Нина Резун

Она же, узнав о ребенке, испугалась, что теперь папа ее разлюбит

папа. – Не понимаю. – Ты же знаешь, я не хотела ее рождения. И с тех пор ничего не изменилось. Отец остановился, крепко взял меня за плечи и развернул к себе. – Что ты такое говоришь? Она же твоя дочь! Твоя плоть и кровь. Ты носила ее под сердцем девять месяцев. Как ты можешь так говорить? На глаза навернулись слезы. Он

, его жизни среди русских, Шандор не переставал говорить о нем с уважением и даже с гордостью