Хельга Петерсон

улыбнуться. – Ну а что у тебя за секрет?

Их мнение – это только их мнение. Нет смысла что-то доказывать. Никогда. Можно только жить своей жизнью, держаться за возможности и не слушать голоса со стороны.

включилось урчание мотоцикла. – Красавчик, – любовно пробормотала девушка. – Не думала, Майрон, что у вас может быть домашнее животное. Он и сам не думал. – Потому что самодовольные засранцы не заводят

– У тебя просто охренительно красивые синяки под глазами, – пробормотал он. Сейчас она ткнёт его кулаком под рёбра, и будет права. Он напряг мышцы, приготовившись отразить удар… Но его не последовало. – Ты самый ужасный, мерзкий, гадкий тролль из всех, кто мне попадался, – прошептала Эмма

– Ты можешь сесть ко мне на колени, – прошептал парень, угадав мысли Лиз. Она оглянулась через плечо, еще раз оценила ситуацию, и снова повернулась к хитрой ухмылке. – Нет, не могу, – почти неслышно пробормотала Элизабет. Роберт закатил глаза и сделал глоток из бокала с водой. – Лиззи, ты – моя подружка. И мы, скорее всего, уже успели переспать. Её ресницы сами собой взметнулись. – Что?! – прошипела Лиз. – Нет! – она толкнула Роберта в грудь, и он отступил назад, прячась от зрителей подальше в коридор. – Я бы не сделала этого после пары свиданий! Ответная ухмылка стала шире. – Но я наверняка подарил цветы. – И я должна была переспать с тобой за цветы? – За коробку конфет? – вскинул бровь Роб. Как у него получается всегда вывернуть разговор так, что Элизабет не находит нормальный ответ? – Роберт!

В дружбе между мужчиной и женщиной кто-то кого-то обязательно хочет. И если не ты его, значит он тебя…

– Нужно встретиться и подписать документы. Только и всего.