Vadim Panov

Я видел, как они снесли старинный особняк, чтобы воткнуть на его место современный кондоминиум, безликий настолько, будто архитектору ампутировали мозг. А я не интересуюсь историей тех, кто не интересуется своей историей.

необъяснимое. А значит, некоторым художникам удаётся

телефонов на месте преступления не зафиксировано. Или преступник не взял телефон с собой, или выключил, или в чехол

пока в Москве будет оставаться хоть один москвич, юродивых трогать не будут.

Во все времена ценились люди, которые знали, как "оно" работает. Не важно, что подразумевалось под словом "оно": конная повозка или мобиль, электростанция или канализация. Люди уважали кузнецов и механиков, плотников и каменщиков, врачей и химиков. Люди всегда уважают тех, кто приносит реальную пользу.

столько звезду, сколько её планеты… а затем – лишь одну из планет, четвёртую… а затем… А затем на лице Дорофеева появляется улыбка, потому что по мере движения вокруг своей оси четвёртая планета начинает сиять ярче звезды, во всяком случае – в «дальнем глазе», в какой-то момент сияние становится настолько нестерпимым, что капитану пришлось приглушить яркость «дальнего глаза», но улыбка становится шире – Дорофеев

– Почему-то я тебе верю. – Ирина присела рядом, приняла у мужчины наполненный бокал и пригубила вино.

– Я умею говорить правду, – серьезно произнес Фома.

– Разве правду надо говорить как-то по-особенному?

– Да. – Калека задумчиво посмотрел на свой бокал. – Говорить правду – большое искусство. Люди забыли его и предпочитают молчать. Или лгать. Это намного легче.

– За правду можно пострадать.

– Широко распространенное заблуждение, – покачал головой Калека. – Гораздо проще и быстрее пострадать за ложь. Правильно сказанная правда еще никому не принесла вреда.

Лишь немногие люди могли похвастаться красивым смехом. Обычно он звучал либо слишком громко, либо слишком тонко, либо это были вообще непонятные каркающие звуки, доставляющие удовольствие исключительно своему обладателю.

Сделал дело – берись за следующее.

– Тори-сан, могу ли я рассчитывать, что вы любезно уделите мне некоторое время?

– Это самое учтивое приглашение к бою, которое мне доводилось слышать.