Татьяна Александровна Грачева
570 subscribers
Многоликий Живой сад благоухает и дарит воспоминания. Вдохни, поймай! Чувствуешь? Тягучая нежность, едкая зависть и топкая страсть: чужие жизни, чужие судьбы. Прикоснись к волшебству, загляни в яблоневый сад.
Настя не помнила дней, когда в ее жизни не было Филиппа. Даже самые глубокие детские воспоминания окрашивало его присутствие. Он наблюдал ее взросление, перетекая из статуса в статус: нянька, друг, любимый мужчина, чужой муж.
Мир вокруг менялся, рушился и возрождался, а для Насти он заключался в одном человеке. Филипп научил ее любить, слушать яблоневые воспоминания и плести венки из васильков. Не научил только быть счастливой, когда его нет рядом.
Ей пришлось постигать эту науку самостоятельно и ждать, когда поспеет самое важное яблоко.
Popular books
Popular audiobooks
All books by the author
Quotes
Антоновка
вспомнить свои достижения. Он, как ни странно, не подавляет.
Дети вырастают и покидают гнездо. У них свой путь и своя судьба. Они не принадлежат родителям, как и родители детям.
Дарина и Вика родились с разницей два года. Поначалу Антонина Александровна планировала выйти на работу, но после рождения младшей дочери решила, что роль домохозяйки её вполне устраивает. Своих детей она никому не доверяла, лечила с большим старанием и даже удовольствием. Правда, с каждым ребенком усердие истончалось, Вике выпало почти обычное детство. Крису же, как первому ребенку, досталась утомительная обездвиживающая опека и полный сундук запретов.
Дневник Рыжего
Рыжий – смешной, забавный. А с таким именем просто капец, какой забавный, хорошо ещё, что меня Рыжим называют
Анасейма
осталась только тень. Морщинки вокруг
Сандалики
вот сосуд с виски она опорожнила только на треть.
– Что приготовить на ужин: тазик котлет или ведро плова? – Она отпила глоток чая и мечтательно протянула: – Почему для мужиков не придумали корм, как для собак
