Иван Чернышов

Мирон двадцать лет долбил камень и копил на белого арабского жеребца. Чистокровного. Без единого пятна. Он видел такого один раз в жизни — мальчишкой — и с тех пор знал: рано или поздно конь у него будет.

Он не заметил, как за эти годы дочь выросла в дырявых ботинках, жена перестала просить, а дом остыл. Он видел только коня.

Иногда мечта — это не спасение. Иногда это капкан.