Таня Лаева

Я закрыла глаза, ведь я знала, если я снова взгляну в этот темно-синий, такой разъяренный прямо сейчас водоворот, я снова не смогу выбраться из него. Айдар рванул меня вверх. Жесткая ладонь до боли сжала мои щеки и с силой впечатала мой затылок в стену… а я не смотрела… я съела свой рот зубами до проступающей крови и закрыла горящие глаза. – Смотри, я сказал! Или я срежу твои веки!

Он повернулся, и я наконец смогла разглядеть его лицо. Мужественное, смуглое, с выразительными скулами и пухлыми губами. Аккуратно выстриженная легкая щетина придавала образу еще большей брутальности, ровно, как и его густые нахмуренные брови. А его глаза… небесно голубые… они светились, глядя на меня. Он смотрел на меня, не моргая. Под его взглядом я задрожала сильней. – Мое имя – Влад. И я не менеджер, а владелец этого отеля. Чем я могу вам помочь? Ну конечно… мы же в Румынии. Могла бы и не сп

Больше мне не надо было ни слов, ни просьб, просто никого и ничего кроме нее. Я впечатал ее во входную дверь, осыпая все сладкие места в зоне досягаемости короткими быстрыми поцелуями, раздирая тонкую ткань кружевного платья на груди словно дикий зверь, впиваясь зубами в смуглую, шелковистую кожу, посасывая и втягивая ее в себя, одновременно расстегивая ремень, срывая ее белье.

– Ты никуда не пойдешь в таком виде! – угрожающе прорычал Нейт, вдавливая мое ватное тело в жесткие полки. И тут меня понесло на максимальных оборотах. – Слышь ты,… Да ты кто такой?! Мой папочка?! – Слышу, не ори! И снова я попала в плен его борзых лапаний и мокрых поцелуев. Прижимая меня к полкам, сваливая оттуда содержимое, Нейтан Сойер поднимался от моей шеи к губам. «Святые угодники… как приятно…» – открываясь навстречу его похабному языку, так искусно орудующему по моей нетронутой коже, по

– Доброе утро, доктор Дэвис. Как вам спалось? Эта сучка прервала мои мысли о прекрасном, и сегодня я даже не попытался быть хоть чуточку вежливым… хотя я никогда не пытался. Поэтому я сразу взял корову за рога. – Напомни-ка имя? – А?! – распахнула свою перекаченную кассу блондинка. «Ну почему всегда такое лицо? Ну плохая память на имена, ну что такого-то?» – едва не заржал я, и продолжил свое истязание с довольнейшей рожей. – Значит амнезия, не мой профиль… так… давай угадаю. Идина? – Нет! Губас