Quote from the book "Если путь осязаем"

Нет. Никаких шагов дальше зала с нимфой на пьедестале. В зале том было только две двери, помимо входной. За первой был сад с вечно горящей луной, на которую Герман временами волком выл, за второй был ароматный рай, где рассеивались каждые выходные и боль, и память, и порывы, и вечность.