Валентин Белокрылов

Изменял он ей, я бы сказала, беззлобно и красиво. Изменит – покается, главное, бабка на него не злилась, злилась она на баб, да и то как-то несерьёзно, а жалеючи их. Бывало, узнает и говорит: «Да вот осчастливил Маньку, но и её понять надо, мужика нет, а хочется. А мой-то никуда от меня не денется». Другая бы на её месте мужу кое-что бы пооткручивала и бабенке бы космы повыдергала, а бабка только поулыбается.

К штольне то и дело подъезжали машины с людьми. Подключили второй вентилятор, на спасение Толяна уже не было надежды, но достать его надо было, ребята всё надеялись на чудо, и это чудо свершилось. К нему пробились к обеду, нашли почти у самого забоя, вынесли, и когда его осмотрела медичка, то, всхлипнув, прошептала: «Он жив!»