На одной из самых красивых улиц Москвы — Мясницкой — когда-то стоял небольшой храм во имя святых мучеников Флора и Лавра. Для кого-то это просто имена из святцев. А для старой Москвы — защитники лошадей и домашнего скота. Сюда, к Мясницким воротам, 9 августа по старому стилю вели украшенных цветами и лентами коней. Кучера, конюхи, извозчики — все, у кого был конь, — шли за молебном и святой водой. Верили: после этого с лошадью никакого лиха не случится.

Улица менялась. Мясницкая слобода, где жили царские мясники, стала аристократической, потом купеческой, потом деловой. Деревянный храм уступил место каменному — пятиглавому с шатровой колокольней. Здесь молился прихожанин и благотворитель Флор Ермаков — купец, чей ситец в народе называли «ермак». Здесь пел церковный хор, которым руководил будущий Патриарх Пимен. Здесь молились, венчались, крестили детей и провожали близких.

Потом пришли другие времена. В 1925 году храм назвали «диссонансом» на улице строителей социализма...