Лия Султан

дверь и галантно пропускает меня вперед. На улице морозно, свежо и белым бело – снег, выпавший накануне, еще не превратился в грязную кашу, а красиво укрывает землю и

прожигающим, гневным взглядом, он схватил ее руку и сжал так сильно, что она чуть не закричала.

Шах и мат. Королева умерла, да здравствует Королева! Она была уверена, что Кадыр не опустится до такого, но он все-таки привел Динару

расслабленном состоянии, тут же встрепенулся и напрягся. “Мирочка”? Она позволяет себя так называть какому— то мужчине? Это нормально? – Надим Хамитович, подождите, пожалуйста, минуточку. Ансар? – позвала она его. – Да, Мира. – Простите, пожалуйста, но мне нужно работать. Мы же уже все решили, да? – Конечно. Идите, работайте, – сказал он фразу, которую всегда говорит своим подчиненным и Мира,

продинамила,  – грозит мне указательным пальцем

тороплюсь. Наверное, я стала жестокой.

Нельзя насильно быть любимым, Нельзя насильно полюбить, Быть одному – невыносимо, Но лучше так, чем вместе быть С тем, чьи объятья не волнуют, Кто раздражает, бесит, злит. От лицемерных поцелуев Давно уж сердце не болит. Нет глупой ревности. И чувства Давно остыли, как угли… Сберечь любовь – почти искусство. А мы, наверно, не смогли…