замахал. Вот он подошел к аманату, сгреб его в лапы и запустил когти
Суета затемняет ум.
Всю жизнь свою я погибал, и никак не мог погибнуть
Левша думает: небо тучится, брюхо пучится, – скука большая, а путина длинная, и родного места за волною не видно – пари держать все-таки веселее будет. – Хорошо, – говорит, – идет!
Неужели с того, что вы меня богатее, то у вас и чувств больше?
Сонетка имела вкус, блюла выбор и даже, может быть, очень строгий выбор; она хотела, чтобы страсть приносили ей не в виде сыроежки, а под пикантною, пряною приправою, с страданиями и с жертвами; а Фиона была русская простота, которой даже лень сказать кому-нибудь: «прочь поди» и которая знает только одно, что она баба. Такие женщины очень высоко ценятся в разбойничьих шайках, арестантских партиях и петербургских социально-демократических коммунах.
нюхавшая все, что ни попадалось, мордочка оканчивалась, как и у наших свиней, кругленьким пятачком, ноги были так тонки, что если бы такие имел яресковский голова, то он переломал бы их в первом козачке. Но зато сзади он был настоящий губернский стряпчий в мундире, потому что у него висел хвост, такой острый и длинный, как теперешние мундирные фалды; только разве по козлиной бороде под мордой, по небольшим рожкам, торчавшим на голове, и что весь был не белее трубочиста, можно было догадаться, что он не немец и не губернский стряпчий, а просто черт,
Никогда не выдавай простых людей: потому что простых людей ведь надо беречь, простые люди всё ведь страдатели.
Соборяне
Бесполезное это дело: дураков учить все равно что мертвых лечить.
Чертогон
Подали дневное menue.Дядя посмотрел и, кажется, ничего не разобрал, а может быть, и не хотел разбирать: пощелкал по бумажке палкою и говорит:– Вот это все на сто особ.И с этим свернул карточку и положил в кафтан.Француз и рад, и жмется:– Я, – говорит, – не могу все подать на сто особ. Здесь есть вещи очень дорогие, которых во всем ресторане всего только на пять-шесть порций.– А я как же могу моих гостей рассортировывать? Кто что захочет, всякому чтоб было. Понимаешь?– Понимаю.– А то, брат, тогда и Рябыка не подействует. Пошел!