Ханна Леншер

мощных лапах Эшберта. Чем ближе я подходил, тем сильнее её спина вжималась в грудь медведя.

Я уже притягивал девушку к себе за талию, раскрывал губами её губы, а она отвечала. Нарастало желание, искушение, страсть. Воздух загустел, и теперь я с трудом дышал, она тоже тянулась ко мне, обвила руками шею, запустив в волосы пальцы, прижималась. «Избранная достанется одному из нас», – царапнула мысль в голове, и на меня будто вылился холодный чан. Я резко отстранился.

Не знаю, что на меня нашло, кажется, девчонка дошутилась. Отстегнув ремень, я резко придвинулся к ней, схватил за затылок и впился в губы. Хотел, чтобы она замолчала. И раз Мери не поддавалась уговорам, то… Но эффект оказался противоположным. Меня накрыло волной жара. Её пьянящий аромат чего-то пряного вскружил голову. Нежные губы раскрылись под моим напором.

Я уже хотел открыть глаза, как что-то коснулось губ. Мягкое, нежное. Слегка приоткрыв веки, я увидел её. Так близко. Кассандра зажмурилась, как ребёнок, не дышала, впилась в мои губы неуклюжим поцелуем. И замерла.

Запах, какой вкусный запах. – Ты всегда попадаешь в неприятности, Изабелла? Голос показался знакомым. Синарх? – Расстроился из-за потери щётки для обуви, инквизитор? Он довольно хмыкнул, я слышала стук сердца, прижавшись щекой к груди.

плечо и вынес наружу. Напоследок обернулся и, перекрикивая визги Рейны, бросил: – Уверен, что ты выживешь. Удачи! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Мозг судорожно соображал. Я понял, куда Хоуп меня затащил. Этот дом находился в самом отдалении. В той части поселения, где можно сделать дырку и пропустить туда горстку чужих. Остальное они легко отобьют, пожертвовав частью строений. Мне конец! Если я сейчас не освобожусь, то меня расстреляют

пластырь. Одним резким движением. – Нам надо поговорить, – посмотрела