Quotes from the audiobook «Крепостная», page 2

меня, то чего мне тут сидеть и про ее деревни да падёж скота выслушивать? – словно сам себе пробубнил

руки потянулись к зеленой краске. Кисточкой сделала четыре мазка, как самые дальние, самые незаметные листики под буто

дом незнакомого пожилого мужчину лет семидесяти с усталыми светлыми глазами и седыми бакенбардами, уставилась на Домну. – Лягушки в реке тебе мозг

выхлебала, – Глаша наклонила голову и посмотрела в сторону

подруге о моих планах на ее миниатюры, и та задумалась. – А ведь ты права, девочка. Большое дело попасть на полки этого магазина. Ты хоть и не очень хороший художник, но прекрасный делец с острыми зубами и прекрасной улыбкой! Кто-то говорил тебе, что ты очень красива? Такие девочки особенно хорошеют к двадцати годам! Не вздумай подарить

тому, что Осип Германович вел себя с Фирсом как ровня

засуетилась по дому, отложив шкатулку. После обеда мы еще погово

не знала своего полного имени! – У меня все хорошо, и мне пора

человек был мне никем, почему-то внутри будто росла вина за свое

рублей здесь были большими деньгами. Но он их трогать не велел. «Когда скончаюсь, тогда и получишь все разом.», – сообщил он на выходе из суда. – Отец! Ты меня совсем не слышишь? – когда двери в дом перед Осипом открылись, голос Петра вырвался на улицу, словно был до этого заточен в доме. И не открой никто двери, там бы и остался.