Quotes from the 'Близкие люди' audiobook

Он умер, и изменить в этом уже ничего нельзя, вот в чем самая главня жизненная подлость.

Никто вместо нее не ответит на страшные вопросы, которые в последнее время совершенно обнаглели и лезли из всех щелей. Ей нужно было подумать, а думать она боялась. Не думать было гораздо безопаснее.

Чернов с грустью посмотрел на Степана. Глядя в окно, за которым жизнерадостно сиял апрель, Степан сопел и шумно прихлебывал

Все-таки она как-нибдуь потом найдет его бывшую жену и утопит в Яузе. Можно, конечно, и в Мокве-реке, но это будет для нее слишком шикарно. Вот в Яузе - в самый раз.

И пахло так вкусно, что в желудке моментально ожил небольшой огнедышаший дракон. Ожил, дыхнул жгучим паром и потребовал немедленной кормежки.

проницательность. – Только я пока не знаю, как это называется. – Вы всерьез думаете, что будут еще какие-то… жертвы? – Я не знаю, что именно должен думать. Один из моих рабочих умер явно не своей смертью. Я так до конца и не уверен, своей ли смертью умер Петрович. А сегодня моего зама у меня на глазах чуть не переехала машина. Второй зам от большой любви забрался в сейф и вытащил оттуда вещественное доказательство, потому что был уверен, что оно

сантного полковника с женой. У десантного полковника был вполне легальный

милый, неустроенный Степа! Стоит даже не

хотел о чем-то поговорить, понимаете?

расположением некоторых папаш, когда Павел Андреевич