Quote from the book "Черная обезьяна"

И единственное, в чем и можно было по-хорошему пересмешничать в Средние века, - так это в человеческой нежности, давая близкому второе имя, вывернутое наизнанку, как самая теплая варежка, пахнущая детской ладонью, леденцом, снежками из яблочного январского снега, который никогда больше не выпадет в наших землях.