бывалого конника, а может быть, и вольтижёра из цирка, жена приблизилась к лошади со стороны головы. Со знанием дела, она обошла рослое животное спереди. Встала с левого боку и взялась левой кистью за луку седла. Рука оказалась, где-то на уровне носа.

Паша слегка устыдился своего недоверия к способностям милой супруги. Он открыл её сумку и влез в необъятные внутренности. Мужчина решил, найти фотокамеру и сфотографировать Верочку.

Хотелось, запечатлеть тот момент, когда дорогая жена, как отважный ковбой стрелою взлетит в седло скакуна. По её же словам, она так всегда поступала. Среди множества нужных вещей, найти телефон, он, почему-то, не смог.

Тем временем, Верочка твёрдо решила, вдеть ногу в стремя. Вот только железная дужка с проушиной оказалась на уровне её живота. Задрать ногу так высоко, да ещё в зимней одежде и толстой дублёнке получилось, к сожаленью, не сразу.

Не вышло и с первого раза, попасть сапогом в опору для ног. Пришлось правой рукой, взяться за луку седла, а пальцами левой, надеть на ступню непослушную штучку.

Наконец, жене удалось совершить, пластически сложный этюд. Оказалось, что этого, увы, недостаточно. Паша вдруг понял, что положенье создалось достаточно сложное. Стремя висело на уровне пояса, а седло находилось на высоте подбородка жены.

Вскочить на высокую лошадь, из такой сложной позиции, смог бы лишь Гойко Митич или всемирно известный Буффало Билл. Да и то, если бы кто-то из них, был одет, очень легко и удобно. Зимой, согласитесь, это бывает удивительно редко.

Кося одни глазом на рослую лошадь, Паша искала телефон, чтобы заснять дорогую супругу. Нужно сказать, что когда-то давно, она занималась спортивной гимнастикой. Однако, в такой акробатической позе, муж её ни разу не видел.

– «Приедём домой, нужно будет её попросить, что она всё повторила. В лёгком халатике, это будет смотреться весьма эротично». – сказал Паша себе.

– Да помоги же ты ей! – закричала хозяйка на конюха, а может быть, на своего воздыхателя. Паренёк, подскочил к неумелой наезднице и проявил себя, замечательным профи данного дела. То есть, как тот человек, что катает туристов за деньги.

Все остальное случилось за пару мгновений. Он встал сзади Верочки, вынул ступню из железного стремени и поставил ногу на землю. Потом, подхватил женщину за объёмную талию и с неожиданной силой, бросил её на спину кобылы. Супруга упала на круп животом.

Маленький грум придержал даму за ноги, чтобы она, кувырком не скатилась, на противоположную сторону. В первую очередь, он уравновесил супругу в седле, как коромысло на высоком заборе. Потом, придержал её левую ногу на месте, и бросил правую на спину серой кобылы.

Не приложив каких-либо сил, молодая наездница, села именно так, как было нужно. То бишь, развернулась лицом к голове скакуна. Упираясь в высокую луку, жена приподнялась на крепких руках, скользнула филейной частью в седло и, наконец, утвердилась на положенном месте.

Потом Верочка весело оглянулась на зрителей, находившихся рядом, и торжествующе посмотрела на Пашу. Она широко улыбнулась и, как кубанский казак, лихо сдвинула шапку на ухо.

Видимо, эта кобыла давно уж привыкла к таким необычным и неумелым наездникам. Поэтому, всё время стояла совершенно спокойно, словно скульптура из камня.

Хозяйка поправила Верочке полы дублёнки и, держа под уздцы свою рослую лошадь, повела в поводу по заснеженной площади. Смиренное верховое животное шло на удивленье спокойно и ровно. С другой стороны шёл верный грум юной хозяйки. Он страховал от падения безрассудную женщину.

Наконец, Паша нашёл сотовый в сумке жены. Неспешное шествие уже завершало тот круг, что был отмерен названной платой. Как истинный папарацци, муж подскочил к скромной процессии и несколько раз щёлкнул затвором.

Верочка осмелела настолько, что смогла оторвать левую руку от луки седла. Широко улыбаясь, она помахала кистью супругу. Так поступают принцессы, что приветствует подданных.

Оплаченный рейс завершился. Катание счастливо закончилось. Почти, без посторонних усилий, жена самостоятельно слезла на землю. Грум только её страховал и осторожно придерживал за филейную часть. Ещё он помог Верочке вынуть сапог из левого стремени.

Совершенно счастливая женщина подбежала к супругу и, задыхаясь от радости, начала тараторить: – Ты представляешь? Такая крупная лошадь! Хозяйка мне говорила, сама с ощутимым трудом садиться верхом на Маруську.

Хорошо, что вовремя парень меня поддержал, а то бы я точно свалилась на землю! А почему ты стоял в стороне и мне не помог? – сразу переключилась она на молчавшего мужа.

– Потому, что хотел тебя снять, но не мог отыскать телефон.

– Да уж, найти что-нибудь, в моей сумочке весьма тяжело. – согласилась супруга и снова вернулась к катанью по площади: – Нужно было хозяйке поставить возле Маруськи стремянку. Тогда было бы легче, людям садиться на лошадь.

– В средневековье это называлось седалищным камнем. – блеснул Паша знанием деталей истории: – А лучше всего, подогнать сюда кран. Когда-то, подъёмным устройством рыцарей сажали в седло. Особенно тех, кто был в тяжёлых металлических латах. Сейчас на тебе, надето не меньше одежды.

Не обращая внимания на ехидные фразы, супруга продолжила: – Не понимаю! Раньше, я всегда так легко, садилась в седло.

– Раньше это когда? – с интересом спросил Паша у тридцатилетней жены.

Верочка немного подумала и тихо сказала – Ну, наверное, два года назад. – она чуть помолчала и смущённо добавила: – Правда, мне и тогда помогали.

Архитектура

Завершив круг по площади имени Куйбышева, Верочка с Пашей дружно решили, пора возвращаться домой. Пока шли к остановке автобуса, муж неожиданно вспомнил очередную смешную историю.

По словам дорогого супруга, она с ним случилась два года назад. Как истинный народный сказитель, Паша говорил обо всём, очень образно и удивительно ярко. Начал он с короткой преамбулы, что вплотную касалась его настоящей профессии. Верочка внимательно слушала.

Большинству людей кажется, что работа у архитекторов интересная, необычная и весьма уважаемая. Возможно, так тоже бывает, но лишь при особом стечении всех обстоятельствах. А если выражаться точнее, то только в одном единственном случае, когда вы попали в когорту «выдающихся гениев нашей эпохи».

Или, к примеру, вы оказались среди модных зодчих вашей страны. На худой конец, вы являетесь «суперстроителем» какого-то крупного и очень богатого города. Ведь местные знаменитости тоже у всех на слуху и управляют собственными проектными фирмами.

То есть, они получают за труд, более или менее, приличное вознаграждение. Это позволяет им стать зажиточными членами российского общества и, постоянно поддерживать, довольно высокий, уровень собственной жизни.

Все прочие люди, владеющие архитектурным дипломом, являются наёмными служащими и обретаются совсем в ином мире. Как сказал один остроумец в России: – Их постоянно наёмывают!

По крайней мере, они все живут на другом этаже. Причём, не в прекрасном пентхаусе, под чистым безоблачным небом, а значительно ниже, поближе к грязным подвалам.

Каждый из подобных работников, служит сразу двум господам. Первым и самым главным для них, является вельможный заказчик, который сам толком не ведает, чего же конкретно, ему сильно хочется?

Вернее сказать, он твёрдо знает только две вещи. Во-первых, то количество денег, которые может потратить на свою новую прихоть. Во-вторых, что он во всём разбирается значительно лучше, чем все окружающие.

Так что, на общение с ними, уходит огромное количество времени, а так же душевных и физических сил. Все это требуется, чтобы подвигнуть ещё одного человека к пониманию его личных желаний.

Второй господин архитектора – это хозяин проектной конторы, где бедолага кантуется в данное время. Для него, самое главное, сорвать максимальное количество денег в минимальные сроки. Поэтому, зодчий обязан удивительно быстро, создать шедевральное сооружение, что очень понравится очередному заказчику.

Лучше всего, это сделать за пару часов. При самом тяжёлом раскладе, за день. Кроме того, все инженеры должны, сварганить проект «городской доминанты» всего за неделю.

Подобное может случиться только тогда, когда новое здание представляет собой простую коробку без окон, дверей и прочих излишеств. Вот так и крутятся все архитекторы между раскалённым гневливым заказчиком и ледяной наковальней владельца конторы.

Жизнь Паши мало чем отличалась от судеб собратьев по его ремеслу. Как и везде, самовлюблённый хозяин конторы, всё время лез в работу своих подчинённых. ОН с наслажденьем играл роль Демиу́рга, который лучше всех знает, что именно нужно Заказчику?

Из раза в раз, вельможный клиент отвергал все решения Шефа, и тот всем своим видом выражал удивление. После чего, валил всю ответственность на простых исполнителей. Ведь он, якобы, говорил инженерам совершенно другое. Просто эти тупицы его совершенно не поняли.

В среде необразованных, но амбициозных «властителей жизни», иногда, попадались невероятные уникумы. Один из них с ранних, отроческих лет мечтал заиметь большой частный дом. Причём, в особом районе Самары. Там, где в советские годы, обитали партийные бонзы местного уровня.

Данная местность лежала, недалеко от тихого «старого центра» и выходила к широкой реке, что протекала вдоль крупного города. Кроме того, её ограждал бетонный забор, что спасал «слуг народа» от появления непочтительных граждан.     После приХватизации всей великой страны, голубая мечта нувориша, наконец-то, сбылась. Заказчик нахапал столько добра, что смог воплотить в реальную жизнь, заветное желание детства.

Он устремился в вожделенный район, где проживали когда-то «хозяева жизни». Богач осмотрелся на месте и взял сразу ДВА (!) обширных участка. Они разделялись лишь низким штакетником.

Он немедленно снёс гнилые сарайчики, что сохранились от минувшего прошлого, и задался очень сложным вопросом, что же он хочет здесь возвести? Размышления над данной проблемой не внесли какой-либо ясности. К сожалению всех окружающих, «коммерческий» мозг нувориша, не обладал большим интеллектом.

Тогда он пришёл в ту контору, где упорно трудился и Паша Филатов. Нувориш заключил типовой договор с хозяином фирмы и громко потребовал, спроектировать «современный» коттедж.

Он беседовал с архитектором почти каждый день и сильно мучил его, плодами своих измышлений. Приходил, тупо смотрел в чертежи, выполненные после тех указаний, что он дал накануне… и, без всяких раздумий, отвергал именно то, чего жаждал вчера.

Затем, начинался новый виток, воплощенья в бумаге его предложений. На следующее утро всё повторялось сначала. Несмотря на всю схожесть работы, с трудом господина Сизифа, дело, как это ни странно, хоть понемногу, но продвигалось вперёд.

Наконец, через два с лишним месяца, план первого яруса был, в общем и целом готов. Правда, всё это случилось после двух дюжин безуспешных попыток.

В итоге, заказчик всё-таки понял, это именно то, о чём он мечтал с детского возраста. Как сибарит и невероятный лентяй, он отказался от возведения двух этажей.

– Неча лазать по лестницам, чай не обезьяны какие! – заявил он удивлённому Паше.

Зато, нувориш захотел внушительный цоколь. В нём он собирался устроить, мастерские разного рода и, конечно же, сауну. Здесь, к счастью зодчего, особых проблем не возникло.

Правда, с самой «финской баней» пришлось хорошо повозиться. Заказчик сразу отверг обычный бассейн. Он решил, заглуби́ться в каменный пол, и соорудить в этой яме подобие бадьи с проточной холодной водой.

Через пять или шесть вариантов и здесь кое-как, но всё утряслось. Ближе к концу проектирования неожиданно выяснились небольшие причуды заказчика. Как оказалось, он хочет, чтобы в сауне был большой туалет.

Ну и ладно бы, как у всех прочих сограждан с больною простатой, лишь с унитазом и простым умывальником. Так нет же, ему возжелалось иметь там ещё и биде с писсуаром. Кроме того, набор коммунальной сантехники должен был находиться в просторном предбаннике, совершенно открыто. Без каких-либо стенок.

Не прошли никакие перегородки, что ему предлагал архитектор: щиты из матовых стёкол, в полный рост человека, или из каких-то других материалов. К примеру, из кирпича, высотой в один метр, что стоят у «параши» в обычных тюрягах.

Паша достаточно долго, уговаривал вельможного барина. Он объяснял, что акт мочеиспускания и дефекации является делом чрезвычайно интимным. В ходе данного действия, люди с пещерных времён, стремились, укрыться от всех окружающих.

Всё оказалось напрасным. Паша опять убедился в непререкаемой истинности одного утверждения: – Архитектура является продажной девкой капитализма. – как говорилось в одном анекдоте: – Кто девушку ужинает, тот её и танцует.

После слов нувориша: – МНЕ так, куда больше нравиться! – пришлось смириться с желанием клиента и сделать всё так, как он говорил. К своему сожалению, Паша не смог уяснить, чем же страдал вельможный заказчик – вуайеризмом (страстью к подглядыванию), или – эксгибиционизмом (выставленьем себя всем на показ).

Спустя несколько месяцев, Паша увидел фотографии сооружения, что возвёл на участке необычный заказчик. Как зодчий и думал, с фасада бесследно исчезли любые «излишества архитектурного толка».

Да и отделку «скандинавского типа», словно корова слизнула. Оригинальный «сломанный в разных местах», козырек возле главного входа тоже бесследно пропал.

На фото теперь красовался, удивительно длинный одноэтажный сарай. Вместо природного камня всюду виднелся облицовочный красный кирпич. Сверху коттедж украшала примитивная двускатная крыша из коричневой металлочерепицы. В советское время, именно так, смотрелись «правления» обычных колхозов.

Не в пример прочим зимам, эти тёмные месяцы тянулись для Паши удивительно долго. Зато, коллекция чудиков пополнилась одним экземпляром. Нужно сказать, что тот человек потряс архитектора не так, как все олигархи местного уровня. Он всё проделал непредсказуемым способом.

Как и все нувориши, он обладал небольшим кругозором и великим апломбом. То есть, совершенно ничем, не отличался от других богачей. Так же, как все заказчики крупных домов, он совершенно не знал, чего, собственно, хочет, и по данной причине, он сильно гневался на «бестолкового» зодчего.

Как часто бывает в такой ситуации, проект огромного здания пришлось состряпать с удивительной скоростью. Словно ему, жить стало негде, а всё последнее время, он ночевал прямо на улице.

Как всем известно, при накоплении несметных сокровищ, все нувориши сильно меняются. Причём, только в худшую сторону. В первую очередь, они бесследно теряют запасы терпения. А он, между прочим, у них, и без этого был, поразительно скромным.

Скорее всего, богачи просто разменивали одно на другое. Скажем, терпимость и чуткость, они конвертировали в огромные деньги. Плюс ко всему, сильно приплачивали своей крохотной совестью.

Стоило заикнуться о том, что работа достаточно сложная, а сроки её выполнения невероятно короткие, как немедленно следовал возглас заказчика: – Да что там сделать осталось? Я же тебе всё объяснил!

Возражения Паши, что всё это нужно, ещё увязать, а потом начертить, не принимались в расчёт. Сразу же следовал шаблонный ответ: – Так за тебя же компьютер работает! Дал пару команд и на экране, всё немедля возникнет!

О том, как говорила народная мудрость: – «Пока кнопку нажмёшь, спина сильно взмокнет!» – никто даже слышать, ничего не хотел. Такая сложная мысль никак не вмещалась в «чрезвычайно объёмных» мозгах.

Мало того оказалось, что олигарх, был близким другом «любимого» Шефа. Так что, хозяин конторы во всём поддержал дорогого заказчика. Поэтому, Паша забрал вполовину готовый проект, принёс на флешке домой, и работал над ним всю субботу, с утра и до позднего вечера.

В воскресение утром, Паша поднялся ни свет, ни заря и, позавтракав на скорую руку, продолжил усердно пахать. Ровно в двенадцать часов, он собирался, сделать небольшой перерыв на обед. Именно в этот момент послышался требовательный телефонный звонок.

Речь вельможного барина, как всегда, оказалась категоричной и очень короткой: – Приезжай ко мне срочно! – хмуро бросил богач. Сразу за этим, в динамике трубки появились гудки.

Архитектор моментально забыл о еде и рванулся на зов нувориша. Он был сильно затюкан хозяином особняка, «любимым» начальником и напряжённой работой с восьми утра до семи часов вечера.

Мало того, он все выходные усердно трудился. Неудивительно, что все его мысли крутились, вокруг решения конкретной задачей. На все остальные вопросы, у него не хватало ресурсов.

Паша быстро собрался, и выскочил из квартиры на лестницу. В предыдущие дни, погода на улице держалась в районе нуля. Поэтому, он по инерции, оделся так же легко, как и вчера. В соответствии с тёплой погодой.

Торопливо сбегая по лестнице, он лишь на втором этаже вспомнил весьма неприятную вещь. В памяти всплыло сообщение телевизионного диктора. Синоптики обещали резкое похолодание в городе. Причём, они говорили о падении температуры до минус пятнадцати, а местами и ниже.

Метеорологи области, обычно давали прогнозы, что содержали в себе мало конкретики. Звучали они приблизительно так: – «То ли дождик, то ли снег, то ли будет, то ли нет».

Как это ни странно, но вчера, их обещания выглядели удивительно твёрдыми. Но кто же им будет, верить теперь, после множества таких предсказаний, которые почти не сбывались?

Возвращаться домой для того, чтобы потеплее одеться, было никак невозможно. Ведь архитектора ждал очень важный заказчик. Его драгоценное время стоило потрясающе дорого, не то что, у зодчего.

Паша набрал в лёгкие стылого воздуха и с утешительной мыслью: – «Наверняка, предсказатели снова наврали!» – ринулся дальше. Он распахнул наружную железную дверь, миновал узкий тамбур и вышел из подъезда на улицу.

К сожалению Паши, в кои-то веки, синоптики были, правы во всём. Зодчий шагнул за порог и ощутил себя так, словно с разбегу влетел в большой морозильник. Ещё можно сказать, что он очутился в царстве деда Мороза. Выбирайте, какое сравнение, как кому больше понравиться?

Вчера, поздним вечером, всё пространство двора, было завалено грязным, сильно подтаявшим снегом. Сегодня всё оказалось покрыто кипенно-белой накидкой свежего инея.

Ветви деревьев украсились тончайшим гипюром, ловко сплетённым из острых иголочек изморози. Ледяные кристаллы целиком облепили каждый побег и сверкали на солнце, россыпью мелких бриллиантов.

Морозная дымка слегка размывала очертания всего окружающего, и придавала пейзажу, очарование импрессионизма. Красота была удивительная, но и мороз опустился, где-то за двадцать! Лёгкую одежонку на Паше немедленно выстудило. Он очень зябко поёжился.

Не теряя ни единой секунды, Паша метнулся к своей старой машине. Как и следовало предполагать, в такую погоду, наружный замок крепко замёрз. Теперь он никак, не хотел проворачиваться.

Едва не сломав онемевшие пальцы, Паша всё же открыл скрипучую дверь, сунулся в низкий проём и опустился в кресло водителя. То, что он ощутил, можно сравнить, лишь с окунанием задницы в зимнюю прорубь.

Зодчий заёрзал на обледеневшей подушке, словно мифический уж на раскалённой плите. Надеясь на тёплый воздух из печки, он взял ключ зажигания, вставил в щель на панели руля, и повернул его вправо.

Стартер несколько раз неуверенно вжикнул. После чего, обиженно смолк. Самое страшное, что двигатель «тачки» даже не вздрогнул от тщетных усилий. Стальные детали мотора остались на месте. Ведь, за прошедшую ночь, они крепко смёрзлись в единое целое.

Архитектор несколько раз повторил операцию. Никакого эффекта. На сильном морозе старая «Лада» отказалась работать. Можно было подумать, что её изготовили не для жизни на Волге, а для езды в жарких странах Африки, Азии или Центральной Америки.

Зато сиденье под зодчим немного нагрелось и больше не смахивало на ледяной гранитный валун. Было удивительно жаль, оставить насиженный задом «шесток», но всё же пришлось это сделать.

Паша выбрался из заледеневшей жестянки салона, встал во весь рост и, с огромной надеждой, повертел головой. Заиндевевшие автомобили серебрились среди белоснежных сугробов. К сожалению зодчего, во дворе не нашлось никого из соседей. Ни у кого «прикурить» архитектор не мог.

Паша знал по личному опыту, крутить на сильном морозе «кривой железный стартёр», совершенно бессмысленно. Быстро вспотеешь от такой процедуры, но мотор всё равно, не станет работать.

Зодчий в сердцах хлопнул дверцей машины и устремился к самой ближайшей остановке автобуса. Как очень часто случается в таких ситуациях, дождаться маршрутки он так и не смог.

Простояв минут двадцать, парень почувствовал, зря он надел сапоги на очень тонкой «осенней» подошве. Они совершенно не грели застывшие ноги. Скоро обе ступни могли превратиться в ледышки.

Паша плюнул на режим экономии, которого строго придерживался последние месяцы. Он тормознул легковушку, что оказалась поблизости, и попросил пожилого водителя, подбросить его до дома заказчика.

Перед молодым человеком, стояла сестра его старой «Лады», на которой он сам, уже ездил несколько лет. Водитель сочувственно оглядел архитектора, что сотрясался, как хвост у овцы и согласился его подвезти. Пользуясь безвыходным положением зодчего, он заломил цену вдвое.

Ехать пришлось на другой конец города. Так что, для Паши получалось накладно. Но делать-то нечего. Ведь против судьбы не попрёшь. Так уж сложилось в истории города, что все «хозяева» общества, предпочитали «ютиться», в одних и тех же местах. Только раньше они, себя называли «слугами трудового народа», а теперь величали «олигархами местного уровня».

По непонятной причине, и те и другие, сильно любили благоустроенный центр Самары. Ну, а простой архитектор, как самый обычный житель России, обретался на очень далёкой окраине.

То есть, он «благоденствовал» в бывшей «пролетарской слободке». Данный посёлок построили, рядом с гигантом металлургии. Завод тихо почил, после той «катастройки», что всем устроил Мишка Горбатый.

К счастью замёрзшего Паши, дороги в тот день оказались пустыми. Оно и понятно. В такую погоду, нормальные люди все отдыхали, или так же, как зодчий, не смогли завести «железных коней».

Однако, в отличие от архитектора, они не попёрлись незнамо куда, а благоразумно остались в уютных и тёплых квартирах. Благодаря стечению всех обстоятельств, привычные пробки в Самаре совершенно отсутствовали. Паша доехал удивительно быстро и не успел хорошенько согреться.

Остановилась машина у огромного нового дома, хорошо стилизованного под зарубежный «хай тек». Он собой представлял сплошные стеклянные плоскости, что закрывали фасад снизу до самого верху. Как вы понимаете, подобные стены хороши в тёплых странах. Например, в Филадельфии, в Мехико или в Севильи, но не в средней России.

Самое странное, заключалось в другом. Выяснилось, что новомодное здание вставлено в узкий разрыв между постройками разных эпох. С одной стороны стоял образец «сталинской классики», с другой, находился представитель «модерна» дореволюционных времён.

Плохо соображая с мороза, Паша порылся замёрзшими пальцами в потёртом бумажнике, нашёл и подал водителю голубую банкноту. Она раза в три превышала, оговорённую ранее сумму.

Водитель, с большим интересом глянул на здание, возле которого стояла машина. Он оценил непрезентабельного на вид пассажира, сильно задумался, а потом начал шарить в карманах, в поисках разных купюр. Причём, делал это удивительно долго и медленно.

Торопившийся к заказчику, зодчий успел выйти из «Лады» и нетерпеливо топтался у распахнутой дверцы. Всё остальное случилось, весьма неожиданно для архитектора. Не вернув очень крупную сдачу, шофёр резко вдавил педаль газа. «Тачка» ринулась с места и немедленно скрылась в морозной дали,

Наверное, мужчина решил, раз Паша живёт в таком представительном доме, то он очень богат. Ну, а одевается плохо по непонятной причине. Может быть, у него стиль поведенья такой? На западе, подобные люди носят «винтажные», сильно потёртые вещи, и называются «хипстерами».

Бежать за машиной было, увы, бесполезно. Хоть и старая «Лада», а всё равно, пешком не догонишь! Паша в отчаянии плюнул на потерянные по глупости деньги, повернулся к шикарному дому и пошёл по очищенной от снега дорожке.

В отличие от «любимого» Шефа, зодчий никогда не бывал в квартирах богатых заказчиков. То есть, он совершенно не знал местных правил. Паша шагнул на крыльцо, и смело нажал на кнопку звонка. В переговорном устройстве раздался щелчок. Глубокий, заинтересованный голос вежливо спросил из динамика: – Вы к кому?

Архитектор назвал имя и отчество клиента проектной конторы.

– Одну минуту. – доброжелательно ответил мужчина, но дверь не открылась.

Паша терпеливо стоял, перед широкими прозрачными створками, и отчаянно мёрз. Находясь в поле зрения камер, зодчий считал неудобным, стучать от мороза, чечётку на месте. Он встал, как оловянный солдатик и стойко терпел, муки сильного холода.

Через пару минут, прочный замок всё-таки щёлкнул. Полотно, изготовленное из бронестекла, толщиной в указательный палец, наконец, распахнулось. Паша шагнул в большой светлый тамбур, и на деревянных ногах, сразу попал в богато украшенный холл.

Всё помещение оказалось заставлено живыми растениями, что находились в больших керамических вазах и кадках. За стильной конторкой, весьма походившей на ресепшн отеля, стоял огромный охранник. Не скрывая во взгляде презрения, он строго смотрел на жалкого гостя. Тот сильно трясся от холода, словно Каштанка из повести Чехова.

Не говоря ни единого слова, секьюрити поднял мощную длань, и указал в глубину обширного зала. Сделал он это движение, с грацией Цезаря, бросавшего в битву многие тысячи римских солдат.

Передвигаясь трусцой, архитектор рванулся в указанном ему направлении. Лифт был уже, в двух шагах от него. Внезапно раздался мелодичный сигнал. Кто-то из вельможных жильцов вызвал кабину наверх. Паша беспомощно взглянул на охранника.

– Лестница слева от вас. – послышался голос угрюмого Цербера.

Архитектор метнулся в угол огромного холла и разглядел широкую дверь с зеркальными стёклами. За ними, Паша увидел знакомые бетонные марши и ринулся вверх по ступеням.

Нужно сказать, высота этажей, весьма удивила замёрзшего зодчего. К его недовольству, она оказалась более трёх с лишним метров. К тому же, на каждой площадке, там находилось всего две квартиры.

Бедному Паше пришлось, подниматься на самый верхний, седьмой ярус нового здания. По скромным подсчётам, он быстро взбежал на девятый этаж обычного блочного дома. А может быть, даже поднялся значительно выше!

Когда архитектор, наконец-то, добрался до нужного уровня, от него валил пар, как от измученной лошади. Воздух из натруженных лёгких вырывался с таким же надрывом, словно у загнанного скачкой животного.

Зодчий с трудом проглотил сгустившуюся, как резина слюну. Он кое-как успокоил, сбитое бегом дыхание, и аккуратно нажал на изящную кнопку коммуникационного устройства квартиры.

В ответ, Паша не слышал ни единого звука и совершенно не понял, кто-то внутри среагировал на осторожное действие? Зодчий стоял и раздумывал: – «То ли, я слабо вдавил эту клавишу, и сигнал не сработал? То ли, внутри прочной двери, лежит наполнитель, который хорошо поглощает весь звук?»

Минуту спустя он с раздраженьем подумал: – «Что же мне делать теперь? Ещё раз звонить или, лучше всего, постучать кулаком? Вдруг здесь сломана кнопка?» – в подобных сомнениях, прошло какое-то время. Затем, Паша снова поднял правую руку.

Бронированная толстая дверь широко распахнулась. Паша увидел мужчину, одетого в линялую майку и шорты, что доходили ему до колен. В семейном кругу, всемогущий заказчик оказался, совсем не похож на себя.

Он выглядел, как обычный самарец, что отдыхает на дачном участке. Вот что значит в России, подняться к вершинам богатства из гущи народа. Даже большой капитал, не прибавил ему аристократических признаков. Он не начал, к примеру, носить замечательный домашний халат.

– Что ж ты так долго? – весьма недовольно рыкнул хозяин. Он едва сдвинулся с места, чтобы пустить внутрь квартиры жалкого гостя.

Паша боком протиснулся мимо массивной фигуры, всюду покрытой слоем подкожного жира. Он просочился в очень большую прихожую и оглядел всё помещение.

Возле порога стоял шкаф-купе с дорогою верхней одежной. Зодчий стал торопливо оправдываться. Заодно, он расстегивал тонкую «осеннюю» куртку, плохо пошитую на «рыбьем меху».

– Не раздевайся! – скомандовал вдруг богатей, сильно нахмурился и довольно невнятно, он объяснил свой приказ: – Нам нужно с тобою, сходить кое-куда. Подожди меня здесь, сейчас я соберусь.

Нувориш громко захлопнул наружную дверь. Он повернулся на месте и, стуча по паркету «вьетнамками», скрылся в глубинах шикарной квартиры. Одевался богач минут сорок пять-пятьдесят.

Всё это долгое время, зодчий стоял в прекрасно натопленной просторной прихожей. Паша топтался на месте, как застоявшийся конь и изнывал от излишков тепла. Он хорошо пробежался, пока поднимался по лестнице, а теперь совершенно взопрел.

Чтобы, слегка увеличить теплоотдачу от тела, Паша снял с головы вязаную чёрную шапочку. Он расстегнул «куртку-аляску», у которой совсем не имелось тёплой подстёжки, и стащил с мокрой шеи тоненький шарф. Всё это зодчему, помогло очень мало. Ему, всё равно, было жарко.

Тогда архитектор решил скинуть куртку. Он снял её с плеч, но не решился повесить вместе с хозяйскими шмотками. Уж слишком велик был контраст. Молодой человек, перекинул одежду через левую руку и, наконец-то, почувствовал дуновенье прохлады.

Он походил на сельского интеллигента из чёрно-белого фильма советских времён. Не хватало лишь длинного зонтика и большого портфеля в руках. Тогда, Паша выглядел, словно учитель, ждавший большое начальство гимназии. Так он и топтался у наружных дверей, пока важный барин, не изволит одеться.

Наконец, в глубинах шикарной квартиры послышался шорох. Через десять секунд в шикарные сени вошёл элегантно одетый заказчик, благоухавший весьма дорогим и модным парфюмом. Паша вдруг застеснялся своего затрапезного вида и слегка покраснел.

– «Наверное, он хочет сводить меня в гости, в большой особняк каких-то своих богатых друзей. Решил мне показать, как нужно всё сделать, чтобы было красиво». – мелькнуло в голове архитектора.

Справившись с сильным смущением, зодчий осторожно спросил: – Может быть, мне нужно было, одеться немного приличней?

Хозяин посмотрел на него с брезгливым сомненьем, отрицательно покачал головой и пренебрежительно буркнул: – Так тоже сойдёт.

Богач влез в сапоги для зимы, прекрасно пошитые из крокодиловой кожи, а поверх дорогого костюма, надел долгополую дублёнку из ламы, которая выросла в южноамериканских горах. Затем, нахлобучил на лысину шапку из тёмно-серой шиншиллы и коротко бросил: – Пошли.

Путаясь в разных задвижках и, роняя на пол, «балаклаву», шарф и перчатки, зодчий, словно слуга, широко распахнул наружную дверь. Он первым шагнул на площадку лестничной клетки и сразу же вспомнил, где здесь находиться лифт? Паша метнулся к электроподъёмнику и нажал на зелёную кнопку сенсорной панели.

Никуда не спеша, заказчик закрыл несколько сложных замков, и сунул ключи в небольшую барсетку из чёрной кожи какой-то рептилии. Потом, прошёл мимо распахнутой двери пассажирской кабины и стал подниматься по лестнице.

– «А я-то подумал, это последний этаж». – удивился молодой человек своей невнимательности. Он отбросил досужие мысли и устремился вслед за хозяином: – «Может быть, его друг проживает в пентхаусе, размещённом на крыше?» – прикидывал Паша.

– «Тогда, зачем надевать сапоги и дублёнку?» – терялся в догадках озадаченный зодчий. Паша немного подумал, решил, что нужно во всём, походить на заказчика, и натянул на себя лёгкую куртку и шапку. Затем, намотал на мокрую шею тоненький шарф, связанный мамой из какой-то синтетики.

Тем временем, они поднялись ещё на этаж. По виду лестничной клетки, восьмой ярус дома явно был не жилым. Скорее всего, там размещались различные коммуникации здания.

Заказчик и зодчий преодолели ещё два пролёта и оказались у низенькой двери, обитой окрашенной жестью. Богач позвенел толстой связкой ключей, выбрал из них самый простой и отпёр замок. Он потянул на себя прочную створку и исчез за порогом.

Внезапно, в глаза архитектора резко ударил удивительно яркий, солнечный свет. Мало что, видя перед собой, Паша двинулся следом. Через пару шагов, он ощутил, зрение уже адоптировалось к внешней среде, и повертел головой. Он оказался на плоской крыше высокого дома, слегка занесённой свежевыпавшим снегом.

Придя в изумление, зодчий замер на месте и ошарашено огляделся вокруг. Судя по прочным решёткам, закреплённым вокруг на столбах, данное место использовали в качестве детской площадки.

Подобные вещи делались лишь для того, чтобы к чадам богатых людей, не приставали детишки бедных сограждан. Не то, чего доброго, ещё чем-то их заразят? К примеру, опасной болезнью. Или, что хуже всего, потрясающей ненавистью к «российской элите».

Сейчас на дворе, стояла зима, очень обычная для средней России. Температура была несколько меньше, чем минус двадцать. Совершенно естественно, что замечательным местом, сегодня никто не воспользовался. Кому из детей богачей, охота сопли морозить? Ведь дома имеется мощный компьютер со стремительным выходом в информационную сеть.

Меж тем, нувориш сделал пару шагов по дорожке, покрытой иголками пушистого инея. Архитектор автоматически устремился вперёд и встал рядом с заказчиком, как его подчинённый.

Мужчина замер на месте, как древнеримская статуя и широко улыбнулся. Жестом владельца России он указал на зимний пейзаж, лежащий вокруг шикарного дома. Богач чуть помолчал и сообщил растроганным голосом, раскаявшегося в своих злодеяньях разбойника: – Смотри, какая вокруг красота.

Не понимая, зачем же его сюда, пригласили, Паша вертел головой в разные стороны. Он не заметил, что вельможный заказчик, стремительно вышел из созерцания панорамы Самары. Богач вернул на лицо сосредоточенный вид и устремился к низкой надстройке, стоящей на кровле.

– Ну, ты любуйся пока, а мне нужно ехать. – услышал Паша, начальственный голос у себя за спиной. Зодчий повернулся назад и с удивленьем увидел, что тучный заказчик уже скрылся в проёме.

Архитектор очнулся от потрясения и бросился следом. Холодая жесть, скользнула по пальцам. Стальная пружина захлопнула створку перед его удивлённым лицом. Замок-автомат тихо щёлкнул.

Затем, наступила та тишина, которую большие писатели, называют звенящей. Она прерывалась лишь тихим гудением ветра, шумящего в проводах и огражденьях элитной детской площадки.

Ошеломлённый произошедшим событием, Паша в отчаянии замер на месте. В немом изумлении он тупо воззрился на закрытую дверь и разглядел кое-что необычное. Выяснилось, что с его стороны она не имела ни ручки, ни даже маленькой скважины, куда вставлялся бы ключ.

Налетел резкий порыв леденящего ветра. Он холодной змеей проник под одежду недавно запарившегося проектировщика. Потом, двинулся дальше и остудил всё бельё, насквозь промокшее от горячего пота.

Паша моментально замёрз. Кожа внезапно покрылась мурашками. Архитектор почувствовал сильнейший озноб. Все его мышцы, заколотила удивительно частая, неудержимая дрожь.

Надеясь, что его могут услышать, архитектор застучал кулаками по поверхности двери. Никакого ответа. Он осмотрел стальную преграду, преградившую путь на тёплую лестницу.

Зодчий заметил, что у косяка висит небольшая коробочка, чем-то похожая на домофон. К сожалению, на ней не было кнопок с номерами квартир. Трясясь от жуткого холода, Паша нажал на большую округлую клавишу.

Послышался мелодичный звонок и прозвучал в ушах архитектора, как нежнейшая музыка космических сфер. Звук быстро стих, но никто не ответил на короткий сигнал. Парень надавил ещё один раз, потом ещё и ещё. В ответ, тишина.

Придя в исступление, молодой человек заколотил в дверь ногами. Скоро он окончательно выдохся и, оставшись без сил, привалился к стене, чтобы слегка отдохнуть. Внезапно раздался грубый голос охранника: – Ну, кто там, буянит на крыше?

– Меня позабыли на детской площадке! – выкрикнул Паша истошным фальцетом.

– Вас совершенно не слышно! Нажмите на кнопку и говорите потом в микрофон. – весьма раздражённо буркнул консьерж.

Паша нашёл небольшой бугорок из металла и вдавил его совсем онемевшим указательным пальцем. Он пригнулся к зарешеченному окошечку устройства и закричал: – Откройте дверь мне, пожалуйста! Я тут замерзаю!

– Нужно иметь при себе магнитный брелок! – недовольно откликнулся Цербер.

Снова раздался переливчатый мелодичный сигнал. Замок тихо щёлкнул. Низкая створка слегка приоткрылась. Не веря в своё избавление, парень толкнул толстую дверь. Он оказался на тёплой и светлой лестничной клетке и, сломя голову, бросился вниз по ступеням.

Когда зодчий промчался мимо квартиры вельможного барина, наверху сухо щёлкнула стальная задвижка. Она закрыла выход на крышу.

Опасаясь, застрять в кабине подъёмника, архитектор не стал использовать новенький лифт. Он сбежал на первый этаж, выскочил на морозную улицу и помчался к дороге, что проходила недалеко от крыльца.

Сотрясаясь под порывами ветра, Паша минут двадцать стоял у обочины. Он ловил автомобиль, который довёз бы его прямо до дома. В этот раз, ему подвернулась легковая машина, где печка работала на удивление плохо.

В свою «заводскую слободку» зодчий добрался лишь к четырём часам дня. Благодаря очередному указу правительства, стрелки вновь передвинули на зимнее время. Так что, на улице стало совершенно темно.

К сожалению всех местных жителей, фонари на улицах города почти не горели, а северного сиянья небес в Самаре отродясь не бывало. Это вам не Москва и не Мурманск, в период полярных ночей.

Еле двигая онемевшие ноги, Паша поднялся на пятый этаж своей панельной «хрущёвки». Он зубами стащил ледяные перчатки из удивительно тонкой искусственной кожи, и непослушными от мороза руками, вынул ключи из кармана. Едва удержав их замёрзшими пальцами, зодчий отпер две двери одну за другой.

Он вошёл в маломерную «двушку», где жил вместе с мамой, и с радостью хлопнул сначала наружной, а затем и второй, деревянной тоненькой створкой. Таким образом, архитектор укрылся от лютой самарской зимы.

Зодчий скину с себя задубевшие от мороза сапожки и «осеннюю» куртку, влез в мягкие тапочки и поплёлся в тесную кухню. Мама была на работе «на сутки». К счастью, она не узнает, в каком состоянии пришёл её сын.

Паша взял из настенного шкафчика, початую полулитровку дешёвой сорокоградусной водки, свинтил ярко-синюю крышку с резьбой и налил полстакана. Он влез в холодильник, достал полбатона «Любительской» и отрезал ломоть колбасы.

Единым глотком Паша выпил горькую жидкость и потряс головой от удивительно мощного духа сивухи. Затем, быстро заел «послевкусие», что появилось на языке от напитка.

Проглотив чуть прожёванный огромный кусок, Паша с большим удовольствием повторил процедуру. Так сказать, не в качестве пьянки, а лишь для лечения. Не то, подхватишь простуду и будешь неделю с температурой лежать.

Убрав закуску и выпивку на прежнее место, он заплетающимися от водки шагами быстро прошёл в свою тесную комнату. Паша выключил работавший вхолостую компьютер и вынул из тумбочки одеяло с подушкой.

Он завернулся в тёплое «шерстяное» полотнище, отчего, стал похож на древнего римского консула. Потом, устремился к дивану, и ничком упал на постель. Весь вечер и ночь архитектору снился тропический остров, затерянный в большом океане. К счастью, там не было ни «любимого» Шефа и ни одного из богатых заказчиков.

Глава II. Тихая гавань

Соседка

Вернувшись с работы, Верочка быстро разделась в тесной прихожей. Она поправила волосы у настенного зеркала и вошла в малометражную кухню. Увидев Пашу, стоящего возле плиты, жена бодро сказала: – Сегодня на остановке автобуса я видела Ленку.

– Кого? – не понял муж сразу.

– Бывшую соседку по коммуналке. Я тебе про неё, когда-то рассказывала.

– За свои, недолгие годы, ты жила в стольких разных квартирах, что я уже и не помню, кто это Ленка? – честно признался любимый супруг.

– Ленка, которая на вопрос своей лучшей подруги: – Почему она стала, относиться ко мне очень плохо и зачем постоянно третирует? – со смехом ответила: – Будет знать своё место!

– Извини дорогая, что-то в голову ничего не приходит! – откликнулся Паша.

Верочка слегка напряглась, но твёрдо решила, не отступать в освежении памяти мужа: – Та Ленка, что брызгала дихлофос под дверь моей комнаты, а потом, громко топая, убегала к себе. Ну, та, с кем я жила в маленькой «двушке». В той, что стоит на Гаражной.

Жена вопросительно посмотрела мужу в глаза, а потом, как бы лишь для себя, тихо добавила: – Нормальная мне попалась соседка, неправда ли?

– Ах, эта! – воскликнул Паша радостным голосом. Скорее всего, он сделал так оттого, что, наконец, разобрался, о ком говорила жена? Верочка тотчас помрачнела. Супруг с опозданием понял, в данное время, такая эмоция, всё же не к месту.

Он поспешил посильнее нахмуриться, и сообщил без прежней весёлости: – Теперь, кажется, вспомнил. И как же вы встретились? Бросились друг другу в объятия, словно кровные сёстры, что потерялись во время войны?

– Почти. – угрюмо протянула жена: – По крайней мере, она себя повела именно так, как ты сейчас пошутил. Когда Ленка метнулась ко мне через пустынную улицу я, честно говоря, испугалась.

Я вздрогнула и внезапно подумала: – «Везде никого, вдруг она, меня сильно ударит? Что же мне делать тогда? Ввязаться с ней в драку или лучше бежать?»

Я стояла, как столб и не знала, как мне теперь поступить? После того, что она вытворяла в той коммуналке, мне с ней, не обниматься, а даже видеть её не хотелось. А Ленка так сильно радовалась, словно встретила дорогую подругу после долгой разлуки.

Верочка замолчала на какое-то время. Потом, очень тихо продолжила: – Она подбежала и меня обняла. Честно сказать, я обалдела от такого проявления чувств. Представляешь? Словно она, мне не делала чего-то плохого. Ленка чмокнула меня в щёку и принялась сразу рассказывать про свою нелёгкую жизнь.

Я стояла, молчала и думала: – «Что с ней такое случилось? Почему она так изменила своё отношенье ко мне?»

А Ленка продолжала трещать, как сорока. Всё-всё про себя рассказала и про то, что её парень внезапно покинул, и про неприятности в офисе «ЧОПа», и про то, что она сильно болела, чисто по-женски. Ей операцию, пришлось сделать бедняжке.

Она даже обмолвилась, что хорошо понимает теперь, нельзя к людям относиться так плохо, как она очень часто поступала с другими. Это всё обязательно, к тебе же вернётся.

Если ты, на кого-то наехал, то в ближайшее время, жди ещё больший наезд на себя. Если ты, кого-нибудь опустил до уровня плинтуса, то скоро тебя станут усиленно втаптывать в грязь.

Слушала я её и размышляла: – «Так вот почему она изменилась. После таких сложных проблем, поневоле задумаешься, хорошо ли ведёшь ты себя, в окружающем обществе?

Наверное, она поняла, что обходилась со мной не очень порядочно. Теперь, ей очень хочется, добиться моего расположения своей откровенностью. Для этого и начала, передо мной исповедоваться. Ну, а после того, когда всё мне расскажет, она попросит прощения!»

– И тут мне, словно в голову стукнуло: – продолжала жена: – Скоро придёт рождество, а в преддверии этого праздника, все извиняются перед теми людьми, которых обидели в прошлом. Только для этого Бог и столкнул нас на улице.

Нужно и мне попросить прощенье у Ленки. Я ведь тоже была, не во всём с ней права. Может быть, я сделала что-то, не так, как положено? Я уже начала слова подбирать для своих извинений.

Тут Ленка стала рассказывать про свою коммуналку.

– «Ну ладно,» – решила я мысленно: – «не буду сейчас, её отвлекать. Попрошу у девчонки прощения, когда начнём расставаться».

А Ленка мне всё продолжает докладывать. Мол, теперь в моей бывшей комнате проживает приятный высокий мужик. На вид, лет тридцать пять. Инженер на каком-то крупном заводе. Давно разведён. Он раньше работал в полиции – опером. У них даже нашлось, несколько общих знакомых, из тех, кто сейчас трудится в «ЧОПе».

Она с ним живёт очень мирно. Можно сказать, он ей даже нравиться, вполне сексуальный мужчина. Она его не третирует, с ним не ругается. Не то, что со мною когда-то. Иногда, они вместе встречают какие-то праздники.

Я молча, слушаю Ленку. Смотрю, что глаза горят у неё, когда она мне, про соседа рассказывает, и потихоньку прикидываю: – «Нужно проявить к ней участие. Посоветовать что-то, про то, как ей завести отношения с этим мужчиной? Вдруг у них всё удачно получиться?»

Ленка остановилась на пару мгновений, я ей и сказала: – Ну и что же ты растерялась? – в том смысле, мол, уже долгое время, вы находитесь рядом друг с другом в квартире. Так затащила бы его на себя. Ну, а потом, глядишь, и устроили свадьбу. Так бы семья и сложилась.

Все же значительно лучше, чем в зрелом возрасте одной куковать. Ей-то уже двадцать пять. Давно не со школьной скамьи. Хватит уже дожидаться принца на белом коне. Нужно реально оценивать мир.

Верочка на секунду запнулась и продолжила с тем же напором: – Услышав мой глупый вопрос, она как-то вся встрепенулась и весело так отвечает: – Вот и мне на работе, в офисе «ЧОПа», все так же, как ты говорят. Мол, отравила бы ты, этого фраера, к чёртовой матери. Мы бы, через знакомых ментов, это дело замяли, а ты его дальнюю комнату на себя и оформила. Стала бы вся, квартира твоей.

– Представляешь? – спросила Верочка удивлённого мужа: – Я чуть не упала после таких её слов. Стою и не знаю, что же можно сказать по данному поводу? Ленка, что-то ещё говорит, а я её вовсе не слушаю. Никак в себя, придти не могу.

Тут Ленка вдруг спохватилась. Посмотрела на ручные часы и говорит: – Извини дорогая подруга, мне нужно бежать.

Я даже забыла, что хотела попросить извинения, и отвечаю: – Всего тебе Лена хорошего.

Она опять меня обняла, чмокнула в щёку и напоследок сказала: – Если окажешься рядом, заходи ко мне в гости. Адрес ты знаешь.

У меня, аж дыхание спёрло от её предложения. Не знаю, как всё получилось, но я вдруг спросила: – А ты меня не отравишь, как хочешь того мужика?

Ленка широко улыбнулась. Помахала рукой и, ничего не сказав, стрелой побежала к остановке маршруток.

– Прямо, как леди Ма́кбет в Мценском уезде, у Николая Лескова. – только и смог вымолвить Паша. Он помолчал и хмуро добавил: – Только с друзьями из «ЧОПа», на каторгу она не пойдёт. Будет жить припеваючи, в «двушке» одна, словно боярыня.

Благодаря спокойной жизни с супругом, Верочка в течение года, прибавила в весе около пяти килограммов. Однажды, женщина встала у высокого зеркала и критически осмотрела себя. Увидев измененья в фигуре, она сильно расстроилась и спросила у Паши: – Милый, я стала сильно страшной?

– Нет. – со смехом откликнулся муж: – Ты такая же страшная, как и была.

По весёлым глазам дорогого супруга, Верочка поняла, что он пошутил, хоть и весьма неудачно. Она усмехнулась в ответ и продолжила выяснять очень важный вопрос: – Ты посмотри, какая у меня толстая попа.

Паша подошёл к жене со спины, положил руки на её ягодицы и с придыханьем сказал: – Это не попа, это нижнее полушарие женского мозга. Хорошо, когда есть, за что подержать.

– Да ну тебя. – оттолкнула Верочка мужа. Он сделал вид, что обиделся, ушёл в свою комнату и включил телевизор.

– «Нужно срочно худеть. Иначе, придётся менять весь гардероб. А на это уйдёт много денег». – решительно подумала женщина.

Танкист

Мартовская вечеринка с друзьями прошла так же отлично, как и всегда. Люди, сидевшие за обильным столом, вспомнили много историй об очень счастливых прошлых годах. Как часто бывает, все засиделись до половины десятого.

Вроде бы, час и не очень-то поздний, а муниципальный транспорт в Самаре уже завершил все поездки по городу. Метро регулярно ходило до самой полуночи, но оно, к сожаленью не в счёт.

В советское время, станций построили на удивление мало, и все они ныне, размещены весьма неудачно. Ведь, раньше их размещали у крупных заводов. Сейчас, там одни пустыри, а если и сохранилась пара-тройка цехов, то рабочих теперь очень мало. Поэтому, мало кто пользовался неглубоко заглублённой железной дорогой.

Оставалось одно, разъезжаться по домам на такси. Верочка вызвала по телефону машину. Минут через пять раздался звонок: – Вас ожидает «Opel» тёмно-серого цвета. Немного поддатые Верочка с Пашей попрощались с хозяевами, и вышли к машине, стоявшей возле крыльца.

Внутри находился водитель лет сорока. Он сразу спросил: – Куда вы заказывали?

Как оказалось, каким-то таинственным образом, Верочка перепутала адрес. Назвала не улицу возле Авроры, где жила сейчас с мужем, а ту, где находилась её небольшая квартира. С минуту она, препиралась с шофёром. Потом пообщалась по рации с недовольным диспетчером.

Наконец, всё решилось. Пассажиры сели в машину и тронулись в путь. Водитель продолжил тихо ворчать. Верочка не утерпела и нервно спросила: – Что вы такой агрессивный?

– Я агрессивный? – возмутился водитель.

– Вы! – не уступила ему пассажирка.

– Давайте не ссориться. – вмешался Паша Филатов в их перепалку: – Довезите нас к нужному месту и там мы навеки простимся.

Водитель немедленно сбавил напор и сообщил намного спокойней: – Просто, у меня голос такой, очень громкий.

Видимо, усталый шофёр не до конца успокоился. Ему было нужно, каким-нибудь выплеснуть всё своё раздражение. Мужчина решил это сделать, при помощи быстрой езды. Вдавил педаль до упора и погнал свою «тачку» с потрясающей скоростью. Верочку с Пашей кидало в салоне, словно в камнедробилке

С 1991-го года прошло одиннадцать лет, а дороги в Самаре ни единого раза, и не подверглись ремонту. То есть, со времени СССР, проклятого демократической властью, новые «хозяева жизни» не ударили пальцем о палец. Они были заняты другими делами, между собой делили «общенародную собственность».

Верочка уже образумилась и прикусила язык. Паша всё же не выдержал и с интересом спросил у шофёра: – А вы не пытались устроиться, водителем в «Профи-Камаз»?

( Тогда, во всех телевизорах, постоянно мелькала профессиональная команда из гонщиков. Люди катались на грузовиках от Парижа к Дакару или куда-то ещё. Они, иногда, занимали, призовые места. )

Водитель слегка сбросил скорость и неожиданно для пассажиров начал ругать свою на тяжёлую жизнь: – Я бывший танкист. – заявил он с горечью в голосе: – Майор. Пенсию дали такую, что на жизнь не хватает. Вот и приходиться, мне теперь таксовать. Никто не желает прислушаться к бедным военным, ушедшим на пенсию.

Желая направить беседу в спокойное русло, Паша осторожно спросил: – На «Т-72», наверно, служили?

– Классная штука. – немедля завёлся водитель: – А пушка там, высший класс! До сих пор, нет равной в мире. – он назвал длинный номер, что обозначал маркировку боевого орудия.

Пашу с пьяных глаз понесло, и он стал давать, дурацкие советы шофёру: – На вашем месте я бы собрал таких танкистов, как вы. Все бы по сколько-то сбросились и купили себе списанный танк.

В этом месяце взяли один. В следующем, подобрали другой. Глядишь, и батальон у вас бы собрался. Подшаманили бы боевые машины. Прикупили снаряды с любого армейского склада, да и подъехали к тем учреждениям, которые вас посылают по матушке. Шарахнули холостыми в сторону окон, глядишь, вас бы тогда и услышали.

Верочка думала, в ответ на предложение мужа, послышится искренний смех. Мол, кто же в «законопослушной» стране продаст человеку боевую машину? Тем более майору-танкисту, что весьма недоволен крохотной пенсией.

Нервный водитель сразу задумался и не издал уже больше ни единого звука. Видно прикидывал, можно ли сделать всё так, как по дури подсказывал поддатый мужчина?

А может быть, наоборот, предположил, что в машине сидит провокатор из органов? Как бы то ни было, но он не сказал ни единого слова. Так, молчком и довёз пассажиров до дома.

Паша отдал дёньги шофёру и вместе с Верочкой вышел из машины на улицу. Как только супруги оказались квартире, жена зашипела на мужа, как кобра: – Ты чего там молол языком? С ума что ли, сошёл?

– Шутка! – пробормотал Паша устало и, снимая одежду, медленно двинулся в спальню. Он разложил удобный диван и, уже засыпая, рухнул в постель.

Халтура

Верочка часто болтала с супругом о самых разных вещах, в том числе, о работе. Как-то раз, их беседа дошла до «халтуры». То есть, до тех чертежей, что проектировщики, делали напрямую клиентам, минуя посредников. Чаще всего, деньги передавались из одних рук в другие, и они проходили мимо налоговых органов.

Паша немедленно вспомнил, как, не очень давно, он связался с заказчиками из США: – Время подходило к полуночи. – начал рассказывать муж: – Я улёгся в кровать, приготовился спокойно уснуть, но тут неожиданно, ожил телефон. Чертыхнувшись, я взялся за трубку.

– Привет! – закричали на том конце провода: – Это Мила с тобой говорит, узнаешь?

– Да. Что это ты, так поздно звонишь? – без особенной радости сказал я в ответ.

– Я сейчас говорила со своей старшей дочкой. – затараторила Мила: – Алла несколько лет проживает в Америке. Её друг-сожитель открыл архитектурную фирму. Ему нужны люди, которые могут чертить на компьютере. Насколько я помню, ты изучал AutoCAD?

– Я постоянно работаю в нескольких подобных программах.

– Прекрасно! – бросила Мила: – А ты можешь… – она вдруг запнулась и начала неразборчиво мямлить: – это, как её… сейчас посмотрю… я тут всё записала… а вот, наконец-то нашла. – она облегчённо вздохнула и прочитала голосом московского диктора: – …создать виртуальный макет крупного здания.

– Конечно. Я делаю трёхмерную графику, печатаю с них цветные картинки и представляю заказчику и главному архитектору города или района, где намечается строительство здания.

– Отлично! Алла приедет ко мне, дней через десять. Ты сможешь ей показать кое-какие проекты?

– Приходи с ней в контору, где я сейчас подвизаюсь. Альбомы с картинками у меня в кабинете хранятся.

– Алла просила меня, записать большие работы на лазерный диск, чтобы её милый друг, мог их у себя посмотреть. Если ему, это понравиться, он завалит тебя своими заказами. Сделаешь?

– Запросто!

– Договорились. Как только Алла приедет, я тебе позвоню. Пока. – Мила бросила трубку и, скорее всего, отправилась спать.

Зато у меня, сон бесследно пропал. Ведь, впереди замаячила неплохая халтура. Может быть, она повторится несколько раз. И, чем чёрт не шутит, я заявлю о себе, как архитектор, в далёкой Америке.

Зарплаты, как пишут в газетах, там очень высокие. С нашими низкими ставками их никак не сравнить. Приятель, что обитает в Германии, как-то сказал, у них такая работа стоит в пять раз дороже, чем здесь. В Америке платят, наверно, не меньше. И объекты, наверняка, интереснее, чем в провинциальной Самаре.

Полночи я ворочался в койке и размечтался непонятно о чём. Утром, я пришёл на работу и, первым же делом, собрал самые интересные фото. Потом, записал их на лазерный диск и стал с нетерпением ждать свою знакомую Милу и её дочку Аллу.

Ждать мне пришлось достаточно долго, и я стал забывать тот ночной разговор. У архитекторов это часто бывает. Сначала, впереди замаячит большая работа. Потом, заказчик куда-то исчезнет, тем это дело, обычно, и кончится.

Недель через пять, зазвонил телефон. Мила сказала, что Алла приехала, и они прямо сейчас, зайдут ко мне на работу. Они появились минут через сорок. Раньше я видел фотографии Аллы и не заметил в неё ничего примечательного. Так серая мышка, не более.

По словам её мамы, дочка трудилась в Америке в адвокатской компании и там была, на хорошем счету. В тот день, я почему-то подумал: – За годы, проведённые в Штатах, Алла, наверняка, превратилась в «столичную штучку».

Взглянул на неё и сразу же понял, что крупно ошибся, начал с ней разговаривать и, после двух предложений, опять изменил своё мнение. Внешне она, как была, так и осталась, плохо одетой простушкой. Зато гонору у неё появилось, хватит на трёх москвичей.

Мои цветные картинки лежали в кабинете директора, и она их предъявляла потенциальным клиентам. Особенно, когда убеждала заказчиков в большом профессионализме нашей проектной конторы. Обычно, люди велись на красивые фото. Ну, а дальше шёл разговор, по поводу цены договора.

Я взял толстый альбом со своими работами, принёс для просмотра и отдал его маме и дочке. Миле всё очень понравилось, и она, не чинясь, наговорила мне, кучу любезностей.

Алла вела себя по-другому и листала страницы с высокомерием наследной принцессы, что случайно попала в убогую лавку старьёвщика. Она презрительно фыркала и повторяла, что её милый друг делает вещи более высокого класса.

Я компенсировал презрение дочери, восхищением матери и смиренно сносил девичий снобизм. Архитектура, как и другое искусство, это полная, на мой взгляд, вкусовщина. Хотя, если честно сказать, мнение и той и другой, не вполне отражали действительность. Истина, как мне часто казалась, находилась где-то в серёдке.

Алла завершила просмотр. С большой неохотой взяла лазерный диск с моими картинками и лениво сказала: – Это я сегодня отправлю посылкой в Америку. Поговорю по телефону с приятелем и расскажу о своих впечатлениях. Если он вдруг захочет, с вами работать, то он позвонит. – сухо простившись, она двинулась к выходу.

Мила слегка задержалась и, какое-то время, расточала свои комплименты. Затем, поспешила за дочерью.

История с ожиданием ответа, опять повторилась. Я уже стал забывать об американской халтуре и тут зазвонил телефон. Это произошло на работе, в пятницу, в девять утра.

– Здравствуйте, мой друг посмотрел ваш лазерный диск. – вдруг зачастила моя собеседница. Это так не вязалось с, её очень ленивой, манерой вести разговор, что я невольно подумал: – Видать, для неё очень дорого, звонить из Штатов в Самару.

– В принципе, его почти что, устроило качество ваших картинок, но он хочет сам проверить ваши умения. Так сказать, провести маленький тест. Вы с этим согласны?

Я был весьма удивлён. Какой ещё тест, если на диске записано два с лишним десятка крупных работ. Начиная от многоэтажных домов и коттеджей, и кончая торговыми центрами и цехами заводов. К сожалению, чаще всего в нашей жизни, архитектор находится не том положении, чтобы перечить заказчику.

– Хорошо. – сказал я: – Тест, значит тест.

– Мы взяли чертежи скромного домика отправили их по емейлу. Сделайте 3D-модель и картинки с неё. Кроме того, мы вам послали ещё образец. Это здание школы сделал мой друг. Посмотрите, с каким большим качеством нужно исполнить работу. – дальше она перечислила типы отделки цоколя, крыши и стены: – Сколько времени это займёт? – прервала она свой монолог.

– Если домик не очень большой, то дня два на модель и часов восемь на рендер. То есть, на построенье картинки компьютером с видом трёхмерной модели.

– 

Договорились! – ответила Алла и бросила трубку.

Я проверил свою электронную почту, открыл письмо из Америки и с удивленьем увидел, там нет ни единого слова. К нему прилагалась картинка и файл «Автокада». Ожидая увидеть нечто особое, я быстро открыл «Образец» и узрел на экране двухэтажную школу с большой галереей, примыкавшей к фасаду.

Честно сказать, я был слегка раздосадован. Работа, на мой взгляд, была очень посредственной. Я бы даже сказал – ученической. Поделки студентов «КИСИ» выглядели приблизительно также.

Впрочем, мои большие работы тоже кому-то не нравились. Как всем известно, на вкус и на цвет, товарищей нет. Кто-то предпочитает арбуз, а другому давай кусок буженины.

Открыв второй файл, я обнаружил два плана скромного домика. Чертежи, произвели на меня впечатление студенческого курсового проекта. На них не имелось размеров. Не нашлось там и столь важных частей, таких как разрезы с фасадами.

Домик, по нашим понятиям, оказался довольно приличным – шириною 15 и длинной 18 с четвертью метров, два этажа, плюс довольно высокий полуподвал. У него оказалось много крылец и наружные лестницы, что поднимались на разные уровни.

Как выяснилось из поясняющей надписи, это был «досуговый центр». Подобные здания в Штатах строят в небольших городках. Американцы встречаются там со своими соседями и обсуждают проблемы, что возникают на их территории.

Прежде чем делать модель, мне пришлось образмерить все планы, и «в карандаше» прикинуть фасады. На это ушло четыре часа. Впереди были два выходных, но на непредвиденный случай, я взял на понедельник отгул.

В связи со множеством лестниц, крылец, и разных наружных дверей, работы там оказалось на удивление много. Целых три дня, я усердно пахал, как на своей обычной работе. Трудился по десять часов.

Козырьки, крышу, и прочие архитектурные штучки, Алла не обсудила со мной. Я их построил на собственный вкус. Наконец, я закончил модель. Сделал с неё цветную картинку и отослал в США.

Ближе к концу понедельника, перед самой полуночью, раздался длинный междугородний звонок. Алла вновь начала тараторить: – Мы получили ваш файл, но не можем его просмотреть. Пошлите его, пожалуйста, снова.

Я стал ей объяснять, как можно открыть самораспаковывающийся архив с расширеньем ехе. В конце концов, всё же сдался и хмуро признал, файл мог быть испорчен при пересылке из одного конца паутины в другой.

– Хорошо. – вздохнул я. – Завтра с утра пошлю его снова. – в девяностых годах, у меня не имелось домашнего выхода в электронную сеть. Я использовал почту на рабочем компьютере или заглядывал в отдел интернета на почте. Уснул я достаточно поздно и спал довольно тревожно.

Часов через шесть, меня разбудил дребезжащий сигнал: – Вечером мне звонила Алла из Штатов, – нездороваясь крикнула Мила. Дочь говорит… – затем повторился весь разговор, произошедший вечера.

– Пожалуйста, отправь ей картинки! – несколько раз попросила меня разгорячённая дама. Я несколько раз обещал.

Выслушав мои заверения, она, наконец, успокоилась и отключилась от связи. Придя на работу, я тут же отправил Алле картинки.

В полночь, у меня в изголовье, снова послышалась телефонная трель. Звонили из Штатов. Не здороваясь, Алла рванулась в атаку: – Мой друг посмотрел все ваши картинки. В общем, всё это нормально, но готовьтесь к тому, что придётся исправить там много деталей.

Я удивился её странным словам и тут же спросил: – В честь чего, я обязан, там что-то менять? Речь у нас шла только о тесте. Я его выполнил, и на этом всё кончилось. А вы, должны мне сказать, подходит вам уровень моего мастерства или же нет.

– Мы заплатим за ваши труды, только вам требуется, сделать работу буквально на днях. И возможно, придётся там несколько раз вносить изменения.

– И о каких же деньгах мы сейчас говорим? – проявил я интерес к увлекательной теме.

– Сто баксов! – твёрдо заявила она.

В моей голове раздался механический скрежет. Там завертелись колёса ржавого арифмометра жадности: – Сто долларов, минус оплата за перевод, итого девяносто. – провёл я расчёт про себя и двинулся дальше в своих рассуждениях.

– Насколько я знаю из писем приятеля, посудомойка в Америке, получает минимальную ставку, пять долларов в час. Сто разделить на пятёрку, получается двадцать.

В общей сложности, я проработал сорок часов. Учитывая моё «верхнее» образование и длительный стаж, выходит, мой труд оплатят по половинной ставке уборщицы. Причём, за эти же деньги мне ещё нужно, несколько раз переделать модель, что тоже займёт много времени.

– Извини меня Алла. Такая сумма меня не устроит. – сказал я спокойно.

– Но почему? – удивилась она.

Я не стал говорить про Германию, а остановился на том, что сказал девушке чистую правду: – Потому что, в убогой России за работу подобного рода платят вчетверо больше.

– Но у нас такая модель стоит именно столько! – взвизгнула Алла.

– Значит, наймите студента из колледжа. Или ищите в другой, более бедной стране, чем Россия. Может быть, и найдёте умельца, что будет неслыханно рад обозначенной сумме. Наверняка, есть несчастные люди, в горных районах Тибета и Африки.

Алла ещё, что-то кричала, но мне вдруг наскучили препирательства с ней и, сухо простившись, я нажал на отбой. Улёгшись в постель, я долго ворочался и уснул не ранее двух пополуночи.

В семь часов пополуночи, меня разбудил громкий сигнал. Не вставая с постели, я взял телефонную трубку и тут же услышал, голос сильно расстроенной Милы. В нём явно слышались слезы: – Аллочка позвонила мне вечером. – всхлипнула дама и тут же продолжила. – После её объяснений я всю ночь не спала. Еле дождалась утра, чтобы связаться с тобой.

Аллочка говорит, что ты сильно подвел её милого друга. Ты обещал сделать для них какой-то проект. Они договорились с заказчиком, а ты всё сорвал. Аллочка говорит, если ты, не хочешь дальше работать, пришли им, пожалуйста, файл с трёхмерной моделью.

– С какой это стати? – возмутился я не на шутку: – Я двадцать два года служу архитектором. Много зданий в Самаре построено по моим чертежам. Я показал Алле большие проекты за последние две пятилетки и записал их, на лазерный диск для её милого друга.

После чего, ейный приятель, как заявила мне Аллочка, решает устроить мне тест. То есть, он хочет проверить, способен ли я работать с 3D? Я согласился лишь для того, чтобы ему показать, с которой именно скоростью я умею ворочать трёхмеркой.

Когда же я сделал картинки, вдруг выясняется, что это вовсе не тест. По их словам получается, у них есть заказчик на этот «досуговый центр», а я уже должен, исполнить все «хотелки» клиента. На это уйдёт больше недели, а они мне заплатят всего одну сотню «зелёненьких баксов». За подобные деньги в Америке, только посудомойки работают.

Теперь же, я должен оправить им файл с трёхмерной моделью, чтобы они продолжали и дальше, общаться с заказчиком. Так вот, передай своей Аллочке, я ей дарю все картинки, которые недавно послал.

Ну, а на сто сэкономленных долларов, пусть сходит с другом в ближайший «досуговый центр». То бишь, в мультиплекс. Там они вместе посмотрят какой-нибудь фильм, скушают ведёрко попкорна, пару брикетов мороженного и попьют кока-колы. Я думаю, они всё же уложатся в эти «огромные» деньги. Может быть, у них на автобус останется.

На все мои объяснения Мила только вздыхала и очень просила, связаться с её милой Аллочкой ещё один раз.

Скрепив своё сердце, я согласился со старой подругой, поднялся с постели, оделся и пошёл на работу. Потом, сел за компьютер, написал и отправил письмо в далёкие Штаты. В тексте я сообщил, если б меня не просила, её добрая мать, я бы не стал продолжать разговор. Поэтому, теперь сообщаю, на каких же условиях я могу с ними дальше сотрудничать.

До начала проекта мы должны обсудить три главных вопроса: что нужно сделать, в какие конкретные сроки и за какую оплату? Если мне что-то не нравится, я отклоняю заказ. Работу я начинаю, только после того, как получаю аванс 40%. Файл отдаю, лишь после полного, расчёта со мной. Как и следовало ожидать, ответа я не дождался.

Через пару недель, позвонил мой старый друг, который лет семь или восемь, как обретается в Штатах. Сам он чистокровный еврей и уехал с семьей по иудейским каналам.

Поговорив обо всем понемногу, я ему рассказал о неудачной халтуре и об «огромной» оплате в сто зелёненьких баксов. На что, он грустно ответил: – В Америке, водитель машины, получит за восемь часов значительно больше.

Пару секунд он помолчал и тихо продолжил, весьма осторожно подбирая слова: – Очень многие… – он снова ненадолго замялся, и тихо закончил: – … эмигранты из СССР… поступают именно так, как твоя знакомая Аллочка. Хорошо, что ты не продолжил с ними сотрудничать. Они бы тебя упросили, сделать ещё пару-тройку объектов, но и этих грошей, ни за что не отдали…

– Больше иностранных заказчиков у меня никогда и имелось. Работал лишь с теми людьми, что проживали в Поволжье. – закончил Паша рассказ. Он протяжно вздохнул и тихо добавил: – Наверное, это и к лучшему. Не то, всеми ночами я бы ругался с каждым клиентом.

Музей шампанского

Всем отлично известно, август в Новороссийске, всегда чрезвычайно хорош. Жара, что стояла в июле, уже понемножечку спала. Море прогрелось до двадцати пяти градусов Цельсия.

Фруктов, ягод и овощей в магазинах и на базарах великое множество. Бери, что только сердцу угодно. И самое главное, не так уж и дорого, по сравнению с ценами в центре России.

Верочка с Пашей, собрались побездельничать в благословенную летнюю пору. Они усердно работали в разных конторах. Но в кои-то веки, график их отпусков, так удачно совпал, что начинался в одну и ту же неделю.

За месяц до крайнего срока, муж позвонил однокурснику по институту, жившему возле Чёрного моря. Паша поведал о всех новостях и осторожно спросил, можно ли им, приехать к нему, и погостить короткое время?

Юрий ответил, что очень хочет, увидеть старого друга вместе с женой. Он с большим удовольствием встретит их на вокзале и разместит в личной квартире на три недели короткого отдыха.

Паша доподлинно знал, его верный товарищ ютится в «однушке» с женой и двумя сыновьями. Младшему, всего девять лет, а старшему на два года больше. Поэтому, он попросил, найти им номера в одной из гостиниц, что разместились вдоль побережья.

В высокий курортный сезон, свободного места, как всегда, не нашлось, но Юрий, конечно, не сдался. Иначе, им бы пришлось, вшестером поместиться на шестнадцати метрах квадратных. Мужчина обзвонил всех друзей и знакомых. Он проехал вдоль моря и в нескольких километрах от города, вдруг натолкнулся на небольшую турбазу.

У хозяина кемпинга давно уже не было освободившихся коек. Зато рядом имелся, совершенно незанятый участок земли. Там стоял небольшой городок из палаток. Среди них, оставалось пространство для размещения всего одного полотняного домика.

Юрий с радостью достал кошелёк и заплатил за аренду местечка, что находился очень близко от моря. Он вернулся домой, позвонил старому другу и рассказал им о том, что удалось отыскать.

Верочка с Пашей узнали, что им предлагают, пожить не в комфортабельном номере, а на природе, словно обычным «диким» туристам. К счастью, для того и другого, в этом не было ничего необычного. Они много раз, отдыхали на подобных турбазах. Правда, тогда по отдельности.

Так что супруги, легко согласились на предложенье товарища мужа. В назначенный срок, они собрали два небольших рюкзака, сели в состав, идущий на юг, и устремились к тёплому Чёрному морю.

Юрий встретил друзей на вокзале, забитом людьми, словно банка сардинами. Он посадил их в старый красный «москвич», который на время, взял у брата жены, и повёз на окраину города.

Минут через тридцать, они добрались до турбазы, где был забронирован кусочек прибрежной земли. Там Юрий их познакомил с приятной хозяйкой, помог поставить палатку и обустроиться на длительный отдых.

Убедившись, что у Паши с женой всё в порядке, Юрий пригласил их зайти, к себе в гости. Супруги тотчас согласились. Встречу назначали на воскресенье, в восемнадцать часов. Простившись с друзьями, однокурсник уехал.

Верочка с Пашей стали знакомиться со скромной турбазой. Место там оказалось очень хорошим. До моря всего километр, по узкой тропинке. Она проходила по маленькой роще удивительно низких и корявых деревьев с небольшими иголками.

До ближайшей шоссейной дороги не более трёх сотен метров. По утвержденью хозяйки, по ней ходили автобусы, на которых удастся доехать, куда только хочешь. Хоть в Новороссийск, хоть в Геленджик, хоть в Туапсе или Сочи.

На турбазе имелась электроэнергия, туалет, сколоченный из горбыля, такого же типа душевая кабина, и небольшая столовая, где можно питаться по умеренным ценам. Что ещё нужно неприхотливым туристам, что примчались на юг из российской глубинки?

Лет за двадцать до этого, у всех на слуху был подвиг советских солдат, что ценою огромных потерь, отбили у немцев порт Новороссийск. Так уж сложилось, что среди них находился полковник по фамилии Брежнев.

Спустя много лет, он стал генеральным секретарём КПСС. Под его руководством, СССР быстро поднялся до небывалых высот. Период правления Брежнева, историки называют «хрустальным венцом социализма». Бывший советский народ с ними теперь, совершенно согласен.

Подхалимы из партии неожиданно вспомнили, что он принял участие в кровопролитных боях. Они тут же решили, сделать подарок постаревшему шефу. Книгу его мемуаров выпустили чрезвычайно большим тиражом и раструбили об этом, по всем странам планеты. Это сражение, чинуши назвали «главным в Великой войне», и возвели мемориал на берегу Чёрного моря.

Поднятая в прессе, шумиха слегка удивила обычных людей. Многие граждане, довольно прилично знали историю, и совсем не считали, что схватка за «Малую землю» являлась такой знаменательной вехой. Во Второй мировой подобных баталий, случилось великое множество. Всюду, рекою лилась кровь российских солдат.

Вместе со всеми, Паша немного посмеивался над всем этим гвалтом, который подняли в Кремле. Несмотря большой скептицизм, он всё же отправился с Верочкой осматривать город-герой Новороссийск.

– «Никому неизвестно, когда нам удастся, снова приехать в эти места? Вдруг я увижу, что-нибудь необычное?» – сказал он себе.

Утром нового дня, Верочка с Пашей поднялись, как обычно. Они плотно позавтракали в столовой турбазы, прибыли в город-герой Новороссийск и стали осматривать всё интересное, что в нём находилось.

В первую очередь, супруги направились в мемориал, который тогда назывался «Малой землёй». Со стороны он походил на нос военного судна, которое на полном ходу, стремительно выскочило на пологую сушу. Острый форштевень «корабля» завис над землёй. Один борт находился в воде, другой – на пустом берегу.

На самом же деле, необычное здание представляло собой большую трубу, но только не круглую, а почти что, квадратную. Два длинных отрезка бетонной конструкции соединялись друг с другом под острым углом.

Получилось сооружение, что размещалось наискосок к горизонту. Благодаря такой компоновке, оно походило на острый нос большого плавсредства. Особенно, если смотреть на него, с расстояния.

Внутри помещений размещались все те экспонаты, что подробно рассказывали о жестоких боях, произошедших в округе в 1943-м году. На боковых поверхностях здания виднелись барельефы из камня, изображавшие моряков и солдат в ходе битвы. Вершина этого памятника поднялась над землёй метров на двадцать, не меньше.

После мемориала, супруги прошлись по открытой площадке музея, которая называлась «Рубежом обороны». Особое впечатление на Пашу, произвёл остов железнодорожной «теплушки», простреленной множеством пуль и осколков.

Закончив осмотр, они прошлись по набережной имени Адмирала Серебрякова и неспешно отправились на Площадь Героев. Оттуда, в девятнадцатом веке, начал строиться город и порт.

Верочка с Пашей осмотрели замечательный парк, повернули к Чёрному морю и натолкнулись на тесную группу иностранных туристов. В то давнее время, по миру и нашей стране, катались целые толпы поседевших старушек.

У всех у них волосы, были покрашены в нежный голубенький цвет. Видимо, они в детстве мечтали, иметь ту же причёску, что носила Мальвина, из сказки Толстого про Буратино. Но лишь в преклонные годы, смогли себе это позволить.

Куда бы тогда, вы не приехали, вы видели пенсионерок, что дружно примчались из очень богатых западных стран. Интересно, а как обстоит с этим делом, в настоящее время? Катаются ли такие бабульки по белому свету, как раньше? Или у них, вдруг закончились деньги, как и у народа современной России?

Самое странное, что в пёстрой ватаге важно шагали два молодых человека. Высокий парень с чёрной бородкой и, под стать кавалеру, стройная темноволосая девушка. На фоне одежды старушек, их дорогие костюмы сияли своей новизной и отличным покроем.

Элегантная пара, удивительно сильно, отличалась от всех остальных. Они походили на вельможных господ, что вышли из богатых чертогов и вдруг оказались в толпе бедняков.

Оба держались очень свободно и широко улыбались своей странной свите, крепко потрёпанной перипетиями жизни. Они ярко блистали в её окружении, как золотые монеты, что внезапно попали в кучу потёртых медяшек.

Посмотрев на иностранных гостей, Верочка с Пашей сели в автобус и устремились в посёлок Абрау-Дюрсо. Не то, чтобы оба супруга, очень любили вино типа «шампанского», но им захотелось увидеть, а как его, собственно, делают? Спустя полчаса, они очутились возле большого завода за бетонным забором.

Водитель сказал: – Экскурсия внутрь, начнётся минут через двадцать. – и предложил погулять по ближайшим окрестностям. Женщина с мужем двинулась вдоль узенькой улицы, и неспешно прошли всего пару шагов. Верочка внезапно почувствовала запах какой-то кислятины. Она так и сказала супругу.

– Это совсем не кислятина, а аромат перебродившего виноградного сусла. – серьёзно ответил ей Паша. Он ненадолго задумался и тихо продолжил: – Этот удивительный запах, мне напомнил деревню, где жили бабушка с дедушкой, и пять моих родных тётушек разного возраста. Младшей было всего, на два года больше, чем мне.

Я вместе с ними, резал ножом виноградные кисти, что поспели на лозах, и клал их в плетёнки из ивовых прутьев. Взрослые поднимали корзины и относили во двор старого дома. Там мы брали поспевшие гроздья, набивали в небольшие мешки из простого холста, и клали на табуретку, что стояла в маленькой бочке высотой около метра. У неё для удобства, дедушка снял верхнее дно.

Кто-нибудь забирался внутрь этой ёмкости, и топтал крупные ягоды босыми ногами. Всё проходило почти точно так, как делал итальянский актёр Челентано в фильме «Укрощенье строптивого». Только, чтобы не упасть с табуретки, «давильщик» держался рукой за верёвку, свисавшую с балки сарая.

Сок вытекал сквозь редкую ткань и собирался внизу. Когда уровень сусла, поднимался сантиметров на тридцать, его черпали вёдрами и тут же сливали в двухсотлитровые деревянные бочки. Там оно бурно бродило, и за четыре декады, уже превращалось в молодое вино.

Пройдя сотню метров, Верочка с Пашей вышли на берег длинного озера под названьем Абрау. Супруги остановились, повернули головы влево и увидели гладь водоёма. Его с разных сторон, зажимали большие холмы.

Крутые возвышенности были плотно покрыты густым лиственным лесом. Своей тёмной зеленью они хорошо оттеняли малахитовую поверхность воды. Оттенок жидкости оказался таким необычным, что супруги в немом изумлении застыли на месте.

Несколько взгорков, стояли вокруг протяжённого озера. Они не давали, проникнуть в долину, холодному ветру, летящему с моря. Благодаря причуде природы, в той замечательной местности возник особенный климат, весьма подходящий для русских сортов винограда.

К супругам направились две юные девушки и попросили сфотографировать их на фоне чудесного озера. Паша сделал несколько снимков. Верочка разговорилась с подружками. Как сразу же выяснилось, они примчались сюда из Саратова. Непринуждённо болтая, все скоро вернулись на центральную площадь посёлка.

Они вчетвером подошли к проходной, где уже начиналась обещанная в билете экскурсия. Всех пропустили на территорию винзавода и показали огромный подвал, пробитый шахтёрами в известняковой скале. Под длинными сводами стояли ряды внушительных бочек, размером с микроавтобус.

Было тихо и довольно прохладно. Оно и понятно, ведь на улице температура перевалила за тридцать, а в тех помещениях постоянно держалась не выше пятнадцати. Туристы поднялись на поверхность и опять очутились под жарко сияющим солнцем.

Войдя в очень скромный музей, экскурсанты хорошо рассмотрели старинные прессы для отжима сладкого сока из ягод. По словам дорогого супруга, они походили на тот агрегат, который в последние годы, использовал дома его старый дед. Предок, сварил его из металла, что отыскал возле кузницы своего небольшого колхоза.

Супруги прослушали лекцию о виноделии, короткую справку о самом предприятии и увидели множество разных бутылок, в которые раньше разливали шампанское. Выяснилось, что ёмкость у них колебалась от трёхсот пятидесяти граммов, до пятнадцати литров!

Затем, началось самое главное, ради чего, сюда приезжали туристы. Началась дегустация винной продукции. На билет предлагали, пять разных сортов местной шипучки.

Каждая порция равнялась пятидесяти граммам. Так что, многим мужчинам, этого было на удивление мало. Они немного подумали и взяли в кассе по два билета. Благодаря немудрёной уловке, они получали по два бокала и выпивали по «соточке» каждого сорта.

Начали с «очень сухого» напитка, который называется «Brut». Он показался удивительно кислым. Все расправились с ним за два глотка. Пока всем объясняли, какой они выпили чудесный продукт, знакомые девушки слегка захмелели.

Они стали пить каждую порцию уже на двоих. Не пригубленные высокие рюмки они предложили соседу, а именно, Паше. Супруг не стал возражать против оказания помощи слабым созданиям. Он брал предложенные в подарок бокалы и выпивал за здоровье подруг. Верочка самостоятельно употребляла напитки до дна и держалась она, удивительно стойко.

Тем временем, в дело шли и другие сорта: полусухое, полусладкое, сладкое и, наконец, сладкое розовое. Как оказалось, его просто смешивали из вина белого и красного цвета. К концу дегустации, всем вокруг стало удивительно весело. Начались разговоры на отвлечённые темы. Никто уже толком не слушал объяснения экскурсовода.

Наконец, Верочка с Пашей вышли из музея на воздух. Мужчины, взявшие по два билета, немного качались. Оно и понятно, пол-литра шипучки без всякой закуски, притом, лишь за двадцать минут, довольно ударная доза. Ведь алкоголь из шампанского сразу бьёт в голову.

Туристы сели в автобус без кондиционера и помчались назад. По дороге, людей разморило удивительно сильно. Так что, прибыв в Новороссийск, они, не прощаясь, тотчас разбрелись в разные стороны. Верочка с Пашей вернулись назад, на свою небольшую турбазу.

Поход по горам

В назначенный день, супруги поехали к Юрию, однокашнику мужа. Как и рассказывал Паша, товарищ вместе с женой и детьми, жил в скромной «однушке». Блочная пятиэтажка стояла на восточной окраине города.

Самарские гости притащили с собой полный пакет разных продуктов, которые взяли на ближайшем базаре. Они прихвати с собою, шампанское «Абрау-Дюрсо» и бутылочку с водкой, которые привезли с винзавода.

Юрий представил им своих домочадцев, сыновей, Мишу и Колю, и дорогую жену по имени Настя. Женщины поспешили на кухню, где занялись приготовленьем вкусной еды.

Мужчины стали рассказывать друг другу о том, что с каждым случилось за прошедшие годы? Так же, как Паша, Юрий «пахал» архитектором в какой-то частной проектной конторе.

Платили ему значительно меньше, чем в далёкой Самаре. Оно и понятно, ведь зачем ему много денег? Зимы у Чёрного моря практически нет. Тёплые вещи ему не нужны. Фрукты и овощи немного дешевле, чем в центре России. Хватит и мизерной суммы, что ему выделял владелец конторы.

За ужином, мужчины и женщины выпили немного вина или водки, плотно поели, а потом, принялись вспоминать разные забавные случаи. Хлебосольный хозяин поведал такую историю. Оказалось, что у хозяина есть старый приятель Олег, и они очень любят ходить по горам и долам.

В представлении Верочки, пеший туризм это весьма странный отдых. Ты встаёшь ни свет, ни заря и хватаешь тяжёлый рюкзак с вещами, палаткой и кучей продуктов. Потом, выходишь из дома и топаешь в несусветную глушь, куда мало кто хаживал. А делаешь это, лишь потому, что кто-то сказал, мол, там невероятно красиво.

Добравшись до отдалённого места ты, какое-то время, любуешься там прекрасной природой. Иногда, даже ночуешь. Ну, а потом, очень усталый, но чрезвычайно довольный плетёшься назад. Хорошо, что часть провизии ты уже съел по дороге. Так что, поклажа становиться чуточку легче.

Юрий с Олегом часто ходили по горным хребтам Маркотх и Туапхат, что стояли поблизости. Один из них протянулся на севере от окраины города, второй находился на юге, вплотную к Чёрному морю.

Друзья договорились о том, что в выходные, они сходят в тихий посёлок, который зовётся Грушевой балкой. Недалеко от него размещалось Неберджаевское водохранилище. Там находилось небольшое ущелье с прекрасными горными видами, буковый лес и христианская церковь с лечебным источником.

Утром, в восемь часов, они встретились в конце Волочаевской улицы. Там, начиналась та автотрасса, что вела в город Сухуми. Туристы поздоровались за руку и двинулись в путь.

Юрий взял в тот поход двух своих сыновей: Мишу и Колю. Одному недавно исполнилось девять лет от рождения, второму стукнуло на два года больше. Уже много раз ребята ходили на такие дистанции. Как каждый турист, они несли на спине, хоть и маленький, но настоящий рюкзак.

Группа двинулась вдоль отличной широкой дороги, по которой, можно быстро доехать до Грушевой балки. До посёлка от города было около десяти километров. Трасса сильно кружила по склонам и с неё открывались прекрасные виды. Но одно дело катиться в автобусе, и совершенно другое, идти напрямик. Так получалось в два раза короче.

Правда, в горах, прямо летают лишь насекомые с птицами, а всем остальным нужно искать удобные тропы. Поэтому, им приходилось постоянно вилять то вправо, то влево. Кроме того, нужно, то подниматься на горки, то спускаться в долинки, а это удивительно сильно удлиняло маршрут.

Погода с утра, стояла на заглядение тихая. На небе висела лёгкая малозаметная дымка. Лучи летнего солнца теряли в ней часть сокрушительной силы и достигали земли немного остывшими. Было вовсе не жарко. Только идти и идти.

Несмотря на благую погоду, малолетние мальчики скоро устали. Юрий заметил, что сыновья сильно сбросили скорость. Он остановился и взял себе их скромный багаж. Мужчина связал лямки обоих мешков, и ловко закинул наверх своего рюкзака, который висел на спине.

Там лежала палатка, свёрнутая в плотный рулон. Поэтому, ноша теперь, возвышалась над головою туриста сантиметров на тридцать. Юрий был ростом под сто девяносто, а вместе с тяжёлой поклажей, он выглядел издалека весьма необычно. Виднелись длинные ноги, продолговатое тело с широким горбом, а сверху торчала непонятная шишка размером с огромный арбуз.

Затем, начался продолжительный, но пологий подъём. Олег шёл впереди. За ним бодро топал, его старый товарищ, а следом тянулись Миша и Коля. Нужно сказать, что Юрию приходилось несладко. Стараясь удержать равновесие, он наклонился вперёд и двигался чуть, пригнувшись к земле.

До ровной площадки осталось всего метров десять. Именно в этот момент, порядком уставший мужчина, услышал сдавленный крик. Он думал о чём-то своём и сразу не понял, кто и о чём говорит? Ещё через миг, мимо него промелькнул непонятный предмет.

Юрий остановился и глянул назад. Мужчина увидел, как старый товарищ, не разбирая дороги, мчался к подножью горы. Олег нёсся по склону с потрясающей скоростью, прыгал большими скачками и что-то громко кричал.

– «Наверное, дома не выключил газ. Вспомнил сейчас о плите, вот и рванулся назад». – почему-то подумал турист.

Дети тоже застыли на месте. Они с недоуменьем смотрели то на отца, то на дядю Олега, спешившего вниз, как на пожар. В глазах мальчуганов читался вопрос: – Что с ним случилось такое?

Поражённый поспешностью друга, Юрий покачал головой. Мол, сам ничего не пойму. Он махнул двум ребятам, чтобы шли вслед за ним. Повернулся и двинулся дальше.

Минуту спустя, Юрий поднялся на ровное место и встал на еле заметную тропку. Шагая по ней, он обогнул замшелый валун. Взору открылась, большая площадка, густо заросшая зелёной травой.

Справа, метрах в тридцати от себя, Юрий увидел двух медвежат, забавно игравших друг с другом. Детёныши разглядели туриста с мешком за спиной. Они испуганно взвизгнули и ринулись к дальнему краю прекрасной поляны.

– «Откуда же здесь, рядом с городом, дикие звери?» – удивился мужчина. Мгновенье спустя, Юрий услышал, как впереди затрещали кусты.

На поляну вдруг выскочила большая медведица чёрно-бурого цвета. Она встала, как человек, задрала передние лапы и замахала перед собою когтями, словно боксёр кулаками.

Одновременно с демонстрацией силы, она распахнула широкую пасть, полную огромных зубов. Набрав в лёгкие воздух, она заревела, так громко и страшно, что Олега кожа покрылась мурашками.

– «Главное, сейчас не бежать! Наоборот, нужно её напугать!» – мелькнуло в голове у мужчины.

Турист выпрямил напряжённую спину и встал во весь свой, немаленький рост. Он развёл длинные руки в разные стороны и растопырил пальцы, настолько, насколько возможно. Затем, открыл рот и заорал во всю мощь. Вопить он старался тем низким голосом, который называется басом.

Рюкзак за спиною мужчины придал ему приличный объём. Палатка с поклажей детей, лежавшие сверху, сильно добавили ему высоты. Всё вместе, выглядело значительно больше, чем представляла собою медведица. Фигура туриста почудилась ей достаточно грозной.

Она прекратила реветь, упала на четвереньки и стрелою метнулась к своим медвежатам. По ходу движения, она угрожающе рыкнула. Детеныши послушались мать и бросились следом за нею в кусты. Треск ветвей удалился, а очень скоро, совершенно затих. Похоже, что звери ушли далеко.

Не успел Юрий слегка отдышаться, как рядом с ним появились Миша и Коля. Маленкький мальчик с интересом спросил: – Папа, а чего ты так громко кричал?

Отец сразу решил, что не стоит пугать сыновей и сказал: – Ерунда, споткнулся о камень и ногу зашиб.

Он свернул в сторону, противоположную той, куда убежала медведица, и повёл двух детей другою дорогой. Пусть она более длинная, но скорее всего, безопасная. Вряд ли и там появились медведи. Ведь рядом с Новороссийском их давно не встречали.

Прогулка по морю

Проскочила декада спелого августа. Замечательный отпуск шёл своими чередом. Паше хотелось побыть с Верочкой наедине, но она оказалась настолько общительной, что постоянно нуждалась в компании.

Супруги встретились с молодой милой женщиной Люсей, живущей в соседней палатке. Она приехала в отпуск с мужем, дочкой и юной племянницей. Соседи по кемпингу, собрали компанию из шестерых человек, начали ездить по городам побережья, и всюду осматривать прелести Краснодарского края.

Они наслаждались дарами южной природы и до упаду купались в тёплом ласковом море. Однажды, увидели спину дельфина, который курсировал вдоль кромки воды. Верочка хотела подплыть к афали́не поближе, но Паша строго сказал: – Нельзя этого делать!

Свой строгий заперт он объяснил тем обстоятельством, что морские дельфины не всегда дружелюбны, как нам говорят кинофильмы и книги. Согласно ежегодной статистике, они губят людей, значительно больше, чем другие животные водных стихий.

Дело всё в том, что когда в акватории появляется большая акула, то все очень дружно выбегают на берег. А если увидят дельфина, то все сразу лезут к нему. Насмотрелись голливудской продукции, где их постоянно показывают, как чрезвычайных милашек.

На самом-то деле это удивительно сильные, дикие звери. Они, между прочим, имеют огромные зубы и без всяких усилий убивают акул, а человека, могут угробить за десять секунд. Или хуже того, схватить за конечность и утащить в глубину. Такое часто случалось в океанариумах Европы и США.

В тот удивительный год, в моду вошли шорты спортивного типа, и всё люди в округе всегда щеголяли исключительно в них. Причём, их носили мужчины, женщины, старики и старухи и дети всех возрастов.

Точнее сказать, это были не шорты, а простые трусы, сшитые из глянцевой хлопковой ткани типа «сатин». Новые они отлично смотрелись, но при первой же стирке очень сильно линяли. Поэтому, их приходилось, замачивать отдельно от прочих вещей. Но против моды ведь не попрёшь. Пришлось всем одеться в такую обновку.

Однажды, туристы гуляли чистенькому Новороссийску. В конце концов, они оказались на набережной имени адмирала Серебрякова, и прошлись по нему до «Морского вокзала».

Там осмотрелись по сторонам, увидели массу народу, что собралась прогуляться на водном трамвайчике, и решили отправиться с ними. Ведь до вечера было ещё далеко. Оказалось, что люди, хотели проехать по внушительной бухте, которую раньше называли Цеме́сской. Сейчас она носит название города.

Паша вдруг заявил, что не выносит даже маленькой качки на море. Так что, он не желает кататься на весьма неустойчивом судне. От этого сильно тошнит. Его поддержал супруг женщины Люси, Иван.

Жёны тотчас догадались, в чём собственно дело. Мужчинам хотелось, побыть вдалеке от детей и без всяких помех, выпить пару стаканов вина или пива. Даром что ли, они приехали на Чёрное море?

Верочка с Люсей не стали навязывать им своё представленье об отдыхе. Они вошли в положенье своих благоверных и отпустили их с лёгкой душой. Те, молча, вернулись в центр южного города, сели в нужный автобус и устремились назад, на турбазу.

Женщины и две маленьких девочки купили билеты в кассе вокзала, прошли по длинному пирсу и оказались возле причала. Перед ними стоял маленький катер, с одной единственной палубой и крохотной рубкой.

На «мостике» помещалось всего два человека, капитан и матрос. Причём, они там могли, только стоять. Сесть было негде. На носу «корабля» находилась небольшая площадка под брезентовым тентом и простые деревянные лавки. На них могли разместиться человек двенадцать-пятнадцать.

Катерок оказался значительно меньше тех «водных трамвайчиков», что раньше ходили возле Самары. У волжских плавсредств имелась ещё и обширная нижняя палуба. Людей, находившихся там, закрывали от брызг и дождей железные стенки с широкими окнами. На таком теплоходе работал механиком Рощин Вадим, второй супруг Верочки.

К счастью людей, погода стояла чудесная. Солнце светило довольно умеренно. В голубых небесах не маячило ни единого облачка. Дул небольшой ветерок. Чёрное море выглядело совершенно спокойным.

Без всякой боязни, туристы поднялись на утлый кораблик, расселись по узеньким лавкам и неспешно поплыли вдоль каменистого берега. Они двигались самым обычным каботажным маршрутом. Гости Новороссийска внимательно слушали юного гида, который рассказывал много чего интересного. Все смотрели на город-герой и наслаждались красотами южной природы.

На обратном пути, небо вдруг стало быстро темнеть. Ветер резко усилился. Начал накрапывать меленький дождь. Верочка немедленно вспомнила, недорогие трусы, в которые они все одеты, очень сильно линяют.

Значит, краска испачкает новый купальник, что скрывался под ними. Пойди его, потом, отстирай. Да ещё неизвестно, что получишь в итоге? Иностранную вещь, она прикупила в дорогом магазине перед самой поездкой на юг.

Женщина заплатила приличные деньги, и ей совсем не хотелось, терять данный предмет пляжного отдыха. Поэтому, Верочка встала с сидения, подошла к молодому матросу и спросила его: – Где можно укрыться от ливня?

Он показал ей на низкую дверь, ведущую вглубь корабля, и проводил туда Верочку, Люсю и девочек. Парень включил верхний свет и немедля вернулся назад. Вслед за четвёркой туристов спустились ещё, три человека. Никому не хотелось, промокнуть на палубе, открытой ветрам и дождю.

Люди огляделись вокруг и увидели небольшую коморку, пропахшую рыбой. В ней находились поплавки из стекла или пластика для океанских сетей. Видно, команда их собирала после каждого шторма и продавала рыбацким артелям. Хотя, кто его знает, может быть осенью, когда с Чёрного моря уезжали туристы, они сами ловили ставриду?

Каких-либо сидений в том трюме, увы, не нашлось, и пришлось пассажирам не уходить далеко от низкого входа. Все остались стоять возле узенькой лестницы, по которой спустились туда. Чтоб невзначай не упасть, туристы держались за стены, покрытые облупившейся краской. Хорошо, что там находились железные рёбра, которые называют шпангоутами.

Сверху послышались удивительно мощные, громовые раскаты. По металлической палубе вдруг застучали крупные капли дождя, а затем и довольно тяжёлые градины.

Тихо работавший двигатель, начал реветь на больших оборотах. Наверное, капитан захотел, как можно быстрее, покинуть Цеме́сскую бухту и укрыться за прочными молами порта.

Спокойное до этого море, вдруг взволновалось. Кораблик стало бросать вправо и влево, как на огромных качелях. Корму поднимало настолько, что Верочка чувствовала, лопасти гребного винта часто хлопают в воздухе.

Вокруг грохотало так сильно, что стало больно ушам. Судя по дрожи всего тесного трюма, волны поднялись, выше старого катера и легко перекатывались, через небольшие надстройки.

Вдруг в тесный трюм прибежал очень бледный матрос. Он громко крикнул: – Прейти всем к левому борту. – и подождал, когда люди исполнят короткий приказ. Потом тихо добавил: – Ну мы и влипли. – развернулся на месте и стрелою умчался наверх.

Люся стояла, ни жива, ни мертва. Она смотрела на бледную дочку с племянницей и испуганно думала: – «Спасательных жилетов нам почему-то не дали. Случись, что сейчас с кораблём, никому неизвестно, сможем ли мы, подняться наверх?

А если и сможем то, как мы удержимся на бурной поверхности моря? Обе девчонки плавать совсем не умеют. Я их одна не спасу. Значит, придётся кого-то оставить. Вопрос только, кого? Родную кровиночку или чужую?»

Она наклонилась к уху стоявшей поблизости женщине и поделилась тревожными мыслями. Верочка замечательно плавала даже в пресной воде. Поэтому она тихо сказала: – В случае крайней нужды, спасай свою дочку, я займусь племянницей Таней.

Невыносимая качка, тянулась долгое время. Люди стояли у железной стены и еле держались за какие-то выступы. Народ укачало, и всем стало плохо. Кого-то внезапно стошнило. Воздух тесного трюма, заполнился запахом рвоты. Стало трудно дышать.

Наконец, большое волнение начало постепенно стихать. Несмотря на высокие волны, корабль прижался к бетонному пирсу. Очень бледный матрос сбросил на берег деревянные сходни. Затем, заглянул в тесный трюм и сказал: – Вылезайте, приехали.

Качаясь, как пьяные, пассажиры поднялись наверх. Там их поддержали под локти работники порта и помогли всем спуститься на твёрдую землю. Дождь к этому времени, совершенно закончился. Небо быстро очистилось. Солнце вновь засияло, как прежде.

Едва ковыляя на дрожащих ногах, Верочка с Люсей добрались до центра весьма протяжённого приморского города. Девчонки тащились за ними и ощущали себя нисколько не лучше. Через пару минут, к остановке подъехал нужный автобус. Туристки забрались в сухой светлый салон и помчались назад, на турбазу.

Наконец, экскурсантки добрались до места и с огорченьем увидели, здесь тоже прошёл сильный ливень и град. Всё было залито слоем раскисшего грунта, а так же завалено всяческим мусором. Всюду валялись обрывки бумаги, какие-то тряпки, обломки досок и сломанные ветки кустов и деревьев.

На территории скромной турбазы обстановка сложилась нисколько не лучше. Крыши на деревянных коттеджах бесследно исчезли. Всё палатки сорвало с растяжек и бросило наземь.

Тихо ругаясь, Паша с Иваном упорно копались в жидкой грязи и старались найти свои уцелевшие вещи. Потом, их пришлось, долго стирать, сушить на верёвках под солнцем и усиленно гладить.

Хорошо, что документы и деньги хранились у Паши в большом кошельке, закреплённом на кожаном поясе. Их иногда зовут «кенгурятником». Паспорта и купюры, не пострадали от стихийного бедствия и остались сухими. У Ивана и Люси тоже всё было, с этим в порядке.

Возвращение с юга

Через несколько дней, отдых у Чёрного моря, внезапно закончился. Верочке с Пашей, пора уже было, возвращаться в Самару. Супруги пошли выкупать, заранее ими заказанные, билеты домой. В кассе неожиданно выяснилась, весьма неприятная вещь.

Дело было всё в том, что, оказавшись на юге, муж и жена отдыхали по полной программе. Они дружно ели вкусную местную пищу, пили натуральные виноградные вина и совершали экскурсии по ближним и дальним окрестностям.

Ездили даже в Анапу на междугороднем автобусе. Там они побродили по приморскому городу, посетили музеи и искупались на пляже, покрытом мелким жёлтым песком.

Боясь потерять всё за раз, Верочка с Пашей, разделили все средства на две равные части. У каждого из обоих супругов имелся свой собственный фонд. Платили за всё переменно, то один, то другой. Каждый, почему-то, рассчитывал, у дорогого супруга, денег осталось, значительно больше, чем у него.

Короче сказать, у кассы «Аэрофлота» вдруг оказалось, имевшейся в наличии суммы, увы, не хватает. Занимать у товарища Паши, они не решились. У Юры и так было плохо с деньгами. Это всем сразу бросалось в глаза.

Супруги вывернули карманы одежды, перетряхнули свои кошельки и кое-как наскребли на два билета. Причём, не на самолёт, на который оба рассчитывали, а всего лишь на поезд. Мало того, в связи с расписанием железной дороги, они ещё целые сутки пробыли в Новороссийске.

Наконец-то, пришла их пора, отправляться домой в медленном поезде. Благодаря этой задержке, Верочка с Пашей истратили все, что имелось, на очень скромную пищу. Да и за лишнюю ночь, проведённую в кемпинге, им пришлось заплатить.

Супруги простились с Иваном и Люсей, а так же с другими соседями, которые жили в ближайших палатках. Они сели в маршрутный автобус и отправились в Новороссийск.

Туристы сказали большое спасибо смущённому Юрию, пришедшему их проводить на вокзал. Паша крепко пожал руку старому институтскому другу. Супруги сели в железнодорожный состав и неспешно поехали обратно в Самару.

Муж и жена, наконец-то, попали в вагон, и с огорчением поняли, у них оставалась в карманах только какая-то мелочь. Она ушла проводнице на оплату постелей.

Единственным утешением, служило одно обстоятельство, Верочка с Пашей оказались вдвоем в четырехместном купе. Спи, где захочешь. Оба устроились на нижних полках, параллельно друг с другом.

Почти сразу же, Верочка познакомилась с двумя молодыми людьми, которые ехали в соседнем купе. В короткой беседе, женщина вспомнила о страшной прогулке по морю и немедля узнала невероятную вещь.

Выяснилось, что молодожены ехали на том самом катере, что и Верочка с Люсей. Только из юной бравады, они не пошли в тесный трюм. Им очень хотелось, вблизи посмотреть на морскую грозу. Ведь с маленькой палубы, всё это выглядело совсем по-другому. Не то что, на суше.

Матрос дал спасжилеты двум лихим пассажирам. Он приказал им, крепко держаться, а сам сразу скрылся в маленькой рубке. В течение короткого шторма, люди дрожали на палубе, открытой ураганному ветру.

Ветер тогда оказался, удивительно сильным, а струи дождя летели под очень большим углом к горизонту. Так что, навес из брезента не защищал от потоков воды. Высокие волны хлестали по палубе и едва не смывали туристов за борт. Небо закрыло ужасающе чёрными тучами. Стало темно, словно ночью. Пытаясь хоть, что-то увидеть, капитан зажёг фонари.

Откуда-то появился огромный военный корабль. Он включил прожектора, осветил маленький катер и закрыл его, своим корпусом от сильного ветра. Так он и шёл рядом с ними до самого порта.

Молодые матросы стояли на палубе. Они были готовы, придти туристам на помощь, если бы катер начал тонуть. К счастью и тех и других, всё обошлось. Шквал улетел неизвестно куда. Волнение понемногу утихло.

На одной из больших остановок, Паша вышел из поезда. Он прогулялся к киоску «Печать» и купил несколько местных газет. В них он прочёл небольшую заметку. Заголовок гласил: – «Наводнение в Новороссийске: стихия унесла 45 человеческих жизней».

Ниже шёл коротенький текст: – «…Таких разрушений в городе-порте, кажется, ещё никогда не бывало. Даже старожилы не помнят, чтобы в бушующем море исчезли десятки машин с пассажирами.

Хлынувшая из водохранилищ, вода смывала палатки вместе с их обитателями, как это случилось в посёлке Абрау-Дюрсо. Там без вести пропало больше трёхсот российских туристов. А кто посчитает всех тех «дикарей», что расселились вдоль побережья Чёрного моря? Речь может идти, о судьбе тысяч и тысяч людей…»

Через полдня, молодые соседи сошли. Оказалось, что делать в дороге, в общем-то, нечего. Как выяснил Паша, дверь изнутри хорошо запиралась. Одним словом, утехи любви, заменили супругам, материальную и духовную пищу. Тем более, что у них уже не было, ни той, ни другой.

Особенно женщине запомнился один большой перегон между двумя южными станциями. Верочка встала, согнувшись в тоненькой талии, и упиралась локтями в столик купе. Её музыкальные пальцы крепко сжимали края узкой столешницы. Затуманенным от удовольствия взглядом, она любовалась проплывающим мимо пейзажем.

Паша пристроился сзади. Он держался руками за её аппетитные, округлые бёдра и очень старался, двигаться в такт перестуку вагонных колес. Необычная атмосфера соития сделала все ощущения особенно острыми. Никогда не было с мужем, женщине так хорошо.

Как всем отлично известно, кроме плотской любви, людям необходимо ещё, кое-что. В первую очередь, пища с водой. С водой не имелось проблем. В титане вагона всегда был в избытке крутой кипяток. Оставалось решить, где же им взять, что-нибудь пожевать?

На счастье Верочки с Пашей, уже через сутки, в купе шумно ввалился молодой офицер. Как выяснилось немного позднее, он возвращался из отпуска в родную военную часть.

Лейтенант вынул из сумки много отличной еды и замечательной выпивки, которую родственники дали в дорогу. После чего, с интересом взглянул на голодных попутчиков. Уловив жадный блеск в их глазах, он пригласил соседей к столу.

Верочка с Пашей не заставляли себя долго упрашивать. Супруги с большой благодарностью приняли его приглашение и принялись помогать офицеру, в уничтожении снеди с напитками.

Через какое-то время, качавшийся от «сильной усталости», молодой лейтенант сошёл с их неспешного поезда. Опять всё купе осталось в распоряжении супругов. Им было нужно, куда-то истратить энергию, недавно полученную за обильным столом. Верочка с Пашей вновь обратили внимание на утехи любви.

Через два перегона, в купе появилась не менее хлебосольная, пара хохлов с Украины. Пожилые попутчики ехали с Пашей и Верочкой очень недолго, но всё же успели, их угостить отличной едой и прекрасной наливкой из абрикосов и вишни.

Затем, были два перегона работы в самых разных позициях. Теперь уже, лёжа на нижних полках купе. Когда Паша сильно устал, появились удивительно щедрые российские граждане. Так супруги и ехали до самой Самары. Сытые, пьяные и совершенно довольные, телесным общеньем друг с другом.

На вокзале родимого города они вновь поискали в карманах и пересчитали наличность. Денег хватило лишь на трамвай. Супруги сели в вагон и минут через тридцать, уже оказались возле Пашиной «двушки». Так и закончился тот замечательный отпуск. Особенно Верочке с Пашей, понравилась их поездка на поезде.

Дикий пляж

Снова пришло, очередное жаркое лето. Местные власти, словно очнулись от сна и привели в полный порядок все пляжи Самары. Муниципальные службы привезли в больших баржах свежий песок и быстро рассыпали на территории отдыха граждан. Следом за этим, поставили будки спасателей, зонты, скамейки и небольшие кабинки, где можно одеться в купальный костюм.

В середине июня, температура уже поднялась до тридцати пяти градусов. Вода в великой реке, прогрелась до восемнадцати. Даже изнеженным людям, удавалось плескаться, там без всякой опаски.

В субботу, день оказался таким же погожим, как две недели подряд. Солнце палило вовсю. В небе не плавало ни единого облачка. Ветерок, был очень слабым, и едва ощущался кожей лица.

– Поедем на Волгу. – сказала Верочка Паше.

– Поехали. – с боевою готовностью откликнулся муж.

Они быстро собрались, покинули тесную «двушку», разогретую, словно духовка, и бодрой походкой вышли на улицу. Супруги добрались до остановки муниципального транспорта и сразу сели в маршрутку, с номером «207» на борту.

Через тридцать минут они оказались на углу улиц Челюскинцев и Ново-Садовой. Именно в этом, прекрасном районе, находилась квартира жены. Супруги зашли к ней на четверть часа.

Женщина полила все цветы, что стояли на подоконнике кухни, и взяла те «квитанции», что принесли за прошедшее время. Она проживала у Паши, а всё равно, приходилось платить за услуги, которые коммунальщики, ей постоянно оказывали.

Наконец, все дела были сделаны. Верочка с Пашей вышли из кирпичной девятиэтажки, завернули за угол и оказались на тенистой аллее бульвара Челюскинцев. Там размещалось множество лавочек, на которых сидели жители соседних домов.

В основном, там отдыхали старики со старухами, да молодые мамаши с малолетними детками. Вся молодёжь и более взрослые люди, были или на пляже, или на турбазах за Волгой.

На одной из скамеек устроилась пара бомжей самого «убитого» вида. Верочка мельком взглянула на них и с удивленьем заметила кое-что необычное. У обоих светились глаза и оказались совершенно счастливые лица.

Небритый, весьма неопрятный мужчина, сидел рядом с такой же непритязательной женщиной. Он протянул даме цветок, который, скорее всего, недавно сорвал на ближайшем газоне. Судя по движению губ, он что-то ей говорил.

Мимика его собеседницы, говорила о том, что ей очень приятно слушать такие слова. Она широко улыбалась и с обожаньем смотрела на своего кавалера. Тот ей отвечал, таким же сияющим взглядом.

Верочка ткнула Пашу локтём в лёвый бок и тихо сказала: – Посмотри на тех двух людей.

Муж скользнул по ним взглядом и ответил словами из песни Леонида Утёсова: – Любовь нечаянно нагрянет. Когда её совсем не ждёшь. И каждый вечер сразу станет. Вдруг удивительно хорош.

Он немного подумал и с усмешкой закончил стихом Окуджавы: – И страсть Морозова схватила, своей мозолистой рукой

– Так же, как и тебя, два года назад. – поддакнула Верочка.

– Точно. Она и сейчас, меня держит за горло. – согласился с ней Паша.

Супруги перешли через улицу, которую назвали Лесная, и оказались у монумента «Ладья». Двадцатиметровую бетонную лодку под внушительным парусом построили здесь лет пятнадцать назад. С тех давних пор, к ней ни единого разу, не приложили руки ремонтники. Так и стояла с облупившейся краской.

Попав на аллеи «Октябрьской набережной», Верочка с Пашей заметили невысокого роста мужчину, лет сорока. У него были седые длинные волосы и такого же цвета, небольшая бородка, что называется «клинышком».

Человек весьма походил на пресловутого «дядюшку Сэма», как его рисовали на старых плакатах. Только он был не в цилиндре цветов американского флага, а в шляпе ковбоя с большими полями. Как вспомнил Паша, она называется «стетсон».

Несмотря на жару, мужчина шагал в лёгкой куртке, за спиною болтался какой-то рюкзак. На шее, как шарф, висела змея толщиной в детскую руку и длиною, значительно более метра.

– Это, что ужик? – с интересом спросила Верочка Пашу.

– Это не уж, а настоящий питон. Подобный удав может задушить человека. Если, конечно, будет голодным. Поэтому, их всегда плотно кормят, перед началом работы. – ответил супруг.

В его голове находился огромный объём информации. По каждому случаю, Паша тотчас приводил несколько разных примеров и пару-тройку интересных деталей. Вот и сейчас он сразу же вспомнил небольшую историю.

– У брата моего сослуживца, тоже была большая змея. Он с ней ходил по паркам и набережным нашего города и снимал тех людей, что хотели общаться с подобным животным. На этом он, кстати, хорошо зарабатывал.

К сожаленью парня, зверь околел от тяжёлой работы. Фотограф завёл для себя другого питомца. Второй удав оказался со злобным характером. Он невзлюбил, когда его тискали после еды, и укусил дрессировщика. В ранку попала инфекция. Через какое-то время, парень погиб от заражения крови.

Пока муж и жена двигались вниз, к парапету реки, к «дядюшке Сэму» подошли три студента. Они стали по очереди, брать «ужика» в руки и вешать себе на шеи и плечи. Мужчина делал для них, снимки на память.

Верочка с Пашей свернули направо. Туда, где начиналась купальная зона. Это место раскинулось, чуть в стороне от каменных лестниц, ведущих к широкой реке. Там всегда отдыхало поменьше народу.

Супруги спустились на хорошо обустроенный пляж. Там находились многие тысячи загоравших людей. Между ними бродили, продавцы пирожков и отварной кукурузы. Они громко кричали и предлагали народу свой немудрёный товар.

Солнечный день приближался к полудню. Светило висело прямо в зените. Началось настоящее пекло. Температура перевалила за тридцать пять и, скорее всего, приближалась уже к сорока.

Как и думала Верочка, под широкими зонтиками уже не осталось свободного места. Пришлось раскинуть подстилку на открытом пространстве. Паша тотчас пошёл в раздевалку.

Щиты из фанеры не доходили до уровня почвы сантиметров на тридцать. Со стороны отчётливо видно, что внутри человек переодевает исподнее. Он вставал, словно цапля, на одну какую-то ногу, а затем, на другую.

Скоро Паша вернулся и хмуро сказал: – Какие культурные женщины проживают в Самаре. Бросить отработанный тампакс в песок, неприлично. Увидят те люди, что находятся рядом. Нести в ближайшую урну, у всех на виду, как-то неловко. Поэтому, они их просто вешают на крючки для одежды. Там их штук десять сейчас.

Жена сильно поморщилась, и сказала спасибо себе, что всё сделала дома. Ей не нужно теперь, идти в раздевалку и видеть всё это позорище. Она скинула лёгкое летнее платье, одёрнула красный с цветами купальник и направилась к Волге.

Паша уселся рядом с одеждой. Оставлять без присмотра, личные вещи в Самаре не принято. Вернёшься назад, а там уже пусто. Сразу возникнет много вопросов, как же потом ехать домой в одних плавках? И, что самое главное, как без ключей проникнуть в квартиру, которая заперта на прочный замок? Придётся вызывать МЧС от соседей и платить им приличные деньги.

Верочка немного поплавала и вышла на сушу. Возле уреза реки, женщине было очень комфортно. Ноги по щиколотку в тёплой воде. С русла тянуло приятной прохладой. В мокром песке шумно возились чумазые дети. На волнах качались большие надувные игрушки. Среди них выделалась чёрная, как антрацит, касатка размером чуть больше метра.

Лежать на раскалённом песке, да ещё, под лучами горячего солнца, женщине совсем не хотелось. Это плохо влияло на кожу лица и её стройного тела. Она быстро старела. Возникали морщины у глаз и на прочих местах.

Верочка подошла к дорогому супругу и сообщила ему: – Мне соседка сказала, что чуть дальше по берегу, есть «дикий» пляж. Рядом растут большие деревья. Давай, сходим туда. Может быть, там и найдётся местечко в тени?

Паша уже совершенно запарился. Он представил себе, что нужно сидеть в этом пекле ещё два часа, и тотчас согласился. Они взяли вещички и, увязая по щиколотку в мелком песке, направились вверх по течению.

Идти, было так тяжело и так горячо, что через десять шагов, Паша сменил направление и направился к Волге. Верочка устремилась за мужем. Ведь по кромке воды, шагать намного быстрей и приятней.

Скоро, благоустроенная зона закончилась. Пошёл совсем неухоженный берег. Повсюду торчали крупные камни, покрышки автомобилей и куски арматуры. Большие деревья, толщиною в обхват, подступили вплотную к реке.

Благодаря высокой растительности, лучи жаркого солнца, здесь попадали на землю, лишь после обеда. То есть, после того, как наше светило смещалось на запад. В течение утра, грунт в тени тополей не так сильно нагрелся, как жёлтый песок на общественном пляже. Стало намного прохладней.

– Почему, столько мусора? – недовольно спросила Верочка Пашу.

– Потому, что когда-то, здесь была территория большого завода имени Масленникова, который всегда поставлял продукцию армии. Лет двенадцать назад, Горбачёв вдруг решил, что Америка самый лучший товарищ для нашей страны. Завод обязали, делать кастрюли, которые вдруг оказались никому не нужны. Их и так было в достатке.

Демократические власти России отдали цеха «новым хозяевам», ну, а те, всё тотчас уничтожили. За площадкой с тех пор, никто не следил. Хорошо, хоть заборы с колючкой убрали. Не то, нам бы пришлось, лезть сквозь дыру в ограждении.

Шагов через тридцать, справа возник крутой косогор. Деревья вдруг отступили от уреза воды. Образовалась поляна в сотню метров длинной и двадцать пять шириной. К Волге она опускалась небольшими уступами.

Впереди проступала небольшая скала, что состояла из доломита коричневатого цвета. Дальше, вдоль русла речки шёл невысокий обрыв, величиной в два этажа. Берег там, резко сужался до небольшой полосы. По ней могли бы пройти, не более трёх человек.

Небольшую площадку покрывала неопрятная смесь из песка и камней. Местами чернели мелкие угли от старых костров. Рядом блестели осколки бутылок. Ложиться на грязную почву не возникало никакого желания.

Благодаря такой не ухоженности, здесь оказалось удивительно мало людей. Не то что, на обустроенном пляже. Сидело лишь пять мелких компаний по три-четыре купальщика.

Верочка выбрала место недалеко от воды. Там, где было почище. Паша достал из авоськи старое покрывало с кровати, что они часто использовали вместо подстилки. Супруг расстелил плотную ткань и сложил вещи сверху.

Перегревшийся муж сказал Верочке, что пора искупаться и сразу направился к Волге. Двигался Паша весьма осторожно, и очень внимательно глядя под ноги. Никуда не спеша, он приблизился к прохладной воде и, к удивленью жены, пошёл значительно медленней.

– «Наверное, слишком большой перепад температуры воды и окружавшего воздуха? Вот, он и даёт, разгорячённому телу постепенно привыкнуть». – невольно подумала женщина.

Паша стал нервно размахивать то правой, то левой рукой. Наконец, он оказался в Волге по грудь, осторожно присел, окунулся и неловко поплыл подобием браса. Его сразу снесло в левую сторону. Течение здесь оказалось намного сильней, чем на пляже.

Минут через пять, Паша направился к берегу и стал очень медленно выбираться на сушу. Он опять повторял, те нелепые взмахи руками и, наконец, оказался возле жены.

– В воду входи осторожно. – сказал он супруге: – Всё дно Волги покрыто разных размеров камнями. Многие с острыми гранями. Видно, они постепенно отваливаются от этой скалы, а сюда их таскает весенними льдами. – Паша кивнул на маленький выход доломита из почвы и со вздохом добавил: – Поэтому здесь, так мало людей. Не хотят ноги себе ломать.

Несмотря на тень от деревьев, Верочке тоже вдруг стало удивительно жарко. Она тут же решила, нужно опять искупаться. Женщина направилась к Волге, и поняла, почему же так странно двигался муж?

На берегу, подошвы колола щебёнка, размером со сливу. В реке оказалось значительно хуже. Прежде, чем ставить ногу на дно, приходилось нащупать стопой ровное место с плотным песком, где не имелось камней. Зато вода оказалась выше всяких похвал, чистая и удивительно тёплая. Не то что, на пляже, где постоянно купались многие сотни людей.

Вернувшись назад, Верочка опустилась спиной на подстилку, приподнялась на локтях и с большим интересом огляделась вокруг. Неизвестно откуда возникло насекомое крупных размеров серого цвета. Женщина отмахнулась от приставучей летающей твари.

– В среднем, муха живёт двадцать четыре часа. – выдал немедленно Паша.

– Ты хорошо разбираешься в мухах? – заинтересованно спросила жена. Прошло больше года, как она переехала к Паше, и всё это время, муж её удивлял.

– Не то, чтобы хорошо разбираюсь, но я предостаточно их повидал. Ведь когда-то, я часто ездил в колхозы. – с усмешкой ответил супруг.

По берегу, шёл молодой человек, одетый лишь шорты. В правой руке он держал чёрную палку, похожую на короткий костыль с подлокотником. В левой ладони виднелся пакет из белого пластика и совок для детей. На голове находились большие наушники.

– Что это он, держит такое? – спросила Верочка мужа.

– Детектор. Прибор реагирует на разный металл, лежащий в воде или в песке. Он легко замечает небольшую монетку.

– А для чего это нужно? – удивилась жена.

– Люди часто теряют на пляже кольца, серьги, цепочки и деньги. Вот он и пытается, их отыскать. Раньше, живущие рядом мальчишки, ходили на пляж с крупными ситами, и просеивали песок возле лавок. Иногда, находили ценные вещи.

Другие счастливцы не утруждали себя. Им просто по жизни постоянно везло. Один мой приятель, ступил в Волге ногой, на золотой разбитый хронометр. Он не работал, зато корпус тянул на очень приличные деньги.

Второй, нырнул возле берега и нашёл водонепроницаемые часы «Командирские», которые отлично ходили. Однажды, в какой-то компании над ним посмеялся какой-то богач. Мол, у меня-то «Omega» за сто тысяч баксов, а у тебя советская дрянь.

– Зато, никогда не подводят. – спокойно ответил приятель. Он глянул на циферблат и добавил: – Неделю назад я их поставил по сигналу точного времени. Через минуту по радио, его снова запустят. Можно проверить, как же идут наши котлы?

– Я тоже поставил свои неделю назад. – усмехнулся богач.

Они включили приёмник, сняли хронометры и положили их рядом на стол. Гости небольшой вечеринки встали вокруг. Все начали спорить, кто победит? Послышалась бравурная музыка. Динамик отчётливо пискнул шесть раз.

Как оказалось, стрелка на часах богатея убежала вперёд на десять делений. А «Командирские» всем показали точное время, секунда в секунду. Нувориш, так разозлился, что чуть на разбил «Omega» об пол. Едва его удержали друзья.

Кладоискатель с детектором, остановился напротив супругов. Парень нагнулся, копнул лопаткой песок и что-то поднял. Он вымыл находку в воде, сунул в мешок и не спеша двинулся дальше.

По «дикому» пляжу, постоянно ходили какие-то люди. Одни шли вверх по течению. Другие уже возвращались оттуда. Походило на то, что там полно отдыхающих самого разного толка. Иногда, ветерок приносил аромат шашлыка или свежего пива.

Появился прилично одетый мужчина. В правой руке он держал, две огромные связки вяленой воблы. Наверное, купил для друзей, что его ожидали чуть дальше вдоль дикого берега. А может быть, наоборот, шёл туда продавать, самодельный продукт?

От одной из компаний, к мужчине рванулась чёрная длинная такса. Она с громким лаем подбежала к прохожему, уморительно прыгала и пыталась схватить сушёную рыбу.

Хозяин песика бросился следом. Он взял питомца за тельце и попытался, его утащить в обратную сторону. С неожиданной силой, такса вывернулась из рук человека и снова помчалась за рыбой.

Мужчина не испугался отчаянно тявкавшей милой собачки. Он взял одну воблу размером с ладонь, сорвал её с прочной верёвки и подал зверушке. Та схватила подарок и бросилась прочь. Хозяин пробовал её снова поймать, но всё неудачно. Собака от него ускользала с удивительной ловкостью.

Наконец, молодой человек перестал гоняться за таксой. Она легла на песок и принялась за сушёную рыбу. Зубы зверька оказались короткими и недостаточно острыми. Они не могли, прогрызть засохшую кожу у воблы, покрытую небольшими чешуйками.

Немного помучавшись, собака взяла пастью подарок мужчины и принесла его парню. Хозяин стряхнул с воблы песок, схватил за перья хвоста и разорвал её вдоль на две половины. Затем, ловко избавил добычу от шкурки и крупных костей. Всё это полетело на землю.

Такса сидела возле хозяина и тявкала от нетерпения. Парень съел кусок сам, угостил очищенной рыбой собаку, а так же трёх человек, находившихся рядом. Никто из друзей не побрезговал его угощеньем. Всё смачно жевали с большим удовольствием.

По берегу двигался ещё один молодой человек. Его окликнул один из парней, что находился недалеко от супругов: – Чувак, ты куда? – спросил он у прохожего.

Тот обернулся на крик и сказал: – Мы же условились встретиться на «диком» пляже, а не на «собачьей площадке».

– Да, ладно тебе, и здесь хорошо. – откликнулся первый студент.

Второй пожал плечами и присоединился к друзьям.

Супруги переглянулись.

– Ты же сказала, что этот пляж «дикий», а он выходит «собачий». – спросил Верочку Паша.

– Откуда я знаю. Так мне, объяснила соседка. – ответила женщину.

– Да, какая нам разница. Здесь тень от деревьев и немного песка, а там, насколько я видел, одни только камни да брёвна. К тому же туда, прошло много людей со своими собаками. – успокоился муж и снова направился к Волге.

Пока Верочка с Пашей купались и грелись на солнце, уходящем на запад, люди вокруг постепенно менялись. К сожалению женщины, уходили все те, что очень тихо общались друг с другом, а появлялись любители оглушительной музыки. Каждый из них имел магнитофон, игравший на полную мощь.

Вокруг бедных супругов скоро собралось несколько групп. В одной ревел «хеви-металл» в исполнении группы «Рамштайн». В другой, мощно гремел «Аэросмит». В третьей, слушали какого-то негра, который вопил в стиле «соул». То ли там был записан Джеймс Браун, то ли Эл Грин?

В четвёртой компании, парень бубнил о младшем научном сотруднике, который сильно блевал на их вечеринке. Рассказчик вещал очень громко и матерился, как пьяный сапожник.

Потом, явилась ещё одна странная группа. От неё отделился ребёнок лет десяти. Он принёс с собой спички и быстро развёл небольшой костерок. Когда сгорели бумажки и мелкие веточки, пацан, стал подкладывать в пламя, мешки и бутылки из пластика. Вонь рядом поднялась просто ужасная.

Молодые родители не обращали внимания на юного отпрыска. Они о чём-то болтали под громоподобный российский шансон. Там в каждом куплете, чётко звучали нецензурные фразы.

– Интересно, кто вырастит из этого милого мальчика? – спросила вдруг Верочка.

– Такой же вахлак, как и его дорогие родители. Совершенно уверен, они считают себя весьма образованными, очень культурными и прекрасно воспитанными молодыми людьми. – хмуро откликнулся Паша. Он чуть помолчал и со злостью добавил: – Вырастили, что называется, обезьян с телефонами.

Магнитофоны гремели не переставая. Через какое-то время, Верочка угрюмо сказала: – Какой-то «музыкальный» салон, а не пляж.

– Не салон, а музмарафон. Причем, бесконечный. Пошли-ка отсюда. Я уже очень устал от такой какофонии.

Верочка с Пашей оделись, свернули, и положили подстилку в авоську. Супруги взяли в руки обувку, и с облегченьем покинули удивительно шумное место.

Через пару минут они уже были, на забитом людьми, общественном пляже. После прохлады под кронами крупных деревьев, там оказались удивительно жарко. Словно в пустыне Сахара.

– В другой раз, снова пойдём на тот «дикий» пляж. – сказала Верочка мужу.

– Только нужно приехать пораньше и смыться оттуда, пока не собрались любители музыки. – поддержал Паша дорогую супругу.

Звуковой сигнал

Верочку, как и других инженеров «ВНИПИ», иногда, посылали на те объекты, что нуждались в большой реконструкции. Проектировщики ехали в отдалённую глушь, изучали все здания и сооружения, снимали на камеру, проводили обмеры и возвращались обратно, в контору.

После одной командировки, Верочка очень усталая вернулась домой. Она чуть отдохнула и рассказала супругу: – Сегодня с утра, мы устремились на газораспределительный узел, что расположен в Пестравском районе. Это где-то на юге от города.

Жара, там стояла ужасная, как в Каракумах. Трава вся сгорела до самых корней. Подул небольшой ветерок. Пыль из степи полетела такая, что дышать невозможно. Как только люди там постоянно работают?

– Знаю. – откликнулся Паша. Накрывая на стол, муж объяснил, как он оказался в этих местах: – В советские годы, я часто бывал на хлебоуборке, трудился диспетчером сводной автоколонны. Следил за работой водителей и часто с ними общался в свободное время. Среди них мне встречались очень разные люди. От профессионалов, до таких разгильдяев, которых нельзя и к рулю подпускать.

Заметив, что жена заскучала, Паша перестал вспоминать свои давние годы, и покаянно вздохнул: – Извини дорогая, я прервал твой рассказ. Так что же случилось, на той ГРС?

– Ничего интересного. – оживилась супруга: – Полазали мы по объекту и всё изучили. Время уже подходит к обеду. Человек, который всё нам показывал, посмотрел на часы и сказал: – Есть здесь у нас, сельхозпредприятие, что в огромных объёмах производит пшеницу. Сейчас начался сбор урожая. Много водителей возит зерно на тока, а потом в элеваторы.

В пяти километрах отсюда, находится их полевая столовая. Там отлично готовят. Для местных работников, цены значительно ниже, чем в тех забегаловках, что стоят у дороги. Я знаю их повара и иногда, там питаюсь. Едем туда. Он мне не откажет и всех нас покормит.

По рассказам нашего гида, конец жаркого августа выдался очень сухим. Грунтовые дороги просохли и уплотнились до состояния камня. Гонять по ним стало одно удовольствие. Даже если ты мчишься, не в легковушке, а в раздолбанном «Зиле» или «Камазе».

Оно и понятно, ГАИ рядом нет. Движения почти никакого. Любую помеху всем видно, за пять или шесть километров. Повороты достаточно плавные, а если выскочишь колесом на обочину, то ничего с тобой не случиться.

Степь всюду ровная, как обеденный стол. Так что, жми до упора железку и вовсю наслаждайся быстрой ездой. Единственное, что портило всем настроение, была очень мелкая, белёсая пыль.

Я оглянулась назад и поняла, что наш провожатый говорит чистую правду. Пыль плотным столбом, поднималась до неба и тянулась за нашей машиной густым, длинным шлейфом.

Скоро мы подкатили с невзрачной столовой. Она находилась на самом краю большого села. К ней подходил узкий просёлок, проложенный от асфальтированной автодороги. Рядом стояло несколько грузовиков разного вида.

Наш провожатый зашёл в столовую со служебного хода, поговорил с толстым поваром и, вернувшись сказал, всё в полном порядке. Нам дали суп полевой со свининой, гуляш с картошкой-пюре и компот из засушенных фруктов. Была ещё выпечка и свежие сливки. Бери, сколько хочешь. Всё оказалось удивительно вкусным и невероятно дешёвым. Мы пообедали и вышли на улицу.

Оказалось, что после еды, водители сразу не садились за руль, и не торопились, тут же разъехаться по разным местам. Они сидели на лавочках под широким навесом, возле харчевни. Все болтали о том и о сём, курили, обсуждали последние новости, или рассказывали анекдоты и байки.

Мы тоже никуда не спешили и сели в тени, немного в сторонке. Благо, что места там было в достатке. Водители на нас с интересом взглянули, сразу заметили, что с нами кто-то из местных и ничего не сказали.

Вдруг, от большого шоссе, донёсся до нас очень длинный, автомобильный гудок. Заслышав его, все невольно взглянули туда, откуда послышался звук. Мы увидели новый «Камаз», что мчался к столовой на повышенной скорости. Следом за ним протянулось огромное облако пыли.

– Опять Мишка едет пустой. Летит, словно задницу, ему скипидаром намазали. – сказал какой-то шофёр.

– А чего ему не гонять? – поддержал разговор другой человек: – Машина у него совсем ещё новая. Двигатель восемь горшков, так что, тянет отлично!

– А чего он сигналит без передыху? – удивился третий водитель.

– Наверное, очень голодный. Просит, чтобы его пропустили без очереди. – предположил кто-то ещё.

Пока все обсуждали беспрерывный гудок, «Камаз» на полном ходу уже подлетел к сельской столовой. Он затормозил и, словно вкопанный, встал у крыльца. Шум двигателя немедленно стих. Сигнал захлебнулся. Все вдруг услышали странные звуки. Из-за машины послышался скрип тормозов.

Поднятая пыль быстро осела на землю. Мы с удивлением увидели нечто весьма необычное. Выяснилось, что впритык к «большегрузу» стояла старенькая голубая «Победа». Её ржавый бампер почти упирался в покрышки «Камаза». Заострённый капот едва не достал до низа выступающей рамы.

Из грузовика лихо выпрыгнул Мишка, широко ухмыляясь, он двинулся к старым друзьям. У него за спиной послышался стук закрывшейся дверцы. Из легковушки выскочил разъярённый старик и, матерясь во всё горло, метнулся к водителю.

Услышав пронзительный крик, парень глянул назад. Улыбка сползла с молодого лица. Шофёр бросился прочь от пожилого мужчины. Больше минуты, седой ветеран пытался поймать молодца и, не прерываясь даже на миг, голосил во всё горло. Мы все с изумлением смотрели на дикую сцену и не могли разобраться, что там к чему?

– Наверное, Мишка, где-то задел, тачку этого деда? Вот человек и ругается. – предположил один из водителей.

Наконец, старый преследователь окончательно выдохся. Оставшись без сил, он опустился на лавочку. Парень опасливо подошёл к запыхавшемуся пожилому мужчине и покаянно сказал: – Извините, пожалуйста, я не нарочно.

Затем, повернулся к удивлённым друзьям и сообщил: – В десяти километрах отсюда, я увидел «Победу» с поднятым к верху капотом. Я предложил мужику, дотащить до села, и взял на короткий буксир. Потом, дал по газам и совершенно забыл про него.

– Я же сигналил тебе, когда ты прошёл поворот, ведущий до нашей деревни. – пробормотал измученный бегом старик: – А ты мчишься вперёд, как угорелый! Потом, вылетел на этот просёлок. Я почти задохнулся от пыли и, вообще, престал что-то видеть. Даже не знаю, как нажал тормоз и не влепился в твой грузовик?

Осознав смысл ситуации, мы принялись хохотать. Все, как говориться, «ржали до колик». Только виновники трагикомедии продолжали угрюмо молчать.

Когда все отсмеялись, пожилые водители открыли капот старой «Победы». Они чуть покопались в моторе и устранили небольшую поломку. Старик завёл легковушку, развернулся и своим ходом уехал в деревню.

Мы ещё посмеялись, залезли в машину и потащились обратно. – весело закончила Верочка.

Паша слегка улыбнулся и усадил дорогую супругу за накрытый обеденный стол. Пора было плотно поесть.

В отличие от милой жены, он хорошо понимал, что та легковушка легко могла съехать с дороги на крутом повороте, и потащить за собой пустой грузовик. В такой ситуации, оба участника гонки очутились в кювете. Перевернулись бы там, весьма покалечились, а то и погибли.

Доброе дело

В двенадцать часов, в проектной конторе, начался перерыв на обед. Верочка встала из-за стола и поспешила в столовую, чтобы поесть. Возле «ВНИПИ» их находилось несколько штук. После еды, женщина немного гуляла по внушительной площади имени Куйбышева.

Пришла та пора, что в огромной России, всегда называется, «бабьим» или «марфиным летом». Деревья на улицах, в скверах и парках стали готовиться к наступленью зимы. Кроны на них начали жухнуть и обретать разный цвет. Они дружно окрасились во все оттенки зелёного, жёлтого, красного колера. Под ногами приятно шуршали опавшие листья.

Погода стояла на удивление тихая. Солнце светило вовсю, но висело уже, не так высоко над землею, как месяц назад. Температура не поднималась выше двадцати градусов в полдень, а по ночам опускалась, почти до нуля. Утром и вечером было довольно прохладно. Приходилось ходить в лёгких куртках.

В такой замечательный час, Верочка шла по уютному скверу, что был расположен напротив её института. Там ей и встретился высокий и крепкий прохожий. На вид ему было, немного за сорок.

Верочка глянула человеку в лицо и сразу узнала его. Это был Василий Киреев, двоюродный брат второго супруга, Вадика Рощина. Она с ним познакомилась лет девять назад, когда переехала к мужу на Сухую Самарку.

В то давнее время, Василий был жизнерадостным, и весьма интересным мужчиной лет тридцати с небольшим. Благодаря свойствам характера, он всюду имел много друзей и хороших приятелей.

После замужества Верочки, они часто встречались у общих знакомых. Как и всякая, красивая женщина, она быстро нашла с человеком общий язык, и узнала тогда, много чего необычного.

В восьмидесятых годах, Василий окончил политехнический техникум и «по распределению попал» в речной порт города Куйбышева. Он был родственником большого начальника и, по мощной протекции, быстро устроился на престижную должность.

Парень работал механиком на нефтетанкере зарубежного советского флота. В те времена, такие большие суда, с самой ранней весны, и до поздних дней осени, возили мазут за границу.

Корабль относился к тому типу судов, что могли ходко плавать, как по реке, так и по мелкому Балтийскому морю. Он брал на борт топливо СССР, и шёл по каналам и рекам до самого устья Невы. После чего, спускался в солёные воды и заходил в порты соседней Финляндии.

Несколько дней, танкер стоял под разгрузкой и пустым возвращался назад. Верочка точно не помнила, сколько же рейсов он делал за всю навигацию? На взгляд жителей города, закрытого для всех иностранцев, он бывал за «бугром» удивительно часто.

Василий освоился в новом рабочем пространстве и быстро узнал, что, где и как, и по чём. Затем, как и все моряки того славного времени, парень занялся небольшой контрабандой.

Он вовсе не был антисоветчиком или тряпичником. Так что, не начал возить западную литературу и джинсы. Ведь на любой барахолке их уже было навалом. Василий брал лишь пластинки зарубежных ансамблей и порножурналы разного вида.

Нужно напомнить читателям, кое-какие порядки, которые бытовали тогда в СССР. Гражданам, что оказались вдруг за границей, позволялось иметь при себе лишь небольшие карманные деньги. На них можно было, сходить на какой-нибудь фильм, купить сигарет, выпить бутылочку пива или чашечку кофе.

Благодаря такой постановке вопроса, Василий не мог шиковать. Он брал в соседней Финляндии лишь залежалый товар. Тот, который хозяевам лавочек, не удавалось «толкнуть» своим покупателям.

Парень платил продавцам только сущую мелочь, но и они не оставались в убытке. Даже были, ему благодарны. По настоятельной просьбе механика, финны клали журналы и «диски» в мешки из очень прочного пластика и, надёжно запаивали все края упаковки.

Василий спешил на советский корабль и сразу спускался в моторный отсек, в котором ударно работал. Он брал медную проволоку и крепил все покупки к внутренним стенкам внушительной ёмкости. После чего, заполнял до краёв отработанным маслом из огромной машины.

Закончив разгрузку мазута, танкер направлялся на родину. Там за него, плотно брались пограничники. Они «шмонали» корабль от киля до клотика, и искали товар, запрещённый для ввоза в СССР.

Но так они действовали только на верхних палубах танкера. Когда же, служивые люди спускались в глубины огромного судна, то их поведение резко менялось. Никому не хотелось, нырять в удивительно грязную и вонючую жидкость. Они только шарили острым багром по дну крупной ёмкости. На этом досмотр и заканчивался.

По прибытии в родной волжский порт, танкер вставал возле пирса. Масло сливали и отправляли в переработку или очистку. После чего, парень лез в пустой тёмный бак и доставал оттуда пакеты.

Он аккуратно снимал с них, испачканный пластик, а чистую, словно снег, контрабанду уносил в портфеле домой. Затем, он звонил своим многочисленным друзьям и приятелям. Те приходили к нему и тотчас раскупали привезённый товар.

В давно минувшие, восьмидесятые годы, подобные вещи уходили на рынке от десяти «деревянных» до тридцадки за штуку. Меж тем, как средняя зарплата в стране, не превышала тогда и двух сотен рублей.

Благодаря внушительной прибыли, парень за несколько лет, купил для себя неплохую квартиру, машину и мебель. То бишь, обустроился по полной программе. Да ещё и приличную сумму, он отложил на безбедную жизнь.

Всё шло хорошо, до определённого времени. Потом, к нему вдруг пришёл его лучший друг. Константин был старше Василия на семь с лишним лет, а женился, ещё до того, как отправился в армию.

Мужчина явился сильно расстроенный и рассказал, довольно простую историю. Выяснилось, что семнадцатилетняя дочь забеременела от своего однокашника. Казалась бы, и что здесь такого? Дело-то, очень знакомое. Та же история произошла и с самим Константином, когда он ещё, был совсем молодым.

Однако, всё дальше пошло вовсе не так, как очень хотелось огорчённым родителям девушки. Молодой человек вдруг передумал жениться. Ну, а виновница большого скандала, не захотела, сделать аборт. Она заупрямилась и твёрдо решила, оставить ребёнка.

Огорчённый такими событиями, отец юной мамаши, пораскинул мозгами и обратился к самому лучшему, неженатому другу. Он попросил, расписаться с его непутёвой дочуркой.

Свой изумительный план Константин объяснил товарищу, так: – Вы поставите штампы в своих паспортах. Уже через месяц, молодая жена подаст на развод и ты снова будешь свободен, как птица. Тебе всё равно, а мне ты окажешь большую услугу. Соседи не будут болтать, мол, глупая Катька «принесла в подоле».

На том они и решили. Константин взял документы Василия. Через несколько дней, лучший друг их принёс, уже с синим штампом на нужной странице. Ёще через месяц, процедура опять повторилась. Рядом с первой отметкой появилась печать о расторжении брака.

По тогдашней традиции, о том удивительном случае, сразу узнали в администрации порта. «ЗАГС» им всё сообщил. После чего, парня решили, выгнать с «загранки» за «аморальное поведенье в быту». Мол, не успел он жениться, как сразу развёлся. А такой образ жизни, «порочил честь и достоинство настоящих советских людей».

Пришлось молодому механику, тотчас подключить все свои личные связи. С огромным трудом он смог удержаться на хорошей работе. Василий помотал себе нервы, но всё же, ушёл в новый рейс, что направлялся в Финляндию. Жизнь потекла себе дальше. Парень совсем позабыл о той скромной услуге, которую он оказал лучшему другу.

Меньше чем через год, в бухгалтерию порта, где работал Василий, прилетела бумага из райсуда города Куйбышева. К ней прилагался «исполнительный лист на алименты в пользу ребёнка». Они составляли четвертую часть от зарплаты механика.

Приличные деньги, должны были пойти, на содержание сына, маму которого «счастливый отец», видел лишь раз, года четыре назад. Тогда ей, ещё и не стукнуло даже пятнадцати.

Парень помчался к лучшему другу и услышал такие слова: – Ты же сам расписался с моей беременной дочерью. Хоть жена и ушла от тебя, согласно советским законам, ты должен кормить её сына, до восемнадцати лет.

Насколько я знаю, денег у тебя предостаточно. Конечно, ты можешь подать заявление в суд и попытаться признать, этот брак недействительным. Только учти, в КГБ тотчас узнают о всей контрабанде, что ты возишь сюда из Финляндии.

На том разговор и закончился. «Лучший друг» вытолкнул парня за дверь. Чуть позже, бедняга узнал ещё кое-что. Оказалось, его бывшая «дорогая супруга» расписалась с отцом своего, новорождённого сына.

Молодожёны учились в одном институте, получали небольшие стипендии, и, совершенно естественно, им не хватало на жизнь. Они обратились за помощью к предкам жены. Вместо того, чтобы давать дочке деньги, Константин ей предложил, получать алименты с «барыги, который возил контрабанду в страну».

Василий немного подумал и твёрдо решил, хватит с него и того, что он уже сделал, для беременной девушки «доброе дело». Ведь он оформил с ней брак, и не позволили соседям «лучшего друга», трепать её «честное» имя.

Тем самым, Василий испортил свою биографию и едва не лишился престижной работы. Мало кто знает, сколько средств и трудов, парень потратил на то, чтобы удержаться на танкере, ходившем в Финляндию.

Однако, кормить чужого ребёнка до восемнадцати лет, он, почему-то, совсем не хотел. К тому же, он понял очевидную вещь. С течением лет, аппетиты у «бывшей супруги» обязательно вырастут. Она начнёт требовать всё больше и больше, и станет шантажировать тем, что он возит в страну контрабанду.

Василий тщательно взвесил все обстоятельства данного дела и пришёл к заключению – всё, что нужно для жизни у него уже есть. Денег накоплено довольно прилично. Так что, ему волноваться, совершенно не стоит.

После долгих раздумий, Василий написал заявление. К удивлению всех окружающих, он уволился из речного порта, где был постоянно на хорошем счету. Механик отдохнул месячишко и устроился сторожем в небольшую «шаражку».

Там парню платили минимальные деньги, только семьдесят с чем-то рублей в течение месяца. Подобная ставка была впятеро меньше, чем он получал, когда плавал на танкере.

Вот с этой «значительной суммы» и начали «драть, с него алименты». Теперь они составляли восемнадцать рублей, а не все девяносто, что забирались недавно в порту. Все его алименты, равнялись половине стипендии его «бывшей жены». На подобные деньги, двум взрослым людям с ребёнком, прожить невозможно.

Идти в КГБ Константину уже, не было смысла. Ведь алиме́нтщик теперь не трудился на танкере и не ходил за границу. А если сказать, что он раньше возил контрабанду, то чекисты немедленно спросят, а почему ты тогда, не сообщил нам об этом? Получается, ты его покрывал? Значит, схлопочешь немаленький срок за потворство врагу. Пришлось «лучшему другу», начать помогать своей милой Катьке.

Спустя один месяц, Василий снова включил всё своё обаяние и договорился с начальником нового места работы. Шеф вошёл с ним соглашение. Он забирал в бухгалтерии остатки «огромной» зарплаты, начисленной сторожу, а молодой человек, вообще, не являлся на службу.

Благодаря появившемуся, свободному времени, Василий начал «пахать» автомехаником. Теперь, парень целыми днями, торчал в своём гараже. Там он чинил легковушки друзей и знакомых, за что получал наличные деньги. Выходило нисколько не меньше чем раньше в порту.

Зато, он занимался любимой работой и всегда находился рядом с уютной квартирой. Он больше не трясся в ходе каждого «шмона», который всегда проходил на границе. Так что, парень уже не о чём не жалел.

Лишь сильно выпив, он, иногда, впадал в меланхолию. Тогда, с болью в голосе, парень вдруг вспоминал, как он «пожалел лучшего друга». Потом, он всегда добавлял: – Правильно все говорят, ни одно «доброе дело» не остаётся у нас безнаказанным.

Встретившись глазами с Василием, Верочка тотчас поняла, он её тоже узнал: – Здравствуй. – сказала она.

– Привет, что ты тут делаешь? – весело поинтересовался мужчина.

– Работаю в этой «стекляшке». – откликнулась женщина и указала на офисный центр, который стоял через дорогу от сквера.

– А, как интересно, ты здесь оказался? – тут же спросила она.

– Приехал сюда за кое-какими частями. Теперь у меня мастерская по ремонту автомашин. Живу, как и раньше в посёлке Сухая Самарка. Там и построил себе небольшой павильон. Как дела у тебя?

– Вышла замуж опять. Работаю проектировщиком в этом большом институте. – коротко поведала Верочка.

– После того, как ты ушла от Вадима, я закончил платить алименты и, наконец, обзавёлся семьёй. У нас, уже появился сынок. – с гордостью похвалился Василий.

– Поздравляю, а как поживает мой бывший?

– Тоже женился. У него дочке, около года.

– Очень рада, что у вас всех, всё идёт хорошо. – ответила Верочка. Она посмотрела на ручные часы и с огорченьем увидела, что перерыв на обед подходит к концу. Женщина улыбнулась Василию, смущённо сказала: – Извини, мне нужно бежать.

– Пока. – бросил он ей в ответ.

Она быстро направилась к офису. Свой сотовый, мужчине она не дала, а его брать не стала. Зачем, поддерживать связь с двоюродным братом бывшего мужа? Хватит того, что с ним столкнулась на улице.

Глава III. Житейские мелочи

Фортепьянный концерт

Верочка очень любила ту музыку, что называли классической. После того, как она перешла на работу в «ВНИПИ» она стала значительно чаще, ходить в филармонию в будние дни.

Ведь от её, стеклянного офиса до «очага самарской культуры» была всего-то тысяча метров. Вышла по окончании напряженного дня, прогулялась по «старому» городу и через десять минут, ты уже оказалась на месте.

Обычно, компанию ей составляла её бывшая соученица Ирина. Она трудилась секретарем в «Самарском дворце детского творчества», что находился на улице Куйбышевской.

В 2002-м году, она поступила на вечернее отделение института культуры, а если выражаться попроще, то просто в «кулёк». Там приходилось учиться всего только три с чем-то года. Зато, в синем дипломе говорилось о том, что она получила такое же «верхнее» образование, как и её дорогая подруга. Такая бумага позволяла бы Ире, двигаться дальше по ступеням карьеры.

Работой Ирину, грузили не так, чтобы сильно. Свободного времени, имелось достаточно. Благодаря такому режиму, она часто сидела в сетях интернета и всегда была в курсе, музыкальных событий страны. Она рассказала подруге эту историю.

По какой-то причине, Николай с раннего детства вдруг полюбил серьёзную музыку. В то время, по радио часто крутили отрывки из симфоний и опер в исполнении музыкантов Союза и всего остального культурного мира. Мальчик с большим удовольствием слушал, сложные произведения и с удивительной лёгкостью, запоминал каждую ноту.

Николаю хотелось играть, но в семье не нашлось ни одного инструмента, ни трёхрядной гармони, ни шестиструнной гитары, ни простой балалайки. Он мог только петь, но у паренька, к сожалению, не было мелодичного звонкого голоса.

Родители мальчика трудились на фабрике огромного города, стоящего в центре гигантской Сибири. Жила молодая семья, ничуть не богаче других. Заработанных денег хватало, лишь на еду, на простую одежду для всех, да на оплату квартиры, которую им, когда-то давно, бесплатно дала родная держава.

Отпуск они проводили в соседнем районе, в деревне у бабушки с дедушкой по линии мамы. Папа, тот вообще, лишился всех родственников и вырос в местном детдоме. Как говорили в те годы, у ребёнка имелись «игрушки из дерева и тяжёлое детство».

Дальше всё стало значительно хуже. Наступили, «святые девяностые годы», как заявила потом, вдова первого президента России Б. Н. (Беспробудно Нетрезвого) Ельцина.

Для романтичной Фаины и её окружения, что приХватизировало половину страны, они возможно и были «святыми». Для всех прочих людей, они оказались кошмарными.

Фабрика, где трудились все жители города, внезапно закрылась. Родители лишились работы и стали мотаться за тряпками в соседний «богатый» Китай. Благо, что наши соседи открыли границу. Вернувшись с тюками вещей, они по дешёвке, всё сдавали барыгам, и немедленно мчались назад.

В одной из поездок отец Николая бесследно исчез неизвестно куда. То ли, ему надоела тяжёлая доля, и он уехал искать себе лёгкую жизнь? То ли, его где-то убили бандиты из-за тоненькой пачки дешёвых юаней? Скорее всего, случилось второе.

Мальчик, сидел один дома с младшей сестрой. По утрам он ходил в десятилетку, а потом, целыми днями, слушал центральное радио. В первую очередь, те передачи, где не крутили современные шлягеры.

Сердобольные люди узнали, о любви паренька к классической музыке. Одинокий старик порылся в кладовке и отдал ему трофейный баян, привезённый отцом из побеждённой фашистской Германии. Там западало множество кнопок, но Николай, и такому презенту, был удивительно рад.

Он быстро освоил непростой инструмент, разучил те мелодии, что нравились всем окружающим, и стал их наигрывать всё свободное время. Репертуар паренька стремительно рос. Мальчик отчётливо понял, баян обладал, диапазоном всего три октавы, а у пианино их в три раза больше.

После Нового года, Николай побеседовал с учителем пения своего пятого класса. Тот рассказал, что на окраине города стоит музыкальная средняя школа. Мужчина объяснил пацану, в какие часы там работают, как добраться туда, и кого нужно спросить.

Парнишка учился в первую смену с восьми до двенадцати. После уроков, Николай сразу рванулся в свою небольшую квартиру. Мама снова умчалась в Китай, сестра находилась в детском саду, который пока не закрыли. Ключ у мальчишки болтался на шее, на прочном шпагате.

Подросток схватил потёртый футляр со старым баяном и двинулся в путь. Пришлось добежать до остановки автобуса, проехать пятнадцать минут в общественном транспорте и только потом, он оказался на месте. Хорошо, что кондукторша сжалилась, и не выгнала Колю вон из салона. Ведь он не мог, заплатить за проезд.

Школьный директор весьма удивился, когда в кабинет, ввалился усталый, плохо одетый мальчишка. Мало того, он заявился с огромной коробкой, которая оказалась большой и тяжёлой. По облезлому внешнему облику, стало понятно, инструмент изготовили очень давно. Более полувека назад.

Путаясь в терминах, Николай сообщил о своём увлечении классической музыкой. Не прерывая рассказа, он скинул на пол пальто и ушанку, достал из футляра баян, уселся на стул и начал играть. Он очень уверенно исполнял непростые мелодии, и поражённый мужчина слушал его почти четверть часа.

Раздался звонок с очередного урока. Началась перемена. В коридоре послышался шум голосов многих детей. Директор прервал необычный концерт и очень серьёзно сказал:

– Насколько я понял, ты стремишься попасть в музыкальную школу. Должен тебе сообщить, ты здесь не научишься чему-то такому, чего ты уже не умеешь. Ты превзошёл большинство старшеклассников, а может быть, и учителей.

– Я хочу, играть на рояле. – озвучил мальчишка свою очень большую мечту.

– Учебный год давно начался. Тебе было нужно, явиться сюда в конце августа. – хмуро ответил директор.

Увидев расстроенное лицо паренька, мужчина подумал о том, что такие способности попадаются исключительно редко. И чем раньше, с таким вундеркиндом начнут заниматься, тем больших высот он сумеет достичь.

В такой ситуации, любая задержка может сказаться на мастерстве исполнителя. Директор вздохнул и добавил: – Ладно, ты умеешь играть на баяне, возьму тебя в школу, как исключенье из правила.

Приходи завтра, в это же время, в первый класс фортепьяно. Он на втором этаже, в левом крыле. Начнёшь, как и все остальные, с самых азов. Если ты к маю, не нагонишь ребят, выгоню в шею.

– Большое спасибо. – со счастливой улыбкой сказал Николай. Он положил инструмент в громоздкий футляр, аккуратно защёлкнул замки и взял его ручку правой ладонью. Левой, мальчишка схватил шапку с пальто и стремительно выскочил из кабинета в приёмную. Он очень боялся, что строгий мужчина изменит решение.

К наступлению жаркого лета, Николай не только догнал своих одноклассников, но и ушёл от них всех, на год вперёд. Так он и двигался дальше с удвоенной, а то и утроенной скоростью.

К счастью мальчишки, в их блочном доме, проживала седая старушка, имевшая дворянские корни. Когда-то давно она даже была неплохим исполнителем. Во время войны, постоянно участвовала в «агитбригадах», выезжавших на фронт. Там давала концерты, вместе с очень известными, артистами СССР. Встречалась с Шульженко и с Леонидом Утёсовым.

Всю мирную жизнь она проработала преподавателем музыки и до сих пор не забыла своё ремесло. Плюс ко всему, в её тесной квартире стояло чёрное пианино марки «Октябрь». На нём, она подолгу играла от скуки.

Многие годы, женщина находилась на пенсии. Ей стало удивительно скучно, сидеть в одиночку, в опустевшей квартире. Услыхав от подруг про мальчишку с большими способностями, она предложила ему посильную помощь. Причём, предложила, совершенно бесплатно.

Личного инструмента, Николай не имел. У мамы не было денег на такую большую покупку. Баян ему больше, не мог, хоть бы в чём-то помочь. Мальчик, с огромной охотой, стал посещать старую женщину. Как это ни странно, она очень многому его научила.

К окончанию десятилетки, Николай замечательно играл на рояле. Музыкальная школа стала его посылать на различные конкурсы. Сначала, лишь на районные и городские. Потом, на областные и краевые. Дошла очередность до всероссийских тусовок.

К сожалению преподавателей, призовые места занимали другие ребята. В первую очередь, те «золотые» подростки, что счастливо выросли в комфортных условиях. Они начинали учиться чуть раньше него, и в исполнении трудных вещей, уже поднялись значительно выше.

Однако, жюри каждого крупного конкурса всегда отмечало недюжинное мастерство Николая. Оно отличалось от всех, какой-то особенной теплотой и лиричностью.

Местная филармония, наконец-то, заметила талант паренька. Его пригласили к директору музучреждения, где заключили с ним пробный контракт. Николай должен был ездить с концертами по городам и весям Сибири.

Делал он это на удивленье успешно. Манера его исполнения, весьма привлекала людей. В течение нескольких лет, его обычное имя стало известно в глубинке России. Постепенно, круг турне расширялся. Парень стал выезжать за Уральский хребет, на Дальний Восток, в Казахстан и Китай.

Николай упорно трудился над улучшением техники фортепьянной игры. Он себя посвящал любимому делу, и по многу часов проводил за роялем. На всё остальное, у него не хватало свободного времени. К тридцати двум годам он ещё не женился. У него оказалась одна большая любовь – Её Величество Музыка.

В это самое время, судьба занесла музыканта в Самару. Прорепетировав день в душном маленьком зале, Николай решил прогуляться. Он выбрался из филармонии и неспешно пошёл по узенькой улице «старого» города.

Стрелки хронометра показывали девятнадцать часов. Стояла поздняя осень. Уже сильно стемнело. Погода оказалась дождливой и ветреной. Машин было мало. На тротуарах почти не встречалось людей.

Николай вдруг заметил, далеко впереди, что-то случилось. Он непроизвольно рванулся туда. Оказалось, что два молодых человека пристали к худенькой девушке. Они хватали её за тонкие руки и пытались отнять дамскую сумочку.

Скорее всего, хулиганам не хватало на выпивку. Вот они и решили, добыть их у редких прохожих. Ведь сегодня, у каждого есть телефон, а то и смартфон. Всё это стоит приличную сумму. Нужно лишь знать, кому можно сдать «палёную вещь». Такие барыги имеются в каждом посёлке, не говоря уж о городе, вроде Самары.

Николай не стал думать о том, как лучше всего поступить? То ли, забыть обо всём и немедля вернуться назад? То ли, отойти метров на двадцать, и вызвать оттуда полицию? Парень просто вступился за хрупкую девушку.

Почти всю свою жизнь он провёл в тихой комнате, и разучивал сложные музыкальные пьесы. Вследствие этого, драться он совсем не умел. Чего невозможно сказать о двух хулиганах.

Пришлось Николаю закрыть бедную девушку собственным телом и довольно неловко принимать все удары. Обозлённые его появлением, урки разошлись не на шутку. Они сбили с ног доброхота и стали пинать его, как мешок с отрубями.

Удивительно вовремя, для горе-защитника, появилась машина с голубым маячком на кабине. Видно, их вызвал какой-то жилец из ближайших домов. Пока полицейский наряд выбирался из салона на улицу, хулиганы нырнули в тёмный проулок и тут же исчезли неизвестно куда.

Пострадавших отвезли в отделение. В участке неожиданно выяснилось, у Николая на теле великое множество кровоподтёков и ссадин. Его сразу отправили в ближайшую клинику.

Врачи сделали рентгеноскопию пострадавшей конечности, посмотрели на снимок и поставили страшный диагноз – перелом правой руки. Музыканту обработали раны и наложили повязку из гипса. Страдая от боли, он вернулся в гостиницу.

Лена дала показания следователю, и объяснила, что же случилось на улице «старого» города и кто же во всём виноват. Её слова подтвердила видеозапись, снятая камерой, что находилась поблизости от данного места.

Полицейские сразу открыли уголовное дело по поводу возникновения драки, и на этом всё кончилось. Кому нужно искать двух подонков, что намяли бока двум несчастным прохожим? Ведь синяки заживут через несколько дней. Не убили никого, не ограбили, вот и отлично. У блюстителей городского порядка, и без этих придурков хлопот полон рот.

Спустя одни сутки, Лена немного оправилась и, для поднятия духа, решила немного развлечься. Тем более, что не очень давно, она взяла в кассе абонемент на десяток концертов классической музыки.

Девушка пришла в филармонию перед первым звонком. В фойе она с огорченьем узнала, что всё отменяется. Исполнитель вдруг заболел. Поговорив с билетёршей, меломанка узнала, что пианист сломал себе руку.

Лена взглянула на большую афишу, висевшую рядом. На листе, виднелось лицо того самого парня, что вчера за неё, заступился на улице. Как она крепко запомнила, звали его Николай.

Девушка попыталась узнать, где живёт музыкант? Выяснилось, что он ещё утром, улетел в родной город, который находится, где-то в Сибири. Зная, что для пианиста, повреждение руки почти приговор, девушку тут же развила сумасшедшую деятельность.

Она подняла всех знакомых и прочла материалы того уголовного дела, что менты возбудили из-за драки на улице. К копиям этих бумаг, девушка приложила запись с той камеры, на которой всё было, отчётливо видно. Добавив свои комментарии, Лена всё выложила в международную информационную сеть.

Как это ни странно, но данная новость «взорвала» интернет. Как оказалось, многие меломаны России знают и любят игру Николая. Кто-то из блогеров, объявил сбор денежных средств на лечение пострадавшей руки.

Удивительно скоро, собрали довольно приличную сумму и её сразу отправили на счёт музыканта. Николай через сеть, поблагодарил тех сограждан, кто ему сильно помог в столь тяжёлое время. Затем, стал размышлять, где продолжить лечение?

С давних веков, медицина Германии считалась передовой и самой успешной. К сожалению парня, на поездку в Европу ему не хватало. Получалось, что он может отправиться, только в столицу России. Да и то, если прилично займёт у друзей и знакомых.

Как твердили врачи, лишь в златоглавой Москве, хоть что-то осталось со славных советских времён. Не то, что в центральной Сибири. Всё вышло именно так, как ему говорили. Лучшие медики не посрамили страну и совершили невероятное чудо.

Они пролечили поврёждённую руку удивительно здорово, так, что на ней не осталось следов. Вот только на это ушло три долгих месяца. Меж тем, как игра на рояле, настоятельно требует, постоянных упорных трудов. Иначе моторика пальцев снижается.

Пришлось Николаю вновь начинать почти с самых азов. В первую очередь, он продал небольшую квартиру с роялем, что приобрёл, когда гастролировал по бескрайней Сибири.

Полученных денег хватило на то, чтобы расплатиться с долгами, которые у него накопились за время лечения. Он поселился у своей старенькой мамы и начал усиленно «разрабатывать» руку.

Старушка учительница, тут же узнала о трагедии парня и подарила ему своё пианино, чёрный «Октябрь». Кроме того, она помогала советами из своей собственной практики.

Так же, как раньше, Николай «крепко пахал» каждый день, без передышки, по многу часов. Чтобы заработать на жизнь, он почти за бесплатно, постоянно учил соседских детишек.

Минуло полгода огромных трудов и настойчивый парень восстановил прежнюю прекрасную форму. Он отправился к антрепренёру и попросил его снова, заключить с ним контракт.

Прирождённый деляга не хотел даже слушать об этом. Он доподлинно знал, что для больших музыкантов, подобные травмы не проходят бесследно. К счастью, мужчина вспомнил о громкой шумихе, что не очень давно, поднялась в интернете.

Антрепренёр подумал о том, что на этом удастся прекрасно сыграть. Вдруг те меломаны, что дали деньги на лечение руки музыканта, соберутся узнать, на что же ушла их скромная помощь? С ними придут их друзья и знакомые. Глядишь, он отобьёт, ту крупную сумму, что придётся потратить, на организацию всех выступлений?

Продюсер заключил с Николаем контракт и тот получил ещё один шанс от судьбы.

По замыслу антрепренёра, первым городом в новом туре оказалась Самара. Ведь нужно напомнить музыкальной общественности, о месте недавней трагедии. Это хорошо подхлестнет интерес к исполнителю.

Концерт прошёл на удивление гладко и мощно. Николая играл так, как никогда в своей жизни. Благодарная публика разразилась овациями. К сцене рванулись, юные дамы и женщины с цветами в руках. Среди них оказалась и Лена.

Николай сразу вспомнил ту хрупкую девушку, за которую он заступился почти год назад. Знал он так же и то, что с её лёгкой подачи, организовали сбор денег в информационной сети. По всему выходило, она не только являлась причиной трагедии, но и стала тем средством, что помогло, музыканту излечиться о травмы.

К тому же, лицом и фигуркой она оказалась весьма хороша. Николай вдруг решил, что не стоит теперь, сильно злиться на такую поклонницу. Ведь всё обошлось, он снова играет прекрасную музыку.

Парень дал ей визитку со своим телефоном. Через полгода они поженились. В этом тоже была рука Проведения.

Разговор с нанимателем

Ближе к семи часам вечера, Верочка очень усталая, вернулась с работы домой. Она скинула туфли и вымыла руки в небольшом санузле. Затем, прошла в тесную комнату, быстро переоделась в домашнее платье и поспешила в малометражную кухню.

Паша трудился в проектной конторе, что находилась значительно ближе, чем фирма жены. Поэтому, он приходил на полчаса раньше неё. Как самый свободный член их семьи, он накрывал обеденный стол.

Зато, после еды, Верочка без понуканий мыла посуду. Как это ни странно, но она очень любила заниматься подобной работой. Так у неё голова отдыхала от насущных вопросов.

Судя по недовольному виду, с супругом случилось, что-то весьма неприятное.

– У тебя всё в порядке? – спросила жена

– Ты же ведь знаешь, – начал рассказывать Паша: – мне платят не так, чтобы много, а заставляют пахать за двоих. Да ещё и начальство относится к нам, как к крепостным позапрошлого века.

Однажды я слышал, как хозяин нашей маленькой фирмы, сказал кому-то по сотовому: – Чего ты о них беспокоишься? Инженеры это же мусор. Выгоним этих, примем других.

Совершенно естественно, я тут же решил, найти для себя другую работу. Для этого вошёл в интернет и дал объявленье на сайте «Head Hunter». Пройдясь по всем нужным окнам, я разместил своё резюме, телефон, а так же e-mail.

Кстати сказать, я там повесил и твою информацию. Вдруг и тебя пригласят, на новое рабочее место? Кто его знает, может быть, оно будет получше, чем то, где ты теперь трудишься, словно ишак?

– В общем, – продолжил супруг: – оставалось лишь ждать человека, которому нужен проектировщик, вроде меня. И вот, сегодня, мне позвонили. Мужской уверенный голос задал вопрос, что я умею? Пришлось без утайки всё рассказать. Он сообщил, что у них в перспективе много серьёзных и крупных объектов.

Им требуются специалисты высокого класса, что умеют делать проекты самого различного профиля. Судя по анкете на сайте, я им подхожу, но на всякий пожарный, нужно взглянуть на портфолио моих прежних работ. После чего, меня пригласили, придти к ним, для знакомства.

Сказав руководству, что мне нужно уйти по личным делам, я отпросился со службы и помчался по адресу, данному мне собеседником. Доехал до места я удивительно шустро, а не так, как обычно, когда приходилось, ждать нужный транспорт.

В большом офисном здании я быстро нашёл дверь с нужным мне номером. Успокоив дыхание, встревоженное подъёмом по лестнице, я постучал в тонкую створку, и смело шагнул за порог.

Передо мной оказался небольшой кабинет размером три метра на пять. В нём стоял шкаф для верхней одежды, четыре конторских стола с мониторами и четыре офисных стула. В комнате находилось трое мужчин лет тридцати. Развернуться там было собственно негде. Сесть посетителю тоже.

Любезный молодой человек мне сообщил, что начальник конторы сейчас подойдёт. От нечего делать, я достал из авоськи альбомы с портфолио. В них находились цветные картинки, что я раньше сделал с трёхмерных виртуальных моделей.

Я показывал их своему собеседнику и рассказывал об этих объектах. Почти все они были построены. Кое-какие, находились поблизости от данного здания. Их все горожане легко узнавали.

Мой визави громко восхищался увиденным. Два его сослуживца, немного послушали болтовню архитектора, что рекламирует свои достижения. Они сильно поморщились, переглянулись, и пошли покурить.

Тут появился сухощавый начальник конторы. Ему было, где-то под сорок. Я начал рассказ по новому кругу. К откровенной досаде, мои наработки не произвели впечатления на хозяина фирмы.

Он небрежно листал цветные картинки фасадов и лениво рассматривал планы многоэтажных домов, крупных торговых и офисных центров. Всё говорило о том, что это ему, совершенно не нужно. А замечательный «рендер» моделей, тем более.

Кончилось тем, что он спросил напрямую: – А вы в «Автокаде» работать умеете?

Немного опешив от такого вопроса, я постарался объяснить человеку, всё, что он увидел, сделано в названной им чертёжной программе. Кроме того, я владею ещё кое-какими вещами подобного рода. Я назвал: «ArchiCAD», «3d Max», «Photoshop» и «Artlantis».

Хозяин стал говорить, что именно нужно его новой конторе? С его слов выходило, я должен всё делать совершенно один. То ли, он даже не знал, что над любым крупным зданием усиленно трудятся десять, а то и двадцать сотрудников?

То ли, собирался найти исполнителя типа Леонардо да Винчи. Того, кто «на все руки мастер». Плюс ко всему, согласования с городскими властями должны были лечь на его мощные плечи.

После таких «умных» слов, я, наконец, догадался, передо мной дилетанты, что никогда не проектировали большие объекты. То бишь, детишки или племянники крупных чиновников. Так называемые, «эффективные менеджеры», которые в жизни, ничего сроду не делали.

Вельможные боссы создали фирмёшку для своих личных целей. Через эту контору они начнут пропускать большие заказы от госбюджета. Главная часть от оплаты, уйдёт на счета за границей, а пахать будут здесь, такие вот лохи, вроде меня. Один за семерых человек.

Я собрался уйти, но мой собеседник спросил, когда мне удастся, придти к ним на работу? И сумею ли я, сидеть в этом офисе с девяти до шести каждый день? Видно его сильно смутила моя седина. Пришлось слегка задержаться, чтобы ответить на важный вопрос.

Я сообщил нанимателю, что смогу к ним устроиться только к первому мая. Ведь две недели уйдёт, на увольнение с прежней работы.

– А сможете вы работать на «удалёнке»? – живо поинтересовался мужчина.

– Да. У меня есть компьютер и «Автокад» с интернетом. – кивнул я нанимателю.

– Нас это очень устраивает. Только зарплата будет не сорок тысяч, а лишь тридцать пять. – сильно обрадовался сорокалетний хозяин.

– «Интересная выходит картина». – сразу подумалось мне: – «Я буду использовать личную технику. Плюс ко всему, брать из своего кошелька за электричество, за выход в информационную сеть и за мобильник, для постоянных разговоров с конторой.

Меж тем, как данная фирма хорошо сэкономит на аренде одного кабинета и не создаст для меня рабочее место. То есть, не купит новый компьютер с программой, мебель и прочие нужные вещи. Мало того, она и платить станет меньше на двенадцать с половиной процентов. Нехилый гешефт».

Не обращая внимания на мой кислый вид, мужчина бодро продолжил: – Для начала вы проведёте небольшую работу. Нужно вычертить планы четырёхэтажного здания. По ним мы будем делать проект реконструкции. Как скоро вы сможете справиться с этим заданием?

Он протянул мне пачку листов А4. Быстро их проглядев, я понял это ксерокопии тех чертежей, которые выдаёт БТИ (бюро технической инвентаризации города). На них оказалось много пометок карандашом. Видно, кто-то прошёлся с рулеткой по зданию и местами нанёс, кое-какие размеры. Здание было достаточно крупным, шириною метров пятнадцать, а длинной, все шестьдесят.

– На эти планы мне потребуется не меньше недели. – сказал я уныло. Мне предлагали работу для техника, а не для зодчего приличного уровня.

– Кроме того, – продолжил я тут же: – для проекта реконструкции здания нужны будут разрезы с фасадами. Это потребует ещё столько же времени. А если делать «трёхмерку», то добавьте сюда несколько дней. Итого, на работу уйдёт около месяца.

– «Трёхмерка» теперь никому нужна. – отрезал мой визави: – А вы, должны внести в планы воздуховоды и все батареи. Они на бумаге отмечены.

Я печально покачал головой и двинулся дальше. Хочу Верочка, напомнить тебе, что прежде, чем заключать договор с нанимателем, я задаю три главных вопроса: какая работа, какие установлены сроки и какая оплата?

Если, что-то меня не устраивает, я отказываюсь продолжать разговор. С первыми пунктами моего алгоритма я уже разобрался. Оставалось узнать, стоит ли, за данные деньги, пахать на очередного жлоба?

– Я у вас, пока что, не числюсь и мне интересно, как будет производиться оплата? – спросил я мужчину.

– Вы начертите планы и пришлёте их нам, по интернету. Мы всё посмотрим и, если они нас утроят, то стразу отправим вам деньги на карточку.

– Я почти тридцать лет кручусь в этом бизнесе и уже очень много, видел разных заказчиков. – сказал я, как можно спокойнее и тут же продолжил: – Договариваешься ты с человеком. Он тебе улыбается, обещает всё заплатить, берёт чертежи, и вдруг, исчезает неизвестно куда. Поэтому, или давайте аванс в полсотни процентов, или работу поменьше. Чтобы потом, было не очень обидно, что меня снова кинули.

– У нас с вами всё на доверии. – возмущённо ответил хозяин: – Как это возможно, подозревать всех людей в этом мире? Мы никого не обманываем.

– «Ладно,» – сказал я себе: – «потрачу неделю свободного времени, сделаю планы, а там будет видно. Если заплатят, продолжу работу».

– Хорошо. – согласился я обречёно: – У вас есть электронные копии чертежей БТИ?

– Да. – сказал наниматель: – Давайте мне флешку, я их запишу.

– К сожалению, дома забыл. – сознался я огорченно: – Сбросьте чертежи на свою. Я её привезу вместе готовой работой.

– У нас нет сейчас флешки. – с ухмылкой сказал сорокалетний мужчина. По лицу человека, было отчётливо видно, он беззастенчиво врёт.

– Ну, мы же с вами говорим о доверии. – воскликнул я удивлённо и вспомнил о том, что запоминающее устройство в любом магазине, стоит всего-то, две сотни рублей. А вот буханка белого хлеба, тянула на сорок.

– Всё равно, флешки нет. – отрезал хозяин проектной конторы.

Я окончательно понял, делать мне здесь, уже больше нечего. Собрав альбомы с портфолио, я сложил их в пакет и, думая о напрасно потерянном времени, направился к двери. Там я столкнулся с теми мужчинами, что выходили курить.

И тут меня Верочка, внезапно «накрыло». У меня и в прежние годы, иногда возникало очень странное чувство. Оно походит на то ощущение, когда ты сидишь перед монитором компьютера, а им, управляет другой человек. То бишь сисадмин, что-то там делает по «удалённому доступу».

Ты видишь всё, что творится у тебя перед носом, но вмешаться не можешь. Плюс ко всему, ты слышишь свой собственный голос. Он произносит те фразы, которые, ты даже не думал, сейчас говорить.

Особенно часто так получалось в присутствии привлекательных женщин. Услышав от них нечто вроде – придурок, я понимал, брякнул вовсе не то, что хотел им сказать.

Попытки исправить, возникший конфуз, уже никогда не приносили успеха. Мол, упустил братец шанс, так потом не ропщи. Нужна ложка к обеду. Так и у нас с тобою случилось тогда, возле озера.

Паша чуть помолчал и мрачно продолжил: – Вот и я, в этом офисе, неожиданно стал объяснять нанимателю, что над крупным объектом, должны плотно работать проектировщики разных специальностей. Это генпланщики, технологи, архитекторы, конструкторы, теплотехники, сантехники, слаботочники, электрики и, конечно же, сметчики.

Усилия этих людей должен координировать один человек – главный инженер такого проекта. Иначе возникнет, большое число неувязок, ошибок и разных огрехов.

Мои объяснения, вызвали недоумение у всех окружающих, и я тотчас заткнулся. Деревянной походкой робота «Фёдора», которым наши «политики», хвалятся по телевизору, я вышел из комнаты. За порогом меня, тотчас отпустило.

– «Выходит, всё было затеяно,» – сказал я угрюмо себе: – «лишь для того, чтобы слегка просветить четырёх дилетантов. Возможно, они и поймут, что должны делать и как? Или найдут тех людей, которые будут, работать за них. Вероятней всего, второй вариант».

– Ты не расстраивайся. Найдешь ты ещё работу получше. – успокоила Верочка мужа.

– Вряд ли. – хмуро откликнулся Паша: – Все деньги из области рекою уходят в Москву или в Питер. Скоро в Самаре, вообще, ничего не останется. Заводов и фабрик у нас больше нет.

Офисные и торговые центры никому не нужны. Их понастроили столько, что половина из них, стоят совершенно пустыми. У народа нет денег, приобретать что-нибудь, кроме еды и дешёвой одежды. Поэтому, даже жильё больше никто уже не берет. Ты посмотри вечерами, в новых домах, многие окна залиты тьмой. За ними никто не живёт.

– Ну, ты же не сидишь без работы. Что-то вы всё-таки, там проектируете. Так же, как мы.

– Да, в основном, мелочёвку. Некуда мне применить, своё уменье и опыт.

– Чтобы занять чем-то голову, в свободное время, займись своей писаниной. – постаралась утешить супруга жена: – Тебя вот-вот напечатают в очень известном литературном журнале. Они тебе обещали.

– Это вовсе не то, о чём стоит мечтать в самом преддверии пятидесяти лет. – сильно нахмурился Паша. Настроение у мужа совершенно испортилось, и он хмуро добавил: – Впрочем, если ты к сорока, не создал себе имя, то после полтинника, уже нечего ждать.

Чтобы ободрить супруга, Верочка сделала небольшой комплимент: – Ты чем-то смахиваешь на Достоевского. Только без лысины и бороды.

– Наверное, очень похож литературным талантом. Как и романы русского классика, мои сочинения невозможно читать. – язвительно откликнулся Паша.

Ужин закончился в мрачном молчании.

Удалённый доступ

Как однажды по радио, слышала Верочка, у медиков существует такое понятие, как «парные случаи». Оно означает, если явился сложный больной, то в ближайшее время, придёт другой пациент, с очень похожим диагнозом. Спустя один день, женщина уже убедилась в правильности данной теории.

Перед этим, она видела сцену в автобусе, которая сильно испортила ей настроение. С задней площадки, в тесный салон вошла холёная дородная женщина. Скорее всего, у неё машина сломалась. Вот и решила вальяжная дама, отправиться в путь на обычной маршрутке. Проезд тогда стоил двадцать рублей.

Она долго рылась в большом кошельке. Наконец, отыскала купюру всего в одну тысячу российских рублей. Идти к месту водителя было её далеко. Да и люди забили узкий проход.

Дама сунула деньги тому, кто стоял впереди, и вежливо попросила его: – Передайте, пожалуйста.

Лохматый старик переслал сумму дальше. Голубая бумажка переходила от одного пассажира к другому. Она добралась до первой площадки, и попала в ладонь к стройному парню лет двадцати.

Автобус затормозил у остановки. Дверь с шумом открылась. Молодой человек, вышел на улицу с деньгами в руке, и спокойной походкой двинулся прочь от дороги. Машина медленно тронулась прежним маршрутом.

– Задержите его! – закричала вдруг женщина с задней площадки. В салоне топталось несколько крепких мужчин, но никто из салона не выскочил и, конечно, не кинулся вслед за воришкой.

– «Зачем тратить силы ради чужой тыщи рублей?» – невольно подумалось Верочке. Следом возникла ещё одна мысль: – «Бескорыстная помощь осталось в далёких советских годах. При диком капитализме, каждый сам за себя».

Верочка добралась до работы и привычно уселась за компьютерный стол. Рядом с ней находился, хороший товарищ, с которым она познакомилась в новой конторе. Он сразу заметил состояние соседки, наклонился к ней ближе и тихо спросил: – Что-то случилось?

Вместо ответа, Верочка только пожала плечами. Прошёл один час. Цифры в углу монитора показывали десять ноль-ноль. Наступил очередной перерыв, положенный проектировщикам по российским законам.

Инженеры дружно поднялись из офисных кресел, и вышли в пустой коридор. Хотелось немного проветриться и отдохнуть от постоянного шума. Его создавали тридцать сотрудников, плотно сидящие в большом кабинете.

Пытаясь избавиться от тёмных эмоций, заполнивших душу, Верочка заговорила с соседом. Она рассказала о неудачной попытке супруга, найти для себя другую работу. Под конец, она сообщила о том, что с ним случилось, после беседы.

Неизвестно зачем, она сообщила сослуживцу о том, что время от времени, у Паши вдруг возникает странное чувство. Как будто, некая сущность работала с ним по «удалённому доступу».

По рассказам сотрудника, Верочка знала, что он являлся непростым человеком. В детстве он был очень спортивным подростком. Отлично играл в футбол, волейбол, баскетбол. Имел тонкий слух и неплохой баритон.

Прекрасно импровизировал на саксофоне и классической шестиструнной гитаре. Долгое время, ходил в драмкружок, где исполнял главные роли в «домашних» спектаклях.

Кроме того, как однажды сказала его старая мама: – Он отлично окончил, специальную школу с физико-ПАТОЛОГИЧЕСКИМ направлением учёбы.

Учитывая её малограмотность, пожилую родительницу легко извинить. Ведь когда сын сказал, что он хочет учиться в политехническом, его мама в удивлении воскликнула:

– Ну почему, тебе нужно идти в ПОЛУ технический институт нашего города? Ступай уж лучше, в строительный. Будешь потом, инженером, а не каким-то задрипанным техником.

На самом-то деле, Александр был золотым медалистом школы с физико-математическим уклоном, но это не так уж и важно. Всё равно, стал простым проектировщиком и работал теперь в мелкой частной конторе.

Услышав историю Паши, Александр сочувственно покачал головой и сказал: – Как ты, наверное, помнишь, я долгое время ходил в драмкружок нашей школы. Как тогда говорили, у меня получалось очень неплохо.

Руководитель кружка, хорошо ко мне относился и видел во мне настоящий талант к лицедейству. Дело дошло до того, что он взял меня за руку и вместе с одним пареньком, отвёл в местный театр. Там проводили отбор в студию юных актёров для ТЮЗа.

В большом коридоре толпились десятки красивых девчонок. Все они в разнобой, повторяли куски сложного текста из пьес Шекспира и Чехова. Отовсюду звучали отрывки из «Гамлета», «Леди Ма́кбет» и «Вишнёвого сада».

Я и приятель совсем не готовились к данным прослушиваниям. Поэтому, мы вместе вошли, в комнату приёмной комиссии. Там встали напротив стола и прочли на два голоса какую-то басню из школьной программы. К удивлению всех окружающих, нас, в числе очень немногих, приняли в детскую студию.

Через какое-то время, мы взялись репетировать пьесы, которые тогда прогоняли в театре. Однажды наш преподаватель сказал: – Приходите завтра к обеду. Режиссер всех посмотрит и, скорее всего, пригласит вас в дневные спектакли. Будете тогда на подхвате у всех инженю, если они, вдруг заболеют. То есть, у тех малорослых актёров, что постоянно играли детские роли.

Так уж случилось, но в назначенный день в нашей физшколе, должен был проходить, проверочный математический тест. Я, вместе с театралом-приятелем, ехал туда на автобусе.

Машина остановилась прямо у ТЮЗа. Двери открылись, нужно идти. Ведь там нас ожидала новая жизнь. Перед глазами мелькнул целый ряд удивительно красочных, ярких картин.

Вот, я играю детские роли. Потом, по рекомендации городского театра, поступаю в ГИТИС в Москве. С течением времени, становлюсь популярным актёром кино. Известность моя очень быстро растёт. Я еду на фестивали в Берлине и в Каннах. Меня приглашают на работу в Америку. Я становлюсь звездой Голливуда. У меня большой особняк на берегу океана…

Оставалось мне сделать, один только шаг, спрыгнуть с подножки и бежать за своей голубою мечтой. Однако, какая-то сила не позволила мне, тронуться с места, и я стоял, словно приклеенный. Скосил глаза на приятеля, а он тоже замер, как статуя. Скорее всего, друг, как и я, был в такой же прострации.

Двери автобуса с лязгом закрылись. Машина медленно двинулась дальше. Я с невыносимой тоскою, смотрел на уходящий назад театральный подъезд. Мой приятель, молча, топтался поблизости, и не делал попыток сойти.

Мы могли бы, конечно, выпрыгнуть на другой остановке и, очень быстро, вернуться обратно. Однако, и этого я сделать не смог. В голове появились глупые мысли о предстоящем математическом тесте. Они сразу вытеснили всё остальное.

– Вот и выходит, – подавленно сказал Александр: – что своей голове, человек не хозяин. Кто-то там сверху, всё постоянно, решает за нас. Поманит красивой мечтой, а потом, как скотину, опять загоняет в тёмное стойло. А вдобавок, и память твердит, сам ты во всём был тогда виноват!

– Да уж… – согласилась с ним Верочка. Немного подумав, она с грустью добавила: – У каких-то людей, за спиною стоит ангел-хранитель, а кой у кого, там находится ангел-вредитель.

Злосчастья Татьяны

У очень общительной Верочки, было всегда на удивление много знакомых. С одними, она дружила ещё с института, который успешно закончила в 1991-м году. С другими, столкнулась значительно позже, когда трудилась в разных конторах. Со всеми она, постоянно общалась, как по мобильнику, так и «в живую». Особенно часто, встречалась с теми людьми, с которыми училась в «КИСИ».

Как всем известно, женщины могут успешно хранить любые секреты, но только не в одиночку, а обширными группами, человек десять-двенадцать. Поэтому, про своих однокурсниц Верочка знала всё досконально.

Кто и когда, завёл с кем-то роман? Кто вышел замуж или недавно развёлся? Как это всё, у них проходило? Ну и, конечно, все другие подробности, в первую очередь, интимного свойства.

Она и сама ничего не скрывала от любимых подруг. Верочка была твёрдо уверена, нужно делиться, любой незначительно новостью. Ведь так интереснее жить. Вроде бы, всё эти страсти случились с тобой.

Двадцать восьмой день рождения, приближался со скоростью поезда. На редкость красивая и работящая женщина, Таня Завьялова это заметила, и очень критически, огляделась вокруг.

Из всех ухажеров, вьющихся рядом, она сразу выбрала Сергея Сафонова. Без всяких затей, Таня расписалась с ним в ЗАГСе. Свадьба тоже была тоже скромной. Пригласили с десяток родных и знакомых, посидели часа три-четыре, в ближайшем кафе и разошлись восвояси.

Муж оказался значительно старше её. Разница в возрасте у них превышала четырнадцать лет. Зато, он трудился юристом в крупной иностранной компании, получал приличные деньги и владел большим чёрным джипом. Что ещё нужно для жизни?

Прописан Сергей был в «однушке» свой старенькой мамы, но это совсем не волновало его. После женитьбы он переехал в трёхкомнатную квартиру жены, что ей досталась в наследство, от умерших предков.

Проживали супруги на втором этаже, в тихом районе Самары. Скоро Сергей стал полновластным хозяином. Как говорится в старой пословице, жена там ходила по одной половице.

Тане он отдавал только часть своей крупной зарплаты. Её хватало лишь на еду для семьи и на содержание, недавно родившейся дочери. Компенсируя скромный паёк, Сергей, иногда, покупал Тане шубы, кольца и серьги с брильянтами. Так что, женщине было, в чём сходить на какой-нибудь раут и пофорсить перед подругами.

Ужинал Сергей на диване, в гостиной, перед большим телевизором. Жена приносила еду на подносе. Словно официантка, она размещала тарелки на низеньком столике и, стараясь не тревожить супруга, удалялась на кухню. Минут через тридцать, Таня приходила назад, убирала посуду и, как бессловесная Золушка, шла её мыть.

Так продолжалось почти три пятилетки. Возраст их дочери приближался к двенадцати. Казалось, что общая жизнь совсем устоялась. Впереди у людей, уже не возникнет неприятных сюрпризов.

Однажды, Сергей вернулся с работы и вдруг, заявил, что уходит к Ларисе. Таню это сильно расстроило. Но самое страшное, заключалось не только в измене. Она давно не любила супруга, как прежде, и отнеслась к такому известию, очень спокойно.

Дело было всё в том, что «злая разлучница» жила в том же подъезде, прямо под ними. Пойди, объясни дочке-подростку, почему её папа, постоянно ночует на другом этаже? Да и дорогие соседи, которых Татьяна знала с рождения, станут теперь сильно злорадствовать. Вот, мол, несчастная «брошенка».

К этому времени, возраст супруга приближался к шестидесяти. Тане было почти сорок пять, Лариса на восемь лет, моложе её. Она выглядела очень эффектно, но вела чрезвычайно сумбурную жизнь. В результате своих приключений, дама имела двух сыновей-старшекласников от разных мужей.

Как выяснилось, подобный «довесок», Сергея совсем не смущал. Как известно всем людям, любовь закрывает глаза на всякие неудобные мелочи. Он собрал свои вещи и за несколько ходок, легко перебрался на первый этаж.

К счастью, вопрос с дёлежкой имущества у них не возник. Квартира принадлежала Татьяне, большой чёрный джип был записан на мужа. Мебель, что Сергей покупал, ему было, некуда брать.

В «однушку» матери она бы не влезла, а продать её вряд ли сумеешь. Поэтому, он всё оставил подрастающей дочери. Получилось, что каждый остался при своих интересах. На том они и разъехались.

В плане доходов, Таня потеряла немного. Она сама хорошо получала в проектной конторе. Ну, а Сергей, как и прежде, давал нужную сумму на содержание дочери. Шубы и цацки с брильянтами у неё уже были. Носи, не хочу. Жаль, что некуда их надевать.

Большим неудобством, для неё оказались встречи с Ларисой и бывшим супругом. Словно назло, они регулярно, попадались ей на глаза. То на улице, то во дворе, то на лестнице, в гулком подъезде.

Хоть и желала Татьяна разбить эти морды, чем-то тяжёлым, но она делала вид, что ей всё равно. Вежливо говорила им: – Здравствуйте. – и лёгкой походкой двигалась дальше. Не пыталась она, и вернуть «дорогого супруга» к себе. К чему унижаться перед Сергеем и выставлять себя на посмешище, перед чужими людьми?

Душевные переживания женщины не прошли для неё совершенно бесследно. Дело закончилось тем, что у Тани стало сильно болеть, в правой стороне головы. Зрение резко ухудшилось. Иногда очень трудно, было хоть, что-то увидеть.

Таня пошла в крупнейшую больницу Самары. Там взяли анализы и провели массу всяких исследований. Лечащий врач заявил пациентке, что обнаружен неоперабельный рак и ей нужно срочно, удалить правый глаз.

Она рассказала об этом подругам. Верочка и другие товарки собрали приличную сумму. Они отдали деньги Татьяне и заставили женщину, немедленно ехать в Москву. Мол, там медицина не настолько разрушена, как в нашей далёкой провинции.

Всю дорогу в столицу, женщина молилась о том, чтобы страшный диагноз оказался ошибочным. Благодаря Проведению, всё вышло именно так. В течение месяца Таня лечилась в огромной больнице.

Ужасные боли, разрывавшие череп, постепенно прошли. Хоть глаз и не видел совсем, но, к счастью Татьяны, его удалось сохранить. Как ни крути, а для неё, это казалось большим облегчением.

Ведь со стороны незаметно, что он выполнял, декоративную роль. Пусть даже и так, но это значительно лучше, чем постоянно использовать неживую стекляшку.

Покинув московскую клинику, Таня села в фирменный поезд на Казанском вокзале и неспешно поехала в родную Самару. По дороге домой, она неожиданно вспомнила неприятную вещь. Ей придётся встречаться с Ларисой и бывшим супругом.

Женщина взмолилась о том, чтобы судьба ей послала хорошего доброго мужа. Тогда будет проще, забыть те неприятности, что с ней случились после развода с Сергеем.

Через какое-то время, в купе тихо вошёл довольно высокий приятный мужчина. На вид ему было за сорок. Заняв свою полку, он представился Владом.

Попутчики разговорились, почувствовали расположенье друг к другу и болтали всю ночь напролёт. Благо, что два прочих места, так и остались пустыми. Поэтому, они никому не мешали.

Выяснилось, что Влад давно разведён, проживает в Самаре, где единолично владеет маленькой фирмой. По каким-то делам, он прокатился на какой-то завод Подмосковья. Сейчас, уже едет домой.

Перед прибытием в город, Влад и Татьяна неожиданно поняли, между ними возникли, какие-то чувства. Уже на вокзале, они обменялись номерами мобильников, и с чувством внезапной потери, разъехались в разные стороны.

Вернувшись домой, Таня узнала чудесные новости. Выяснилось, что Лариса вдруг вывезла вещи и мебель, а затем, продала и квартиру. Разлучница собрала чемоданы, взяла сыновей-старшеклассников и вместе с Сергеем улетела в Москву.

Основная проблема для Тани, совершенно исчезла с её горизонта. Можно было подумать, и об устройстве своей личной жизни. Тут, очень кстати, на экране мобильника, вспыхнул номер Владимира.

Сначала они перезванивались. Беседы оказывались настолько приятными, что мужчина и женщина, никак не могли, наговориться друг с другом. Потом, они стали встречаться. Ещё через месяц, Влад переехал к Татьяне.

Тринадцатилетняя дочка не забыла о бабушке по линии папы и продолжала, к ней захаживать в гости. Свекровь хорошо относилась к своей бывшей снохе. Иногда они перезванивались. От болтливой старушки, Таня услышала много чего интересного.

Полгода спустя, Таня узнала, что бывший супруг, вдруг очутился под железной пятой у Ларисы. Новая пассия не потакала ему, как былая жена, она как хотела, помыкала Сергеем.

Приёмные дети оказались нисколько не лучше. Они, без зазрения совести, лазали в его кошелёк, и таскали у «папы» приличные деньги. Иногда, они возвращались домой под наркотическим кайфом.

Через какое-то время, Лариса нашла для себя другого возлюбленного. Он оказался гораздо моложе и намного богаче Сергея. Она развелась с престарелым супругом, забрала сыновей и немедленно съехала неизвестно куда. Потом, она обвенчалась с новым избранником, и всей семьёй отправилась жить в США.

Сергей оказался один в опустевшей квартире. Его замечательный джип давно вышел из строя. А тут и любимая мама внезапно слегла. Пришлось её отправлять из Самары в Москву, чтобы нормально ухаживать за несчастной старушкой.

Зато у Татьяны, всё шло хорошо. Каждое утро, она просыпалась с ощущением счастья в душе. Она смотрела на спящего рядом Владимира и благодарила судьбу, что она ей послала прекрасного мужа.

Пикник на рыбалке

В семь часов вечера, Верочка, как обычно, вернулась с работы. Правда, вела себя женщина весьма необычно. Она не кричала с порога: – Привет! – не шутила, и вообще, выглядела очень задумчивой.

– Что-то случилось? – спросил её Паша. Он тонко чувствовал настроение супруги и всегда реагировал на её состояние.

– Потом, всё расскажу. – отмахнулась она и пошла в комнату, переодеться.

После ужина, Паша лёг на диван и просмотрел всю газету «Комсомольская правда», которую постоянно выписывал со школьных времён. Потом, отшвырнул, как он говорил, «жёлтую прессу» и включил телевизор.

Вымыв посуду, Верочка пришла к нему в комнату и легла «под бочок». Паша обнял жену и раздражённо сказал: – Такое создалось впечатление, что по всем каналам идёт, лишь одна передача, которая называется в «Мире животных». Причём, нам всё время показывают, только гиен и разных стервятников.

Погладив жену по спине, Паша спросил: – Так что же сегодня, произошло у тебя?

Верочка печально вздохнула и сообщила: – Сегодня, после работы, я встретила на остановке трамвая знакомую женщину. Дину я знаю по одной из проектных контор. Она рассказала о своих неприятностях.

– Неделю назад, всё шло, как обычно. В полшестого утра, в квартире у Дины задребезжал телефонный звонок. Пятидесятилетний супруг подошёл к аппарату, поднял трубку к уху и разобрал голос старого друга: – Вы готовы? – вместо приветствия раздалось из динамика.

– Как договаривались. – откликнулся Виктор.

– Тогда полный вперёд.

– Уже выдвигаюсь. – он надавил на кнопку «отбой» и громко крикнул: – Дина, пора!

Мужчина направился к выходу, влез в отлично разношенную, удобную обувь и посмотрел на жену. Она ещё с чем-то, возилась на кухне. Дина сложила в пакет кое-какие продукты, выскочила в небольшую прихожую и начала обуваться.

Виктор открыл наружную дверь и поднял тяжёлый баул, одиноко стоявший возле порога. Он вышел на лестницу и посмотрел на круглую кнопку, торчавшую из кирпичной стены. Пластмассовый диск горел красным огнём. Из шахты послышался шум громко работавшей мощной лебёдки.

Пока нерасторопная Дина, наконец, собралась, пока запирала квартиру, лифт опустился до самого низа. Он постоял там какое-то время, а потом двинулся вверх. Подъёмник замер на уровне, где находился Виктор с женой, и распахнул железные створки. Супруги вошли в небольшую кабину и неспешно поехали на первый этаж.

Выйдя из подъёзда на улицу, они натолкнулись на «крутой» чёрный джип, который прижался вплотную к крыльцу. Широкая задняя дверь оказалась распахнута настежь. Возле неё, стояли два человека и клали объёмные сумки в багажник.

Хозяин машины держал магазин по продаже оружия и всяких снастей для рыбалки и разной охоты. Судя по прекрасной одежде и огромной машине, Антон вовсе не бедствовал. Наоборот, он счастливо жил на широкую ногу.

Его молодая жена, красавица Зоя, когда-то работала с Виктором в крупном НИИ. В середине восьмидесятых годов, они получили квартиры в одном подъезде девятиэтажного дома. С тех самых пор, их крепкие семьи очень дружили.

С течением времени, доход бизнесмена значительно вырос и весьма отличался от скромной зарплаты простых инженеров. К счастью соседей, они сохранили те отношения, что когда-то сложились у них. Так же, как прежде, они постоянно ходили в гости друг к другу и всегда отмечали все российские праздники.

Вот и сегодня, Антон собирался, сгонять на озёра, что расположены вдали от Самары. Он хотел отдохнуть, порыбачить, а заодно, поесть шашлыков на берегу водоёма.

Мужчина не стал собирать богатых людей, а пригласил своих старых соседей. Виктор и Дина тотчас согласились. Они собрали сумку с продуктами и теперь оказались возле подъезда. Поздоровавшись, они взялись помогать, хозяевам джипа.

Все вместе, друзья принялись за погрузку. Они укладывали свёрнутую в кокон палатку на четверых человек, надувную зелёную лодку с миниатюрным мотором, спиннинги, удочки и всё остальное, что очень нужно, для активного отдыха.

Наконец, множество разных вещей, всё-таки втиснулось, в заднюю часть просторной машины. Люди захлопнули широкую дверцу, и быстро расселись по привычным местам. Впереди, хозяева джипа, на заднем диване приглашённые гости.

Машина тронулась с места и стремительно покатила на юг. Время было ещё очень раннее, а все дороги совершенно свободными. Спустя полчаса, за окном замелькали отдалённые пригороды огромной Самары.

Затем, предместья закончились. Пошли очень скромные степные пейзажи. Вдоль трассы раскинулась пустая равнина. Красное лето, лишь начиналось. Трава не сгорела до желтизны и радовала взгляды людей, удивительной свежестью зелёного цвета.

Немолодые друзья болтали обо всём понемногу. Они вспоминали забавные случаи из собственной практики или жизни знакомых, и громко смеялись над ними. Так, под веселые байки, они пролетели сто пятьдесят километров.

Антон скинул скорость у, обычного с виду, столба, без какой-либо надписи. Он съехал с асфальта дороги и резко свернул на пыльный просёлок. Через четверть часа, впереди показался берег какого-то длинного озера.

Уставшие люди, выскочили из салона машины и дружно взялись за работу. Мужчины возились с объёмной палаткой и тентом из ткани. Женщины тоже не сидели без дела.

Они разложили складной алюминиевый столик, достали из сумок продукты и стали готовить основательный завтрак. Все поднялись в пять утра и, за прошедшее время, проголодались весьма основательно.

Скоро всё было готово. Антон вдруг воскликнул: – Что с тобой, друг?

Женщины обернулись на крик и с испугом посмотрели на Виктора. Он стал бледным, как полотно и схватился руками за грудь. Потом, пошатнулся и начал валится ничком, словно ноги его перестали держать.

Стоявший рядом, мужчина подхватил обмякшего Виктора, осторожно положил его на траву и беспомощно огляделся вокруг. Судя по выражению глаз, он совершенно не знал, что нужно делать теперь?

Бросив нож, Дина, подскочила к машине и схватилась за сумочку. Она вытащила пластинку из пластика, с запаянными небольшими таблетками, выщелкнула одну из гнезда и ринулась к лежащему мужу.

Дина упала перед ним на колени, раздвинула посиневшие губы супруга и сунула ему капсулу в рот. Виктор, хотел её проглотить, но, увы, не успел. По его телу прошла лёгкая дрожь, и всё немедля закончилось.

Дина припала ухом к груди любимого мужа и напряжённо прислушалась. Сердце не билось. Она попыталась сделать массаж так, как это показывали в американском кино. Скоро женщина осталась без сил и поняла, всё уже бесполезно.

Зоя с Антоном стояли поблизости, пытались позвонить по мобильнику, но немедленно поняли, связи здесь нет. Не зная, чем ещё можно помочь, они топтались на месте и не говорили ни слова. Лицо Виктора приобрело землистый оттенок. Все с ужасом поняли, он уже умер.

– Нужно немедленно возвращаться в Самару. – глухо сказала Дина друзьям.

– Как возвращаться? – спросила ошеломлённая Зоя: – Нас остановят на первом посту ГИБДД и спросят, что это с Виктором? Никто даже слушать не станет наши ответы. Заберут в отделение, и будут держать в обезьяннике, до выяснения всех обстоятельств.

– У меня в Хворостянке есть старый знакомый, он работник милиции. – удивительно вовремя вспомнил Антон: – Сейчас поедем к нему. Объясним, как было дело, и спросим, что он нам посоветует?

Покидав вещи в машину, Антон, Зоя и Дина втроём подняли Виктора и кое-как погрузили на задний диван. Рядом расположилась жена. Несмотря на потрясение, вызванное смертью супруга, она стала придерживать тело в сидячей позиции. Ведь положить его было негде. Огромный багажник оказался забит под завязку.

Джип тронулся в путь. Скоро, он выехал на большое шоссе, повернул в противоположную от города сторону и, никуда не спеша, направился в райцентр Хворостянка. Не хватало ещё, чтобы их задержали за превышение скорости.

К счастью, сотрудники ГИБДД не обратили вниманья на шикарную «тачку», которая ехала из Самары на юг. Что с неё взять, рано утром, в субботу? Все ещё трезвые. Ни рыбы, ни подстреленных уток в багажнике нет. А вот, когда она поедет обратно, тогда её следует хорошо досмотреть. Вдруг и найдётся, что-нибудь интересное?

Антон быстро нашёл дом старого друга и с огорчением узнал неприятную новость. Ещё в пятницу вечером, тот уехал с друзьями на рыбную ловлю. Хорошо, что сынишка мента, доподлинно знал, куда его папа направился пьянствовать? Пацан прыгнул на велосипед, двинулся перед машиной и проводил её к озеру, давно облюбованному строгим отцом.

Антон встретил старого друга, убедился, что тот почти трезвый, и поговорил с человеком, как со строгим блюстителем правопорядка. Тот внимательно выслушал невероятный рассказ и озадаченно крякнул.

Потом, почесал в бритом затылке, сел в милицейскую «Ладу», на которой ездил рыбачить, и помчался назад, в Хворостянку. Следом за ним двигался джип с холодеющим телом умершего. Дина так и сидела возле мёртвого мужа.

Капитан подкатил к районной больнице и строго спросил, где можно найти главврача? Дежурная медсестра сообщила менту, что он отправился к матери в другое село. Вернётся домой в понедельник, к началу работы.

Пришлось отправляться по новому адресу. Спустя один час, милицейская машина и джип вернулись в райцентр. Приехавший с ними, главврач выписал справку, о естественной смерти несчастного Виктора и дал указанье сотрудникам: – Срочно найти пожилого шофёра машины «медпомощи».

Через два с половиной часа, водителя удалось отыскать в соседнем селе, куда он уехал по важным делам. Его оторвали от строительства бани для тёщи и привезли в больницу райцентра. Санитары уже погрузили умершего Виктора в белый «УАЗик» с красным крестом на боку и, никуда не спеша, отправили тело в Самару.

По дороге назад, «скорую помощь» останавливали на каждом посту ГИБДД. Служивые с полосатыми палочками проявляли большой интерес к тому, что же храниться внутри? Увидев покойного, все они напрягались и настоятельно требовали от людей объяснений.

Отвязаться от стражей порядка помогала официальная медицинская справка. Её заверяла подпись врача Хворостянской больницы и синий штамп райотдела милиции.

Ближе к позднему вечеру, скорбный кортеж добрался до города. Виктора тотчас отвезли в морг Самары. На этом закончился его последний пикник. Скоро покойнику уже девять дней.

Закончив историю Дины, Верочка уткнулась в грудь Паши и тихонько заплакала. Муж погладил её по спине и сказал: – Успокойся, все мы там будем когда-то. Только в разное время.

– Я очень боюсь, что ты рано умрёшь. – всхлипнула Верочка.

– И не надейся. – хмыкнул супруг и серьёзно добавил: – Я буду бегать до ста двадцати, как нам наказала твоя любимая бабушка. Она мне говорила, что где-то читала, мол, все обязаны жить до этого срока. Организм человека на это рассчитан.

– А мне тогда будет, сто пять с небольшим, что же я буду, делать одна до конечного возраста?

– Найдёшь себе молодого. – усмехнулся супруг.

– В сто с лишним лет? – удивилась жена.

– Обещаю тебе, что к этому времени, наука отыщет прекрасное средство против морщин. Ну, а пока, как говорит народная мудрость, ешь побольше щи и хрен. Будешь, как Софи Лорен. Ей вон за семьдесят, а выглядит, где-то на сорок.

Благодаря оптимизму и поддержке супруга, Верочка чуть успокоилась. Она не так сильно расстраивалась, из-за очень возможной, преждевременной смерти дорогого ей Паши. Ведь кто его знает, может быть, всё будет так, как он пошутил?

Грачонок

В пятницу, в середине июня, Паша вышел из офиса и поспешил по важным делам своей проектной конторы. В тот жаркий день, он двигался по тротуару вдоль тихого сквера. Когда-то давно, комсомольцы его посадили на свободной площадке, между пятиэтажных домов.

По какой-то причине, внимание Паши привлёк большой чёрный грач. Он бросился в глаза потому, что уселся на ветке высокого дерева, одиноко растущего на пути архитектора.

Многие жители города даже не знают: – Кто же такой, этот грач? Мол, что это за птица, которую можно увидеть на большом расстоянии?

На это нужно ответить: – Да, это птица. Причём, довольно большая. Чуть меньше вороны, но куда симпатичнее. Она очень похожа на серую родственницу, только имеет чёрные перья с отливом, слегка отдающим в фиолетовый цвет. Смахивает на знаменитого вóрона, который часто мелькает в русских сказаниях. Он даёт неплохие советы, главным героям древних историй.

Грачи не только походят на своих близких родичей. Они ещё и общаются точно такими же противными криками. Мало того, они столь же умные и вороватые, как весь их отряд. Поэтому, нужно быть с ними, весьма осторожным.

Так вот, данный грач повёл себя странно. Он громко каркнул, сорвался с сучка и полетел прямо к мужчине. Паше была интересна городская природа, и он, её изучил очень неплохо.

Он доподлинно знал, клюв у пернатых очень большой, длиной с указательный палец и, плюс ко всему, достаточно острый. Если с размаху, он тюкнет по черепу, то пробьёт кожу до кости.

Заметив манёвр крупной птицы, Паша сразу же понял, в чём собственно дело? Видимо, где-то поблизости, сидел её слеток – юный птенец, что впервые отправился в окружающий мир.

Грачонок поднялся на край, большого родного гнезда, и свалился наружу. После чего, бестолково дёргаясь в воздухе, благополучно спланировал на твёрдую землю. К сожалению безутешной мамаши, птенцы появились на свет, не очень давно. За прошедшее время они недостаточно выросли.

Их крылья, ещё не окрепли настолько, насколько нужно для взлёта. Значит, в высокое небо, птенец сможет подняться, лишь через несколько дней. Поэтому, дорогая родительница находится рядом и всеми возможными способами она защищает любимое чадо.

Вдруг, человек нападёт на беззащитного отпрыска? Он поймает его, и тут же, сожрёт у неё на виду? По правде сказать, Паша ими никогда не питался, а вот собаки и кошки, растерзают беднягу за милую душу.

Хотя, кто нас людей разберёт? Всего лишь, столетье назад, по всей центральной Европе, а ещё в Украине, грачей почитали, как «курицу для бедняков». На них активно охотились с огнестрельным оружием и на заказ подавали во всех придорожных трактирах.

Если вы сомневаетесь в этих словах, прочитайте рассказы классиков прозы тех давних времён. Например, знаменитого Ги де Мопассана. Он прекрасно описывал аппетитные трапезы с употребленьем тушек грачей.

Паша не стал ожидать, пока его клюнет в макушку увесистый клюв огромных размеров. Но и не повёл он себя, как все остальные. То бишь, не пригнулся и, в таком положении, не кинулся прочь.

Наоборот, он поднял руки над головой и закрутил ими в воздухе, словно мельница крыльями. Такие суматошные действия, сбили боевитый настрой нападающей птицы.

Она привыкла к тому, что люди сильно пугались подобной атаки. Они закрывались локтями или портфелями с сумками, и старались, удрать от этого страшного места.

В метре от человека, птица резко вильнула в правую сторону. Она облетела агрессора по длинной дуге и попыталась напасть со спины. Продолжая идти в нужном ему направлении, Паша повернулся к грачихе лицом и повторил свою пантомиму. Она отвернула и вновь устремилась к мужчине.

Так продолжалось несколько раз. Грачиха то поднималась и опять нападала, то с одной стороны, то с другой. Она угрожающе каркала и кидалась на Пашу до тех самых пор, пока он не ушёл от птенца, на большую дистанцию.

Ближе к пяти, Паша закончил дела и пораньше вернулся домой. К этому времени, небосвод затянуло плотными тучами, а вокруг потемнело, как поздно вечером. Разразилась большая гроза, какие не каждое лето, бывают в Поволжье.

Послышался раскатистый гром. Оглушительно мощные звуки перелетали с одного края неба к другому. Они напомнили Паше канонаду из тысяч гигантских орудий. Сверкали яркие молнии, что протянулись до горизонта. Хлынули струи удивительно сильного летнего ливня.

Как только дождь прекратился, в прихожей послышался резкий звонок. Паша открыл наружную дверь и увидел на лестнице Верочку. Жена стояла со сложенным зонтиком и маленькой сумкой, висящей у неё на локте. Перед собою в руках, она крепко держала мокрую птицу.

Судя по росту и потому, что она оказалась чёрной, как сажа, это был слеток грача. Нужно сказать, что чём взрослее грачи, тем светлеё у них, становиться клюв. Видно седеет от старости, так же, как шевелюра людей.

– Где ты его отыскала? – удивлённо спросил Паша жену.

– Сидел под большим старым тополем, что растёт возле нашего дома. Наверное, его смыло дождём из гнезда.

– А зачем, ты его притащила домой? – продолжал муж расспрашивать женщину.

– Жалко мне стало бедную птицу. Она ведь осталась на улице совершенно одна. Или погибнет от голода, или её, кошки съедят.

– Да этот птенец размером уже со взрослую мурку. Ты посмотри, какой у него большой, острый клюв. Он легко отобьется от кошки, пусть и самой голодной на свете.

Ну, а погибнуть от голода ему не дадут его дорогие мама и папа. Скорее всего, они тихо сидели, где-нибудь рядом на дереве, и охраняли детёныша. – объяснил Паша жене и рассказал, как днём на него, нападала большая грачиха.

– Никаких взрослых птиц я рядом не видела. – упрямо отрезала Верочка.

– Просто у них перья намокли во время грозы. – откликнулся Паша: – Поэтому, они не смогли, взлететь с веток в воздух. Не то, не дали б тебе, его подобрать. Напали с разных сторон и стали сильно клевать.

– Ну и ладно. – прервала Верочка Пашу: – Пусть у нас поживёт, пока не окрепнет. Тогда мы его и отпустим. Кстати сказать, я недавно смотрела по телевизору одну передачу. Там говорили о том, что вóроны не уступают умом шимпанзе. Они легко обучаются, могут произносить много слов, а то и простых предложений.

– Вóроны да, а это обычный грачонок.

– А как ты узнал? – удивилась жена.

Пришлось Паше, ей всё объяснить: – Во-первых, вóрон в полтора раза крупнее. Во-вторых, клюв у него с небольшою горбинкой и не такой заострённый, словно кинжал.

– Всё равно, пусть он пока у нас поживёт.

– Да где же он будет тут жить? – возразил Паша жене: – Ему же нужна просторная клетка и постоянный надзор. Ни того, ни другого, предоставить ему, мы не можем. Лучше бы ты, отнесла этого птенчика на прежнее место. Пусть о нём беспокоятся дорогие родители, а ещё и воспитывают, как и положено диким грачам.

– До завтра, я запру его в кухне, а там будет видно. – завершила дискуссию Верочка.

Супруги прошли в маломерную кухню. Жена опустила добычу на пол. Птенец рванулся в левую сторону и забился в небольшое пространство между газовой плитой и стеной. Жена налила гостю плошку воды. Накрошила в отдельную мисочку хлеба, нарезала мелкими ломтиками кусок колбасы и поставила всё угощение возле укрытия птицы.

Верочка с Пашей сели за стол и быстро поужинали. Потом, посмотрели передачи по телеку и отправились спать, каждый в своей тесной комнате. Диван архитектора стоял в дальнем углу малометражной квартиры.

Мало того, мужчина в то время, спал очень крепко. Так что, его разбудить, было удивительно трудно. Как говорилось в старой пословице: – Хоть из пушки над ухом пали. – поэтому, ночью он ничего не услышал.

Утром, в субботу, Паша встал, как всегда, ближе к восьми. Он вышел в гостиную и с удивленьем увидел, Верочка выглядит удивительно бледной и донельзя измученной.

Паша сразу спросил: – Что-то случилось?

– Всё этот отвратительный грач. – объяснила жена: – Едва рассвело, как он стал орать дурным голосом и, часов с четырёх, не давал мне уснуть. И чего ему нужно? Всё у него в кухне есть. Пей, ешь, живи, наслаждайся. Так нет же, каркал без устали и передышки. Только недавно, почему-то затих.

Верочка с Пашей открыли остёклённую дверь и осторожно вошли в тесную кухню. Две плошки лежали вверх дном. Предложенная грачонку, еда намокла в разлитой воде и превратилась в неприглядную кашу.

Весь пол был заляпан огромными пятнами птичьих фекалий. Верочка только руками всплеснула от того, что увидела. Она схватила грачонка и крепко сжала в ладонях, чтобы птенчик не вырвался, и ненароком не клюнул. Паша открыл наружную дверь. Жена влезла в туфли и, стуча каблуками по лестнице, побежала на улицу.

Вернулась она минут через пять и сокрушённо сказала: – Ты прав. Его дорогие родители сидели на ветке и оглушительно каркали на все голоса. Они увидали птенца у меня на руках, слетели с высокого дерева и рванулись в атаку. Накинулись с разных сторон и хотели мне выбить глаза.

Хорошо, что я догадалась бросить грачонка на землю и помчалась обратно. Так они и летели за мной ещё метров сто, и всё время пытались, тюкнуть прямо в макушку.

Жена отправилась в кухню и посмотрела на тот беспорядок, что устроил птенец. Верочка печально вздохнула, взяла тряпку в руки и принялась за уборку. Паша услышал, как она тихо сказала: – Если бы он научился летать, то заляпал помётом всю мебель. Пришлось бы ещё, и её отмывать.

Такси

Как всегда, Верочка с Пашей засиделись в гостях, но как, ни приятно общаться с друзьями, Тамарой и Саней, пришло всё же время разлуки. Пора было всем, возвращаться домой. Жена достала мобильник из сумочки и набрала номер «службы заказа такси».

Дождавшись соединения, она назвала адрес пятиэтажного дома, что расположен почти что, в «географическом центре» Самары. Затем, назвала пункт отправления, лежавший в семи километрах на запад. Диспетчер сказал Верочке сумму за такую услугу, и предложил подождать.

Минут через пять, зазвонил телефон. Жене сообщили о том, что её ожидает иномарка серого цвета. Верочка с Пашей простились с хозяевами, прошли в небольшую прихожую и принялись одеваться. Одна из гостей, по имени Мила, вдруг заявила: – Возьмите с собою меня. Всё равно ведь поедете мимо.

Верочка знала, её старый дом находился на улице имени революционера по фамилии Мяги. Вернее сказать, на том коротком отрезке, что протянулся в длину всего на шестьсот с чем-то метров.

Данный участок упирался концами в две довольно широкие автодороги. Только по ним, лихие таксисты, и могли довезти Верочку с Пашей. Другие пути до Авроры были намного длиннее. Назывались те трассы Партизанская и Мориса Тореза.

Оба шоссе начинались от одного перекрёстка. Они расходились под острым углом, а далее шли параллельно друг другу. То есть, две линии и небольшой переулок составляли собой, нечто похожее на треугольник.

Жена прекрасно запомнила карту района. Она твёрдо знала, если машина сделает крюк в триста метров, то подбросит подругу к её старой «хрущевке», и отправится дальше. Поэтому, Верочка не начала возражать. Муж тоже молча кивнул.

Как потом рассказывал Паша, он собирался, сразу спросить у водителя, по какому шоссе, тот собирается двигаться? Потом, сообщить, что лучше всего, прокатиться по левой дороге, и свернуть к дому Милы, что стоит в середине квартала. Дальше, машина дошла бы до Партизанской, и помчалась к торговому центру «Аврора».

Запоздавшие гости втроём вышли на улицу и оказались у серой машины. К сожалению Верочки, она не являлась профессиональным такси с шашечками на каждом борту и фонарём наверху.

Это была иномарка шофёра, которых в те годы, называли «бомбилами». В свободное время, он брал адреса у «службы заказов» и развозил пассажиров по городу. Но делать гостям было нечего. В праздничный день, таксомоторов, как всегда, не хватало. Приходилось использовать привлечённых водителей.

Подруга Тамары была упитанной женщиной, и с огромным трудом умещалась на заднем диване машины. Все знакомые люди, входили в сложное положение Милы и оставляли ей место возле руля.

Вот и теперь она плюхнулась на широкое переднее кресло. Не успели Верочка с Пашей втиснуться в тесный салон, как попутчица уже назвала адрес своей старой «хрущёвки».

Скорее всего, «бомбила» не ориентировался в данном районе и пользовался лишь навигатором. Поэтому, он даже не понял, где это место? Тем более, он и не знал, что дом «безбилетницы» стоит между двумя широкими улицами, по которым он только и сможет проехать до нужного места.

Верочке, увы, неизвестно, кем работал мужчина в то время, когда он, не занимался извозом? То ли, крупным начальником? То ли, «крутым» бизнесменом? Трудно сказать, но он, оказался настолько «упёртым», что не терпел никаких возражений.

Вместо того, чтоб уточнить все детали, он с апломбом сказал, мол, отправится только по адресу, который получил от диспетчера. Сразу нажал на педаль и помчался окольным путём. Верочка тотчас поняла, человек очень плохо знает Самару.

Верочка с Пашей часто бывали в гостях у Тамары и Сани и регулярно встречались там с Милой. Они брали такси и завозили её по дороге домой. Никогда, и ни с кем из водителей, не возникало каких-то проблем.

Но всё в нашей жизни когда-нибудь, происходит впервые. Потрясённая словами таксиста, подруга Тамары сделала большие глаза и громко спросила: – Да какая Вам разница?

– Нет! – сурово отрезал «бомбила»: – Я поеду по адресу, что указал мне диспетчер. Она вам называла стоимость этой поездки, и я не могу её изменить.

Паша остановил, готовую взорваться подругу, и попробовал объяснить ситуацию. Он сказал, что нужно попасть к тому дому, что находится рядом с дорогой. С той самой дорогой, по которой таксист всё равно должен ехать.

– Нет! – отрезал мужчина.

– Мы прибавим тридцать процентов от суммы, что назвал вам диспетчер. – сказал Паша водиле.

«Бомбила» отрицательно замотал головой. По лицу было видно, он уже стал накаляться.

Тогда Паша ему предложил: – Довёзите Милу до места. Потом отправимся дальше, по названному диспетчером адресу. Чтобы у вас не было, перерасхода горючего на этом маршруте, вычтите то расстояние, что займёт маленький крюк к её дому. Это всего триста метров. То есть, мы выйдем за полкилометра до конечного пункта.

Мужик внезапно упёрся, как безмозглый баран: – Нет! Если бы, вы назвали сразу два адреса, то с вас тогда взяли в два раза больше. – заявил он, словно отрезал. Водила удивительно сильно, сражался за прибыль «службы заказов». Можно было подумать, будто бы он, хозяин всего предприятия.

Мила не выдержала его излияний и стала кричать: – Что это за сервис? Почему, это вы не идёте навстречу клиенту?

– Хорошо. – сдался Паша: – Отправляемся к Миле. Там мы выйдем втроём и заплатим вам столько, сколько назначил начальник. Мы пройдёмся пешком, а ты можешь ехать, куда только хочешь. – к этому времени, муж весьма разозлился и не заметил, что позабыл уважительное местоимение – «вы».

Водитель вышел уже из себя и заявил, если Паша сейчас не заткнётся, то он остановит машину и настучит ему сильно по черепу.

– Ты один, а нас здесь находится трое. Так что, суд решит в нашу пользу. – не выдержал Паша: – А если ты тронешь меня, то сядешь в тюрьму за побои.

– Сколько можно выслушивать, как он нам угрожает? – вошла в перепалку молчавшая Верочка: – Давайте все выйдем. Водитель остановите машину!

Как это ни странно, но «бомбила» послушал её. Похоже, ему надоело «культурно общаться с наглыми харями». Все выбрались из салона, и Верочка огляделась вокруг. Выяснилось, что за время поездки, они поколесили по микрорайону, но удалились от места посадки, всего на один километр.

– А кто будет платить? – крикнул шофёр из машины.

– За такое обслуживание, мы вам не будем платить. – откликнулся Паша и спокойно закрыл заднюю дверцу.

– Ты чего дверцами хлопаешь? – взвился мужик. Он выскочил из иномарки и помчался к супругу. Шофёр оказался выше мужа на целую голову. В полтора раза моложе и тяжелее килограммов на десять. Учитывая, что Паша чуть выпил, то против водилы, у архитектора не было шансов.

– Что ты привязался к пенсионерам? – закричала вдруг Верочка.

Водитель, словно очнулся. Он посмотрел на поседевшие волосы Паши и удивлённо вздохнул: – К пенсионерам?

Потом, уселся в машину и немедля уехал. Видно в темноте не увидел, сколько же лет пассажиру? А может быть, просто подумал, он вышел в тираж по льготному графику. В те давние годы, так поступали менты и военные.

Верочка с Пашей и Милой прошагали вперёд ещё один квартал и оказались на остановке муниципального транспорта. Тотчас подкатил нужный трамвай. Все трое поднялись в салон и поехали дальше. Настроенье у всех, было просто ужасное.

По дороге к «Авроре» Мила сошла на своей коротенькой улице, помахала рукой с тротуара и поплелась к своему старому дому. Он отстоял от дороги на три сотни метров.

Через десять минут, Верочка с Пашей сошли на остановке Энтузиастов и направились к дому. Чтобы хоть как-то, отвлечься от мыслей о неприятной поездке, жена рассказала супругу о встрече со старой подругой. Как это часто бывает у женщин, она изложила такую историю, что была прямо связана, с предыдущим событием.

– Недавно шла после обеда в свой институт и столкнулась с сотрудницей по старой работе, в конторе Топтыгиной. Мы обнялись, а она вдруг застонала.

– Что с тобою случилось? – удивлённо воскликнула я.

– Рука перебита в двух разных места, восемь ребер поломано, а ещё, трещина у меня в позвоночнике. Сильно болит. – со слезами сказала Карина.

– Извини, я же не знала, а как это всё произошло?

– Я возвращалась в Самару. За час перед этим, прошёл сильный дождь. Дорога была совершенно сухая, а на обочинах, ярко блестело множество луж. Я объезжала на скорости неглубокую ямку. Одно колесо и попало в жидкую грязь.

Машина вернулась на трассу и потеряла сцепленье с асфальтом. Её закружило волчком, и зашвырнуло в неглубокий кювет, что находился на другой стороне. Не знаю, сколько уж раз, она кувыркалась по полю.

Очнулась и чувствую, я крепко зажата в смятой кабине. Хорошо, что кто-то увидел, как я улетела с дороги. Ко мне подбежали несколько крепких мужчин и стали дёргать за дверцы. Ничего не выходит.

Пришлось вызывать МЧС по мобильнику. Те прикатили минут через сорок и, используя кучу своих инструментов, разрезали корпус. Всё это время, я так и висела внутри, кверху ногами. Хорошо, что пролитый бензин не начал гореть.

В общем, машина забилась в лепёшку и восстановлению не подлежит. Я уже третий месяц, сижу теперь дома, лечусь. Недавно взяла крупный кредит, чтобы купить себе новую «тачку». Нужно, как можно скорей, браться за дело, и отдавать банку заём.

– И не страшно тебе снова садиться в машину? – спросила я у неё.

– Нет. – сказала Карина и спокойно добавила: – К тому же, она мне нужна для работы.

– А чем ты сейчас занимаешься?

– Таксую. – ответила женщина.

Я прямо опешила и осторожно спросила: – А ты не боишься, что на тебя нападут и отнимут машину и деньги?

– Я выезжаю лишь днём, вожу только женщин и семейные пары с детьми, которые едут в селения области. Так что, пока с пассажирами нет никаких неприятностей.

– А ты не пыталась найти другую работу?

– Пыталась. Да всё бесполезно. К тому же, я двадцать лет за рулём. Мне это не сложно.

– Но это, ведь так тяжело. – я всерьёз посочувствовала старой подруге.

– У меня есть знакомая. – хмуро отозвалась Карина: – Ей уже скоро, перевалит за семьдесят, а она даже вечером ездит по городу. У неё трое внуков и дети сидят без работы. Вот и приходиться всех содержать.

Заметив, что я, очень сильно расстроилась, Карина рассказала одну смешную историю. Приехала она как-то, по вызову. Её ждут пассажирки: сорокалетняя мама и дочка, где-то под двадцать.

Старшая дама увидала водительницу и недовольно ворчит: – Не доверяю я женщинам, когда они за рулём.

– У меня большой стаж. – отвечает Карина.

– Это мало меня утешает. – возражает клиентка: – Мне намного спокойней, когда водитель мужчина.

– Что же мне, накладную бороду нужно возить? – спрашивает Карина у женщины.

Одним словом, они всё-таки сели в машину. Ну, Карина от злости и повезла их тогда с ветерком. Пассажирки зажались на заднем сидении и всю дорогу визжали от страха.

Праздник строителей

Где бы, когда бы, не работала Верочка, но всюду, второе воскресение августа, всегда отмечалось с широким размахом. Как-никак, праздник всех российских строителей.

Перебравшись в «ВНИПИ» женщина с удивленьем узнала, что тот знаменательный день, там, вообще, не считался за важную дату. Там отмечали «День газовика и нефтяника», что приходился на первый выходной сентября.

И это притом, что институт состоял из нескольких крупных отделов, где почти все сотрудники, были с дипломом «КИСИ». Подобных людей там оказалось, чуть более сотни. Они составляли костяк этой скромной конторы.

Оказавшись в таком положении, инженеры-строители сами решали большую проблему. В пятницу вечером, они покидали работу и своей дружной компанией шли отдохнуть.

Одни устремлялись в кафе, стоящее рядом, другие отправлялись на пляж, третьи садились в «волжский трамвайчик» и плыли на остров «Зелёненький», что расположен напротив Самары. Вторые и третьи тащили с собой объёмные сумки с едой и напитками.

Уже ближе к ночи, усталые, но очень довольные, все возвращались домой. Они сожалели лишь об одном, что руководство «ВНИПИ», не выделяло им деньги на праздник, как это делалось в проектных конторах. Приходилось оплачивать отдых из своего кошелька.

С каждым годом в стране, цены быстро росли. Мероприятия подобного рода им обходились всё в более крупную сумму. И это при их, очень скромной зарплате. Она почему-то, весьма отставала от взлёта инфляции.

Если и дальше, всё будет двигаться тем же макаром, то профессиональные даты, народ вообще прекратит отмечать. Такие тусовки позволят себе только банкиры, да ещё бюрократы. И тем и другим, все поголовно должны.

Хорошо погуляв на «Зелёненьком», Верочка вернулась домой. Она с огорченьем узнала, что у Паши в конторе, ничего вообще, не сложилось. Мало того, никто их, не позвал в воскресенье на дачу, чтобы поесть шашлыков. У всех разом возникли большие проблемы, и все отказались, от встречи друзей, на лоне природы.

– Ну и ладно. Пойдём в воскресенье на Волгу. – утешил Верочку Паша.

– Сходим на пляж, который называют «собачьим»? – с надеждою в голосе спросила жена.

– Да. – откликнулся муж и с серьёзно добавил: – но мне больше нравиться, называть его «диким».

– Ура! – воскликнула женщина. Она заплескала в ладоши и заскакала на месте, как малолетняя девочка. Её упругие груди задвигались так соблазнительно, что муж не мог, от них оторвать восторженных глаз.

Его сильные руки потянулись к жене. Широко улыбаясь, Верочка отступила к дивану. Она упала спиной на подушки и с большим удовольствием отдалась дорогому супругу.

После отличного секса, она со вздохом сказала: – Уф, полегчало. – хитро посмотрела на мужа, который без сил лежал рядом с ней и с усмешкой спросила: – А, как Паша тебе?

– Тоже, но лишь после того, как смог отдышаться. – тихо ответил супруг.

Верочка с Пашей прошли по краю общественной зоны купания, миновали редкую рощу и оказались возле поляны «дикого» пляжа. Их встретил шум генератора и запах сгоревшего топлива.

Среди высоких деревьев стояли аудиоколонки размером около метра. За ними виднелись раскладные столы с едой и напитками. Всюду бродили какие-то люди, человек тридцать не меньше.

– Настоящее столпотворение. – удивился супруг: – Наверное, здесь какая-то фирма решила, «шикарно отметить праздник строителя».

Верочка внезапно подумала, что вся площадка, уже плотно занята телами купальщиков. Поэтому, для их старой подстилки не найдётся местечка. Она посмотрела вперёд и с облегченьем заметила, там почти пусто. Ложись, где захочешь.

Взгляд пробежал до скалы, торчащей на дальнем конце длинной поляны. У доломитного выступа стояли жених и невеста. На нём чёрнели строгий костюм, остроносые туфли и бабочка. Всё это хорошо оттеняла сорочка молочного цвета.

Спутница парня была в длинном, до пят, кипенно белом подвенечном уборе и лилейной фате. Перед ними ходил человек с кинокамерой, которую он напряжённо держал возле глаз. Значит, снимал молодожёнов на видео. Чуть в стороне, топталась пара смущённых свидетелей. Шикарную обувь людей покрыла плотная пыль.

– Скорее всего, празднуют свадьбу. – ответила Верочка мужу и указала глазами на жениха и невеста.

– В таком грязном месте? – удивился супруг.

Молодожёны закончили видеосессию и, увязая в песке, направились к муниципальному пляжу. По кромке воды они не пошли. Опасались испортить новые туфли и длинный подол белого платья.

– Сейчас переоденутся в своём лимузине и сразу вернуться обратно. – предположила жена.

– Опять будет здесь очень громкая музыка. – со вздохом откликнулся муж и двинулся в дальний конец «дикого» пляжа. Он очень надеялся, пятьдесят с чем-то метров пространства, немного приглушат грохот колонок.

Верочка с Пашей разложили подстилку, разделись и опустились на плотную ткань. В тени высоких деревьев было очень приятно сидеть и смотреть на широкие волжские дали.

По реке иногда проплывали моторные лодки советских времён, а ещё, катера и белоснежные яхты богатых людей. Значительно реже, проходил теплоход, везущий весёлых туристов на отдых.

Барж, сухохогрузов и танкеров они там, ни разу не видели. Похоже, что возить по воде, в стране было нечего, да к тому же, и не на чем. Все суда «новые владельцы России» сдали в металлом.

В роще засвистел микрофон. Разбитной тамада объявил, что сегодня, здесь собирались, отметить день рождение семилетнего мальчика!

Верочка встала от удивления и посмотрела в сторону странного празднества. Действительно, среди взрослых людей там находился малолетний ребёнок, который сидел на раскладном матерчатом стуле. Он был одет в строгий костюмчик тёмного цвета. На шее мальчишки висел маленький галстук.

– Какие неординарные люди, приходят сюда. Чего только здесь не увидишь. – сказала женщина мужу.

– А мы им, под стать. Тоже с большим закидоном. – усмехнулся супруг.

К счастью Верочки с Пашей в тот раз играл, только один магнитофон. Да и он находился значительно дальше, чем раньше. Диджей постоянно крутил российский шансон. Тамада, призывал всех наполнить бокалы по разным причинам и поводам.

Минут через тридцать, ведущий поставил выпивших девушек в ряд. Он взял бумажные деньги и навтыкал их за пояс и под бретельки на пышных грудях веселящихся дам.

К ним подходили поддатые парни поднимали руки над головой и доставали купюры зубами на скорость. Кто быстрей всё соберёт, тот всё и выиграл. Многие молодые спортсмены так увлекались, что лезли носом совсем не туда, где торчали купюры.

Чуть в стороне, на бревне, расположились два молодых человека. Они о чём-то беспечно болтали. В ногах двух парней, удобно сидела пьяная девушка. Она устроила голову на коленях одного ухажёра и крепко спала.

Взрослые люди поднимали рюмку за рюмкой и вовсю веселились. О семилетнем ребёнке, все благополучно забыли. Он тихо сидел один одинешенек за опустевшим столом.

Через час, полтора музыка, к счастью, закончилась. Диджей с тамадой собрали аппаратуру и бесследно исчезли. Следом за ними какие-то люди забрали столы и матерчатый стул, который являлся для именинника троном.

Почти все гуляки уже разошлись. Ведь стоя, на шведский манер, не съешь и не выпьешь так много, как сидя. Ноги начинают отказывать. Можно с маху упасть пьяной мордой в салат.

Осталось пять или семь человек. Они толпились вокруг клеенчатой скатерти, расстеленной прямо на голом песке. Там находились остатки закуски и бутылки с питьём.

Стало удивительно тихо. Лишь шелестели листья на ветках, да мелкие волны плескались о берег. Верочка с Пашей вздохнули намного свободней. От муниципального пляжа пришёл худой парень в маске и ластах. В одной руке у него, был прочный мешок из белого пластика.

Человек шёл по грудь в зеленоватой воде. Пройдя несколько метров, он опускался ко дну. Почти каждый раз, ловец доставал рака средних размеров. Сунув добычу в котомку, он двигался дальше.

В пяти метрах от Верочки с Пашей, остановилась странная пара: мужчина под пятьдесят с пивным животом и худая невзрачная девушка лет двадцати с небольшим.

В руках кавалера виднелась авоська, а так же коробка размером с небольшой чемодан. Лицо хмурой подруги выражало сложную смесь сильных эмоций: злости, раздраженья и скуки. Было отчётливо видно, она очень сильно страдает.

Мужчина достал из авоськи два полотенца, бросил их на песок, быстро разделся и стал распаковывать принесённую картонную тару. Оказалось, что в ней находилась двухместная лодка из прочной зелёной водонепроницаемой ткани.

Владелец плавсредства открыл небольшую инструкцию и начал её изучать. Девушка даже не скинула платье. Она села так, как была, и сразу уткнулась в свой телефон. То ли, лазала по интернету, то ли, писала смс-ки кому-то?

– Похоже, что муж и жена. – сказала Верочка Паше: – Видишь, как она недовольна, что он приобрёл себе лодку.

– Может быть, это преподаватель из института, который во всём притесняет студентку? Он заявил, ляжёшь со мною в постель, получишь зачёт. Умом она согласилась, мол, от меня не убудет, а тело не может, терпеть его рядом. Отсюда такая гримаса у неё на лице. А он негодяй, не обращает на это внимания. Мол, нравиться не нравиться, снимай трусы, красавица.

– И зачем же мужик, притащился сюда, вёл бы сразу её на квартиру? – удивилась жена.

– Кто его знает, может быть, он с раннего детства хотел завести такую вот лодку. Шёл с той девицей домой и увидел свою «большую мечту» на витрине. Он её тут же купил, и заодно, решил провести испытания. Получить, так сказать, сразу два удовольствия за день.

Наконец-то, мужчина собрал все детали. Затем накачал и спустил лодку на воду. Девушка всё же разделась и нехотя двинулась к Волге. С огромным трудом, они уместились в миниатюрной посудине. Сидели друг к другу лицом, но отводили глаза и очень старались, не встретиться взглядом.

Кавалер вставил короткие вёсла в уключины, начал ими махать, и попытался отплыть от песчаного берега. Волны и большое течение не давали судёнышку, сразу же выйти на речные просторы.

«Дикий» пляж, с интересом следил за борьбой человека с водной стихией, но никто, и не тронулся с места, чтобы хоть чем-то помочь. На пассажирку было жалко смотреть, что отводила глаза от «капитана» плавсредства. Казалось, что девушка, сейчас разразиться слезами.

– Ну, что ты сидишь. Иди, подтолкни. – сказал Верочке Паша.

Жена рванулась к воде. Через пару шагов, она поняла, что муж просто шутит и, полная негодования, вернулась обратно. По лицу было видно, сейчас скажет всё, что она думает по данному поводу. Причём, не стесняясь в словах.

– Смотри-ка, отплыли. – отвлёк её муж от произнесенья тирады: – Видать им отлично помог, твой благородный порыв.

Жена посмотрела на воду, с облегченьем увидела, что лодка уже, в пяти метрах от берега и ничего не сказала. Она ещё злилась на Пашу, но чтобы не брякнуть чего-нибудь лишнего, решила сходить искупаться.

Минут через пять, Верочка вышла из Волги. К этому времени, соседи тоже вернулись на берег. Мужчина спустил воздух из лодки и положил её на песок, чтобы просохла.

От махания вёслами, «капитан» подустал и решил, заморить червячка. Он достал из авоськи пакет с двумя бутербродами. Один толстый сэндвич, предложил своей спутнице. Та передёрнулась от отвращения и с возмущением, отвернулась от пищи.

Мужчина поел, собрал лодку в коробку и стал одеваться. Девушка быстро накинула платье. Она взяла туфли с песка и поникшей походкой уныло плелась за своим кавалером. Тот даже, не оглянулся назад. Судя по спокойному шагу, он был твёрдо уверен, дорогая подруга идёт следом за ним.

К «дикому» пляжу неспешно приблизилась, моторная лодка типа «Прогресс», выпуска восьмидесятых годов. Она пришла из-за Волги и, сбросив скорость, ткнулась носом в песок. Внутри находился один человек. Четыре маленьких кресла оставались пустыми.

Со стороны муниципального пляжа, с радостным шумом явилась небольшая толпа. Радуясь неизвестно чему, люди полезли в небольшое плавсредство. К удивлению Верочки туда уместилось пять тяжёлых баулов, набитых вещами, семь взрослых сограждан и двое десятилетних детей.

Одному человеку места, увы, не хватило. Он что-то сказал и оттолкнул лодку от берега. Верочка с облегченьем подумала, что тот никуда не поедет. Однако, она сильно ошибалась.

Чуть не опрокинув судёнышко, парень запрыгнул на нос. Вытянув ноги вперёд, он сел на продольной оси и прижался спиной к ветровому стеклу. Затем, раскинул руки в разные стороны и ухватился ладонями за тонкую железную рамку.

Благодаря своей позе, он походил на гигантского пупса, что привязан к капоту машины. То есть, к тем легковушкам, в которых на свадьбу, едут невесты. Рулевой тесной лодки, смотрел вперёд из подмышки своего пассажира. Он видел лишь малую часть акватории.

Чихая удушливым дымом, негромко взревел слабосильный мотор. Не иначе, как «Вихрь» советских годов. Перегруженный транспорт не спеша развернулся, встал носом к противоположному берегу и удивительно медленно поплыл на ту сторону Волги.

Борта «корабля» едва возвышались над речною поверхностью. Верочка весьма сомневалась, сможет ли он, вообще, добраться до места? Невысокой волны хватит на то, чтобы всех утопить.

Мимо прошли два щуплых студента. Они обсуждали расположение полков Тахтомыша у реки Кондурча. Верочка вопросительно посмотрела на мужа. Мол, о чём эти люди, сейчас говорят?

Паша правильно понял заинтересованный взгляд и немедленно выдал короткую справку: – В тысяча триста девяносто каком-то году, уже точно не помню в каком, на севере области, произошла очень крупная битва между войсками Тимура и «Золотою ордой».

Случилось всё это в районе, где сегодня находиться, большое село под именем Кошки. Название произошло от тюркского выражения кош, что значит – стоянка, главная ставка начальника армии.

Сражение закончилось победой Тимура. Он прибыл на Волгу оттуда, где в данное время, находиться Узбекистан. Две стороны оказались сильно ослаблены битвой и вернули войска на прежнее место, на родину. На Центральную Русь, тогда никто не пошёл. В честь этого дня, ежегодно проводится большой фестиваль.

Любители древней истории куют для себя кольчуги, шлемы, мечи и другое оружие тогдашних времён. Они приезжают на поле сражение и, махая всей этой куёвиной, дают представленье для публики. Всем очень нравиться на это смотреть.

Уловив каламбур неприличного свойства, Верочка прыснула от внезапного смеха и толкнула супруга в плечо. Сделав вид, что ему очень больно, Паша со стоном повалился на бок.

С верховий реки появился мужчина под пятьдесят и принёс две складные, очень приличные удочки. Он тут же, закинул тонкие лески в зеленоватую воду, а концы очень длинных удилищ надёжно воткнул в мокрый песок.

Рыбак вынул из сумки магнитолу девяностых годов, расстелил небольшую подстилку и положил на неё древний термос и какие-то вещи. Затем лёг отдохнуть и надвинул бейсболку нос. Иногда он вставал, чтобы проверить ловчие снасти.

Если что-нибудь, попадалось мужчине, он быстро снимал добычу с крючка и бросал в бутылку из пластика. Она вмещала в себя ровно пять литров, но налита была, до половины. Плотвички плавали там, словно в аквариуме.

Горлышко ёмкости оказалось под плоскую пробку диаметром в шесть сантиметров. Рыбки длинной больше пальца не пролазали в тесную дырку. Мужчина взял нож и сделал в стенке бутылки горизонтальный разрез шириною в девичью ладонь.

Тут появилась небольшая компания. Пришли два молодых человека двадцати пять лет и женщина под пятьдесят. Все прилично поддатые. Они быстро разделись, полезли купаться, и повели себя в речке, достаточно шумно.

Самое странное, что все забежали в тёплую воду удивительно быстро. Они двигались так, словно всё дно, там было песчаным, и его не покрыли обломки камней. Как эти люди не повредили конечности, никому не понятно. Видимо Бог бережёт очень пьяных людей.

Верочка, конечно, не слышала, что они там говорят, но по всему было видно, сильно увядшая женщина вовсю приставала к одному из парней. Он, на пару с товарищем, над ней постоянно подшучивал.

Женщина подошла к рыбаку и попросила добычу из банки. Чтоб отвязаться от гостьи, мужчина ей разрешил, взять одну. Дама тут же присела на корточки и сунула руку в разрез бутылки из пластика. Схватив крупную рыбку, длинной сантиметров пятнадцать, она потянула к себе.

Чешуя у плотвички зацепилась за край небольшого разреза, выскользнула из нетвёрдой руки и вернулась обратно в аквариум. Так повторилось несколько раз. Парни оставались на месте. Они оба смеялись и громко подбадривали поддатую даму весёлыми криками.

Женщина опустилась на четвереньки, сунула в рот хвост крупной рыбки и, сжав его крепко зубами, потянула к себе. Бутылку она держала рукою за горлышко. Чешуя от плотвички брызнула в разные стороны.

Наконец, упорная женщина взяла, что хотела. Она встала на ноги, подошла к молодому избраннику и подала ему на ладони, погибшую рубку. Парень принял её скромный подарок, широко размахнулся и бросил в зеленоватую воду.

С отчаянным криком, женщина бросилась в реку. Она нырнула в том месте, где упала плотвичка, но ничего не нашла. После такого поступка избранника, веселье у женщины сразу увяло. Видно она поняла, что над ней лишь смеялись. Компания скоро оделась и тихо ушла с «дикого» пляжа.

Время приближалось к семи. Солнце спускалось к верхушкам деревьев, стоящих стеною за Волгой. К рыбаку подошла какая-то женщина под пятьдесят. Они поговорили о чём-то. Мужчина, отошёл от реки, побродил меж деревьев и скоро вернулся обратно.

В руках у него находились две старые книги, сильно разбухшие от многих дождей. Был ещё и кусок пенопласта размером с тетрадь. Всё это он бросил в небольшой костёрок, который уже развела его собеседница.

Туда же пошли и пустые бутылки из пластика, что оставляли вокруг отдыхающие. К небу взвились клубы чёрного, жирного дыма. Ужасная вонь ощущалась, в нескольких метрах против слабого ветра.

– Что это, он делает? – удивлённо воскликнула Верочка.

– Скорее всего, собирается жарить рыбу на ужин. – сделал предположение Паша.

– Но ведь в костре ярко горит ядовитая химия.

– Наверное, она придает, изысканный вкус приготовленным блюдам.

– Хватит купаться. Пошли-ка домой. – сказала вдруг Верочка.

Они быстро оделись и пошли по песку в сторону муниципального пляжа.

Оказавшись на набережной, Верочка вдруг подвела итог суматошного дня: – Сегодня, мы много увидели интересных людей.

– Точно. Даже в цирк нам не нужно ходить. – устало откликнулся Паша.

Жизнь среднего класса России

Среди многих знакомых общительной Верочки была молодая чета. Они оба учились в стройинституте, только чуть раньше, чем женщина, лет на пять или шесть. Благополучно закончив «КИСИ», молодожёны пошли на работу по любимой специальности.

В те времена, её было в России навалом. На любой остановке, виднелись щиты с удивительной надписью – «Требуются». Чуть ниже висели бумажки с перечислением десятков вакансий. Искали людей самых разных профессий. От простых работяг, до инженеров с учёными. Выбирай, не хочу.

К 1991-му году, супруги создали себе репутацию неплохих архитекторов. Руководители советских заводов и фабрик немедля воспользовались, разрешением М. Горбачёва и «приХватизировали» достоянье народа. Они выгнали рабочих на улицу, а всё оборудование сдали в металлолом.

На огромные деньги, добытые «честным и непосильным трудом», нувориши начали строиться. В этот момент, вдруг подфартило талантливым зодчим. Они проектировали большие дома для богатых людей.

Те, кто был победнее, возводил трёхэтажный коттедж, размером с футбольное поле. Кто нахватал значительно больше, нуждался в обширном поместье с настоящим дворцом.

И чтобы везде, ярко блистала золотая лепнина. В пример архитекторам, богачи приводили дом Воронцова в Алупке и другие строения, что они раньше встречали в советском Крыму.

Перед «КАТАСТРОйкой», в них находились всесоюзные здравницы. Туда мог попасть любой гражданин СССР. Для этого, им было нужно, взять путёвку в профкоме. Теперь там стоят большие заборы, а за ними, как сто лет назад, снова живут нувориши.

Дела архитекторов, сразу пошли удивительно ходко. Они быстро купили всё то, что очень хотели: большую квартиру в центре Самары, дорогую стильную мебель и «крутую» машину в виде японского чёрного джипа.

Немного подумав, они отослали своих двух детей заграницу. Мол, ребята не та голытьба, что обитает вокруг. Пусть они учатся в Англии и привыкают к хорошим условиям жизни.

– Наконец-то сбылась, вековая мечта интеллигентных советских людей. – всюду тогда говорили везучие зодчие: – Закончилась та уравниловка, что царила в проклятом СССР. Теперь, все российские граждане, что владеют хорошей специальностью и любят работать, обрели нужный вес. Они стали цениться, значительно выше неумех и бездельников. Только они и являются солью русской земли. Теперь они превращаются в, так называемый, средний класс нашего общества.

В сплочённой семье, всё шло именно так, как «демократы» твердили по радио с телеком. Иван с Катериной, словно на лифте, стрелой поднимались к вершинам успеха. Обустроившись в городе, они прикупили бревенчатый дом, стоящий в деревне, недалеко от Самары.

В первую очередь, супруги там сделали капитальный ремонт. Они расширили окна до огромных размеров, что обычно встречались в Италии, Франции или в Испании. Возвели большую веранду, установили высокие стеклянные двери, выходящие сразу во внушительный сад. Облик строения, приблизился к тому идеалу, что был у помещиков, в самом начале двадцатого века.

Архитекторы облагородили старый сарай и купили себе молодого коня. Ведь успешные граждане, должны постоянно кататься верхом. Правда, не все нувориши предпочитали подобных животных. Большая часть богачей, любила сидеть, на шее у бедных сограждан.

Постепенно, «хозяева жизни» возвели для себя дворцы и коттеджи. Большая часть, вообще, утекла за рубеж. Новых заказчиков становилось всё меньше и меньше. С течением времени, работа исчезла совсем. Никому больше не требовался талант и умение двух архитекторов.

Оно и понятно, «наследие СССР» руководство России успешно разграбило, а вот «свою экономику», оно так и не создало. Нельзя же возвращаться обратно и делить на толпу те доходы, что богачи получают от сырья или нефти. Это же будет простой уравниловкой. Разве не с этим боролись все демократы, начиная с М. Горбачёва и светлоликого Ельцина?

Как бы то ни было, но два «крутых» архитектора внезапно остались на скромном пособии для простых безработных. Или, как говорится теперь: – Они стали фрилансерами. Мол, как потопаешь, так теперь и полопаешь.

С другой стороны, два этих зодчих оказались весьма в неплохом положении. Не то что, другие коллеги, которым везло значительно меньше. Квартира, мебель и нужные вещи у них все, имелись в наличии. Машина была ещё на ходу.

Хотя, владеть старым джипом, стало для них удивительно дорого. Он жрал бензин целыми вёдрами. Да и запчасти к нему, всё труднее найти. В Японии, такие машины давно уже больше не делали. Если что-то сломается, то хоть бросай его, где-то в дороге.

А тут ещё, и бревенчатый дом, на шее вдруг камнем повис. Можно, конечно, сдать городскую квартиру, а самим перебраться в деревню. Но тут возникало много проблем. Как оказалось, жить там зимою нельзя. Слишком холодно в особняке. Благодаря огромным проёмам в стенах, его невозможно хорошо протопить. На дровах разоришься.

Плюс ко всему, во время пробежки, конь поскользнулся на мокрой земле. Он неудачно упал и очень сильно, повредил себе спину. Так что, кататься на нём больше нельзя.

Продать больную скотинку они никому не смогли. Россия не викторианская Англия и, мода на верховую езду, повсеместно прошла. Теперь и здоровые кони никому не нужны. Животное брали только на бойню, на мясо. Такому исходу, сильно противилась «интеллигентская совесть» фрилансеров.

Дома или дачи в предместьях, у всех нуворишей давно уже есть. Других богачей, в нашей стране, что-то невидно. Скорее всего, они уже здесь, никогда не появятся. Работы для двух архитекторов нет, вообще, никакой. Вот и уходят их деньги на содержание деревенского дома и коня-инвалида. А к слову сказать, живут те животные, лет по двадцать и более.

Рассказывая об этом супругу, Верочка неожиданно вспомнила, ещё одну пару хороших знакомых. Они вместе с ней учились в «КИСИ». Жена в той семье, была дочерью зодчего, довольно известного в определённых кругах.

Началась «КАТАСТРОйка». Благодаря любимому папе, она создала небольшую контору, и начала проектировать, всё что угодно. Инженеров тогда, ещё было в России, в огромном достатке. Легко найти человека, любой нужной специальности и пригласить на короткое время к себе.

Лет десять подряд, дела шли хорошо. Супруги считали, что по реальным доходам, они приближаются, к уровню жизни среднего класса. Правда, совсем не к такому, как в США или в Англии с Францией, но для России и это неплохо.

Затем, молодые чиновники отодвинули в сторону старого зодчего, и он оказался на честно заслуженной пенсии. Потоки заказчиков, тут же пошли, уже мимо него. Контора его милой дочери, осталась совсем без работы.

Теперь его зять шьёт брюки и куртки с пальто в небольшом ателье. Его дорогая жена, убирает квартиры богатых людей. Хорошо, что она познакомилась с ними значительно раньше, когда её фирма «была на коне». Иначе, кто бы пустил, к себе в дом голытьбу?

Несмотря на изменение статуса старых друзей, Верочка продолжала встречаться с супругами. В ходе любых посиделок, речь постоянно касалась политики и экономики нашей страны.

Непонятно с чего, но подруга всегда выступала за «родное» правительство. Причём, она громко спорила, что называется, «с пеной у рта». Паша тотчас возражал. Несколько раз, она так раскалялась, что почти доходило, до драки.

Через какое-то время, Верочка случайно узнала, дочка подруги, стала женой бизнесмена высокого уровня. Великовозрастный зять, владел крупной сетью зубных кабинетов в Москве. Стало понятно, почему его тёща, так защищала современную власть. Мол, пусть я и плохо живу, так хоть Светланка, отлично устроилась.

Холодильник

– Пора сменить холодильник! – заявила вдруг Верочка Паше.

– Зачем же выбрасывать добротную вещь, если она прекрасно работает? – удивился супруг.

– Затем, что он уже старый! Ему лет пятнадцать, а то и побольше. Все соседи давно, купили себе новую технику, только у нас, стоит эта рухлядь!

– Сломается, сменим!

– А если он неожиданно, выйдет из строя, куда мы положим продукты?

– Уже наступила зима! – убедительным тоном откликнулся Паша: – Если он вдруг откажет, то вся наша жратва, полежит пару дней на балконе. Ничего с ней не сделается.

На том разговор и закончился.

В пятницу вечером Паша вернулся с работы домой и не узнал свою тесную кухню. На месте не оказалось чрезвычайно заслуженного, местами сильно потёртого, холодильного ящика.

А ведь он, между прочим, очень долгие годы находился в переднем, можно сказать, «красном углу». Вместо него, появилось белоснежное чудище, ярко блиставшее своей новизной. Оно оказалось настолько огромным, что занимало, чуть ли не четверть объёма всего помещения.

Верочка стояла поблизости и улыбалась, как кинозвезда. Взглянув на неё, можно было подумать, это она, своими руками, сработала эту громадину. Старого агрегата не оказалось в квартире.

– Ну и как он тебе? Я взяла холодильник самой новейшей модели! – сияя, спросила супруга.

– Куда дела старый? – хмуро поинтересовался мужчина.

– Подарила подруге, а она, его увезла на свой дачный участок. – небрежно бросила женщина.

– Зачем отдала? – взбеленился супруг.

– К чему нам теперь два холодильника? – удивлённо воскликнула Верочка.

– А если новый откажет? Вещь совсем не обкатанная. Ещё неизвестно, как он себя поведёт?

– Такие предметы или сразу ломаются, или же служат сто лет! – возразила жена: – А привезённый к нам холодильник, уже полдня тарахтит. Так что, теперь будет работать, всю нашу жизнь.

Паша не смог нечего возразить. Жена постаралась усилить свой несомненный успех: – Ты только послушай, что это за вещь! – сказала Верочка мужу и перечислила множество функций, что обнаружились у белого чуда импортной техники: – У старого холодильника, ничего и похожего не было. – завершила она пылкую речь.

– Ещё бы он сам, все продукты для нас, из электричества делал. Цены бы ему тогда не было. – зло пробурчал расстроенный муж. Зодчего огорчала та мысль, что жена игнорировала его личное мнение. Паша вышёл из кухни, шумно протопал в гостиную и включил телевизор.

Утром субботы, Верочка двинулась по магазинам. Паша поднялся с постели, умылся, побрился и вышел на кухню, чтобы позавтракать. Там его встретило новое холодильное чудо. Своей непривычностью, оно резануло глаза архитектора.

Он осторожно открыл блестящую дверцу, вынул оттуда кое-какие продукты, чтобы заморить червячка, и отнёс всё к столу. Агрегат за спиной тихонечко пискнул и сразу же смолк.

Паша оглянулся на звук, пожал крутыми плечами и начал готовить еду. За спиной у него, вновь послышался звук. Через минуту, он повторился опять. Человек поискал свой мобильник и обнаружил, что он лежит наверху холодильника. Он взял телефон, набрал номер Верочки и строго спросил: – Почему холодильник пищит?

– А ты дверцу захлопнул? – поинтересовалась супруга.

– Конечно!

– Наверное, неплотно закрыл! – заявила жена: – У него есть такая же функция, как в современных машинах! – и отключилась от связи.

Муж подошёл к холодильнику и положил трубку на прежнее место. Он открыл белоснежную дверцу, постоял секунд десять и аккуратно закрыл широкую створку. Снова раздался тоненький писк.

Супруг повторил операцию и вернулся к столу. За спиною послышался тот же сигнал. Паша взял телефон и вызвал жену: – Дверцу я сто раз закрывал! – прокричал он в микрофон: – А холодильник пищит!

– Возьми в гостиной инструкцию и прочитай, что там написано! – сказала Верочка и опять отключилась.

Муж швырнул сотовый на холодильник, отправился в соседнюю комнату, нашёл «Руководство по эксплуатации» и стал его изучать. Небольшая брошюра оказалась удивительно толстой. В ней были тексты аж, на пяти языках. Русский там оказался самым последним.

Меж тем, холодильник, как прежде, гнул свою линию. Он продолжал регулярно пищать. На сто пятой странице инструкции муж, наконец-то, нашёл нужный пункт. Потом отыскал на задней стене холодильника заветную кнопку и отключил «сигнал незапертой дверцы».

Он бросил толстую книжку на стол и, чувствуя, как урчит в животе, повернулся к плите. Сзади послышался писк. Мужчина с рычанием бросился к холодильному шкафу и извлёк из розетки электрический шнур. Удовлетворённо вздохнув, он взял в руки нож и собрался отрезать кусок колбасы. За спиной снова пискнуло.

Задыхаясь от злобы, Паша набрал номер жены и завопил в микрофон: – Я тебе говорил, не выбрасывай тот холодильник! Твой агрегат все же сломался! Не переставая пищит! Я и звук отключил, и даже выдернул штепсель, а он никак не уймётся!

– Разгрузи холодильник. – приняла решенье Верочка: – Отнеси еду на балкон. Тащи холодильник в прихожую. – сыпались на мужчину команды, одна за другой: – Сейчас я приеду домой и позвоню в магазин, чтобы его заменили.

Почти полчаса Паша занимался провизией. Он таскал пищу из кухни и укладывал кастрюли, тарелки и плошки на снег. Так и метался в рубашке и трениках, то в тёплую кухню, то на сильный мороз. Наконец, с переноской продуктов было покончено. Всё это время, писк не стихал.

Паша хорошенько протёр сухой тряпкой, оттаявший в тепле холодильник. Он взялся за верх огромного шкафа и стал кантовать его из кухни в прихожую. Шкаф оказался весьма неудобным и чрезвычайно тяжёлым. Телефонная трубка, лежавшая сверху, быстро скользила по гладкой поверхности, и всё норовила свалиться на пол.

– «Сейчас упадёт и, чего доброго, ещё разобьется». – подумал мужчина. Он прекратил упражняться с неподатливым ящиком, взял свой старенький сотовый, и положил на столешницу. Потом, вернулся назад, упёрся в холодильник руками и, тут, у него за спиной, послышался писк.

Мужчина рванулся к своему телефону, посмотрел на горящий экран и увидел крупную надпись: – «Заряд батареи подходит к концу!»

Паша едва удержался, чтобы не шмякнуть аппаратом об стену. Немного остыв, он стал возвращать все продукты на прежнее место. На это ушло, достаточно долгое время.

Так что, голодный мужчина позавтракал, лишь ближе к обеду. Нужно ли здесь говорить, что он вспоминал сигналы мобильника и не испытал удовольствия от принятия пищи.

Закончив с едой, Паша положил сыр с колбасой в холодильник, закрыл белоснежную дверцу и внезапно подумал: – Интересно, а что моя Верочка, захочет сменить в ближайшее время?

–26.08.2025