Алексей Евтушенко

серых брюках и клетчатой тенниске с короткими рукавами. Оба широко улыбались – так, что от краёв глаз

палок в колёса тебе насуют, как только ты возьмёшься за дело по-настоящему. А я надеюсь, ты возьмёшься за него по-настоящему, – он испытующе посмотрел на меня. – Можете не сомневаться, Леонид Ильич, – заверил я. – Иначе и браться не стоит. – Так вот. Чтобы эти палки об

курсе, что мы нашли инопланетян? Молчание. – Что ты сказал? Повтори. – Мы нашли братьев по разуму, Карл. Моих соотечественников в некотором роде. Я сейчас в Пуэрто-Рико, в Аресибо, тут у вас радиотелескоп мощный… – Постой, постой, я знаю про радиотелескоп. Что значит – твоих соотечес

будем, как вы, русские, говорите? – Погоди, – сказал Валерий Фёдорович.  – Нужен тост. Что за праздник без тоста? – Что за

приехала «скорая». Потом мне сказали, что ехала она чуть ли не полчаса – пробила колесо за две мили до нас. Пришлось ждать вторую машину, которая тоже не сразу смогла откликнуться, потому что была занята на другом вызове. В общем, времени прошло немало. Все перенервничали, чуть не выпили весь джину

Не КСЭЗ-2, – ответил Черней. – Ух ты, – заинтересовалась Агнешка. – А что? Но сначала они провели сеанс связи

и поднялся. – В конце концов, вы замечательный репортер, не разочаровывайте меня. Неужели вам не любопытно?

сказал: – У нас марлевые повязки есть? Надень.

В России взрослеют быстро, а умирают внезапно.

Убить семнадцать человек за какие-то несколько минут - это вам, знаете ли, не в муравейник написать.