Алина Ермолаева

У меня такое чувство странное, непривычное… Словно душа моя, намаявшись годами изрядно, вдруг оторвалась от того, что ее стягивало тугими узлами. И теперь она абсолютно ни к кому и ни к чему не привязана. А мне не больно. Не больно терять тех, кому

тонкие ножки и ручки, слишком много на носу веснушек

Все тайное становится явным Все пройдёт

Пожалуй, самая трудная на свете верность  – это верность своему собственному сердцу. Мы так часто о нем забываем, не слушаем или перекрываем его тихий голос громкими доводами разума. Мы его совсем не бережём, мы с ним жестоки, и оно ломается, как детская игрушка в неловких руках ребёнка. И разбиваем его чаще сами, отталкивая тех, кого оно так любит, и с кем очень хочет быть, выбирая для жизни удобных, хороших по всем статьям, но катастрофически не  тех…

«Любить – это никогда не делать больно, – ответил отец. – Ни в гневе, ни в обиде, ни в ярости. Любить – это охранять чьёто сердце не только от внешнего мира, но и от себя – своей злости, своего дурного настроения и раздражительности. Это как будто тебе доверили самую дорогую вещь на свете, и ты пок

Слезы текли по ее щекам, оставляя некрасивые черные дорожки потекшей туши на лице. Ей было так больно от его слов, что она с трудом дышала.

Это после я осознала, что любви нельзя научиться по книжкам, а тем более, по  чьим-то «полезным» советам. Ни один даже самый мудрый фильм не заменит нам жизненной школы. Любви учишься, только совершая свои собственные ошибки и набивая себе болючие шишки. Сердце крепнет только на  «поле боя», а не в стенах пыльных библиотечных комнат. И хоть вокруг всегда столько людей, пытающихся доказать, как нужно быть в любви счастливым, премудрости её мы постигаем только сами.