Quotes from the audiobook «Глубина: Лабиринт отражений. Фальшивые зеркала. Прозрачные витражи», page 4

Сомнения стали страстью, А страсть стала судьбой. Все остальное – искусство В безумии быть собой.

она. – Может быть, сам Карл Сигсгорд работал… Завидую. – У тебя не хуже, – утешаю я, но Вика качает головой: – Не во всем. У него потрясающее чувство меры. А я увлекаюсь…

собираюсь гадать. В мире все равно нет иной правды, кроме той, в которую нам хочется верить.

Маньяк морщится: – Да ничего… симпатичная. Только тупая как пробка. Веришь – я ее трахаю, а сам плачу…

Бой проигран, если враг не вышел навстречу

Психология, в общепринятом понимании, крайне простая наука. Люди, не способные самостоятельно вбить гвоздь или срифмовать пару строчек, ни капли не сомневаются в своей способности понимать и судить других. В крайних проявлениях это становится смыслом жизни и источником самоутверждения.

Чингиз не повез меня домой сам. Вызвал водителя… или охранника… Чтоб я так жил… – Мы что,

какой-то диптаунский ресторанчик, распили бутылку шампанского и попробовали поцеловаться. Я чмокнула

решать его по-доброму… почеловечески. Ведь мы – люди! Чего я не ожидал от «лабиринтовцев» – это подобной прыти. Быстро же они догадались, что происходит! – Вилли, – говорю я. – Это все бесполезно. Знаете, в чем наша с взмах руками. Ну да, «Лабиринт» – не коммерческая

А я, как любой дайвер, привык верить инстинктам.