Михаил Евгеньевич Московец

Я невольно улыбаюсь, и в моей голове отчетливо воспроизводится воспоминание августовской ночи в горах Грузии, когда мы с друзьями, заплутав в бесконечном серпантине, случайно набрели на старую советскую обсерваторию.

Никто не отреагировал. Сухая женская ладонь собрала пыль со стекла. Экран был шире самого стола. – Давно его не трогали. Она стряхнула руку. Другой нащупала выпуклость – кнопка включения. Нажала. Ничего.