Александра Глебовская

Честно говоря, метро медвежонка разочаровало. Ему пришлись по душе шум, толчея и теплый, особенный запах внутри, но вот билет абсолютно не оправдал его ожиданий. Он огорченно вертел в лапках зеленый кусочек картона.

- Целых четыре пенса за такую штуку? - недоумевал он.

Касса-автомат так занятно жужжала и щелкала, когда печатала билет, а в результате получилась вовсе не интересная бумажка. Просто глупо было тратить на неё четыре пенса.

Если у Джека случались в школе неприятности – он получал плохую оценку, ссорился с Фредди или глиняный горшок у него получался кривым и все над этим смеялись, – Пок всегда ждал его дома, чтобы вытереть слёзы мягкой лапкой. Что бы с Джеком ни приключалось, Пок всегда оказывался рядом, всё понимал и прощал, от него неизменно успокаивающе пахло домом, и запах этот всегда возвращался, сколько бы мама Пока ни стирала.

Она закрывает глаза. Не исключено, что он не вернется, мелькает мысль. Или вернется другим. То, что у них есть сейчас, уходит навсегда.

– Вот вы как думаете? Ну, такими воззрениями можно обзавестись, только сидя на коленях у губернатора. – Я ничем не заслужила подобную грубость, – запальчиво

. У многих ножей были закругленные кончики – так безопаснее отправлять пищу в рот, – на них помещали горошины, а потом они скатывались по лезвию между раскрытых губ. Однако, когда появились вилки с четырьмя зубцами, еда с ножа стала считаться своего рода варварством. Что примечательно, есть зеленый горошек ложкой считалось неуместным.

изгородь. Он и сообщил мне все новости; отказаться от предложения заехать к ним на второй завтрак было совершенно невозможно. Кроме того, Роджер всегда говорит кратко и внятно; чтобы

! – Адитья заговорил нараспев. – Духи дождя утяжелили нам ноги. Первин вглядывалась во вдовствующую махарани, одетую в траур – белое