Виталий Храмов

верни. – Какую? – С женой и сыном.

История эта началась однажды в далёкой-далёкой галактике. Нет, не в той галактике, где сипел неисправным экзоскелетом Дарт Вейдер. Хотя – кт…

Закинул тушу на Харлея, и пошли мы с конём, по Пустоши вдвоём. Об этом и запел. Что идём

очаровательно, что мыслишь контрастными, чёрно-белыми категориями – плохой, хороший. А потом детство уходит. И приходит сплошная муть и серость, в которой всё круто перемешано и разбавлено. И становится ясно, что организации просто невозможно судить критериями – «хороший, плохой». Как нельзя оценить добросердечие меча. Меч не может быть добрым или злым. Он может быть тупым или острым,

лучший способ понять что-то – попробовать кого-либо научить

сделали, – кивнул Белый. – Молодцы! Я – Гадкий Утенок, командир этого отряда. Прибыток опять поклонился, сказал

количество должно было перейти в качество? А

одежде. Так же – согнувшись, на согнутых ногах, руками

Секрет быть живым и упитанным прост. Ты должен быть нужен.

реконструкторов», но и линии «реально – сорок первый» не соответствует. Он же на самом деле понимает значение всех моих иновремённых вещей. И он проводил сравнение личностей и событий 1941 года с толкиеновской