Ekaterina Ostrovskaya

для того, вероятно, чтобы Лариса не поняла, что у него сегодня отнюдь не грустное настроение

просто у одного из этих парней родной дядя в городской прокуратуре оказался. Приятель мой пострадал ни за что. Не понимаю, почему он со мной не связался: я бы помог, несмотря на дядю прокурора. Взял бы тех ребят на чем-то другом… Зазвонил мобильный. Номер вызывающего был незнаком Гончарову. Но он все же решил ответить. – Игорь Алексеевич, – прозвучал незнакомый голос, – я от Артема Валерьевича, подвез

как только теперь выяснилось, в тюрьме долго сидел. А мы-то ему доверяли. Что-то с Акопом, видать, не поделили. И он его прикончил.

Потапов покачал головой. – Надо же! Всю жизнь мечтал о брате, а он у меня, оказывается, уже был… Ладно, не буду задерживать… Между

у него в машине. Вечером заехал к нам, то есть к Маринке… А ты его там и замочил. Хотя мы и так с ней хотели Азика грохнуть, чтобы не делиться и чтобы свидетелей поменьше было, но ты опередил. Жаль, что Азамат сказать толком ничего не успел. – Я думала, что деньги у него в «восьмерке», – включилась в разговор жена, глядя на Игоря, – я потом даже всю

у нас только его чистосердечное. А на суде он скажет, что его заставили оформить

не согласился Окунев, – когда их обманывали, использовали средства вкладчиков и клиентов банка для незаконных