Quote from the book "Таматарха. На службе у Изгоя"

саадаке и покоится в ножнах сабля. На лежанке приподнялась заспанная, полуголая баба. Но резкое движение выдало ее мужа, и, прежде чем половец схватился за рукоять клинка, мой чекан с отвратительным