Book duration 14 h. 49 min.
2016 year
16+
Бабье лето (сборник)
About the book
Об авторе: Мария Метлицкая – современный популярный автор, на счету которого около 20 книг общим тиражом свыше несколько тысяч экземпляров. Только знаменитый «Дневник свекрови» насчитывает более 100 000. Мама, жена, бабушка – она точно знает, какие темы увлекут читательниц от первой до последней страницы. Она умеет говорить о сложном – просто, о проблемах – с завидной долей юмора, о самых привычных вещах – интересно и незаурядно.
Особенности: Книги Марии Метлицкой можно отнести к разряду той душевной прозы, которая затрагивает самые тонкие струны человеческой души, поднимает из ее глубины невероятные чувства и дарит настоящий вихрь эмоций. Автор, как всегда, берет за основу сложную тему, но преподносит ее читательницам легко, увлекательно, со свойственной Марии неподдельной искренностью и человечностью.
Цитата: «Для меня не существует писателей начинающих и продолжающих. Писатель – или он есть, или его нет. Мария Метлицкая – есть». Виктория Токарева
О серии:
Особенности
На страницах рассказов серии «Негромкие люди» не встречаются олигархи или представители богемы. Зато здесь легко можно встретить своих родных и знакомых или даже самого себя. Истории, понятные и близкие каждому, в простом и трогательном оформлении с фактурной суперобложкой – для уютного чтения долгими вечерами.
Преимущества
Книги, которые приятно держать в руках, читать и перечитывать, делать вместе с ними выводы и неожиданные открытия, учиться на чужих ошибках, радоваться простым вещам и отличать главное от второстепенного!
Автор
Рассказы – жанр, который Марии Метлицкой удается особенно хорошо. Ей нет равных в том, чтобы ухватить главное, а на нескольких страницах ярко и полно рассказать целую жизнь негромкого человека…
Other versions of the book
густые зимние сумерки. Кира вдруг начала
заболел, а за ним и мама. След в след. Один за другим. Как жили дружно, так и ушли вдогонку. Нине было тогда девятнадцать. Одна на всем белом свете. Только Клавка. Человек вроде бы и надежный, но… Клавка могла загулять. Да так, что только перья летели. В Черемушки переехали почти одновременно – Клавка оказалась в соседнем доме. Окнами напротив. Только квартира у них была однокомнатная. На двоих с матерью. С мамашей, – как говорила Клавка
Эля стала деловой, жесткой – бизнес диктовал свои условия. В свои сорок пять выглядела на тридцать; стройная, длинноногая, грудь, волосы – все, что женщина непременно теряет при родах, – сохранно и в первозданном виде. В Россию за все эти годы ей захотелось приехать впервые. Когда Джеймс спрашивал, неужели ей неинтересно съездить на родину, она неизменно отвечала: сколько мест на земле, сколько еще стран, успеть бы за жизнь попасть туда! Джеймс удивлялся
через три и, усмехаясь, сказал, что был бы рад увидеться с ней в субботу, да-да, именно в субботу: он человек немолодой и любит определенность и размеренность. Что ж, суббота так суббота, очень даже удобно, решила Элен. В субботу – интимная встреча, а в воскресенье, после легкого завтрака, можно прогуляться, зайти на выставку, вечером сходить в театр или на концерт. Так думала она, а вышло все совсем не так
– Милая, завтра отдыхай. А с понедельника пахота, дорогая! – Мне ли привыкать? – ответила она. И положила трубку. «Мог бы сам встретить, засранец, и покатать мог сам. Видно, не в силах оторваться