Lion Feuchtwanger

Он поклонялся незримому слову. Нет на свете ничего могущественней слова; безóбразное, оно действует сильнее всякого образа. Только тот может действительно обладать словом Божьим, святым, незримым, кто не осквернил его чувственными представлениями, кто отказывается в самых глубинах души от пустой суетности воплощенного образа

высокой миссии, эти благослове

братьев по вере. Потом Иеффай осознал свою вину; потому и входит в Массифу не с видом победителя: боится еще больше прогневить Милхома. Она, Кетура,

Когда у соседа не больше, человек доволен тем, что он имеет.