Quotes from 'Волчий остров'

задвижка отъехала в сторону, дверь распахнулась. Пахнуло влагой. Ночь была беззвездная, черная, как уголь, и сырая, как…

Дождь еще шептал за стенами дома, отбивал чечетку на крыше.

пришел проведать, пусть мы и в ссоре были. – Голос старухи сел, она шепотом договорила: – Та ему открыла, заулыбалась, слова мне сказать не позволила, в кухню за

рассказала маме про свои мытарства, про то, почему решила разрезать куклу.

а потом стали люди умирать. Только теперь уж все подряд: мужики, бабы, дети малые, старики. По-разному умирали: на кого дерево в

манную крупу, мясо было похоже на желе, овощи и фрукты горчили. С каждым днем дом затягивало паутиной, пылью и грязью, от которой невозможно было избавиться. Постельное белье пахло тиной, вещи казались сырыми

тот момент, когда Максим был готов сделать это, так называемый «вор» кашлянул, и Максим

их можно было принять за обычных