Все мои птицы

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Волшебство в рассказах автора не вытесняется из реальности, как в жизни, а замещает собой объяснимое.

И вот уже нет ничего чудного в том, что в одном выдуманном мире участковый врач отправляет героиню к орнитологу, а другой после апокалипсиса погружается в сеттинг «Алисы в Стране чудес».

К.А.Терина – писатель и художник. Её рассказы переведены на шесть языков. В Италии опубликован авторский сборник «Медуза».

«Все мои птицы» – коллекция миров. В одних свет можно почувствовать на вкус, в других тьма заполняет каждый уголок. Одни когтями и клыками защищаются от чужаков, другие притаились за поворотом, подстерегая очередную жертву. Одни летят сквозь пространство и время прочь от нашей реальности, другие навсегда останутся рядом. В каждом мире свои герои, чудовища и боги. В каждом – своя история. И только птицы вольны выбирать любую историю и любой из миров.

«Свои небывалые и безумно увлекательные миры К.А.Терина описывает точно и ёмко, а главное – населяет подлинными героями. Тень, микробик, зомби на паровом приводе или капризный мальчик – каждый гордо выходит биться с самым беспощадным врагом: судьбой. И ведь может победить». (Шамиль Идиатуллин, писатель)

«Тексты К.А.Терины лавируют между научной фантастикой и философским фэнтези. Они не дают читателю раскачаться, а сразу ввергают туда, где простым людям доступна опасная магия, а посреди обыденности живут герои и чудовища. Динамика, поэтичный язык, яркий визуал… и, самое главное, надежда. Надежда, которая всегда незримо присутствует даже в самых мрачных сюжетах сборника». (Наталья О’Шей ака Хелависа, солистка группы «Мельница»)

«К.А.Терина – писательница с тонким чувством слова, широкой эрудицией и бурной фантазией, которая сделала бы честь Льюису Кэрроллу. Удивительная рассказчица, её можно смело поставить в один ряд с Харланом Эллисоном, Р.А. Лафферти и Робертом Шекли». (Василий Владимирский, книжный обозреватель)