Анна Полякова

– Репетитор? – Хотя бы, – вздохнула я. – Сейчас. – Фаина метнулась

До выезда из Ямы оставалось метров сто, когда из-за поворота на фантастической скорости и с оглушительным визгом вылетел тот самый тонированный «Опель». Марич выругался, затормозил и, бросив: «Сиди здесь», вышел из машины и помчался вперед.

– Какая же ерунда в головах у молодежи, – качал головой он. – А ты в юности прямо-таки книжки читал? Шекспира, не иначе? – Да я в возрасте этой Наташи, – он потряс вещдоком, и я догадалась, что телефон принадлежит убитой в отеле девушке, – трижды успел мопед старшего брата собрать. – Предварительно разобрав? – Не без этого, – растянул рот в лукавой улыбке Антон. – Брату повезло, что у него машины не было. – У отца была… – Не продолжай, – попросила я.

– Здесь темно, – напомнила я. – Это нам не помешает. Он взял меня за руку и подвел к окну. Дорожки в саду были вычищены, вокруг белел пушистый снег, какой можно увидеть только за городом. В саду росли несколько елей, сейчас их украшали праздничные гирлянды, а за ними – темные макушки деревьев в лесу.

, либо влюбленность. В ее случае чаще второе. – Ну? – спросила я. – Он милый, – вздохнула она. – И умный. И, что важно, не пугается меня. – Возможно, он просто молод и еще не понял масштаб бедствия. – Завидуй молча. Я усмехнулась и посмотрела на дорогу. На ту самую, по которой мы сюда приехали всего несколько дней назад: две городские дурочки, одна с тягой к приключениям, другая с вредным характером и уверенностью, что деревня ничем ее не удивит.

По своему детдомовскому детству я прекрасно знала, что даже самые близкие родственники могут вести себя в высшей степени странно, а вот чужие люди способны стать родными.

– Мать воспитывала меня одна. Я случайно узнала о том, кто