Гюстав Доре

– Видишь ли, друг мой Санчо, – ответил Дон Кихот, – сойти с ума, имея на то причину, – в этом нет ни заслуги, ни подвига, но совсем иное дело утратить разум, когда для этого нет никаких поводов.

В средине нашей жизненной дороги,   Объятый сном, я в темный лес вступил,   Путь истинный утратив в час тревоги. 4 Ах! тяжело сказать, как страшен был   Сей лес, столь дикий, столь густой и лютый,

«Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое; 10. да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; 11. хлеб наш насущный дай нам на сей день; 12. и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; 13. и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки. Аминь».

Он сказал: кто Ты, Господи? Господь же сказал: Я Иисус, Которого ты гонишь. Трудно тебе идти против рожна. 6 . Он в трепете и ужасе сказал: Господи! что повелишь мне делать? и Господь сказал ему: встань и иди в город; и сказано будет тебе, что тебе надобно делать.

были убиты за это именно преступление. Трапеза представляла собой продолговатый стол с ножками

Певец-пастух на подвиг ратный Не брал ни тяжкого меча, Ни шлема, ни брони булатной, Ни лат с Саулова плеча. Но духом Божьим осененный, Он в поле брал кремень простой: И падал враг иноплеменный, Сверкая и гремя броней. И ты, когда на битву с ложью Восстанет правда дум святых, Не налагай на правду Божью Гнилую тягость лат земных. Доспех Саула – ей окова, Саулов тягостен шелом: Ее оружье – Божье слово, А Божье слово – Божий гром!