Quote from the book "Сахарный диабет"

Мисима тоже научился молчать. И это он, который говорил так много, что уже начинало надоедать. Порой в потоке его слов ощущалось какое-то страшное молчание, которое вглядывалось в тебя, прищурив глаза, со страниц его книг.