Quotes from the audiobook «Кондуит и Швамбрания», page 3

Люди умственного труда подчинялись вещам и ничего не могли с ними поделать. А люди-мастера сами не имели вещей.

Оська был храбр и стоек. В доказательство этого он каждую минуту говорил, что ему совсем не страшно, а, наоборот, даже уютно. Когда ему в шестой раз стало уютно, он провалился…

Папа сказал, что люди — жалкие рабы вещей. Дети, научитесь презирать вещи. Мы разбили блюдо, на что папа сказал, что мы вандалы и прежде, чем презирать вещи, надо научиться их беречь и зарабатывать.

Идемте, я вам объясню преинтересную штуку относительно тригонометрических функций угла. Прямо удивитесь, до чего интересно. Чистая беллетристика.

Что это за колоссающий шум? Вы где, в гимназии или в порядочном шалмане?

Вечером 11 октября 1492 года Христофор Колумб, на 68-й день своего плавания, заметил вдали какой-то движущийся свет. Колумб пошел на огонек и открыл Америку.Вечером 8 февраля 1914 года мы с братом отбывали наказание в углу. На 12-й минуте братишку, как младшего, помиловали, но он отказался покинуть меня, пока мой срок не истечет, и остался в углу. Несколько минут затем мы вдумчиво и осязательно исследовали недра своих носов. На 4-й минуте, когда носы были исчерпаны, мы открыли Швамбранию.

Обратный адрес: Лондон, Сити. На углу спросите.

– Царица! Дай шпильку! – кричал затем император.

Накануне состязания команда «А» собралась в школе для последней тренировки. Пришел усталый Александр Карлович и больше часа гонял нас по теории. Затем он задал несколько каверзных задач. Мы долго потели над ними, но в конце концов решили и их. Александр Карлович был доволен «с чисто научной точки зрения». Потом он взглянул на часы и схватился за голову: было уже двенадцать часов, а по городу, объявленному на военном положении, разрешалось ходить лишь до одиннадцати.– Ну, товарищи, – сказал Костя Жук, – значит, ночуем в собачьем ящике. Факт!– Пройдем, – успокаивал Лабанда. – Если остановят, говори, что в аптеку идешь, и все.Я шел со Степкой. Прожектор поливал тяжелое низкое небо. Где-то пели «Темной ночки да я боюся…» На углу нас остановил патруль.– Мы в аптеку идем, – сказал Степка, – вот это докторов сын. Пропустите.– Ну? В аптеку? – обрадовался красноармеец. – Не за касторкой ли?– Вот именно что за касторкой, – ответил Степка. – Понимаете, такое дело…– Сейчас тебе пропишут, – сказал красноармеец. – Лапанин! Забери этих и препроводи.Нас отвели в штаб. Там мы встретили других наших ночных искателей касторки. Вскоре привели и Александра Карловича. Он негодовал со всех точек зрения.

Мама у нас служит модератором (глушителем) в слишком бравурных папиных разговорах. Папа начинает звучать тише.