Tatiana Korsakova

вопросы. Впрочем, ничего нового, именно так она поступала всю свою

Потому что рык Зверёныша делался все громче, а

Дети не рождаются злыми, они становятся такими без любви.

сегодня собрались! – пропел громко и фальшиво.

– Куда дальше? – спросил Козырев, когда я наконец окончательно

Все рано или поздно проходит, любая боль.

– Я не дразню, я пытаюсь уразуметь. Плоть – это ведь энергия. Не будет энергии, не будет жизни. – Я не живу, – отозвалась албасты, а змея оставила ногу Августа в покое. – Но ты есть, и ты сама только что подтвердила, что для сохранения твоего более приятного обличья тебе нужно… – Он сглотнул колючий ком. – Мне нужно охотиться. – Албасты снова усмехнулась. – Ей тоже! – Август вскочил с лавки, в возбуждении закружил по